Идущая сквозь миры, или Выбор сердца

      Он был в карауле сегодня с рассвета и ждал. Ждал её появления. Наблюдал за главной палаткой их лагеря.       «Солнце уже высоко. Где же она? Неужели еще спит? Раньше такого не бывало. Ага, вот. Наконец-то. Что-то видок у неё не очень. И так бледная, а сегодня вообще на привидение похожа…»                   * * * * *       Сказать, что Найра проснулась не в духе — значит, ничего не сказать. Во-первых, из-за ночных бдений в глазах поселилось ощущение сухого песка и приходилось часто моргать, чтобы увлажнить раздражённую слизистую.       Во-вторых — одна мысль о том, куда и зачем надо идти, приводила в бешенство! В конце-то концов! Не принц нагло напрашивался в мужья! Так чего б Саскии самой не явиться?!       В-третьих — непонятно почему сильно болела голова. Перед походом она устроила своим бойцам медицинский досмотр с пристрастием. Посчитав, что вдали от дома ей только больных не хватало, заставила придворных медиков заглянуть буквально во все их дыры, а тут...       «Проклятие! Не хватало заболеть!» — подумала, с трудом сев в кровати. Виски распирало изнутри, а в затылок будто кто-то со всей дури воткнул наконечник копья.       Превозмогая тошноту и боль, вышла из палатки. Оглядеться сил не было. По звуку приветственно бряцнувших мечей определила, что караульные на месте и отправила одного за магом.       Вернувшись за полог, снова упала в кровать, в голос проклиная всех и вся.       Заспанный маг вскоре явился, тихо вошёл и застыл рядом с лежащей пластом женщиной. Сон не желал отпускать и он энергично потирал глаза, пытаясь привести себя в чувство.       Найра повернулась на спину, не в силах даже сесть.       — Мне плохо, — проскрежетала сквозь зубы.       — Эм-м-м, госпожа? — промямлили в ответ.       — Что «эм-м-м»? Если ты ничего не сделаешь, у меня лопнет голова!       — Госпожа, я ведь не медик…       — Ты что, решил бесславно кануть в этой ж… в этом богами забытом месте? — она приоткрыла глаз и зыркнула на бедолагу так, что тот съёжился. — Или тебя не учили всяким целебным штучкам?       — Г-г-госпожа, я…я… не владею в достаточной мере… — тут он увидел, что женщина потянулась к кинжалу и выпалил, — но-о-о, у меня есть… эликсир…       — Давай тащи! Живо!       Маг очертя голову бросился вон. Найра со стоном прикрыла глаза рукой.       Что это с ней? Такого не было уже очень давно. Так сильно голова болела на её памяти всего несколько раз. В детстве. Васуки тогда злорадно посмеивался, но, по распоряжению Ягира, давал ей какое-то обезболивающее пойло. И вот опять. Неужели этот треклятый Верген так на неё действует?       Горе-волшебник не заставил себя ждать. Впорхнув ласточкой, подскочил к кровати и поднёс к губам воительницы пузырёк с лекарством, которое она быстро проглотила, не слишком заморачиваясь вкусом.       — Когда подействует?       — Минут через десять.       — Будь здесь.       Судя по всему, маг до сих пор воспринимал её угрозу за чистую монету, потому что застыл столбом и о его присутствии говорило только шумное дыхание.       Приоткрыв глаза и увидев выражение его лица, Найра про себя усмехнулась: «Идиот. Мямля и трус».       Минуты шли. Маг не смел пошевелиться и от нечего делать вспоминал вчерашний день там, в Зеррикании.       Огромный двор с бассейном и бьющим в его центре фонтаном окружён высокими стенами. Обычно здесь пустынно и тихо, но не сегодня.       Со всех сторон на все лады бурлили голоса и звуки. Деловитые слуги, бдительные караульные, несмазанные повозки, вьючные лошади и боевые кони.       День выдался особенно солнечным и даже прохладный фонтан не справлялся с жарким удушьем, пропитанным запахом пота, дёгтя, лошадиных экскрементов и чего-то неуловимого, чем обычно пахнет тревога.       Можно было, конечно, собрать обоз и снаружи, где места — хоть отбавляй, но приказ Верховного Магистра: за ворота — ни-ни! Ни одна живая душа за стенами не должна узнать о происходящем. Вот и теснились, собирая всё необходимое для путешествия.       Он получал последние наставления от помощника Верховного Магистра, высокого и широкоплечего, лысого, как коленка, и страшного, как горгулья. Смотреть на него приходилось снизу-вверх. Он и смотрел во все глаза, с трудом веря в происходящее.        «Как? Как меня, посредственного чародеишку, могли отправить в такое важное путешествие? Определённо, я родился под счастливой звездой!»       Вдруг он увидел Найру и совсем потерял дар речи, непроизвольно открыв рот и провожая прошедшую мимо военачальницу совершенно очумевшим взглядом. Как будто увидел джинна, пообещавшего исполнить все его желания.       