Ревность

Солнце заливает комнату яркими лучами, пробивающимися через занавески, которыми были завешаны окна в комнате парня. Со стороны кровати раздаётся недовольный стон, когда один из солнечных лучей падает прямо на кровать, заставляя её хозяина зажмуриться и спрятать свою макушку под тёплым одеялом. Бурча и закутываясь ещё сильнее, Камило не заметил, как в комнату постучали. Не услышав каких-либо признаков жизни, гость лишь крикнул, чтобы парень побыстрее одевался и спускался на завтрак. Из импровизированного домика показываются растрепанные волосы, а после противно ворчащее лицо обладателя того самого домика. Парень потягивается, расчёсывая кудрявые волосы, вставая с кровати и разминая спину. Пижама мигом оказывается на спинке стула, а ярко-жёлтое пончо уже идеально сидит на Камило, когда через щель двери пробивается запах вкусного свежего печенья. Парень бежит вниз по лестнице, желая стучащей черепицей Касите доброго утра. На кухне слышатся разговоры и стук посуды, Джульетта раскладывает всем порции своего печенья, после садясь на место и выслушивая благодарности родственников. Камило усаживается за стол, желая семье того же, что и дому, сразу же начиная уплетать завтрак за обе щеки. Его взгляд цепляется за зелёное пончо напротив, парень поднимает голову, отрываясь от салата, наблюдая не самую лучшую картину. Бруно смеётся, смеётся! Да ещё и с каких-то глупых шуток Мариано. Конечно, после свадьбы с Долорес, его тут можно часто встретить. Кажется, муж его сестры только что сделал его дяде комплимент по поводу его волос. Он что? Камило сжимает стакан с соком и тот чудом не покрывается трещинами. Паренёк пытается успокоиться излюбленным способом его матери, поднимаясь из-за стола, он благодарит всех за завтрак и кидает дяде неоднозначный взгляд, уходя на улицу. Помощь Изабелле в саду кажется была наилучшим выбором сейчас. Камило сажает небольшой кактус, присыпая его землёй и вытирая тыльной стороной ладони пот, выступивший на лбу из-за жары. Парень садится на траву, устало потягиваясь и наблюдая за усердной работой Изабеллы над другими растениями. Недалеко от сада слышатся знакомые ему заикания, поворачиваясь на звук, он видит дядю, с той самой женщиной, которая недавно чуть ли не проклинала Бруно за то, что он её рыбке видите ли смерть накликал. Дядя усердно приносил ей свои извинения, пересечься с ней он совсем не ожидал, но когда его узнали, пришлось что-то делать. Женщина терпеливо выслушивает паникующие речи провидца, когда он заканчивает она улыбается, тихо смеясь и обнимая его, говоря, что всё в прошлом. Бруно немного краснеет, смущённо потирая затылок. Изабелла вздрагивает, когда Камило резко срывается с места, она крикнула что-то ему в след, но он ничего не услышал, уходя к реке и пытаясь заглушить поток ненавистных мыслей.

***

Парень идёт обратно, пиная камушки на пыльной дороге. Сунув руки в карманы, он проходит мимо здоровающихся с ним людей. Подходя ближе к дому, он видит, как семья постаралась над украшением дома. Касита стучит ставнями, приветствуя только подходящих гостей. Годовщина Долорес и Мариано отличный повод отвлечься. Еда и украшения есть, все в прекрасном расположении духа, погода прекрасная, даже над Пепой ни тучки.

