день за днём

Сознание возвращается к нему постепенно, заставляя чувствовать конечности, ему тепло и удобно, он закутан во что-то мягкое, давящее на тело приятной тяжестью, отчего в сон клонит еще сильнее. Он лежит головой на одной подушке, другую попутно обнимая и прижимая к груди. Ему хочется снова провалиться в сон, но из-за того, что мозг уже пребывает в сознании, тело следует за ним. Парень держит глаза закрытыми, старясь дышать ровно и медленно, чтобы снова уснуть. Когда становится ясно, что сон не возвращается, он что-то разочарованно рычит и открывает глаза. Он ожидает увидеть... Впрочем, он и сам не уверен, что ожидал увидеть, но чёрт, этот потолок он совсем не узнаёт. Парень резко принимает вертикальное положение, сбрасывает одеяло со своего тела и лихорадочно озирается по сторонам, пытаясь сориентироваться. Помимо потолка незнакомой оказывается и остальная часть комнаты, кровать в том числе. Слева от него окно, через которое просачиваются лучи света. Дверь, оставленная чуть приоткрытой, находится прямо перед ним. Это самая обычная комната со шкафом справа, тумбочкой у кровати и комодом у противоположной от самой кровати стены. Почти обычная, потому что, как минимум, в разных частях комнаты висят разноцветные стикеры, приклеенные к разным вещам и мебели. Верхний ящик комода украшен розовым стикером с надписью "носки и нижнее бельё", на шкафу с левой стороны наклеен стикер "шляпы", а на шкатулке с украшениями — "аксессуары". Это напоминало обучение в видеоиграх, где каждая вещь подписана на случай, если игрок слишком глуп, чтобы догадаться до этого самостоятельно. Кто хозяин этой комнаты? Зачем ему расписывать нахождение вещей? Да и где находится сам Чуя?! Его внимание привлекает стикер побольше, на котором написано "прочти меня", под ним простой потёртый блокнот, лежавший на тумбе. Рядом ещё стопка блокнотов и разбросана гора ручек. Чуя поднимается с кровати. Нет ведь ничего опасного в простом прочтении блокнота, тем более он не слышит никаких звуков из других комнат, свидетельствующих о посторонних людях рядом, а записи из дневника могут быть единственной подсказкой. Но прежде, чем парень успевает взять его в руки, дверь в комнату распахивается, а Чуя подпрыгивает на месте от неожиданности. В дверном проеме стоит высокий, темноволосый мужчина и одаривает его широкой ухмылкой. — Доброго утречка! — восклицает брюнет и вбегает в комнату так, будто она ему принадлежит. Хотя, может, так и есть. Чуя замечает белые бинты, плотно прижатые к шее парня. — Кто ты? — требовательно спрашивает Чуя. Мужчина выглядит смутно знакомым, хотя имя или воспоминания, связанные с ним, так и не всплывают в памяти. Просто смутное, ноющее ощущение чего-то знакомого. - Я? О, так я Дазай Осаму. — энергично произносит он, немного нагибаясь в приветственном поклоне. Чуя смотрит на него в упор, имя не даёт ему ровным счетом ничего, хотя вызывает странное тепло в груди. - Где я? И как я сюда попал? Внезапная озорная вспышка в глазах Дазая заставляет Чую отступить чуть назад. Лучше лишний раз перестраховаться, особенно с этим чудаком. — Ты в моем доме, а насчет того, как ты сюда попал... Ты пытался соблазнить меня, и ты был настолько настойчив, что не принял бы отказ! И в тот момент, когда я наконец поддался твоим чарам, ты уснул прямо в этой постели. Представляешь, какое меня постигло разочарование, ты можешь представить себе эту боль, я уверен. Это... на него не похоже. Но учитывая, что он действительно не помнил прошлый вечер (или весь вчерашний день, ведь что-то вызывало неприятный зуд в глотке), он не может опровергнуть эту информацию. Он потирает затылок, чувствуя себя крайне неловко. — Я, эм, извини? Маниакальная улыбка Дазая смягчается. — Не беспокойся об этом, Чиби. — Чиби? Кого это ты назвал— — В любом случае, — громче говорит Дазай. — ты голоден? Я могу приготовить тебе завтрак. Это определённо не то, чего Чуя ожидал, но после упоминания завтрака он понимает, что действительно голоден. Он, наверное, должен был отказаться и просто побеспокоиться о вынесении ног из квартиры этого странного типа, но он никогда не отличался здравомыслием, когда был голоден. — Да, спасибо. Дазай улыбается ему снова, поворачиваясь к выходу из комнаты. — Отлично, надеюсь, тебе нравятся блинчики. Чуя обожает блинчики. Он следует