За эту оплошность был награжден увесистым тумаком от сиятельного лысого мага и мгновенно возвращён в реальность.       — Да, господин, я всё запомнил, — застыл в поклоне, прикусив губу и украдкой потирая ушибленное место.       Маг фыркнул, окинув его презрительным взглядом. Круто развернулся и скрылся в арочном проёме, за которым пряталась беломраморная лестница, ведущая на балкон. Опоясанный изящной балюстрадой, он полукругом нависал над двором и опирался на тонкие колонны, соединяющиеся подковообразными резными арками. Стены вдоль лестницы и террасы сплошь украшали белоснежные кружева арабесок, вырезанных искусными мастерами.       Спустя мгновение из глубины террасы выступили две высокие мужские фигуры. Одна — в белоснежных, отделанных золотом одеяниях, другая — в чёрных, с бордовыми вставками, поблёскивавшими в лучах послеполуденного солнца, как свежая кровь.       Принц и Верховный Магистр. Провожают делегацию.       Всё было готово. Правитель поднял руку. В тот же миг воины вскочили в сёдла. Несколько магов, стоявших по периметру бассейна, открыли портал прямо под балконом.        Все так же держась за отбитую ягодицу, неудачливый маг заворожённо смотрел на это действо. Похвастаться выдающимися успехами в изучении магических премудростей он не мог, но прекрасно знал: чтобы открыть портал такого размера и на такое продолжительное время, сил одного чародея ни за что не хватит.       В открывшуюся воронку вошли двадцать конных воинов. Принц, ради такого дела, отправил часть своего элитного отряда, сопровождавшего его во всех передвижениях, во главе с их командиром — Найрой, которая замыкала шествие.       Перед тем, как войти в перламутровое ничто, она посмотрела наверх.       Ему показалось или в этом взгляде, кроме готовности исполнить порученное, было ещё что-то?       Настала и его очередь. Окинув прощальным взглядом двор и бассейн, глубоко вздохнул и шагнул в неизвестность.       Ощущения не из приятных. Казалось, что его вывернули наизнанку и на секунду с размаху погрузили в ледяную воду, чтобы снова вернуть в исходное состояние.       Всё. Перешёл. Перед ним серые и неприветливые скалы. Бр-р-р. Слегка мутило. Неуютно. Чуждо. Он даже приуныл, с тихой тоской вспоминая свою жизнь по ту сторону портала. Пусть и не слишком счастливую, но всё же привычную. Ежедневные нагоняи от старшего наставника, которые не всегда обходились только словами; никак не поддающуюся магию. Всё, чему с грехом пополам научился за два года, проведенные в школе при дворце — виртуозно обрабатывать дерево, создавая замысловатые фигурки для шахмат, и довольно быстро воздвигать шатры. Ещё паре-тройке трюков с огнем, которые тоже не всегда получались. Ни лечить, ни тем более воевать с помощью магии он не умел.       Из задумчивого состояния его выдернул окрик Найры, которая примчалась со стороны города на своем скакуне и была зла, как шайтан.       Так, пора исполнять то, ради чего он здесь.       Найру он видел до этого похода всего пару раз. Больше был наслышан.       Как-то, разделив ужин и кувшинчик зерриканского спирта с двумя воинами из её отряда, он узнал душераздирающую историю о заговоре против принца. Началось всё с того, что в городе пропало несколько детей. Убитые горем родители пришли к принцу просить помощи в поисках. Правитель пообещал разобраться. И обещание сдержал.       Был раскрыт заговор. Члены одного из торговых кланов, недовольные политикой принца, хотели сменить власть, и не придумали ничего лучше, как нанять некроманта. Ну, а дети… нужны были в качестве жертв.       Убежище заговорщиков оказалось в запутанном лабиринте пещер недалеко от города. Для их поимки был направлен отряд во главе с их новым командиром — Найрой. Только вернулись они без арестантов… Зато с детьми, которые были в ужасном состоянии, но, благодаря придворным магам и лекарям, поправились и вернулись по домам.       О том, что произошло в логове некроманта помалкивали, только после этой операции принц заслужил любовь и уважение подданных, а Найра получила своё прозвище — Безжалостная.       Еще вчера он, рядовой чародей, смотрел на эту женщину так, как смотрят на нечто недосягаемое и достойное поклонения. Но быстро понял, что прозвище было дано ей не зря! Она морально выпотрошила его! Носилась по лагерю, как с цепи сорвавшись! Он бегал следом, воздвигая опоры для шатров, расставляя палатки, объясняя, оправдываясь…       «Ах, не там, госпожа? Скажите, где надо? Хорошо, госпожа».       «Кухня недостаточно велика? Сейчас всё исправим, госпожа».       «Стойла недостаточно удобны?»       «Коням мало корма?»       «Поилки не на той высоте?»       «Почему кровати такие твёрдые?»       «Провизия протухла?!!!»       «Святые боги! Когда же это кончится?!!!»       Он был совершенно истощен и свалился без сил, когда лагерь был обустроен и эта ненормальная отправилась спать. А сегодня, когда ни свет ни заря его призвали к ней, он подумал, что всё-таки что-то сделал не так и будет наказан. А тут такое… Ей плохо.       Когда вошел в шатёр, первое, что пришло в голову: «Так тебе и надо!» Но потом… то ли жалость, то ли опасения, что она всё-таки воспользуется кинжалом, подстегнули его к действию.       «Хотя», — в голову закралась крамольная мысль, — «за такое гадское обращение со мной ей надо бы отомстить».        «Ты что, храброй воды напился?» — спросило здравомыслие. Но самолюбие, вдруг осмелевшее в край, только усмехнулось.       Найра прислушивалась к своим ощущениям. Да, становилось легче. Боль отступала. Можно и подниматься. Она, скривившись, села. Маг поспешил предупредить:       — Еще рано!       — В самый раз.       — Ваше состояние, моя прекрасная госпожа, может, к моему глубокому прискорбию, многократно ухудшиться, если некоторое время не подождать, пока чудесный эликсир раскроет свой целебный эффект максимально!       Во взгляде зерриканки появились недобрые, но озорные огоньки. Она вкрадчиво сообщила:       — Велеречивый вы мой, спешу огорчить вас радостным известием о том, что в данный ошеломляюще-прекрасный момент, благодаря вашим титаническим усилиям, моему наиценнейшему здоровью ничто не угрожает!       Маг вытаращился на неё, не зная, стоит ли продолжать разговор в том же духе? Да, он решил, что она всего лишь солдафон и способна только командовать и ругаться, ругаться и командовать. Хотел выставить её в невыгодном свете. Дерзко пошутить, в отместку за пережитый страх. Но, вместо этого испытал новый. Страх за то, что шутка может зайти далеко и, в лучшем случае, его просто вышвырнут пинком из шатра, а в худшем… Не стоит даже думать об этом. Есть ли у неё чувство юмора маг не знал и оттого стало в разы страшнее.       Чувство юмора у девы присутствовало.       «Шельмец! — думала Найра, — решил щегольнуть павлиньим хвостом? Я тебе хвостик-то укорочу!»       — Слушай, как тебя там?       — Кофи, рождённый в пятницу.       — Так вот, Кофи, рождённый в пятницу, я смотрю, ты прибедняешься относительно своих способностей!       — Что вы, госпожа, — пролепетал бедолага.       — Не скромничай. Если бы не ты, неизвестно, что бы сейчас со мной было. Но твой эликсир сотворил чудо. И поэтому… — Найра многозначительно замолчала, с удовольствием наблюдая, как его брови ползли вверх, а глаза расширялись всё больше.       — Поэтому, — эхом отозвался «счастливчик».       — Я назначаю тебя своим личным лекарем и приказываю сопровождать меня везде и всюду, дабы своевременно устранить влияние внезапной хвори на мой организм.       Он сокрушено выдохнул. «Ну вот! Теперь таскайся всюду за ней и слушай, слушай, слушай!!! Слушай и терпи! За что?!» Здравомыслие в ответ только мерзко и удовлетворённо хихикнуло.       Самое противное в этой нелепой, на его взгляд, ситуации было то, что он совершенно не представлял, из чего был сделан эликсир! Он получил его от лысого перед походом. Хорошо, что в запасе был ещё пузырёк.        «Надо бы найти какого-нибудь травника, да поскорее. Показать образец и пусть сварганит такой же! Да побольше! А то мало ли, когда эту неугомонную опять скрутит?»       — Итак! — Найра приняла деловой вид. — У нас сегодня трудный и ответственный день.       — У… нас?! — пролепетал Кофи.       — Да, да. Ты теперь всегда со мной, — позлорадствовала женщина.       В ответ было сокрушённое молчание.       — До встречи ещё уйма времени, — демонстративно размышляла она вслух, — чем бы заняться?       — Я думаю, что не мешало бы принять ванну и сменить одежду, — Кофи брякнул то, что первым пришло в голову, совершенно не заботясь о последствиях! Снова оплошал! Он готов был откусить свой язык, чтоб больше не подставлял его так!       «Ну всё… Прощай, Кофи! Ты так и не добился ничего в жизни… Постой! Как это ничего? Ведь тебя лишит головы не кто иной, как доверенное лицо самого Правителя! Безжалостная Найра! Это ли не честь?»       — Ты совершенно прав, — медленно протянула зерриканка, исподлобья уставившись на него.       От её взгляда по спине побежали неприятные мурашки, но смерть вроде не грозила. И это радовало.       — Отправляйся, — прозвучал короткий приказ.       — К-куда?..       — Ты что думаешь, ванна сама собой появится? Ах да! Я и забыла! Ты ж у нас — маг! Так давай! Наколдуй мне купальню!       — Я отправляюсь… — выдохнул Кофи и, склонившись в поклоне, задком выскользнул из палатки.             * * * * *       Трисс проснулась от того, что солнце нещадно светило в глаза. Вспомнился вчерашний вечер. Чёрт. Геральт. Она так и не поговорила с ним. Надо наверстать! Не открывая глаз, пошарила рукой в кровати. Одна! Тут чародейка распахнула глаза и села, осматривая комнату. Ведьмака и след простыл…       «Геральт! А …»       Её разочарованию не было предела. И не только разочарованию. Внутренне вскипая, женщина поднялась с кровати и направилась к умывальнику. Ополаскивая лицо холодной водой, отчитывала себя со всей строгостью.       «Снова. Трисс, какая же ты …дура. Когда ты возьмёшься за ум и прекратишь терпеть его выходки? Неужели у тебя нет гордости?»       Слава богам, возмущение было так сильно, что только разозлило, и плакать, как обычно, не хотелось. Приведя себя в порядок, посмотрела на часы и ужаснулась! До встречи оставалось всего ничего! Нужно спешить! Быстро одевшись и уложив волосы, отправилась в Замок.             * * * * *       Искупавшись, Найра ломала голову над тем, в чём предстать пред светлые очи Аэдирнской Девы. Платья она ненавидела, и в её гардеробе таковых не имелось. Зато броня разных мастей и назначений присутствовала в достаточном количестве. Ну, и что же из всего этого надеть?       «Может, вот это?» — спрашивала она себя, разглядывая комплект из тёмно-коричневой кожи, наглухо закрывающий грудь и шею, но оголяющий ноги. Нет, ещё сочтут вульгарной. «А вот это…» Она погладила кончиками пальцев лиф со спрятанными хитиновыми вставками, сделанный из рыжей шкуры пустынной кошки. Он был лёгким и гибким. Не мешал двигаться в бою. Выглядел эффектно. Но кто знает, как это воспримут здесь…       В этот момент в палатку вошёл её новоиспеченный лекарь. Хотел осведомиться о её здоровье, но не успел и рта раскрыть.       — Как ты думаешь, что из всего этого больше подойдет для визита в Замок? — спросила Найра, кивнув на заваленную шмотками кровать.       После недолгих раскопок и язвительных замечаний с её стороны, был выбран вариант аспидно-чёрного цвета, состоящий из наглухо, до шеи, закрытого верха и такого же низа. Когда Найра надела всё, почувствовала себя устрицей в раковине. Было жарко, неудобно и непривычно. Но сидело на ней это как влитое.       «Ядрёны скорпионы!» — подумала женщина, вдруг осознав, что зеркало в её палатке было микроскопического размера. Как-то не пришло в голову, что в походе может понадобиться и большое.       Облаченная в выбранный наряд, она вышла из-за полога кровати и окликнула о чем-то мечтающего мага.       Сидящий на низком стульчике Кофи чуть не свалился, вздрогнув от неожиданности.       «О небеса! —восхитился он, — а она… дерзко привлекательная!» Маг рассматривал, как оттеняет глубокий черный цвет брони её светлую кожу и русые, с искристой рыжинкой волосы, как ярко зеленели кошачьи глаза. Как выгодно подчеркнута тонкая талия и плоский крепкий живот. Как совершенно безупречно обтянута объёмная грудь! Его взгляд скользнул вниз, по красиво очерченной линии упругих бёдер, стройным и длинным ногам, обутым в сапожки с высоким голенищем, за которым было так удобно спрятать кинжал, и снова наверх. Дойдя до лица, маг снова вздрогнул, наткнувшись на хищный прищур разъяренной кошки.       — Эй! Лекарь! — в её голосе слышалась угроза.       Кофи поспешил опустить глаза.       Найра покачала головой и подошла вплотную, впервые разглядывая его.       Черноволосый, смуглый. Типичная для зерриканцев короткая бородка. Она наклонилась и сжала пальцами его подбородок, заставляя поднять взгляд.       Глаза… такие странные. Как будто в темный мёд капнули светлого и не перемешали. Густые черные брови, довольно крупный нос с горбинкой. Ничего особенного.       — Не советую больше так на меня смотреть! — процедила сквозь зубы и рывком убрала руку с его лица.       — Прекрасная госпожа, — промямлил маг, медленно поднимаясь, — уверяю вас, что мои помыслы чисты и невинны! Я… восхищён и ничего более! Такой ничтожный червь, как я, никогда бы не посмел…       — Захлопнись, — беспардонно перебила Найра и отвернулась, чтобы закрепить на поясе меч. Она, конечно, подозревала, что в Замок с оружием не пустят. Но… так спокойнее.       