Красный лак

      Платье безбожно упало на пол из рук Лены. По ее выражению лица было понятно — ей хотелось провалиться сквозь землю. В голову начали лезть самые разные мысли, начиная от тех, что Юля делает «этим» наедине с собой и заканчивая тем, что сейчас лучше всего сделать. Отшутиться и закрыть шкафчик как ни в чем не бывало — уже не вариант, Катина слишком долго молча стояла краснющая, переводя взгляд с вибратора на улыбающуюся Юльку и обратно. Оставалось надеяться только на то, что Волкова сама закроет шкаф и от стеснения сделает вид, что ничего не было. Но скорее завтра зеленый снег пойдет, чем черноволосая застесняется. Это только Ленке было не по себе, только ей хотелось зажмуриться и стоять столбом вплоть до вечера, Юле было по барабану. Еще больше шокировала рыжую ухмылка на лице подруги, что, черт возьми, она значила? Опять намекает, что Лена в ее глазах всего лишь маленький ребенок, который таких вещей в жизни не видел, не то что использовал на себе?       Ни одна из них ничего не могла сказать. Лене просто было нечего, она вообще не верила тому, что это сейчас с ней произошло, а Юля правильно подбирала слова в своей голове, чтобы ее рыжий котенок не отказался на столь сомнительное предложение «проиграть». Она пялилась на нее так открыто, что начинало казаться, что на Катиной сейчас начнут оставаться ожоги на тех местах, куда вглядывалась Волкова. Она замечала каждую деталь: как Лена нервно сглатывает, как она дышит, что моргает чаще обычного.       Юлия встала с кровати и подняла платье, нагибаясь перед подругой таким образом, чтоб поднимаясь, остановиться на расстоянии опасной близости к ее лицу. Задуманное получилось, их взгляды встретились, а носы соприкоснулись. Обе замерли в ожидании. Лена не верила своим глазам, но все же ждала, когда Волкова коснется ее губ, а Юля ожидала, что Катина вот-вот отодвинется от нее и убежит. Но ничего не происходило. Ни через пять секунд, ни через десять. Брюнетка отвернулась буквально на секунду и сердце Лены сжалось от досады. Ну конечно, поцелует она ее, мечтать не вредно, милочка. Но к удивлению рыжеволосой, подруга вернулась на исходную, да еще и с «запрещенной штуковиной» в руках.       — Хочешь? — Только и произнесла Волкова. И вновь повисло непонятное молчание. Хочешь что?        — Хочешь что? — Повторила свои мысли вслух девушка. — Попробовать?       Волкова издала едва слышный смешок и опустила голову, чтоб не показывать Лене свою улыбку.       — Ну да, — она протянула вибратор Катиной, но как только рука котенка потянулась, чтоб забрать его, Юля тут же одернула ее, — только со мной.

***

      Повествование ведется от лица Лены. Господи, я совсем рехнусь сейчас. Что она творит? Какое еще «со мной», она думает, что я откажусь? Я потянулась за вибратором в ее руке, а она все отодвигалась от меня в противоположную сторону. Она шутит надо мной, издевается. Я повторила действие еще два раза, Юля тоже. Еще два раза отодвинулась от меня.        — Ты мне не ответила, — Волкова облизнулась, — чего уже тянешься?       Точно издевается.        — Ну давай, покажи мне как надо, — я сама не верила тому, что говорю, — научи меня.       Юлька переменилась в лице, но больше ни на шаг не сдвинулась. Как все так обернулось? Мы собирались пойти куда-нибудь, чтоб найти мне парня для перепихона. Даже не знаю в каких местах эти поиски устраиваются, в клубе скорее всего, не на улице же к каждому встречному подходить и спрашивать: «Здравствуйте, Вам не нужна моя девственность, но только на ночь, я походу лесбиянка?» Собиралась на поиски, а в итоге я опять пляшу под ее дудку и учавствую в ее играх, в которых я же и жертва. Но я не могу отказать. Я как сранный олень, которого рысь загнала в угол и теперь это мой единственный шанс приблизиться к охотнику. А лучшая защита — это нападение. Интересно, в ход ее игры включены поцелуи? Она так близко, могу ли я… Волкова приблизилась ко мне, окончательно вырвав меня из моих мыслей и догадок. Она поцеловала меня. Свободную руку положила мне на щеку, отстранилась и посмотрела мне в глаза. Что она делает? Читает мои мысли? Это умение ей вместе с вибратором досталось или после его использования?       Я не могу. Я положила свою руку на ее, а другой притянула ее за талию и повторила за ней. Я жадно впилась в ее губы, пробуя на вкус сначала верхнюю, затем и нижнюю, уделяя ей особое внимание. Мне хотелось целовать ее так быстро и страстно, насколько то было возможно. Мы и раньше чмокались и целовались, когда она позволяла мне это делать, но в этот раз все было по-другому. Я чувствовала себя иначе, было так приятно и почему-то сладко, начало казаться, что голова сейчас закружиться до такой степени, что я упаду. Ноги стали ватными, понимание происходящего улетучилось, когда Юля прикусила мою губу, мои глаза открылись и мы встретились взглядами, я поняла, что не хочу, чтоб это заканчивалось. Хотелось, чтоб этот поцелуй длился всю мою жизнь или хотя бы столько же, сколько я его ждала. Я целовала ее снова и снова, не давала ей даже вздохнуть или выдохнуть. Мои руки ерзали по ее спине, гладили и врезались, когда она начинала целовать меня быстрее. Было слышно, как Юля дышит и это чертовски возбуждало. Внизу живота начало приятно покалывать и жжечь, ноги сами по себе сжимались, было невозможно терпеть это, тело не слушалось. Когда дышать стало практически нечем, мы оторвались друг от друга и из тела Волковой вылетел едва слышный стон. Это был конец любым разумным мыслям в моей голове.

