Скрипку слышат лишь душой

карета наконец остановилась. майки выглянул в окно, но старший брат не дал полюбоваться видом, просто распахивая дверь и выходя из транспорта. майки закатил глаза, и хоть это было неуместно, ему нравилось делать нечто подобное за спиной брата, пока тот не видел. джерард уже полной грудью вдыхал воздух, когда младший уэй спрыгнул на землю. под ногами зашуршал щебень. пока они осматривались, кучер выгрузил все чемоданы, сундуки и саквояжи с их вещами прямо на дорогу, и, недолго думая, уехал, оставляя молодых графов одних. особняк, у порога которого они оказались со всеми своими вещами, был одним из множества, что принадлежали их родителям. но сейчас у их фамилии остался только он. этот дом был меньше того, в котором мальчишки выросли, но далеко не маленьким. большое трехэтажное здание, немного старое на вид, с плющом, обвисшим на стенах, но, в целом, крепкое. правда, джерард, казалось, был не так доволен. хотя плохое настроение майки брату простил. на молодого графа обрушилось все и разом: трагедия, унесшая жизни их родителей, долги отца и несовершеннолетний младший брат, опеку над которым пришлось взять на себя. старший уэй глуп не был, справился со всеми кредиторами, хоть это и стоило ему почти всего их имущества. главные фамильные ценности остались при нем, а так же, вот это небольшое поместье, со скромным садом и озером неподалёку. по словам управляющего, которого, впрочем, пришлось уволить, тут даже была скромных размеров конюшня. а вот были ли в ней лошади – это уже другой вопрос. впрочем, майки, наивную душу, все это вообще не волновало. он осматривал их новый дом с живым интересом. мальчишеский взгляд сразу подметил большой дуб у самых стен дома. это был теоретический путь на второй этаж прямо с улицы. конечно, более строгий старший брат не одобрил бы чего-то подобного. майки тут же вздохнул – было время, когда они с ним вдвоем вытворяли разные шалости. однако джерарду пришлось быстро взрослеть, и их отношения кардинально изменились. майки провел носком начищенной до блеска туфли по дороге и что-то хотел сказать брату, но их прервало цоканье копыт и ржание лошади. оба графа обернулись – к ним приближался всадник. майки про себя скривился. это был фрэнк какой-то там айеро, новый знакомый брата. они познакомились на чьем-то званом ужине и сдружились на почве будущего, теперь уже настоящего, соседства. – джерард, друг мой любезный, я вас ждал.– невысокого роста парень спрыгнул с седла, быстрым шагом приближаясь к джерарду и заключая его в крепкие объятья. – здравствуй, фрэнк.– совершенно безнадёжно, на взгляд майки, разулыбался брат. – майки, добрый день.– поздоровались и с ним. – день добрый.– приподнял младший уэй уголки губ в подобии улыбки. впрочем, больше любезничать с чересчур улыбчивым коротышкой-соседом он не стал. внимание юноши уже было отвлечено старым домом, ведь он сам себя не осмотрит и не облазит все углы в поисках чего-нибудь любопытного. так что, наплевав на вещи и на то, чтобы помочь брату занести их в дом, майки бегом направился к большому крыльцу, быстро поднялся по аккуратным ступенькам и распахнул дверь, влетая в пустынную прихожую. сразу перед ним предстала лестница, ведущая на второй этаж, но сначала уэй собирался осмотреть первый. он резко развернулся направо и вдруг вздрогнул. у штор, застилающих большие окна и солнечный свет, стоял высокий парень, в строгом костюме дворецкого. он стоял немного в тени, позволяя молодому графу разглядывать свою необычную кудрявую причёску. – вы не позволите ваше пальто и перчатки, молодой господин?– улыбнулся этот человек. майки неуверенно посмотрел на него и на протянутую в ожидании руку. он не знал, что у них будет дворецкий, ведь средств не хватало. но он так же знал, что некоторым слугам некуда было податься, так что они оставались в доме хозяев просто за еду и крышу над головой. этот, видимо, был таким. майки, спохватившись, неуверенно подошел ближе, снимая с себя верхнюю одежду. – да... да, конечно.– он отдал кудрявому парню свои вещи и неловко поджал губы. – прошу,– дворецкий указал рукой в сторону гостиной. – осматривайтесь. майки перевел свой взгляд туда лишь на секунду, но когда он собрался поблагодарить прислугу и обернулся к нему, дворецкого уже не было. уэй даже прокрутился вокруг своей оси на низких каблуках, ища пропажу взглядом, но так ничего, кроме старых стен, и не заметил. – эй, майки! а ну иди сюда, возьми хотя бы свои вещи, паршивец!– прокричал с улицы джерард, и пришлось, недовольно цыкнув, пойти за багажом. за окном стояла осень. не та, что совсем еще ранняя и теплая – почти лето, и не та, что ближе к зиме – холодная и голая. а та осень, что нравилась всем. яркая, рыже-красно-желто-багровая. это была осень, в которой можно было утонуть взглядом, под которую приятно было пить чай с сахаром, слушая треск камина... они жили в новом доме уже вторую неделю. майки здесь, на удивление, нравилось. сейчас он чувствовал себя хорошо. джерард сидел за столом, читая книгу, и никто не мог сказать ему, что это неправильно. и майки был этому рад. он сидел за этим же столом и в какой-то степени поочередно любовался то братом, то пейзажем за окном. чай был вкусным и полностью удовлетворял младшего уэя, несмотря на отсутствие даже печенья к нему. нет, они, конечно, еще могли позволить себе печенье и даже шоколад, но чай был сварен спонтанно. майки, к слову, впервые в жизни заваривал чай сам. ему понравилось. – тебе бы тоже почитать что-то.– через книгу глянул на младшего брата джерард. – для общего развития. – я хочу пианино.– произнес майки. – ты не умеешь играть на пианино.– выгнул бровь граф. – хочу играть на пианино.