Время близилось к полудню. Постовые доложили, что прибыл краснолюд — Скален Бурдон, чтобы сопроводить их в город. Пора.       Она взяла с собой двоих воинов и, куда же теперь без него, Кофи. Странно, но ни один конь не захотел нести на себе бренную тушку злополучного мага. И только Идрис, её собственный скакун, благосклонно позволил Кофи взгромоздиться к себе на спину. Воительница была чрезвычайно обескуражена этим фактом, но деваться некуда. Сама заварила, самой и хлебать! Усевшись впереди своего нежданного попутчика, тронула поводья.       Проезжая от Махакамских врат через рынок, участники небольшой процессии ловили на себе взгляды, горящие откровенным любопытством.       — Эй, Скален, — донёсся с ближайшего прилавка язвительный голос, — что ж ты пешкодралом-то? Али Саския для тебя конячки не нашла?       Краснолюд, продолжая уверенно цокать набойками по мостовой, едва повернул голову в сторону спросившего:       — Терпеть не могу лошадей: посередине они неудобны, а по краям опасны.       Торговец раскатисто заржал и вернулся к своим делам.       Найре хотелось побыстрее оказаться в Замке, но провожатый был пешим. Пришлось подстраивать коней под его неторопливую поступь. Хотя закралось подозрение, что этот невозмутимый гнум нарочно шёл медленно, чтобы досадить ей. Еще и вёл их какими-то извилистыми закоулками, проезжая через которые приходилось или пригибаться к самой гриве, или вовсе идти пешком.       Через четверть часа они прибыли.        Взглянув на внушительное и громоздкое, вырубленное в скале сооружение, господствующее над городом и именуемое Замком Трёх Отцов, женщина почувствовала смутное беспокойство. Как будто оказалась у ног сказочного исполина, готового в любой момент раздавить её.       Спешившись, буквально за шиворот поймала неуклюже сползающего с коня мага. Верховая езда явно не была его любимым занятием и Кофи, сконфуженно кашлянув, поклоном поблагодарил Найру за то, что не дала его и так не великому самолюбию пасть под копыта вороного.       Под спокойное колыхание красных вергенских полотнищ, они подошли к массивным ступеням крыльца.       Воины, повинуясь её приказу, остались снаружи. Внутрь с ней пошёл только Кофи.       Конечно, на входе меч забрали. Ну и чёрт с вами. За голенищем сапога был спрятан кинжал. Тонкий, без гарды. Обнаружить такой не так и просто.       Убедившись, что все требования к безопасности соблюдены, Скален повел гостей вглубь.       Не успела Найра возмутиться душной атмосферой полутёмного коридора, как перед ней разверзся мрачный Зал Советов.       Тяжело нависающие каменные своды душили, внушали страх и острое желание побыстрее убраться оттуда, выбежать на свет. С ребристых массивных колонн, по периметру украшавших зал, на неё осуждающе хмурились каменные рожи древних бородатых гнумов.       Огромную стенную нишу заполняла скульптура, изображающая дородную, если не сказать жирную, тëтку. Позади неё полыхала жаровня, создавая иллюзию неестественного рваного танца.       Всё в этом зале было гигантским, мощным, грубым и равнодушным, как и сама скала и ей казалось, что она попала в обитель големов…       Невольно застыв на пороге, Найра пыталась разогнать толпу мурашек, хаотично потёкших вдоль позвоночника и вновь почувствовать себя человеком, а не мелкой ничтожной козявкой, но, опустив взгляд от сводов, не сдержала тяжкий вздох.       Стены украшали закопченные масляные лампы, больше напоминающие грубые походные котелки. Их свет как будто просачивался в камень, терялся в углах, проигрывал тьме, наступающей с высоких потолков. Они выглядели, как огненные ориентиры по дороге в ад.       Сказывались тревога, усталость и почти бессонная ночь. Её внимание почти полностью поглотило изучение зала, и до неë не сразу дошло, что Скален довольно громко говорит. Услышав своё имя, встрепенулась и поняла, что все смотрят на неё.       «Кажется, меня только что представили...» — пронеслось в голове, и она слегка натянуто поклонилась.       — Саския, Хранительница Вергена, Драконоубийца, — напыщенно пророкотал краснолюд, представляя королеву Найре.       «А вот и сама невеста!» — подумала воительница, рассматривая тяжелую пшеничного цвета косу, большие миндального оттенка глаза, прямой нос и волевой подбородок. Полные чувственные губы Девы сложились в нервную улыбку, а пальцы с коротко подстриженными ногтями, выстукивали на спинке резного стула тревожный ритм.       Голову Саскии украшал изящный золотой венец, а глубокий вырез серебристого, похожего на драконью чешую платья, подчёркивал пышную грудь.       «Недурна…» — выдал мозг результат осмотра, а в душе скребнули кошки, — «Но демонстрацию сисек могла бы приберечь для принца».       Её размышления были прерваны звуком приближающихся стремительных шагов.       Обернувшись, увидела ещё двоих, только что вошедших и быстрым шагом направляющихся к ним. Одного узнала сразу. Тот самый, черноволосый, красивый и уравновешенный эльф. Кажется… Киаран.       При взгляде на другого одна её бровь приподнялась и изогнулась, причем вторая осталась на месте, придавая лицу весьма насмешливое и немного саркастичное выражение. Первое, что бросилось в глаза — яркий, карминового цвета платок. Он скрывал пол-лица эльфа и выглядел довольно поношенным.       «Видать, любимая вещь гардероба, — язвительно подумала Найра, — никак не расстанется, хоть и пора».       — Йорвет. Мой друг и соратник, командир отряда скоя'таэлей, ныне включённого в состав гарнизона Вергена. Оказал неоценимую помощь в битве с Каэдвеном, — официальным тоном произнесла Саския.       Найра снова сдержанно кивнула. Эльф сделал то же самое.       Зерриканка продолжала разглядывать присутствующих.       «Ага, краснолюды те же, что были вчера». Что-то подсказывало ей, что эти крепкие малорослики имеют в Вергене отнюдь не малый вес.       «Чародейка. Трисс Меригольд. Да, да. Куда ж без магии».       Её взгляд вновь вернулся к эльфам.       «Тот, вчерашний, явно нервничает. Всё время крутит в руках перчатки. Губы плотно сжаты. Напряжён. А этот долговязый, в платке… Ни дать, ни взять бандит с большой дороги. Но высокомерный! Смотрит так, будто своим присутствием оказывает мне величайшую честь, и я должна с чувством глубочайшего почтения облобызать его сапоги».       Тут Найра разглядела уродливый шрам на правой щеке эльфа, багровой молнией извивающийся из-под платка к верхней губе.       «Ого! Выглядит ужасно. Боюсь представить, что сокрыто под платком. Интересно, кто так отметил тебя? Видимо, не зря лицо прячешь. А губы-то скособочил! Ай-ай-ай! Не рад мне. Совершенно. И нервничает не меньше того красавчика. Мнётся с ноги на ногу, как будто спешит куда и ждет не дождётся, когда всё закончится».       Предаваясь размышлениям, зерриканка не особенно контролировала своё собственное лицо, выражавшее смесь ироничного любопытства и неприязни. А ведь её тоже пристально и беззастенчиво рассматривали.       «Не самая страшная из dh’oine, — думал командир Белок, — странно только, что Зерриканское солнце не сделало её кожу темнее. А взгляд... Много о себе воображает! Ломает бровь, будто я ей должен. Bloede d'hoine.»       Йорвет с нескрываемым высокомерием взирал на гостью, вспоминая те эпитеты в её адрес, которые вчера услышал от старосты:       «Дылда. В точку, Сесиль» — Йорвет заметил, что взгляд зерриканки остановился на его лице и неприятно, вызывающе ухмыльнулся, словно испытывал её самообладание.       Найру эта улыбка не впечатлила и в ответ она хищно прищурилась.       «Это вызов?! Похоже... Жаль, что положение обязывает. Нужно блюсти протокол и всё, что можно себе позволить — поиграть в гляделки. Ну что ж, милсдарь эльф, поиграем!»       С лица скоя’таэля взгляд Найры перекочевал на его ничем не примечательную одежду: болотного цвета стёганка, обычная кольчуга, видавшая виды кираса, дурацкое перо и непонятные значки. Лицо её приняло нарочито снисходительное и театрально-участливое выражение.       «Он что, только что из караула или заглянул ненадолго? Оказал честь, так сказать, в перерыве между важными делами и не счёл нужным переодеться? Или Саския ценит своих друзей только на словах, а на деле их благополучие ей до лампады?»       В свою очередь Йорвет так же не оставил без внимания её плотно прилегающую кожаную броню и уголки его губ осуждающе опустились.       «Змея в блестящей шкурке. Представляю, как неудобно и жарко, но ради выпендрёжа можно и потерпеть, да? Неужели в Зеррикании платья не в почëте? Или для нас сделали исключение?»       Едва уловимо покачав головой, с закрытой по самую шею фигуры Найры он перевёл взгляд на Саскию и тяжело вздохнул. Непривычно было видеть её без доспехов и платье было красивым, но...       «Могла бы не оголять фланги в такой ответственный момент! Неужели во всëм Вергене не нашлось платья поскромнее?! Судя по виду и поведению этой...послицы, представляю, в каких красках она распишет наряд невесты своему правителю!»       Аэдирнская Дева, перехватив этот взгляд, истолковала его по-своему и слабо улыбнулась.       