Ряд активности металлов

Порой среди миров можно обнаружить странные, непривычные и дикие взгляду начинающих путешественников. Нет, Вы сейчас не найдёте здесь скучную лекцию на пару часов, которую я могла бы расписать насчёт устройства вселенной, но должна предупредить об одной важной детали: если Вам покажется, что это произведение — бред сумасшедшего, то знайте: не кажется. Нашлась и та реальность, где химические вещества приняли человеческие формы, а цивилизации человеческой в привычном понимании никогда и не было. Из чего же там состоят вещи — неизвестно никому. Здесь речь пойдёт преимущественно об этих странных существах, называющих себя, между прочим, людьми. И если на этом моменте прочтения читателя ничего не смутило, то это не даёт гарантии, что в дальнейшем отвращения чтиво не вызовет также. …Начнётся этот рассказ в огромном мегаполисе, известном как Коллапс. Одним неимоверно жарким утром юная Кислород задыхалась в своей просторной квартире, купленной около месяца назад вместо старого дома девушки и её возлюбленного. Не спасала от засухи даже чисто-белая широкая рубашка, в которой спала мученица, и её бледная кожа обгорала, покрываясь алыми пятнами. Впрочем, в обгорании были и плюсы: оставались незамеченными ожоги на запястьях. Идеально белого цвета волосы длиной до пояса и вовсе начинали отсвечивать голубоватым цветом, впрочем, так же они начинали выглядеть и при парне Кислород. Девушка лениво потянулась и выбралась из кровати, попутно ойкнув от полученных вчера синяков, винила в которых лишь саму себя. Кто забыл приготовить обед? Она. Совсем мозги от погоды поплыли. Кислород медленно направилась на кухню, шлепая босыми ступнями, но на пороге остановилась, удивлённо поднимая взгляд на того, кто стоял у окна, опираясь на стену. Он хмыкнул с некой угрозой и подошёл к возлюбленной. Как нетрудно догадаться, он же и был причиной её израненных рук, оправдывая каждую гематому тем, что слишком увлёкся, и каждый раз извинялся. Кислород, в свою очередь, его всегда прощала. Если его девушка запросто приняла на себя роль домоседки, отвечающей за домашние дела и пишущей статьи в блоге о борьбе за экологию и при этом не жаловалась, причём не из-за страха, а просто потому, что её всё устраивало в подобном положении, то парень, наоборот, вжился в роль того, кто работает допоздна и уходит рано. Так что нет ничего странного в том, что Кислород не ожидала увидеть его утром в девять дома. Впрочем, одежда на нём была вполне себе подходящей для выхода на улицу. — Я думала, у тебя сложное дело, — пробормотала Кислород, подходя к чайнику и наливая себе воды. — Так и есть. Просто сегодня я решил искать информацию в более... Непринуждённой обстановке. К тому же, в офисе нашего отдела уж точно жара ещё невыносимей. Более того, у меня появился шанс провести с тобой больше времени, — его губы вновь расползлись в улыбке, и парень подошёл к блондинке сзади, зарываясь носом в шею и крепко прижимая к себе за талию. — Водород, — тихо выдохнула она, и её волосы вновь обрели голубоватый оттенок, ещё более насыщенный от жара внутри. Зная, что не отпустить детектива на работу практически преступление, была вынуждена вывернуться из объятий с виноватой улыбкой, — Опоздаешь… — Но тебе ведь спешить никуда не нужно? Я мог бы что-нибудь придумать в качестве оправдания. Девушка потупилась и переминулась с ноги на ногу. Перечить Водороду — всё равно что подписать себе смертный приговор. Профессия совершенно не соответствовала его жуткой, властной и самовлюблённой личности. Он разочарованно оглядел Кислород, поморщился. Добавил как бы невзначай: — Жертвой была снова одна из кислот, если тебе, конечно, интересно. После этих слов Водород покинул квартиру, громко хлопнув дверью, а Кислород совершенно расстроилась. Она знала, что её парню сейчас нелегко: уже второе убийство было