– твёрдо повторил младший, и на этот раз остался попросту проигнорирован. он надул губы, но на самом деле не обиделся. а почитать что-то и правда стоило. не зря же с маленьким майки так мучились в детстве, разучивая буквы. поняв, что брат с ним беседовать больше не собирается, погрузившись обратно в свой мир, майки тяжко вздохнул и, оставив чашку чая, встал изо стола. он собирался посетить библиотеку, которая здесь имелась, и найти себе там что-нибудь занимательное. он свернул раз, другой, третий и вприпрыжку оказался возле нужной двери. правда, прежде, чем взяться за ручку и открыть ее, он уловил приглушённый звук какой-то мелодии... прислушался на секунду, понимая, что звук из библиотеки, и распахнул дверь, сразу слыша музыку громче. стараясь не шуметь, майки вошёл в библиотеку и дверь за ним сама собой закрылась. в помещении играла скрипка. разливалась своим нежным плачем по воздуху, долетая до ушей юноши и задевая какую-то хрупкую нить его души. было... очень красиво. майки обогнул книжную полку, и его взору открылся центр полукруглой библиотеки. прямо посередине, окружённый книгами, стоял тот самый дворецкий, который изредка мелькал в зоне видимости, но с которым уэй так и не разговаривал больше с того дня, как они въехали. на самом деле, дворецкий был странным. молчаливо стоял в темных углах дома, проходил, не здороваясь, мимо вдоль коридоров и иногда даже взглядом не удостаивал. майки просто решил не думать об этом, но вот сейчас все его мысли были сосредоточены исключительно на этом кудрявом парне, стоявшем среди библиотеки и играющем на скрипке тоскливую мелодию. юноша тихо сел на кресло и, затаив дыхание, начал слушать. однако он, видимо, пришел к концу композиции, потому что, взяв высокую ноту и медленно оборвавшись на ней, скрипка замолчала. майки успел послушать, от силы, пол минуты. – ты меня не прервал.– раздался в повисшей тишине голос дворецкого, и уэй вздрогнул, ведь скрипач стоял к нему спиной, и графу казалось, он его не заметил. – это похвально.– музыкант развернулся, улыбаясь, и заправил длинные пушистые кудри за уши, насколько это было возможно. – как тебя зовут?– задавать вопросы не по теме диалога было тем, в чем майки был мастером. – рэймонд.– дворецкий подошёл к ближайшей тумбочке и аккуратно положил на нее скрипку, разворачиваясь к своему нежданному слушателю. – рэймонд торо.– усмехнулся он. – но вы можете звать меня рэй, молодой господин. – сыграй мне еще, рэй.– попросил майки, тут же воспользовавшись своим правом называть дворецкого этим именем. – не сегодня. – а...– юноша вдруг загорелся идеей. – а научи меня играть! – ох, молодой господин.– рэй ласково улыбнулся, но голос его был холоден. – ни за что. майки расстроился, но ненадолго. заметив, что собеседник собирается уходить, он схватил его за рукав. это произошло быстрее, чем он успел подумать. однако, на него посмотрели с исключительным терпением. юноша отпустил чужую руку и застенчиво улыбнулся. он толком не знал, что хотел сказать, но в этом доме было так скучно, что хотелось хоть какого-нибудь разнообразия. а что может быть заманчивее, чем разговор с мрачным жителем этого дома, играющим в библиотеке на скрипке? – что ж, не сегодня, так когда?– выдохнул майки, вставая и глядя в темные глаза напротив. что-то странное, похожее на любопытство, проскочило во взгляде скрипача. – правда хочешь послушать мою игру?– улыбнулся он, и эта улыбка отразилась на лице уэя, который быстро и уверенно кивнул на это вопрос, даже не заметив, что к нему обратились не по должности. – хорошо. тогда завтра.– пожал плечами дворецкий, беря в руки скрипку. – это не твой брат, с соседом, там?– рэй посмотрел за спину майки, туда, где находилось окно, и граф тоже обернулся, чтобы лицезреть, как джерард запрыгивает на чужую лошадь и смеется, над, скорее всего, совершенно глупой шуткой фрэнка. – ага. кажется, у него будет роман с этим...– юноша обернулся, – айеро...– но его собеседника уже не было рядом и библиотека была пуста. на следующий день майки слонялся по дому без дела и скучал. он маялся. рэй пообещал сыграть сегодня, но времени и места встречи не назвал. и, как назло, будто бы сквозь землю провалился. его и след простыл, где уэй только не смотрел. и никакое чтиво не лезло в голову, так что майки просто бродил по особняку, терпеливо чего-то дожидаясь. он как раз сидел в гостиной и смотрел на то, как дождь барабанит по стеклу, когда входная дверь распахнулась и послышался веселый смех. встав с насиженного кресла, майки глянул в прихожую. промокшие до нитки, там стояли брат с фрэнком. младшему уэю пришлось лицезреть картину того, как джерарду помогли снять пальто, после чего он, хихикая, прижал фрэнка к стенке, и они поцеловались. смех стих, его заменили мокрые звуки поцелуев. эти двое были настолько увлечены друг другом, что, кажется, не заметили бы майки, даже если бы он стоял прямо перед ними. однако он столь неосторожен не был, и наблюдал за этим из-за угла. джерард стянул с их гостя пальто, совсем не по правилам этикета, и, вжав в стену еще сильнее, впился губами в чужую шею. фрэнк, прикрыв глаза, тихо выдохнул, и уши майки порозовели от того, что он на секунду посчитал их соседа симпатичным. старший брат тем временем раздвинул коленом ноги айеро и что-то такое прошептал ему на ухо, что у того щеки заалели. а у майки почему-то пересохло во рту, а в животе что-то скрутилось теплом. – что ты делаешь?– вдруг раздался голос прямо над ухом, и юноша резко обернулся, встречаясь взглядом с рэем. – я, эм, я...– он покраснел не хуже фрэнка. – ничего я не делаю, пошли!– и, схватив дворецкого за руку, повел его в противоположную от брата сторону, тот послушно пошел следом, и майки надеялся, что ему только послышался этот тихий смех. они поднялись на второй этаж в комнату младшего уэя, и там граф, почувствовав себя чуть более раскованно, наконец расслабился. он сел на широкий подоконник, свесив ноги вниз, и уставился на рэя, который остался стоять посреди комнаты. по стеклу барабанил дождь, сердце в груди почему-то до сих пор колотилось, но, несмотря на это, майки все еще чувствовал тяжелую тишину. он ждал игры, не зная, зачем вообще попросил о таком одолжении. наверное, это был просто способ наладить связь с этим человеком. так или иначе, рэй, глянув на юношу, чему-то улыбнулся и достал из футляра скрипку. он бережно облокотил ее о плечо и глубоко вздохнул. – раз у тебя сегодня такое шаловливое настроение...