От Найры не ускользнуло, куда зыркнул так называемый друг Саскии, но вывод она сделала свой:       «Да он еще и озабоченный! Кофи! Спасибо тебе за выбор брони! Не хватало, чтобы этот ненормальный пялился сейчас мне за пазуху!»       Пауза из вежливой неумолимо скатывалась в двусмысленную. Староста, сцепив руки на солидном животике, с озабоченным видом уже было принялся крутить большими пальцами, а Кофи гулко сглотнул, когда, наконец, Саския жестом пригласила всех занять свои места за столом.       Завершив дуэль взглядов, Найра прошла на указанное ей старостой место, присела на самый край массивного стула и огляделась. Огромный, грубый и угловатый стол, с каким-то причудливым узором из глубоких желобков. Её передернуло: «Похож на жертвенник!»       Продолжая осматриваться, увидела, что напротив неё села Саския. Эльфы расположились плечом к плечу по левую руку от Девы, по правую устроилась чародейка и краснолюды. Заговорить первым никто не решался. В воздухе витало такое напряжение, что Найре показалось, ещё чуть-чуть и сверкнёт молния.       Расставленные напротив каждого кубки с вином так и остались нетронутыми. Да и отмечать-то, пока, было нечего.       Неожиданно для себя Найра обрадовалась присутствию Кофи. Хоть он и был здесь скорее для мебели, но его неуверенная поза «птички на жердочке» и затравленный взгляд вернули на землю. Ведь она и за него в ответе, так что самое время взять себя в руки.       Пока Найра обретала уверенность, Кофи вдруг замер. Проследив его взгляд, она поняла, что его вниманием завладели огненно-рыжие волосы, прозрачные и лучистые серые глаза, алебастровая кожа и россыпь милых веснушек. Забыв обо всём, Кофи любовался Трисс с нескрываемым восхищением и, чтобы напомнить ему о цели их визита, Найре пришлось незаметно пнуть ножку его стула.       Саския тихо кашлянула и проговорила:       — Я рада приветствовать вас, Найра, тем более, что принц был столь любезен и откликнулся в самые кратчайшие сроки. Это говорит о его благосклонности и серьёзности намерений.       Найра только молча кивнула, тяжелым взглядом уставившись на испещрённую царапинами каменную столешницу.       — Что ж, — продолжила Дева, — я предполагаю, что принц хотел передать нам свои пожелания по поводу предстоящей церемонии.       — Да, хотел. — деловито согласилась Найра. В конце-концов она здесь именно за этим и ходить вокруг да около не станет. — Во-первых, свадьба будет в Зеррикании. Так хочет принц.       — Но… — вступила было Саския, но её прервал Йорвет.       — А с чего этот ваш принц решил, что имеет право выдвигать нам свои условия? Почему свадьба должна быть именно там? Чем вам Верген не угодил?       — Всем! — с вызовом отозвалась зерриканка, снова скрестив со скоя'таэлем взгляды, — здесь холодно, скучно, громоздко и неуютно, мало места и вообще я… — тут Найра замялась, поняв, что чуть не ляпнула лишнего.       — Оч-чень хотелось бы уточнить, по поводу этого вообще! — эльф моментально выцепил её замешательство и тут же сделал акцент на этом.       Найра одарила его презрительным взглядом и повернулась к Саскии, недвусмысленно намекая на то, что ничегошеньки уточнять не собирается.       — Принц хочет, чтобы свадьба состоялась по нашим традициям, в Зеррикании, — медленно и с нажимом выцедила она, — через полгода.       Саския распахнула глаза и резко выдохнула:       — Это слишком долго!       Йорвет воззрился на неё с разочарованным недоумением, всем своим видом показывая, что совершенно не понимает причины спешки.       — Это в самый раз! — вмешался староста, — мы успеем обстоятельно подготовиться, всё обдумать, довести до идеала, так сказать.       — Что конкретно ты собрался доводить до идеала? — уточнил Йорвет.       — Ну как же. А наряд невесты? Или вы думаете — это вам незначительная деталь? Чай не соседу во временное пользование отдаём! — после этих слов на щеках Саскии вспыхнул алый румянец, а Найра чуть не расхохоталась в голос. Йорвет сжал губы в нитку и длинно выдохнул, сосредоточенно разглядывая содержимое своего кубка. Староста тем временем продолжил. — Тут вид очень даже важон! А ежели еще и не дома, так вдесятеро важнее! Приданое! Тоже всё честь по чести собрать надобно! Она не последний человек в Аэдирне!       — Сесиль, ты считаешь, что расширение зоны влияния на континенте, помимо Зеррикании, это недостойное приданое? — голос командира Белок сочился ядом, но краснолюд так разошелся в своих изысканиях, что не сразу понял вопрос и уставился на скоя’таэля непонимающим взглядом.       — Я согласна, — подала голос Найра, — что полгода — отличный срок.       