по одной и той же схеме (насколько известно по торопливому звонку его коллеги). Вообще они происходили крайне редко, а тут вдруг два трупа за два дня. Дело в том, что как только вещество умирает, оно может почти без проблем переродиться там, где впервые обрело конечную, человеческую форму. Только вот начинает оно с самого детства и с полной потерей памяти. А также они не стареют. Собственно, потому обычно убийств и не было, что окончательно убить то или иное вещество просто невозможно. И в принципе их… очень много. Определённо, последние события сильно настораживали. И отчасти даже пугали. Что такого должно было случиться, чтобы кто-то совершил убийство? Спустя небольшое количество времени Водород уже подошёл на проспект Менделеева — это название было придумано в честь таблицы, которую в этом мире почитают, как святошу. Она позволяет понять, что все живущие на Земле связаны между собой. Брюнет усмехнулся, понимая, как это иронично в виду происходящих событий. Он надел белые полупрозрачные перчатки и подошёл к напарнику, который уже осматривал тело. С виду — девушка как девушка, ничем не примечательная. — Ну, и как дела здесь? — лениво поинтересовался Водород. Напарник недовольно поднял на него взгляд своих серых блестящих глаз с искристыми вкраплениями самых разных цветов. Несмотря на тоненькое и даже хрупкое телосложение, его ловкости и хитрости позавидовали бы многие, хотя по части физического труда Свинец, бесспорно, уступал Водороду, а тот пускай и считал себя заинтересованным исключительно в девушках, но всё-таки порой заставал себя за любованием необычной внешностью партнёра. Друзьями эту парочку полицейских — милого и внушительного — назвать было бы трудно. Свинец не раз осуждал Водород за различного рода действия, а тот, в свою очередь, часто дразнил серовласого то мальчишкой, то просто в лоб обзывал сопляком за искренность и доброту, а также непоколебимость взглядов, причём порой эта уверенность и правда выглядела наивно. Свинец редко отвечал на подколы, стараясь быть выше этого, и тем не менее душу жгла горькая обида на непонимание и нежелание понять. — До того, как ты объявился, всё было прекрасно, — тихим и уравновешенным голосом послышался ответ. — Да брось! Дуешься? — в его сторону послышался смешок. — Я уж думал, мы тут быстро закончим, и- — Я не дуюсь. Тебя посвятить в материалы дела или обойдёшься? — Посвящай, — Водород недовольно поджал губы. — Хорошо, но сначала пообещай, что больше не станешь опаздывать. — С чего бы мне это тебе что-то обещать, мелочь? — он и правда был выше Свинца примерно на голову. — С того, что если мой напарник часто пропадает, то, во-первых, ему ни к чему знать о материалах дела, а во-вторых этот факт вызовет у меня подозрения касательно твоей персоны. Если конкретизировать, то я буду сомневаться, что ты никак не связан с убийцей. Водород замолчал, многозначительно нахмурился и окинул взглядом труп. Потом под пристальным взглядом «мелкого» всё-таки удручённо кивнул, не в силах выдавить из себя слова обещания. Кажется, этого уже было достаточно. — Итак… судя по внешним признакам, это отравление, причём произошло убийство не здесь — девушку перетащили, да и улик практически нет: это очень похоже на прошлое дело. И оно тоже было спланировано. Оба мужчины замолчали, обдумывая информацию. — Полагаю, что… — Они связаны, — перебил Водород, на что сероглазый только вздохнул, уже привыкший к такому обращению. — А теперь ты мог бы вспомнить, что я тебе говорил по телефону… ровно то же самое ведь. Водород не ответил и направился в конец проспекта. Он чувствовал себя дважды униженным сегодня: сначала своей девушкой, а теперь и назойливым напарником, считавшим, что умнее всех. Но это не так! Не так ведь? Быстрые тонкие пальцы набрали номер такси. В воздухе не было ни намёка на запах гнили или разложения, разве