– он усмехнулся, откровенно издеваясь. – то я сыграю тебе оду страсти.– он только лишь прикрыл глаза, как в следующую секунду смычок в его руках взмыл вверх, пальцы зажали струны и раздался первый звук. майки не знал, за чем он следил больше: за бешено двигающимся смычком, за быстро перепрыгивающим и точно знающим свое место на струнах пальцами, за этими пышными волосами, мотающимися из стороны в сторону вместе с их владельцем. но, так или иначе, все это сопровождалось этой музыкой. музыкой, опасно просачивающейся куда-то в грудную клетку. она и в правду была такой – страстной. она то скакала высокими тонами, то замедлялась на мгновения, чтобы вновь взлететь ввысь. божественная мелодия, или наоборот – демоническая, майки точно не знал. но что он знал, так это то, что где-то на первом этаже его брат целовал мужские губы, и это было грешно. и что эта музыка заставляла его думать об этом больше и больше. о прикосновениях к бархатной коже, о чьем-то языке в горячих устах... рэй играл так, словно больше не было вокруг ничего важнее этой музыки. он держал скрипку нежно, но обращался с ней страстно, как с юной любовницей. эта была ода грешной любви. и юная душа, с интересом слушающая его, быстро уловила нужную волну, быстро стала частью музыки. рэй знал это. он знал, что этот светлый мальчик легко поддавался скрипке, это стало ясно с первых секунд их знакомства. и это было прекрасно, что могло быть лучше того, чтобы быть восприимчивым к нотам, разливающимся в бесконечном салюте по воздуху? юный же уэй в какой-то момент поймал себя на мысли, что стал тяжелее дышать и что внизу живота все потяжелело. он закусил губу и скрестил ноги, отворачиваясь от скрипача. однако от музыки это не спасло. она все еще будто бы лилась прям на кожу, как раскаленный воск, обжигая и заставляя дрожать. майки не знал, что с ним происходило, он правда не был уверен, но что-то словно зудело прямо внутри него. было как-то совершенно хорошо и ужасно тяжело одновременно. скрипка зазвенела, запела на высокой ноте, и юноша сжал пальцы ног, понимая, что голова кружится. композиция закончилась, она точно уже прекратилась, но в ушах почему-то все еще звенело. майки спрыгнул с подоконника и, не удержав равновесие, пошатнулся. он точно упал бы, но его придержали сильные руки и аккуратно довели до постели. все вокруг размывалось, взгляд будто бы помутнел, и было жарко, очень горячо. – что тебя так возбудило, майки?– раздался шепот прямо у уха, и все тело вздрогнуло. – тише, ложись.– и он лег, и вправду лег на спину, зачем-то тут же вскидывая бедра. – не думай о брате. никогда не думай так о брате.– холодно и четко сказали ему. – но джерард...– уэй буквально захлебнулся воздухом, пытаясь что-то сказать. – он... – твой брат. только твой брат.– его нежно погладили по голове, и напряжение стало сходить. – это понятно? – это понятно.– прошептал майки, закрывая мутные глаза и проваливаясь в бездну сна. день был, на удивление, солнечный. фрэнк уехал куда-то в соседний город, и его не было уже несколько дней. майки видел, как джерард маялся, поэтому, чтобы отвлечь его, а главное себя – он пригласил брата в их сад, пособирать красочные листья клена. старший уэй это приглашение принял. и так они оба оказались здесь, в своих уже теплых пальто и обуви, роющей носом опавшие листья. повисла неловкая тишина. майки вдруг понял, как давно они просто не разговаривали. раньше ведь могли подолгу обсуждать все на свете, но все изменилось. все так чертовски изменилось, и это раздражало. – посмотри какой листик.– джерард, кажется, тоже чувствовал этот дискомфорт, он улыбался крайне натянуто, протягивая брату кленовый листок. – он такой наполовину желтый, наполовину багровый, красивый, да? – да...– согласился майки, вздыхая и добавляя листок в свой красочный букет. он глянул на деревья и дал этим листьям еще пару дней от силы. скоро должны были грянуть морозы, и ветки опустели был, оставив лес беззащитным и голым. шмыгнув носом, юноша что-то хотел спросить у брата, но тут его взгляд упал на окно их особняка. там мрачной тенью стоял рэй. это был первый раз, когда майки видел его за прошедшие несколько дней. в тот вечер, когда дворецкий сыграл ему, все закончилось сумбурно и странно, и в итоге он просто проснулся с утра в своей одежде прямо на заправленной со вчера постели и опять потерял из виду этого загадочного жителя их дома. рэй наблюдал за ними без какого-либо явного интереса, но так как они встретились взглядами, майки неловко поднял руку в перчатке и помахал ему. скрипач этот жест благополучно проигнорировал. – кому ты машешь?– возник рядом джерард, и майки отвлекся, глянув на брата. – эм...– он посмотрел в окно, но там уже никого не было. – да так.– пришлось досадно поджать губы и пнуть кучу листьев ногой. старший уэй внимательно посмотрел на их дом и перевел взгляд на, явно чем-то расстроенного, брата. его тоже тревожило что-то. наверное, им правда стоило поговорить. – может ты...– джерард собрался с мыслями и, привлекая к себе внимание, все таки спросил, – может хочешь поговорить о господине айеро? – господине айеро?– майки скривился и выронил все собранные ранее листья. – к чему такие формальности, джерард? – для тебя он все еще... – для меня он чертов парень, отобравший все внимание брата!– что-то вскипело в нем, что-то, что давно сидело молча и недовольно, а теперь вдруг вырвалось наружу. – ты проводишь с ним все свое время!– обвинение само сорвалось с языка, а за ним следующее, – ты вообще со мной почти не разговариваешь, только и делаешь, что ходишь с ним на конные прогулки и к нему на званые ужины. – тебя он тоже приглашал.– упрекнул джерард, но ничего этим не добился, младший брат его просто проигнорировал. – раньше ты читал мне книги, а сейчас читаешь ему любовные романы, пока он лежит головой на твоих коленях.– почему-то к горлу подбирался ком. – почему ты променял его на меня? чем он лучше? тем, что ноги раздвигает перед тобой?– майки подошел к ошарашенному брату почти вплотную. – хочешь, и я раздвину?