home with you

      — Карен, в какую сторону мне... — Питер в отчаянии вздыхает.       Точно. В этом костюме нет Карен.        Он щурится, чтобы лучше видеть сквозь глаза своей маски, все ещё привыкая к навигации без Старка. Он больше не может его идентифицировать. Несмотря на направленную глупость, ему удаётся умело приземляться, когда он прибывает в лагерь мстителей.       Уже поздно, луна освещает Питера, пока он крадётся на цыпочках по траве. Если он будет достаточно осторожен, то никто не узнает, что он здесь.       Он не совсем уверен, почему он здесь. Все забыли его. Чтобы, в буквальном смысле, спасти мир, Питеру пришлось пойти на такую жертву. Это произошло благодаря заклинанию, наложенному Доктором Стрэнджем.       Команда до сих пор помнит Человека-паука, только не Питера Паркера. Никто не помнит Питера Паркера.       Даже его искусственный интеллект.       Тем не менее, Питер обнаружил, что направляется в комплекс сегодня вечером. Он теперь бродит по его лужайке в тайне. Парень скучает по этому месту и людям, которым оно принадлежит, и особенно по тебе.       Вы с Питером сразу сбилизились, присоединившись к мстителям. Вы всегда были напарниками на заданиях и отдыхали вместе на выходных, наслаждаясь обществом друг друга при любой возможности. Но Питер ничего не слышал о тебе с тех пор, как произошла ситуация с Мистерио.       Он надеется, что это никак не связано с тобой.       — Привет, банда! Как дела? — он притворяется, что общается с командой. — Я? Я держусь.... поняли? Держусь?       Питер прикусывает язык от своего каламбура. Он стреляет паутиной в сторону здания, проверяя её на прочность.       С одной стороны это напоминает ему о более простых временах. С другой — о том, что он потерял.        — Боже, это отстой. — простонал Питер. — Что я делаю?       Откуда ни возьмись, вспыхивает яркий свет и освещает лужайку. Разум Питера говорит ему бежать, но тело замирает.       — Чёрт, — бормочет юноша, судорожно нажимая пальцами на свои паутинные стрелы.       Ничего не выходит. Должно быть, эта пробная паутина была последней, и он не взял с собой запасные патроны.       — Чёрт, чёрт, чёрт!       Главные двери комплекса открылись, ты выбегаешь наружу и направляешься прямо к Питеру.       — Паучок? — кричишь ты ему. — Это ты?       Это не то воссоединение, которое представлял себе Питер.       Он оживленно поднимает руки в защиту, делая несколько шагов, чтобы сократить расстояние между вами.       — Да. Как ты... как ты узнала? — пискнул он.       — Ты обманул датчик движения. Вот тебе и ловкость, — тыкаешь большим пальцем вверх на вышеупомянутые лампы.       Упс.       — Прости, — извиняется Питер, опуская руки.       — С каких это пор у нас такое? — на твоих губах появляется небольшая улыбка. — Многое изменилось с тех пор, как тебя не было, паучок, — подтруниваешь ты.       Оглядев Питера, ты ззамечашь переливающуюся ткань и изобретенный символ паука на его костюме.       — Похоже, ты изменился. Я почти не узнала тебя в новом костюме. — ты даже не представляешь.       Твоя улыбка внезапно исчезает, сменяясь хмурым выражением лица. Питер сглатывает.       — Где ты был? — требуешь ты, но это уже от беспокойства.       В последнее время Человека-паука нелегко найти. Питер предпочитает, чтобы так было, потому что это избавляет его и всех остальных от душевной боли. Вот почему он избегает команды: встреча с тобой причинила бы слишком много боли.       — Ты проверяла Куинс? - отвечает Питер. — В последнее время я держусь ближе к земле.       Он кладет руки на бедра в попытке принять властную стойку.       — Где ты была, Т/и? — переиначивает он твой вопрос. — Где ты была, когда Мистерио подставил меня под чёртово убийство, а?       Ты насмехаешься над тактикой запугивания Питера. Он никогда не был хорош в этом.       — Я была за пределами мира и искала Фьюри, чтобы он мог очистить твое имя, Паук-угроза, - холодно отвечаешь ты. — Но в итоге ты сделал это сам.       Питер встает, его плечи опускаются.       В этом гораздо больше смысла, чем в том, что он придумал.       — О, — тихо признает он. —Почему ты мне не сказала? — ты встречаешь его взгляд.       — Я не хотела, чтобы ты беспокоился об этом... ты и так беспокоишься.       Ты хватаешь одну из рук Питера, отчаянно нуждаясь в его прикосновениях после того, как так изголодалась по ним. Питер раздвигает пальцы, чтобы ты провела свои сквозь них, что ты и делаешь. Он улыбается сам себе за своей маской.       