что лёгкий аромат кофе со стола администратора — всё чисто и стерильно, и труп кислоты оказался в светлом помещении, что было бы неожиданно для любого, ранее не бывавшего в морге. Холод здесь пробирал для мурашек, но вот брюнет такой перемене температуры, контрастировавшей с жарой снаружи, только радовался. Тело жертвы резко оказалось на железном столе, и из серой, чересчур безрадостной двери кабинета вышла патологоанатом: женщина лет около тридцати с чёрным высоким хвостом и на каблуках сантиметров под пятнадцать, однако низкой врача назвать было нельзя и без них. Её халат выглядел прилично и закрывал всё, что нужно, однако скрыть объёмных форм не удавалось даже сейчас. Судя по всему, отношение окружающих к её внешности сильно повлияло на характер. — Отлично, замечательно, вы, мальчики, совсем перегрузить меня хотите? — произнесла она крайне недовольным тоном. — Разве это дело, что второе тело за неделю мне доставляют? Что, интересно, вы хотите от меня услышать? Слов благодарности? — Мне казалось, что Вы любите свою работу, — не рассчитал веса своих слов Водород. — Мы хотели- — КАЗАЛОСЬ? — она гневно свернула глазами, так что детектив даже съежился. — Нет, мальчик, я люблю свою работу, только вот что вы за полицейские, что допускаете такой уровень преступности? — Убийства от нас не зависят, — вновь попытался он сказать, но опять был прерван. — О, ну разумеется! И вы никак не могли их предвосхитить! — Она раздражённо фыркнула и направилась к столу, после чего начала перебирать инструменты. — ЙОД, ПОДОЙДИ КО МНЕ. «К ноге» — мысленно добавил Водород. День с каждой секундой становился всё невыносимей, теперь на Йод ещё и наорут из-за него. А между тем ни он, ни Свинец даже не запомнили имени дамы. Из кабинета показалась светлая макушка Йода. — Что случилось? — осторожно поинтересовался он и поправил прямоугольные очки в тонкой оправе. — Подойди, тебе говорят. Мужчина, очевидно, тоже врач, робко вышел из-за двери и сделал то, что от него требовали. — К-конечно, Ртуть, — Водород заметил у говорившего собранный сзади хвостик и посчитал это довольно милым. — Сколько можно просить не нервничать так. Не кусаюсь ведь, — тон женщины смягчился, но тут же вновь стал холодным: — ты провел полную стерилизацию инструментов, как я и просила? — Разумеется, — короткий кивок. — Ну, тогда просто смотри. Отравление, как тогда? — уточнила она у детективов. — Да, как в тот раз, — ответил на сей раз уже Свинец. И сейчас Водород заметил нечто странное. Серовласый смотрел на Ртуть несколько иначе, чем на всех остальных. Нет, он не пялился на фигуру патологоанатома, однако было в его взгляде что-то даже большее, чем восхищение. Как Свинец вообще умудрился.? Уплывший в свои мысли Водород даже не заметил, как властная женщина начала разрезать труп, причём в освещении, царившем в комнате, казалось, что на лице у неё то появляется, то исчезает зловещая улыбка, не предвещающая ничего хорошего. А может быть и не казалось, кто его разберёт. Во всяком случае, глядя на Йода, можно без труда понять, что глючит парня не в одиночку. Зато Свинец и сейчас умудрялся этого не заметить. Ртуть между тем оставляла комментарии и диктовала Йоду то, что необходимо записать, и часть крови, брызнувшей на её халат, делала общую картину ещё более жуткой. У детектива даже появились мысли о том, что, может, Ртуть тоже убивала и лишь потом стала врачом? Это бы многое объяснило. Наконец она вынесла свой вердикт: — H2SO3. — Это.? — Свинец не разбирался в условных обозначениях веществ. — Сернистая кислота, — любезно пояснила Ртуть. — Кому кислоты вообще умудрились помешать? — Нахмурился Водород, вспомнивший тот факт, что кислоты крайне редко могли занимать хоть сколько-нибудь выгодное положение в обществе. — На этом мои полномочия заканчиваются. Вы же детективы, а значит, вам и разбираться.