– усмехнулся и тут же получил знатную пощечину. оплеуха была такой силы, что майки отшатнулся от брата, почти потеряв равновесие. щека горела, и он прислонил к ней руку, глядя на джерарда напугано. он понял, что перегнул палку, конечно, понял, и все же... джерард никогда не бил его. это была, скорее, прерогатива покойной матушки. юноша сглотнул, видя, что глаза брата полны ярости. – ревнивый мальчишка, какое ты имеешь право даже на такие мысли!?– прокричал он и развернулся, быстрым шагом удаляясь прочь. майки стоял среди опавших листьев один, все еще держась за горящую щеку. внутри бурлили наполненные тоской эмоции, а как только джерард ушел достаточно далеко, чтобы не слышать, младший уэй жалостливо всхлипнул – сегодня вечером приезжал фрэнк. айеро зашел к ним уже на следующий день. приперся к обеду, но на сей раз майки было даже легче от этого. потому что джерард совершенно не говорил с ним, упорно игнорируя его существование. конечно, вдвойне обидно было тогда, когда ни слова за весь день не сказавший ему старший уэй рассыпался приветствиями перед гостем. зато майки позволил себе не выходить к ним, и, взяв несколько первых попавшихся книг из библиотеки, заперся в своей комнате. так, за какими-то глупыми романами он и просидел весь вечер. темнело рано, так что пришлось спуститься за спичками. он старался быть незаметным, но это не помешало услышать тихий смех из гостиной. сердце болезненно сжалось, и майки пообещал себе, что завтра обязательно искренне попросит прощения у брата, и они с ним помирятся. на это он, по крайней мере, надеялся, сам не понимая, что заставило его вчера так сорваться. успокоение от мысли о примирении длилось, однако, недолго. ночью спалось плохо, и еще хуже стало, когда майки разбудил шум. шум из соседних покоев, где находилась спальня брата. майки проворочался немного в постели и в итоге лег на спину, глядя в потолок. джерард, кажется, в отличии от него, совершенно не убивался, а вполне хорошо проводил время. его протяжный стон был слышен как никогда четко. и серия коротких другого голоса. кажется, фрэнк какой-то там айеро тоже весьма недурно развлекался. майки накрыл подушкой собственное лицо и тихо взвыл. он ненавидел свою новую жизнь! отбросив одеяло в сторону и резко вскочив с постели, юноша выбежал из комнаты в коридор, быстрым шагом направляясь прямиком на улицу, прямо в ночь. он точно не знал, что собирался сделать и как вообще этот безрассудный и спонтанный поступок мог помочь ему, но ноги сами несли его прочь из этого дома. в спешке натянув на босые ноги ботинки, майки отворил тяжелую дверь и выскочил на улицу. его сразу обдало ледяным ветром, выбивая из головы все дурные мысли. майки глубоко вдохнул и выдохнул, стоя недалеко от крыльца спиной к дому. мурашки пробежались по телу – осень давала о себе знать. когда он собирался втянуть голову в плечи, на них вдруг опустилось пальто. кто-то заботливо укрыл его, и, обернувшись, уэй увидел дворецкого. он благодарно кивнул и укутался в теплую одежду сильнее. к слову, это было то самое пальто, которое он отдал рэю в самый первый день, и которое больше с тех пор не видел. ну, оно пригодилось в самый нужный момент. заводить разговоры хотелось меньше всего, так что майки уставился на ночное небо, наблюдая за звездами. – ты совсем потерялся.– сказал спокойный голос за спиной. – перестал улыбаться. – может, я просто повзрослел.– буркнул юноша. – о, нет, просто мысли не тем заняты.– хмыкнул рэй. – обычно в это время я играю на скрипке, а не утешаю неразобравшихся в себе юнцов. – ничего подобного.– нахмурился майки. – ты не играешь в это время.– уверенно сказал он. – ох, ну что ж, как скажешь.– улыбнулся рэй. – я бы услышал. у меня чуткий слух. – это правда. слух у тебя хороший.– кудрявые волосы трепал ветер. – хочешь, вернемся в дом, и ты послушаешь? майки задумался на секунду. в последний раз это закончилось не слишком хорошо. он недоверчиво посмотрел на скрипача, но вдруг понял, что не хочет проводить эту ночь один. так что, улыбнувшись совершенно искренне, он кивнул и проследовал внутрь за рэем. сняв на пороге обувь и пальто, они прошли вглубь дома. в этот раз они остались в малой гостиной. здесь было уютно: мягкие удобные кресла, зашторенные окна. камин не горел и было прохладно, так что майки взобрался с ногами в кресло и стянул с соседнего плед, укрываясь им. он превратился в маленький, готовый внимать музыку, клубок. рэй слабо улыбнулся, оставшись стоять перед ним. у него в руках уже была скрипка, взявшаяся будто бы из неоткуда. когда рэй принял нужную для игры позу и выдохнул, майки напрягся всем телом, будто бы ожидая удара. он не был уверен, что был готов к повторению того, что уже случалось ранее. однако плечи расслабились, как только смычок коснулся струн. эта мелодия тихим звоном пронеслась в ночи гостиной, совершенно спокойная. она шла плавно и медленно, следуя движениям своего повелителя. и музыка растеклась по воздуху, принося умиротворение. майки выдохнул, это не была тоскливая композиция – скорее то, что помогло привести мысли в порядок. напряжение ушло из тела и из души. позволив себе глубокий и ленивый вздох, майки прикрыл глаза, слушая дрожащую музыку. это было прекрасно. словно нежное мороженое, таявшее на языке. мелодия будто бы впитывала в себя весь негатив, все скопившееся внутри напряжение. и юный граф улыбнулся, все еще держа глаза закрытыми. за окном стояла глубокая ночь, где-то в другой части дома засыпал брат, обнимая чужого им человека... а майки представлял пред собой поляну возле их старого дома, их старую собаку, весело мчащуюся за палкой, и будто бы солнечные лучи согревали кожу в эту осеннюю полночь. он приоткрыл один лишь глаз для того, чтобы посмотреть, как рэй нежно водит по скрипке смычком и, улыбнувшись, заснул, чувствуя себя так, будто только что вылечился от тяжелой болезни. началась зима. пару дней, как упал первый снег, так и оставшись лежать на земле. все стало белым очень быстро. майки проводил все свободное время в библиотеке. а еще у них бы зимний сад, и, несмотря на то, что его давно запустили, там все еще было зелено. как раз сегодня уэй бродил по зарослям за дворецким, слушая, как тот рассказывает про какой-то редкий, находящийся здесь, цветок. цветка майки не видел, но слушал внимательно. ему нравилось общество рэя. на самом деле, ему очень сильно нравилось общество рэя. – когда-то этот сад и вправду был прекрасен.