***

Повествование ведется от лица Юли.       — Ну давай, покажи мне как надо, — Лена пододвинулась ко мне, — научи меня.       Что она там говорит? Я слушала ее слова, но могла в них вслушиваться, могла только смотреть на ее губы и вздыхать с облегчением, что получилось отвлечь ее от этой бредовой идеи секса на одну ночь с непойми с кем. Зато привлекла ее к идее чуть ли не секса со мной… Как после этого мы будем смотреть друг другу в глаза? Без разницы. Пути назад уже не было и мне стоило взять все с свои руку, иначе так и простоим до вечера, не Лена же будет у нас в паре активом. Хах, скорее завтра мир перевернется, чем Лена проявит инициативу в таких вещах.       Начну с инфальтивного — поцелую ее. Свободной рукой я притянула ее к себе за щеку и слегка коснулась ее губ. Ее глаза тут же закрылись, а я позволила себе еще несколько секунд поразглядывать ее веснушки и светлые ресницы, которые слегка дрожали. К моему удивлению, она поцеловала меня в ответ, пробуя сначала верхнюю, а затем и нижнюю губу, почему-то задержавшись на ней дольше. Мило. Мило было пока Лена не ошарашила меня тем, что положила свою руку мне на талию и я впечаталась в нее, касаясь почти всем телом. Моя рука от неожиданности спустилась к ней на шею, потом и вовсе плавно перетекла на плечи. Она слегка приподнимала меня каждый раз, когда возобновляла поцелуй. Наши губы сливались все быстрее и быстрее, издавая характерные звуки. Интересно, если так подумать, то она неплохо целуется и можно даже испытать сексуальное влечение… Лена не отпускала меня от себя ни на секунду все время, пока мы целовались. Если бы она не поддерживала меня и если бы я не держалась за ее плечи, то скорее всего я бы рухнула на пол, не успев даже опомниться. Меня настолько сильно удивляли действия Катиной, что я считала своим долгом не отставать от нее и тоже ускоряла темп происходящего. Дышать было трудно, мне не хватало сил концентрироваться на поцелуе и чем-то еще. Лена гладила мою спину, прижимаясь ко мне и я чувствовала, как внизу живота у нее все пульсировало и билось, будто это ее сердце бешено колотилось и отзывалось во всем организме. Когда мы оторвались от губ друг друга, из моего горло вылетел едва заметный стон. Я уставилась на Лену, гадая, слышала ли она. По большому счету в этом ничего такого не было, но с другой стороны это так смущающе… Будто я только что таким образом дала ей понять, что мне чертовски понравилось. Хотя так и было. Мне чертовски понравилось. Видимо, завтра перевернется весь мир, раз Лена так себя вела. Но думаю, мне было все равно, что будет завтра, меня больше интересовало то, что будет сегодня.       Мой стон котенок явно слышал, но говорить ничего не стал. Через минуту мы уже сидели на кровати и я с трудом сдерживала себя, чтобы не завалить ее сразу же, как мы только туда переместились. Я не хотела напугать ее, но моя возбужденность отчетливо давала о себе знать. Мысли путались и я очень пыталась собрать их в кучу, но выходило все это паршиво.