Исповедь

      Проснувшись Кирилл не обнаружил рядом Богдана. Однако неожиданно дверь едва скрипнула, и в комнате оказался крадущийся Иванов. Заметив уже не спящего Соколова, тот неловко почесал макушку и спросил:       — Я что, разбудил тебя?       В другой руке Богдан держал гитару.       — Ой, нет, ты зашёл очень тихо, — приподнявшись на логти, ответил тот. — Я выспался.       Иванов улыбнулся и быстро подошёл к кровати, присев рядом. «Такой милый...» — подумал он, наблюдая за ещё немного сонным Соколовым. Аккуратно подобравшись поближе, Богдан едва коснулся губ.       — Я хочу сыграть тебе, — произнёс он и, взяв гитару удобнее, сел напротив Соколова. Иванов откашлялся, а после начал наигрывать мелодию на гитаре. Кирилл молча наблюдал, слегка наклонив голову. Ноты, что играл Богдан, казались Соколову знакомыми. Иванов начал петь: — I could drown myself in someone like you, — Кирилл тут же, словно наконец окончательно проснувшись, широко открыл глаза. Он узнал песню: именно её он слышал в наушниках Богдана. — I could dive so deep I never come out — голос Иванова звучал высоко и негромко, пел он с закрытыми глазами. — I thought it was impossible— But you make it possible, — после этого он, не успев открыть глаза, вдруг почувствовал прикосновение чужих губ к своим.       —Люблю тебя, — произнёс Кирилл.