– грустно закончил скрипач рассказ о привезенных из-за границы цветах. – а мне он нравится таким.– пожал плечами майки и мило улыбнулся. он точно не знал, что на него нахлынуло в этот момент. наверное, это просто была попытка поддержать. рэй, на самом деле, всегда выглядел печально, но в тот момент, в саду, под стеклянной крышей, на которую тихо падал снег, в его глазах была какая-то особенная тоска. поэтому, когда он развернулся к юному графу, чтобы что-то сказать, майки встал на цыпочки и быстро ткнулся своими губами в пухлые губы дворецкого. всего лишь секунда, и он уже отстранился, волнительно наблюдая за чужой реакцией. кажется, рэй правда не ожидал ничего подобного, он выглядел озадаченным. еще через мгновение, со стороны главного зала послышался звон часов, отбивающих шесть часов вечера. это было хорошо, потому что майки обещал явится к этому времени к ужину, и это было хорошей причиной сбежать. майки невнятно попрощался со своим, теперь уже постоянным, спутником, и, обогнув его, быстро побежал к столу, и только его туфли цокали в пустынных коридорах, удаляясь все дальше. на самом деле, юноша не горел желанием ужинать с джерардом и фрэнком, несмотря на то, что все обиды, ссоры и разногласия было принято оставить в прошлом. он все еще немного недолюбливал зачастившего к ним гостя. однако воспитание, решившее вдруг вернуться к нему, заставляло держать язык за зубами. да и у майки, вроде как, было теперь, чем заняться, кроме как следить за братом, окончательно бросившим их совместное времяпровождение. так или иначе, душевное равновесие не шаталось больше, при виде этой парочки. когда, облизнув губы, майки торопливо сел за стол, джерард посмотрел на него недовольно. младший брат немного опоздал. зато… все остальные были на месте. – где ты был? – спросил старший уэй, беря в руки вилку с ножом. – с рэем.– пожал плечами младший. – то есть… с дворецким.– исправил он сам себя, тоже взявшись за приборы. фрэнк внимательно следил за уэями, отпивая вино из своего бокала. сидел он, на удивление, тихо. – майки, – джерард тяжко вздохнул. – у нас из прислуги только кухарка, да домохозяйка. мы экономим, забыл? майки чуть не закатил глаза, что было бы совершенно неприлично. иногда он совершенно не понимал брата. впрочем, не это его волновало. он в самом деле проголодался, так что просто принялся за трапезу. повисла тишина, нарушаемая лишь звяканьем приборов. в какой-то момент юноша потянулся к бутылке с вином, однако джерард перехватил ее быстрее и подвинул к брату графин с водой. майки досадливо поджал губы. – налей ему бокал вина.– усмехнулся фрэнк. – ну же, ничего с ним не случится.– джерард посмотрел на своего любовника недовольно, так что тот, ласково улыбнувшись, сам взял бутылку и наполнил бокал младшего уэя. майки не понравилось то, как легко брат пожертвовал своими принципами, купившись только на улыбку, но, видимо, так выглядела любовь. впрочем, и жаловаться было грех, теперь у него был почти полный бокал вина. недовольный взгляд брата заставил тихо хихикнуть. вино не было вкусным, оно вязало язык, и пить его было неприятно. зато к концу ужина майки заметно повеселел и даже смеялся, когда айеро отпускал шутку-другую. это было не такое уж и плохое времяпровождение. во время ужина джерард сам захмелел настолько, что долил брату второй бокал. майки хихикнул. он пьянел. причем пьянел довольно быстро. под конец трапезы три выпитые бокала дали о себе знать – майки чуть было не упал на лестнице, поднимаясь к себе в комнату. безумно хотелось спать, однако в молодом теле все еще было много невыплеснутой за сегодня энергии. совершенно противоречивые ощущения. голова кружилась. когда уэй зашел в свои покои, осматривая их, он вздрогнул – у окна стояла знакомая фигура. дворецкий обернулся к нему, прожигая взглядом. – рэй.– майки улыбнулся. – эм, привет. ты… чего тут? – ты меня поцеловал.– рэй сделал несколько шагов в сторону пьяного графа. – полагаю, я не могу оставить тебя мучиться сомнениями, не сказав своего мнения. – о…– майки сел на кровать, стягивая с себя одежду, он собирался спать. – да, полагаю так.– сердце его вдруг тревожно сжалось и он посмотрел на подошедшего к нему скрипача. – так ты…– он вдруг понял, что не хотел быть отвергнутым. совсем не хотел. рэй встал над ним, глядя на взволнованные черты лица сверху вниз. на какое-то время повисла тишина. белая рубашка майки была уже расстегнута наполовину, она свисала с него, оголяя плечо, на которое скрипач вдруг положил свою руку. юноша вздрогнул, его сердце опять стучало в грудной клетке громче положенного. – глупый мальчик, это все неправильно.– шепотом выдохнул рэй. – это потому, что я граф, а ты слуга? — майки скривил отчаянно брови, хватаясь за руку рэя и крепко ее сжимая. – мне все равно. – ох…– скрипач тихо рассмеялся, глядя на покорного юношу, терпеливо ждущего его ответа. — майки, ты даже не представляешь, кого соблазняешь. – мне все равно… я…– майки чуть ли не задыхался, но рэй прервал этот лепет, положив руку на чужую шею сзади и наклонившись, поцеловал невинные губы, раскрывая их языком. майки тут же расслабился в чужих объятьях и послушно приоткрыл рот. он упал спиной на кровать, и дворецкий склонился над ним, целуя глубже. – да простит меня твоя душа.