Он так скучал по тебе. Даже если тебя больше нет в жизни Питера, по крайней мере, ты все еще в жизни Человека-паука.       — Мне очень жаль, Питер, что все это произошло. Из-за твоей тети...— ты качаешь головой, твой голос дрожит. — Я бы связалась с тобой раньше, но я подумала, что тебе нужно побыть в одиночестве...       Питер роняет твою руку, его глаза почти выскочили из глазниц.       Ты произнесла его имя.       Он никак не мог расслышать это правильно... да?       — Что ты только что сказала? - задыхается Питер.       — Я подумала, что тебе нужно одиночество? — повторяешь ты, не понимая, о чем он говорит.       — Нет, нет, нет. До этого, — торопливо произносит Питер.       Ты задумываешься       — Мне жаль..., — отвечаешь ты, Питер жестом просит продолжать. — Питер?       Он так потрясен, что спотыкается и опускается на свои ноги. Он падает в траву, и ты связываешь свою руку с его, чтобы потянуть его вперед.       — Ты в порядке? — смеешься ты.       Питер вырывает свою руку из твоей, отказываясь от помощи.       — Нет! — кричит он. — Нет, конечно, я не в порядке! Ты не должна меня знать!       Не волнуясь, ты смахнула с рубашки травинку. — О чем ты говоришь, Паркер?       Он с трудом может поверить в это каждый раз, когда его имя слетает с твоих губ.       — О... о заклинании! — продолжает Питер. — Я не понимаю.. Я думал, оно сработало! Как ты меня помнишь?       Ты начинаешь понимать, о чем он говорит.       — Ты имеешь в виду заклинание Стрэнджа? — спрашиваешь ты.       Питер кивает, слишком ошеломленный, чтобы говорить.       — Я уже говорила тебе, я была за пределами мира, когда он произнес это заклинание, — говоришь ты, как будто он должен был знать все это время. — На самом деле, некоторые члены команды все еще помнят тебя.       Его разум фактически взорван, Питер проводит рукой по лбу. Ты хихикаешь над ним.       — Разве Стрэндж не объяснил, как это работает? — спрашиваешь ты.       Питер потирает переносицу. — Мы не обсуждали детали.       Ты снова протягиваешь Питеру руку, чтобы помочь ему подняться с земли. На этот раз он соглашается, вставая на ноги.       — Да, у него есть неприятная привычка делать это, — подтверждаешь ты.       Ты тянешь за нижнюю часть маски Питера, прося разрешения снять ее. Он вздрогнул. Никто не видел его без маски с тех пор, как его личность была раскрыта.       Затем он вспоминает, что это ты.       Это ты, и ты его знаешь.       Питер склоняется ближе, позволяя тебе снять маску. Ты делаешь это медленно и осторожно. Ты ценишь каждую черту его лица, которую не смогла рассмотреть, ухмыляясь. Его щека теперь лежит на твоей ладони, кожа к коже.       — Я никогда не смогу забыть тебя, Питер Паркер, — пробормотала ты, вкладывая маску Питера в его руку.       Твои губы прижимаются к его одной извилистой брови, которую ты обожаешь. Он закрывает глаза, наслаждаясь этим ощущением.       — Я скучал по этому, — вздыхает Питер. Он соединяет ваши руки и целует костяшки пальцев. — Я скучал по тебе.       — Ты должен зайти внутрь, остаться на некоторое время, — предлагаешь ты, ухмылка расширяется. — Там есть несколько дружелюбных лиц, которые с радостью примут тебя обратно.       Питер тихо смеется. — Я буду рад, если меня примут обратно.       Ты наклоняешь голову в сторону, Питер зеркально отражает тебя.       — К тому же, пара новых членов команды хотели с тобой познакомиться, — хмыкаешь ты.       Приятно удивленный, он поднимает брови. — Да? И кто же?       Вы двое начинаете идти к комплексу, рука об руку.       — Это Шан-чи. Он получил широкую известность благодаря тому, что спас автобус, полный людей, который сошел с рельсов, – упоминаешь ты.       — Автобус? О боже, я смотрел это видео! Он, типа, легенда! — задыхается Питер, а ты хихикаешь над его реакцией.       — Ну, теперь ты можешь сказать ему это сам.       Питер внимательно слушает, как ты рассказываешь ему о том, кто еще из членов присоединился к Мстителям. Он не может вспомнить, когда в последний раз он был так взволнован чем-то, не говоря уже о том, когда он вообще был взволнован.       Он рад, что вы двое смогли вернуться к тому, на чем остановились, как будто ничего не изменилось, хотя все изменилось.       Хорошо быть дома.       Ещё лучше быть дома с тобой.