***

На небе уже видны звёзды, а гости всё веселятся, слышна музыка, весёлые возгласы пьяных людей. Громко, слишком, думает Камило, отходя в сторону и облокачиваясь на холодную стену дома, от которой по спине пробегают мурашки, но это даже к лучшему. Бруно неловко пытается общаться с жителями города, стараясь при этом выглядеть уверенно, а не смущённо или даже паникующе. Парень слабо улыбается, подходя к столу, у которого его дядя вёл оживленный разговор с ещё одним надоедающим человеком. Камило плавно проводит пальцами по спине Бруно, забираясь тонкими пальцами под пончо и вызывая у дяди лёгкие мурашки. Ладонь парня опускается ниже, незамысловато проводя по ремню и оглаживая ягодицы, скрытые под тканью бежевых брюк. Бруно почти что роняет стакан, в последний момент крепче его сжимая. Когда он смотрит на парня, тот лишь поддерживает разговор с гостем, будто ничего не случилось. Дядя ставит недопитый сок на стол, улыбаясь пьяному мужчине напротив, вклиниваясь в разговор о чем-то совершенно неинтересном. Камило хмыкает, сжимая мягкий зад Бруно, от чего тот рвано выдыхает, сразу пытаясь скрыть это за кашлем. Парень смеётся, продолжая свои издевательства, заставляя дядю переступать с ноги на ногу, тяжело дыша. Их собеседника окликивает его жена и через пару минут тот уже исчезает из вида. Камило убирает руку, прощаясь с гостем, Бруно быстрым шагом идёт к дому с надеждой спрятаться, но его перехватывают у самого входа, затягивая за угол и прижимая грудью к стене. Касита недовольно стучит черепицей на выходки парня, но успокаивается после извинений. Парень сжимает тонкие запястья дяди за спиной, утыкаясь в шею, слыша тихий всхлип. Бруно дёрнул руками тихо зашипев, Камило улыбается и успокаивающе целует шею, отпуская руки и зная, что тот не сбежит. Ладони перемещаются на талию, мягко сжимая и поглаживая, провидец опирается на стену, жмурясь от лёгких покусываний, парень оставляет яркие метки, иногда немного отодвигая ворот рубашки и оставляя слишком грубые укусы. Ноги дрожат и не упасть помогает чужое колено меж тех самых дрожащих ног, которое так усердно сейчас давило на пах, вырывая из рта дяди хриплые стоны, которые тот пытался заглушить, кусая собственные костяшки пальцев. Руки младшего уже давно расстегнули пуговицы рубашки и сейчас вовсю шарили под зеленым пончо, обхватывая пальцами соски и оттягивая, вызывая у Бруно тихий, едва слышный скулёж, который заглушался звуками музыки. Камило расстёгивает ремень, и брюки сами падают на землю, оголяя худые бёдра дяди, тот в свою очередь лишь сильнее краснеет, закрывая лицо ладонями и стараясь успокоить дыхание, но из него вновь выбивается слишком громкий стон, такой, что кто-то даже через шум и музыку услышал, как движения языка Камило действуют на мужчину, пытающегося не упасть от слабости, которая разливалась по телу и приятно тянула где-то внизу живота. Парень шепчет на ухо дяди какие-то успокаивающие слова по типу “ты молодец” или “всё хорошо” и достаёт из кармана брюк баночку с маслом, выливая немного на руку он осторожно, с неким трепетом растирает жидкость, массируя колечко мышц и вводит сразу два пальца, вырывая из Бруно тихий всхлип. Провидец кусает губы, почти до крови, Камило с заботой подготавливает дядю, целуя того во все открытые места до которых только достанет, лишь бы слышать побольше тихих стонов и видеть как мило Бруно жмурится, не в силах сдерживаться. Когда Бруно уже достаточно растянут и расслаблен, парень бережно гладит старшего по спине, шепча всякие нежности, заставляя дядю дрожать от предвкушения, сжимая собственное пончо и утыкаться лбом в холодную стену. Камило улыбается, утыкается в дядину шею и шепчет привычное “я люблю тебя”, после резко входя и настраиваясь сразу на быстрый темп, с каждым толчком выбивает из груди Бруно хриплые, слишком громкие стоны и тихие хныканья, которые сопровождались звуком шлепков. Рука Камило ложится на член Бруно, начиная надрачивать, сжимая чувствительную головку, дядя до крови кусает губы, племянник разворачивает голову того к себе целуя и тихо постанывая в такт движениям бёдер. Парень изливается на спину дяди, задирая пончо, дабы не запачкать, чувствуя как провидец пачкает его руку следом и обмякает, он подхватывает Бруно, не давая тому упасть, ноги еле держат, и захватив всю брошенную одежду, младший идёт к заднему входу в дом. Уже в комнате Камило укладывает дядю на кровать и укрывает одеялом, целуя в слегка покрасневшие щёки. Парень ложится рядом, улыбаясь и перебирая темные, запутанные пряди. Всё ещё мой, думает Камило и утыкается в макушку довольно сопящего рядом дядюшки.