– выдохнул он, кусая нежно мочку уха и вырывая из юноши всхлип. майки не знал ничего, кроме того, что в тот момент ему было хорошо. джерард гостил у понятное дело кого, и майки остался дома один. относительно. без брата, как ни странно, дышалось куда свободнее. камин трещал и грел, пока майки, воображая невидимого партнера, танцевал в зале вальс под скрипку. рэй стоял неподалеку и играл. а граф кружился, отбивая про себя ритм - "раз, два, три, раз, два, три...". на сей раз мелодия скрипки, разливающаяся по залу, была юноше хороша знакома. с детства он слышал ее, находясь на светских вечерах и наблюдая за взрослыми, роскошно одетыми людьми, танцующими под нее. и сам он танцевал, не раз и не два, держал хрупких девушек за талию, и в какой-то степени ему это нравилось. сейчас было лучше, сейчас никто не смотрел на него, не было опасности отдавить девушке ноги, а главное – не было толпы вокруг. только молчаливый скрипач, играющий старую добрую мелодию. и было хорошо, было солнечно, светлые лучи прокрались сквозь покрытое морозным узором стекло и освещали просторное помещение с высокими потолками. майки прокрутил невидимую спутницу на месте, как вдруг его взяли за руку и потянули на себя. и прокрутили, словно даму, уже его. не сразу сориентировавшись, уэй удивленно обнаружил на своей талии чужую руку. он все еще танцевал вальс, но теперь его вел рэй, улыбаясь и крепко держа за руку. майки весело рассмеялся, отступая теперь назад, а не вперед. и раз, два, три, раз, два, три... они крутились по залу, как будто ускоряясь и смотрели прямо в глаза друг другу, и ничего не было важнее, ведь весь окружающий интерьер терялся сбоку, кружась и размываясь. их сопровождала музыка. – почему я все еще слышу скрипку, если ты прямо передо мной...?– задался вопросом юноша, но рэй лишь загадочно улыбнулся. – разве, это столь важно?– и это вдруг правда стало неважно, потому что он был так близко к своему партнеру, что они прижимались друг к другу, что можно облокотиться щекой о его грудь и, закрыв глаза, позволить ногам и дальше отбивать ритм вальса. когда рэй был рядом, все вокруг теряло смысл. хотелось просто слушать его музыку, просто целовать его губы и не думать ни о чем. скрипка, скрипка въелась майки в душу, преследуя его, впечатываясь в само сердце. и оно билось чаще, обливаясь кровью, и оно хотело петь в голос с плачем струн. поэтому, когда музыка медленно стихла, когда сбавился темп их танца, и раздались эхом последние шаги на "раз, два три", майки посмотрел в темные глаза напротив и облизнул губы. рэй уронил его вниз, поддерживая за талию и тогда граф подумал – к черту пианино! – научи меня. научи меня, рэй.– он схватил его за щеки и прислонился своим лбом к его. – я хочу играть на скрипке. хочу играть на ней. – ты сведешь меня с ума.– нахмурился скрипач, поднимая их обоих и отталкивая от себя юношу. – поверь мне, это не то, чего ты хочешь. – о, нет, позволь!– майки засеменил следом за удаляющимся быстрым шагом рэем. – это как раз то, чего я хочу.– он схватил его за руку, останавливая. – почему ты отказываешь мне? разве мы не стали ближе? рэй посмотрел на него, пока мысли тяжело ворочались в голове. скрипач прищурился, напряженно думая, и понял, что дорогу, которую не хотел показывать этой юной душе, уже давно показал. и сворачивать было поздно. но до чего же не хотелось так поспешно приближать конец. впрочем, после любого конца следовало новое начало. – я дам концерт.– он вздохнул тяжко. – если ты придешь на него и останешься до последнего... я доверю тебе скрипку. – но когда это будет? – ты должен сам понять.– сказал он и, взяв в руки футляр со скрипкой, удалился из зала, оставляя майки стоять одного в тишине и пустоте незаданных вопросов. это случилось той же ночью. брат не вернулся домой к вечеру, о чем предупреждал, а майки, пытаясь не думать об этом, лег спать пораньше. на душе было тревожно, и он не мог понять причины, ворочаясь в холодной постели. прошло не мало времени, прежде чем усталость взяла свое и уэй смог заснуть. сны тоже были тревожными, передавая это странное настроение подсознанию. казалось, майки снилась скрипка. кудрявые, приятно пахнущие волосы, огонь... что-то еще. у него поднялся жар, кошмары прокрались в самые потайные уголки его головы, сводя с ума. нечто было не так. вскочив в постели с тихим криком, в холодном поту, майки попытался успокоиться. за окном выла метель, не жалея оконных ставен. дом будто бы скрипел. и грудь тяжело вздымалась. молодой граф не помнил, что видел еще секунду назад, но липкое чувство страха не покидало его. губы пересохли, и майки сглотнул, укутываясь обратно в одеяло. однако, стоило лечь и прислушаться, как ему показалось, что к вою метели присоединился звук... тоскливый звук скрипки. нахмурившись и встав с постели, он поспешно оделся, периодически прислушиваясь. где-то внизу в самом деле играла музыка, и он точно знал ее исполнителя. почему в такую метель, в такое время? выбежав из комнаты, уэй быстро понесся к лестнице, вниз по ступенькам, ближе к звуку. он пытался сориентироваться, но скрипка будто бы играла отовсюду и сразу. будто бы звучала из самих стен. он потерялся в собственном доме. прокрутился на месте и вдруг взгляд упал на поворот, ведущий в библиотеку. именно туда повело его шестое чувство. как в первый раз, на приглушенный, еле слышный звук, он прошел к большим дверям и остановился перед ними на секунду. только для того, чтобы вдохнуть и распахнуть вход, проходя внутрь. и музыка вновь оглушила, заставив вздрогнуть. он был здесь, стоял прямо на столе, со скрипкой, и из большого окна на его кудри падал лунный свет. но не это привело майки в леденящий душу ужас. вокруг, возле полок, на креслах и диване, на небольшом балкончике второго этажа библиотеки – везде стояли... духи. он не мог назвать их по-другому – бледные, полупрозрачные люди. от них веяло унынием и смертью. кожа моментально покрылась мурашками, а воздух застрял в легких. мимо, по потолку проскользнула темная тень, и люстра, висящая прямо над рэем, опасно качнулась, грозясь сорваться вниз. в углах, в щелях – везде клубилась тьма. майки подумал было, что сошел с ума. но что-то внутри подсказывало ему, что все было реально. возможно, так действовала музыка. мелодия все еще звучала, смычок все еще танцевал свой сумасшедший танец на струнах, а бледные пальцы скрипача сжимали нужные поочередно. за окном выла метель, и скрипка