Танец солнца

Литтлстоун не хочет обращаться к Нетте, но у ее детей может найтись работа для него. Прогибаться под сыновей Бена Лидса ниже достоинства воина кинахо, однако лучше сотрудничать с ними, чем с бледным выкормышем амишей. Просить двойняшек бесполезно: они слишком несерьезные, привыкли к праздности; отец их избаловал. Если Роман или Габриэль осядут в резервации, то Бенедикт Лидс может финансово помочь общине кинахо ради младших детей; Чейтон сомневается, что Нетте удастся свести взбалмошную белобрысую девчонку и Рейвена; слишком уж Гэби своевольная. И черт с ней; кинахо обойдутся и без подачек старого Лидса. Когда Чейтон выходит из дома, солнце светит уже вовсю, пылает раскаленным добела шаром в безоблачном небе, у индейца мгновенно потеет шея под косой. Он подкидывает на ладони свои волосы, скупо улыбаясь; Челси нравится его коса. В резервации волосы Литтлстоуна не были чем-то особенным, а танцовщица отреагировала на них как на нечто необычное, редкое и… красивое. В подобном ключе Чейтон о себе не думает. Красота - не для воина, однако ему хочется, чтобы Челси считала его лучше других. Для того, чтобы отвлечь индейца от войны, мести, ненависти к белым оказалось довольно одной маленькой женщины. Наверное, это не то, что ждут от Чейтона, но ему плевать. Он хочет устроить собственную жизнь.