Йорвет и староста, не сговариваясь, уставились на неё. Лицо Сесиля выражало радостное удивление, в то время как эльф смотрел настороженно и с сомнением, будто не мог поверить в это внезапное совпадение во взглядах.       — Свадьба и для нас очень важное и ответственное событие, — бесцветным тоном продолжила зерриканка, — и требует тщательной подготовки.       — Списки гостей, угощение, размещение! Столько всего обмозговать! — затараторил краснолюд.       — Да-а, — медленно и злорадно протянул Йорвет, — и вообще, мало ли что может за эти полгода произойти…       Теперь вспыхнула Найра, так как эльф озвучил её собственные мысли, которые она не собиралась делать достоянием общественности. Скоя’таэль это заметил и многозначительно усмехнулся, чем разозлил еще больше.       «Чёртов эльф! Не постеснялся же!» — крылья её носа нервно подрагивали, а грудь обжигало горькое сожаление о том, что «положение обязывало...»       — Нам надо обдумать всё, что мы только что услышали, — взяла слово чародейка, — не время делать скоропалительные выводы и сгоряча принимать какие-либо решения.       — Вот именно, — поддакнул Йорвет, — вы можете отбыть обратно и передать принцу, что… этак через пару месяцев мы сообщим ему наше мнение.       — Я не девочка на побегушках! — взъярилась Найра.       — Конечно — нет! Вы… сваха, — последнее слово он нарочито, издевательски растянул, — и теперь просто обязаны уведомить своего правителя о результатах встречи. Разве нет? Разве вам не хочется побыстрее убраться отсюда?       «Чёртов остроухий засранец! — Найра клокотала от ярости, — как будто знает, где больнее!»       Она вскочила, собираясь сию же минуту расставить все точки над «i», но от неосторожного взмаха её руки кубок с вином отлетел и опрокинулся прямо в середине стола, обдав красными винными брызгами эльфа.       Один из краснолюдов громко ойкнул. Саския от неожиданности всплеснула руками и плотно прижала их ко рту.       Йорвет набычился и медленно встал, привычным жестом ощупывая место, где должен был быть меч. В этот момент на его плечо легла рука Киарана.       Найра тоже не собиралась оставаться на месте, но, огибая стул, наступила на ногу Кофи. Тот вскрикнул и машинально схватил её за руку.       — Ничего страшного! Это легко поправимо! — воскликнула чародейка, плавно поведя кистями рук над столом. Кубок вернулся на своё место. Разлитое вино собралось в одну большую дрожащую каплю и, пролетев неполный ярд, плюхнулось в сосуд.       Староста пробухтел что-то невразумительное о пользе магии и с немой мольбой посмотрел на Саскию.       Дева поднялась и с вымученной улыбкой произнесла:       — Как хорошо, что это досадное недоразумение не доставило никому особых хлопот.       Найра так и застыла, позабыв убрать руку из обхвата своего лекаря, надеясь взглядом прожечь дыру в скоя’таэле.       Киаран что-то горячо шептал на ухо багровому, как и его платок, командиру, при этом не отпуская его плечо.       И только Кофи было плевать на всё происходящее. Забыв про отдавленную ногу, он смотрел на то, как Трисс вернула на место кубок и вино, с абсолютным обожанием. В порыве чувств маг стал нежно поглаживать руку Найры, отчего та оторвала взгляд от Йорвета и уставилась на него, как на душевнобольного.       — Не уверен, что прислушаюсь, но ожидаю извинений, — процедил Йорвет усаживаясь на своё место.       — Да ничего страшного не произошло ведь, дружище! — пробасил Сесиль примирительным тоном. — Я вон не далее, как вчера на супругу свою горячий блин уронил. Хотел внимание проявить, ну и помочь… Да только не умею я. Сковородка, как живая, стервоза, из рук-то возьми и выпрыгни! А блин с неё слетел, да благоверной моей аккурат на сиськи… ох, простите, на грудь и припёкся.       Все, без исключения, повернули головы в его сторону.       — Я што хотел сказать-то, — чуточку смутившись, а, может, и делая вид, продолжил краснолюд, — не всегда в наших поступках сокрыт злой умысел.       Кофи прыснул, наконец-то отлип от руки Найры и смущённо отстранился, украдкой поглядывая на Трисс.       Зерриканка, немного остыв, посмотрела на Йорвета, развела ладони в стороны и пожала плечами, состроив насмешливую гримаску.       — Я думаю, что на сегодня достаточно, — голос Саскии был твёрдым, не терпящим возражений.       —Чего? — уточнил староста.       — Всего. Найра, я подумаю над тем, что передал мне принц и приглашаю вас завтра в это же время. А сегодня у вас есть прекрасная возможность осмотреть Верген и познакомится с его жителями поближе. Надеюсь, вы измените своё мнение.