Сказка на ночь

Заметив, как королева оседать начала, Хосок не мог оставаться равнодушным и рванул к ней, ловя в крепкие руки хрупкое тело. Взгляд глаза в глаза. Чон пытался понять, что всё-таки значили слова девушки о его приходе. Она как будто… — Я так ждала, так надеялась, — прошептала Миланок в руках у парня, уложив свои руки ему на плечи. — У вас тоже есть пророчество? — аккуратно произнес Хосок, но в ответ лишь растерянный взгляд получил. — О чем вы… Я видела вас во сне, но всё никак понять не могла, где происходит действие, — проговорила медленно королева, выпрямляясь и вновь под ногами опору находя. На продолжить разговор им не дал ворвавшийся рыцарь, а затем вошедший за ним следом Юнхо, взгляд которого будто говорил о вселенской печали. — Метель успокоилась, горы разошлись и теперь есть прямая дорога в соседнее королевство, — спокойно произнес Юнхо, будто о погоде говорил, а затем кинул свой взгляд на Хосока. — Мы можем быть уверены, что войны не будет? — Абсолютно, я могу поклясться своей жизнью! — нахмурился Чон. — Это хорошо. Королева?.. Юнхо хмуро наблюдал за Миланок, которая растерянно на свои ладони смотрела сейчас, а в уголках глаз затевался ужас и страх. — Я не могу колдовать, Юнхо, — тихо прошептала Миланок, но правая рука ее услышал, в несколько шагов расстояние сократив и внимательно теперь ее рассматривая. Ему потребовалось еще пару минут, чтобы взять у нее образцы крови, отправить в лабораторию и ответ получить. — В вас больше нет… — Юнхо запнулся, закашлялся, будто давясь собственными словами, которые так тяжело было произносить. — В вас больше нет магии, королева. А затем понеслись минуты и часы — то они выясняли, как это могло произойти, то пробовали вернуть магию. Хосок всё это время был рядом, ему как будто на физическом уровне нужно было близко с девушкой находиться, поддерживать её. Когда ничего не удалось, а причиной названо было непонятное пророчество, Миланок вздохнула. — Юнхо, ты же понимаешь, что... Объяви на завтра церемонию. Королевство не может быть в моих руках, — прошептала девушка, а затем, поддавшись какому-то внутреннему порыву, обняла Хосока. Ей почему-то было слишком тепло, слишком хорошо рядом с ним. Его присутствие рядом согревало не сердце, а душу. — Как скажете, моя королева, — пробормотал Юнхо и тихо вышел. Туда, где никто не увидит его растерянности и печали. — Я научу тебя своей магии, королева, ты же согласишься пожить в моем королевстве? — Хосок мягко повел по плечам Миланок, вызывая ответную улыбку, ответную нежность. — Когда завершу все дела тут, — кивнула девушка. — Я помогу и буду рядом. И после этого завертелись дни, потому что подготовить церемонию коронации за ночь оказалось не таким уж простым делом. Потому что послать весточку домой, к сестре, тоже давалось не просто, а уж первая встреча с королем второго государства и вовсе вызывала если не мандраж, то онемение подушечек пальцев. И только присутствие Хосока рядом дарило какую-то сильную, уверенную и такую весомую поддержку, его мимолетные улыбки, трепетные прикосновения и уже традиционные пожелания «доброго утра» за завтраком и «доброй ночи» после ужина. Оставалось лишь пара дней до Нового года в ледяном королевстве. Подготовка шла полным ходом, Юнхо попросил Миланок заняться этим, поэтому девушка с головой погрузилась в праздничную мишуру, ёлочные игрушки и веселые игры уличные. — Ну вот, везде украшено, а тут нет, — вечером за день до Нового года произносит Миланок, так тоскливо и грустно, что у Хосока сердце разрывается. Он к девушке ближе подошел, осторожно, даже немного робко, но вместе с тем тепло и крепко, за талию приобнял. — Так давай нарядим?.. Миланок даже не ожидала такого предложения от него, Чон не выглядел тем, кто мог бы просто наряжать елку. Да, он помогал их таскать, украшать дома, но не в тепле же развешивать игрушки и носочки на камин крепить. Миланок через час замирает, взглядом зависнув на сосредоточенном лице Хосока, мишуру наматовавшего на основание елки. — Ну вот, всё, теперь и тут празднично! — хлопнул в ладоши Чон и повернулся к девушке. Он рукой до патефона дотянулся, запуская медленный вальс. — Миледи, разрешите пригласить вас на танец? — Ох, милорд, это так неожиданно, — смеется Миланок, но в ответ тянется. Погружаясь в музыку и с молчаливым восхищением на мужчину глядя. Всё еще не понимая, как он так ворвался и перевернул её жизнь. А в Новогоднюю ночь она получит самое желанное предложение — руки и сердца.