Часть 1
3 января 2022 г., 22:04
В мае купаться хорошо. Когда ты пьян. Главное ведь что? Правильно. Суметь выползти на берег. И вот тут возникают сложности.
Пловец из Намджуна, прямо скажем, не самый талантливый, можно даже сказать топорный. Но что нам то море, я вас умоляю, когда в крови градусов под сорок, и все приобретённые перорально.
Ну, большому кораблю — судьбу Титаника, как говорится.
Когда ноги перестают слушаться, тревогу ещё никто не бьёт. А вот когда из поля замутнённого алкоголем зрения как-то очень уж стремительно и неожиданно пропадает свет луны, до того вполне ясно освещавший окрестность, тревогу бить уже поздно. Лёгкие сокращаются и выпускают на волю остатки кислорода. Намджун недоумённо провожает пузырьки взглядом и лениво прикрывает веки, пытаясь зацепиться за какую—то мысль, бьющуюся на задворках, как муха, застрявшая меж двух рам.
Глаза открываются вместе с желудком, желающим освободиться от тяжести этого мира. Освобождается он долго. И громко.
Вообще, все системы, кроме пищеварительной, всё ещё подтормаживают. Поэтому аппарат, отвечающий за 148 баллов интеллектуального коэффициента всё ещё выдаёт error 404, пока глаза обрабатывают изображение фигуры, расположившейся по правую сторону от страдальца.
Первый результат примерно следующий:
— О, рыба! С пивом потянет.
Рыба благосклонно даёт леща, дабы помочь ускорить сложнейший процесс обработки информации и уточнить его результаты. Сразу становится понятно, что обозначенный объект не соответствует заявленной категории. Да и горящий след на щеке явно напоминает по форме ладонь, а не плавник. Следом обнаруживается, что мокрая рыжая масса ни разу не водоросли, а вполне себе волосы. А под ними черты человеческого (сюрприз-сюрприз) лица и даже торса (со всеми кубиками и полагающимися ему руками).
Правда, немного, совсем чуть-чуть, ей богу, смущает чешуя от пояса и ну... до конца. Ну и подумаешь, с кем не бывает, кто себе, вон, рога вживляет, а кто-то хвост.. прилепляет? Ну и жабры, да, конечно. Они такие. Непонятненькие. Хочется пощупать. Чешую тоже, а то чево она блестит?
Ну, гении долго не думают, особенно проблевавшись опосля алкогольных возлияний и купания с почти удавшимся утопленничеством. Главное уверенность. Уверенно взглянул в глаза, протянул руку, уверенно нарвался на пиздюли.
— Ай сука, нахуй кусаться-то, бля?
Во-первых, больно. Во-вторых, опять-таки больно. В-третьих:
— Ещё раз сунешься, по локоть отгрызу, посыл понятен?
— Да куда уж яснее.
Блевать уже не хочется. Приятного от алкоголя остался шиш, пришло жестокое похмелье. Ещё и покусали. А там и мозг включился, ехидно напомнив, зачем все мы здесь сегодня собрались.
А действительно, давайте вспомним, как мы до жизни такой докатились. Подработка накрылась медным тазом. Как бы не любил его Джин-хён, но бой посуды в таком количестве за месяц даже он не мог прикрыть. Ну, мы птицы не гордые, всё понимаем: пацан накосячил — пацан ответил. В долг. "Ну пожалуйста, зуб даю, я через неделю с гонорара всё отдам. Ты ведь самый мудрый, самый красивый и самый любимый хён! Спасибо, век не забуду, святой ты человек, Сокджин-ним!" Сказал он полтора месяца назад и сейчас вот сидит на песочке в Пусане, скрывается от самого мудрого и самого красивого.
А всё почему? А потому что нехуй ссориться с людьми, которые тебе деньги дают, да, Намджун? Назвал продюсера старым маразматиком, не шарящим в искусстве? На! получай, фашист, гранату. Сдайте ключи от студии звукозаписи и ступайте в пешее эротическое. Ага. Он-то пошёл, правда вместе с оборудованием, в которое он тоже вкладывался, между прочим, да! Та там и взял-то, ой, один пульт только, шо вы делаете полиции нервы, беспокоите по пустякам таких занятых людей, я вас умоляю. Ну и все свои треки, да. А вот тут не надо! Интеллектуальная собственность, между прочим! Ну и что, что по контракту ваша? Написал-то я! Короче, везде проходимцы и негодяи, одни мы в белом.
Так что да, сидим на песочке, в Пусане. Хорошо сидим, между прочим. Продуктивно. С рыбами вот знакомство заводим. Кстати о рыбах. Странная она..он? а может, оно? Да не, вроде, он. Сидит..или скорее лежит. Да черт его разберёт, что он делает. Слышно только, что сырость разводит: носом шмыгает и хнычет, иногда даже подвывает.
Нет, может, у него реакция на свежий воздух такая, конечно. Но если скосить глаза, то можно увидеть, что по лицу бегут слёзы.
— Эй, ты чего, болезный? Плачешь там что ли?
— Ничего. Отстань, двуногое, — и вздохнуть так, с надрывом. Ну ничего мы цацы!
— Да ладно тебе. Пиво хочешь? У меня как раз пара бутылок оставалась.
— Ч-чего? — бедное существо перестаёт плакать и начинает икать.
— Ну, пиво. Алкоголь такой. Не слышал никогда что ли? — парень мотает головой в ответ. — Ну ты и деревня. Це ж напиток богов.
— Напиток богов знаю, а твоё это пиво — нет. А что такое деревня и алкоголь? — во взгляде мелькает осторожное любопытство.
— Тьфу ты, епт. Ниче не знает. Щас, погодь, я сгоняю за бутылками, я их где-то на берегу оставил. Только никуда не уходи.. в смысле, не уплывай.. в смысле, оставайся здесь. Ну, ты понял..
Паренёк медленно кивает. Красноречиво поднятая бровь говорит о том, что собеседник сделал вывод о его умственных способностях. И этот вывод явно не в его, Намджунову, пользу. Ну и фиг с тобой, золотая рыбка.
— Короче, я сейчас вернусь. Жди.
В темноте по песку передвигаться не очень удобно, луна выглядывает редко и тут же стеснительно прячется за вуалью облаков. Поиски слегка затягиваются из-за того, что земля решила сегодня позабавиться и пойти рябью прямо под его ногами, заставив пребольно долбануться копчиком об особо коварный камешек. Потирая место, через которое, очевидно, он все время думает, и промаргивая звезды перед глазами, Намджун наконец нащупывает бутылки тёмного стекла. С радостным похрюкиванием несётся обратно, периодически путаясь в ногах, но добирается, сохранив свое тело в прежней кондиции. И обнаруживает пустой песок.