выла ей в унисон. выла – иначе не скажешь. уэй развернулся обратно к выходу, но двери были закрыты, и он лишь совершенно безуспешно дернул их несколько раз. пришлось, пытаясь угомонить сумасшедшее сердце, обернуться к выступающему артисту. а он и правда выступал. струны пели, плакали, скулили в его руках. смычок вился так быстро, словно он сошел с ума, он бился о скрипку... и кудри, эти прелестные кудри вновь мотались из стороны в сторону, следуя траектории движений своего хозяина. рэй играл, переигрывая метель, он заглушал, и все эти темные духи смотрели на него с обожанием, даже не заметив пришедшего сюда в полночь живого человека. музыка отравляла воздух, отравляла дом, и в какой-то момент она отравила разум майки. вновь. но на этот раз, в душе была буря, она металась из стороны в сторону и, как назло, тело именно в этот момент будто сковало. майки не мог пошевелиться или отвести взгляда, он не был уверен даже в том, что дышал. голоса тихо шептали что-то в унисон, а музыка не стихала, она бурлила, визжала, заставляла терять свои собственные мысли в каком-то пугающем восторге. нота, еще одна, выше и выше... страх отпустил, он отступил, исчезая, и на смену пришло другое, не менее сильное чувство... майки был заворожен, он словно стал одним из присутствующих здесь духов ада. он смотрел прямо на рэя, следил за каждым его быстрым и дерганым движением, и растворялся в этом безумии. будто бы влюблялся страстной, грешной любовью. будто бы умирал и возносился вновь. будто душу расщепляли на тысячи кусочков, больно соединяя вновь. но разве такое бывает? и когда метель завыла громче прежнего, а люстра опасно шатнулась, рэй взял самую торжественную ноту и закончил игру на ней, отпуская струны, запрещая смычку коснуться их еще хоть раз. и так, гордо вскинув подбородок вверх, он закончил, и шепот вокруг рассеялся, и исчезли страшные лица. будто бы нитки кукловода, держащие тело до последнего вдруг оборвались, майки, стоявший там в напряжении все это время, упал на колени и глубоко вздохнул, понимая, что по щекам катятся слезы, а рэй смотрит на него, прямо на него, горящими, красными глазами. не человеческими глазами. да и разве смог бы человек... – майки.– он ловко и почти бесшумно спрыгнул со стола и под звук стихающей метели подошел к стоящему на коленях в слезах юноше. – ты пришел. майки будто бы оглох. звон стоял в его голове, но постепенно стихал, уступая место тихому вою метели. рэй ласково погладил его по голове, взяв за подбородок приподнял, заглянув в ошеломленные глаза и улыбнулся ласково, так, словно только что и не свел никого с ума. его глаза уже не горели красным, в них опять была та самая глубокая печаль. и только тогда уэй будто бы узнал его, быстро встал с колен и прильнул ближе, крепко обнимая. рэй обнял его в ответ, слыша, как юношеское сердце медленно успокаивается, приводя в порядок ритм. он погладил майки по хрупкой спине за секунду до того, как услышал тихий шепот. – научи меня играть, рэй.– обнимая за шею, уткнувшись носом в его волосы, прикрыл глаза майки. – я хочу играть на скрипке. – как пожелаешь.– он тяжело вздохнул, глядя на пургу за окном. – как пожелаешь, мальчик мой. джерард устал. он понятия не имел, где брат раздобыл скрипку, но теперь плач это инструмента выл у них в доме почти круглосуточно. фрэнк тоже сначала пытался улыбаться, мол, играет парень совсем недурно, оставь его. однако и он вскоре скис. музыка слышалась в каждом углу дома, но запрещать брату заниматься новым увлечением было бы грубо. с каждым днем он играл все лучше, но тоска, опоясывающая душу от этой музыки, не покидала и была неприятна. джерард становился с каждым днем все мрачнее. и как только майки учился этому, неужели, нашел какой-то справочник в библиотеке? стоило ли вообще заводить с ним разговор на эту тему, раз у ребенка был такой талант... нет, поговорить определенно стоило, так или иначе. они стали слишком мало общаться, только ужинали вместе, совершенно без слов. с братом что-то творилось. старший уэй хмурился, пытаясь понять, когда он вообще последний раз слышал смех брата, когда они вместе проводили время. по всему выходило, что давно. а за трапезой майки был бледен, думал о чем-то своем, глядя в одну точку. в один из таких ужинов джерард несколько раз окликнул его, прежде чем брат среагировал. посмотрел будто бы сквозь и неохотно ответил на заданный вопрос. а вопросов, между прочим, становилось все больше. майки же нервозность брата старался не замечать. он наконец играл, играл на скрипке, по-настоящему. держал ее в руках, как ценное сокровище, и наслаждался каждой секундой, когда его руками рождалась мелодия. да, было сложно, пальцы покрылись болючими мозолями, а мысли в голове постоянно сбивала музыка, но он уже не мог оторваться от этого инструмента. к тому же, рэй всегда был рядом. он объяснял все строго и понятно, он разминал ему затекшие плечи и ставил пальцы на правильные ноты. показывал, как ухаживать за скрипкой, внушил какую-то совершенно необыкновенную любовь к ней. а каждый раз, когда майки преодолевал сложный аккорд, когда продвигался в мелодии, рэй поощрял его легким поцелуем в губы. и юному графу правда больше ничего не было нужно. – пальцы болят?– спросил дворецкий, подходя к, только что отыгравшему одну партию, майки. – болят.– признался граф. – кажется, я стер их в кровь.– посмотрел он на руки. – не надо так.– рэй взял своими нежными руками хрупкую ладонь юноши и поднес ее к своему лицу, нежно целуя. – не зажимай так сильно, ведь и запястье небось болит, как и вся мыщца руки? – болит.– опять кивнул майки головой, следя за тем, как чужие пальцы разминают его запястье. – но пальцы болят больше. рэй осмотрел все тонкие пальцы по очереди и вдруг, остановившись на указательном, положил его к себе в рот, нежно обхватывая губами и слизывая привкус крови. майки изумленно замер, когда вдруг и второй его палец отправился в чужой рот. юноша хихикнул. его учитель, теперь уже учитель, облизал все пострадавшие пальцы и усмехнулся. уши графа покраснели, как и щеки. – теперь ты сможешь продолжить?