за Дазаем по пятам. В остальной части дома не так много стикеров, как в комнате, в которой он проснулся. На одном из них указана ванная комната, несколько других находятся на кухне, указывая, где хранится посуда и прочее. Чуя старается не осуждать, но кому вообще необходимо обозначать, где находятся тарелки и миски на кухне собственного дома? Это однозначно странно, и он без понятия, что делать в данной ситуации. Дазай жестами указывает Чуе сесть за обеденный стол, принимаясь за готовку. Он тихонько напевает песню себе под нос, пока замешивает жидкое тесто. Это выглядит мило, и парень ничего не может поделать со своей улыбкой, появившейся, как только он услышал пение. Чуя начинает чувствовать себя неловко из-за того, что просто сидит и наблюдает за Дазаем. В итоге он не сдерживается и задает очевидный вопрос: — Так, хм, почему по квартире развешаны стикеры? Он в ту же секунду осознает, что задал навязчивый и грубый вопрос тому, кто готовит для него завтрак, поэтому он пытается смягчить ситуацию. — Ты не обязан отвечать. Мне просто стало... любопытно. Дазай отмахивается, наливая тесто в сковороду. — Всё в порядке. Они для моего мужа, он забывчивый, а напоминания помогают. Что же, это заставляет чувствовать Чую еще более неловко, потому что, вероятно, он приставал к женатому парню, к тому же, он намеревался пофлиртовать с ним еще и сегодня, ведь Дазай кажется крайне милым. К тому же, его рост является идеальной высотой для покорения... Но он женат. Ну, лучших всегда расхватывают быстрее. — Ох, думаю, мне стоит извиниться перед тобой за вчерашнее? Дазай засмеялся. — А, это? Я просто пошутил. Что?.. Прежде чем Чуя предпринимает попытки сделать хоть что-то, например, промолвить что-нибудь или потребовать разъяснить, что это, чёрт возьми, значит, Дазай ставит перед ним тарелку с блинчиками и бутылку сиропа. - Ешь, Чиби. Это полезно для твоего роста. Чуя хмурится, но только приготовленная пища пахнет просто превосходно, и сироп его любимой марки. Будет преступлением отправить еду в помойку, пусть она и приготовлена этим чудаковатым придурком. Дазай садится рядом с ним с кружкой кофе и с одним-единственным маленьким блинчиком, сиротливо лежащим на тарелке. Он делает большой глоток, придвигая что-то по столу ближе к Чуе. — А вот и твой телефон! Накахара благодарно фыркает и откусывает кусок блина, а Дазай прячет улыбку за чашкой кофе. Он с лёгкостью разблокировал телефон, несколько удивляясь простым стандартным обоям на экране. Он мог бы поклясться, что в какой-то момент жизни у него были другие обои, но он не мог припомнить, какими они были и как выглядели. Ему не пришло никаких уведомлений. Большая часть его приложений — это различные игры. Открывая какую-то соц. сеть, он проверяет, есть ли здесь подсказки о его вчерашнем местонахождении, может, он сказал кому-то, где будет находиться, может, кто-то его уже ищет или волнуется о том, где он. Последнее сообщение было отправлено четыре дня назад контакту, записанному как "СКУМБРИЯ". Это было простое "где ты?", текст прикреплён к геолокации. Это не то место, которое он сразу распознает, и он... также не помнит, что был там. "СКУМБРИЯ" ответил только "никуда не уходи, я иду". Чуя хмурится. Сообщения ничем не помогли. День становится всё более и более странным. Дазай прочищает горло. — Есть какие-нибудь планы на сегодня? Чуя делает ещё один глоток, оттягивая время. Нет, у него определённо не было планов на сегодня, но даже если бы и были, он бы точно отменил их ради большего количества времени вместе с высоким, темноволосым и восхитительным. "Женат" — напоминает себе парень. Затем, игнорируя собственную совесть, отвечает: — Нет, но я открыт для предложений. Дазай откусывает маленький кусочек блинчика, медленно пережёвывая. — Тогда ты не против сходить со мной в книжный магазин? Моему мужу нужен новый журнал, а ты выглядишь как тот, кто в подобном разбирается. Он флиртует, он однозначно флиртует. Чуя должен быть возмущён, но всё, что он чувствует — это нарастающее чувство тепла в животе и волнения. Что ж... Он не знает мужа Дазая, так что ничем не обязан этому парню, и если Дазай собирается флиртовать с ним и продолжить разрушать собственный брак, то почему бы Чуе тоже не развлечься? Это ведь не его отношения, и ответственность за них лежит не на нём.