– хмыкнул, выгибая бровь, рэй, и майки кивнул, вставая в нужную позу вновь. пальцы, на удивление, и правда больше не болели. а музыка опять заполонила голову, прогоняя все ненужные мысли. а нужные оставила и вплела в себя, отражаясь вибрациями от струн. теперь рэй сидел в кресле, глядя на стоящего перед ним юного скрипача и внимательно слушал его, не пропуская ни одной неровности в мелодии. это было хорошо – майки был способным учеником, он на самом деле не только слышал то, что играл, но и чувствовал это. его мелодии были наполнены печальной радостью. именно такой, по-другому и не скажешь. он сосредоточенно хмурился, водя смычком по струнам, он слышал каждую из них, и пока слушал, оторвать его от этого было сложно. однако эту прекрасную мелодию прервал громкий и рассерженный стук в дверь. майки распахнул глаза, не доиграв оду, и, нахмурившись, посмотрел на дверь. рэй сидел неподвижно, наблюдая со стороны. – майки, открой дверь.– раздался голос брата. – пожалуйста, майки. майки, немного подумав, подошел и отперся, не выпуская скрипки из рук. на пороге появился взволнованный брат. он неодобрительно посмотрел на музыкальный инструмент и прошел внутрь, нервно облизывая губы. кажется, он хотел что-то сказать. – послушай, ты начинаешь меня пугать.– сглотнул он. – ты не выходил из комнаты сутки и все это время играл.– он опять покосился на скрипку, словно она была проклята, зато рэя в комнате он не видел. – это ненормально. ты не ел и не спал. – я чувствую себя хорошо, джи.– пожал плечами юноша. посчитав, что вопрос исчерпан, он поднял скрипку и, зажав ее между плечом и головой, продолжил там, где закончил. мелодия разлилась по комнате вновь, как вдруг джерард вырвал скрипку прямо из рук брата, отбирая у него и смычок. – прекрати, черт тебя дери!– он со всей дури бросил инструмент в угол комнаты. скрипка ударилась о стену и упала на пол. майки проследил за траекторией ее полета с ужасом в глазах. однако скрипка, с грохотом упав прямо к ногам рэя, осталась лежать там совершенно невредимой. на ее блестящем корпусе не было ни царапины. у майки отлегло от души. он медленно перевел взгляд со скрипки на рэя, тот оставался спокоен и молчалив. затем он посмотрел на джерарда, немного ошарашенного собственным поступком, и, подойдя к нему, спокойно взял из рук смычок. – уходи.– тихо попросил он брата, и они пересеклись взглядами, оба понимая, что это конец их сегодняшнего разговора. – ох, боже.– проскрипел старший уэй, разворачиваясь и напоследок громко хлопая дверью. майки немного тоскливо посмотрел ему вслед. – продолжим.– рэй протянул ему скрипку, и майки взял ее, через пару секунд опять касаясь смычком струн. стояла холодная полночь. дело близилось к весне. старший граф семьи уэй почти полностью переехал в поместье по соседству. они с младшим братом совершенно разругались, и джерард искал утешения в объятьях айеро. майки же утешения не искал, он знал, что оно у него было. бледный, похудевший, он стоял у окна гостиной и смотрел на полную луну, хрупким светом освещавшую их голый мрачный сад за домом. она так же ложилась холодным светом на черты молодого лица. сегодня ночь была необыкновенно тихой, и это предстояло исправить. рэй стоял прямо за спиной, положив свою голову майки на плечо, и обнимал его за талию, периодически целуя нежную шею. майки думал, пока еще мог думать. пока голову не заполонили звуки скрипки. сегодня, по словам рэя, должен был состояться его триумф. и только сегодня, единожды, он мог по-настоящему прочувствовать восторг в полном понимании этой эмоции. – эй.– рэй повернул к себе задумчивое лицо, этот острый прямой нос, эти красноречивые брови, удивительные глаза. – я буду ждать тебя там. я обещаю.– он чуть наклонился и поцеловал холодные губы, все еще послушно отвечающие ему. – провожу и встречу. обещаю. майки кивнул. он не был уверен в том, кто именно его слушает. так или иначе, на него смотрел он, а еще луна. и, кажется, что-то собиралось в углах некой червоточиной, такой же, что была у него в сердце. от этой музыки, от этой разрушающей миры музыки. и вот он, стоя в этом одиноком пустынном доме, неизвестно как приобретенном их покойными родителями... майки выдохнул, как это делал рэй, и, зажмурившись, коснулся смычком струн. они задрожали, наполняя дом звуком. его мелодия не была истеричной или страстной... она была спокойной и медленной, она тоскливо выла... он вспоминал свое детство, своего пса, прогулки с отцом, счастливый смех брата. все они покинули его. и мелодия отдала им дань. она звучала, но так тихо, будто это было самим олицетворением минуты молчания. однако на смену воспоминаниям пришли новые образы, страстные, вызывающие в душе бурю, замолчав лишь на мгновение, скрипка взяла более высокие ноты и быстрый темп. майки хмурился, вслушиваясь в эти ноты, он начал чувствовать, как вязнет в чьих-то взглядах, как музыка тянет его ко дну, но дно будто бы является самим светом. это было странно, липко, и хотелось выпутаться из этого чувства. а от того смычок начал виться еще быстрее, от того шея была напряжена, а глаза – зажмурены, от того дыхание сперло... и что-то вдруг начало печь в груди, больно, жарко, тяжело. майки зажимал струны до боли, несмотря на то, что рэй учил его обращаться с ними нежно и невесомо. уэй словно попал в какой-то безумный танец музыки. и ему начало казаться, что он танцует с ней, что вокруг него тысячи зрителей, и эту оду нельзя закончить никак иначе, кроме как торжественной кончиной. взмах, еще один, третий, десятый... он распахнул свои зеленые глаза и выдохнул весь воздух из груди прежде, чем увидеть молчаливую луну, прежде, чем услышать заветную, завершающую ноту и... юное тело, так долго находившееся в напряжении, охватило холодом, облепило, словно мокрой тканью. окна распахнулись сами собой, и свободную белую рубашку обдул порыв ветра, и скрипка выпала из его рук, когда он распахнул их, слыша музыку. и демон, с безупречно мягкими кудрями, поймал ослабшее вмиг тело, пустую для души тюрьму.