Song of two hearts

Где-то... Здесь... Я уже вижу... Совсем рядом. Он рядом, я вижу его. Он рядом со мной... Но кто это? Кого я вижу? — Чимин, вставай! Ты сейчас опоздаешь,— папа Тэхёна тряс меня за плечо. Я вскочил с кровати, пытаясь продрать глаза.— Чимин, ты что-то говорил во сне. Даже, кажется, в рифму. Хороший сон приснился? — Аэкм, я тоже пойду сегодня в школу, папа,— промямлил проснувшийся Тэхён, широко потягиваясь.— Мне очень нужно. Правда. Я уже здоров, и пропускать учёбу просто так не хочу. — Просто скажи, что тебе надоело сидеть дома. Ладно, давайте, собирайтесь и идите завтракать, а я пока подготовлю форму, раз уж на то пошло.        Он вышел из комнаты Тэ, прикрыв дверь. И тут до меня дошли его недавние слова. — Тэхён, мне кажется, все не так сложно. — То есть, ты думаешь, что это все из-за того парня из кафе,— я с сомнением посмотрел на Тэ. — Та, именжно так я и тумаюф,— Тэхён сделал паузу, прожевывая остатки пирога, а потом продолжил.— Ну правда, посмотри сам. Вчера ты вырубился на кульминации моих рассуждений, но не беспокойся, я все расписал в блокноте. Ты встретил того чувака с твоей тетрадью в руках. Он неоднозначно смотрел на твое стихотворение. И, я видел, хотел тебе что-то сказать, но мы уже ушли. Так? — Вроде бы. — Молчи, не мешай мне рассуждать,— он с осуждением посмотрел на меня.— Тот альфа, я думаю, и есть то, из-за чего у тебя проблемы с написанием. Но есть несостыковочка. Ты даже не помнишь его лица. Тогда, наверное, ты услышал его запах, это твой истинный, получается... Получается ты не можешь писать, потому что твой истинный увидел твою работу два месяца назад? Звучит странно. Но если наложить на это слова папы о рифмованных строчках, которые ты говорил во сне, и о самом сне... Я запутался. Чимин, ты меня запутал!— возмущенно нахмурил брови Тэхён. Я подавил улыбку. Честно, я не воспринимаю его болтовню всерьёз. Рассуждения Тэ кажутся мне притянутыми за уши, да и проблема не настолько важной. Всё-таки, сейчас началась учеба. — Пошли, Тэ. Надо не опоздать.      Как всегда то, чего мы не хотим, происходит раньше всего. Мы опоздали. Тэхён бегом выскакивает из машины отца, спешно прощаясь и крича на меня, чтобы я поторапливался.        — Здрасьте, извините за опоздание, можно сесть на место? — Садитесь, Ким Тэхён. О, с вами Пак Чимин. —Здра... — Вы тоже садитесь, и давайте побыстрее. Урок срываете. Свободные места: рядом с Чон Хосоком, рядом с Мин Юнги. Живее, давайте, садитесь!             Тэхён пожал плечами и сел на первое указанное свободное место. Я был вынужден идти в конец класса, к парте Мин Юнги. Проходя, я чуть было не споткнулся об подножку самой красивой омеги в параллели- Ли Чонджин. На самом деле, он классный, но, когда дело касается его жертв-альф, ему лучше не мешать. Видимо, Чонджин уже наметил в жертвы Юнги. Ну что ж, удачи им обоим.                    Я сел на свободный стул рядом с альфой и начал раскладывать школьные принадлежности. Он посмотрел на меня странным взглядом, как будто пытаясь узнать кого-то во мне. На самом деле, Юнги тоже смутно напоминал мне какого-то  знакомого человека...                        Весь урок мы сидели, как на иголках. Не знаю как у альфы, но у меня было несколько причин нервничать. Первая причина, это его назойливый взгляд, который он почти не сводил с меня. Это раздражало, и поэтому я не мог спокойно сосредоточиться на речи преподавателя. Вторая причина, это его чертов терпкий запах черного чая. Нужно ли говорить, что это мой любимый напиток? Я так любил написать парочку строк под чашечку крепкого черного чая... Есть что вспомнить.               А третья причина— самое странное ощущение, что я упускаю то, чего мог не знать долгое время; ощущение, что самое важное лежит у меня под носом. Что, черт возьми, происходит?            Я задумчиво вертел в руках карандаш. Так как я все равно больше не смогу фокусироваться на материале урока, я решил порисовать в моей тетради для рисунков. Но когда я доставал ее из портфеля, из него выпала тетрадь со стихами, попутно разбросав отдельные исписанные листы. Я бросился их собирать. Ну вот. Опять привлек лишнее внимание к своей персоне. Надо быть аккуратнее. Когда я сел на место, я увидел расширенные глаза и ошарашенный вид соседа, но не придал этому значения. Мало ли что у него произошло. Но, как оказалось в последствии, зря я не спросил его тогда. Может быть, не произошло бы этой ужасной ситуации.             Наконец, прозвенел звонок, и мы с Тэхёном пошли гулять по школе. Мне нужно было рассказать ему о том, что произходило на уроке, потому что лично я ничего не понимаю в сложившейся ситуации.    — Чимин. Пак Чимин. Ты сейчас серьёзно? Ты серьезно понравился Юнги, потом начал чего-то  к нему чувствовать, а потом свалил? — Нет, это было совсем не так. — Слушай, мне тут идея в голову пришла. А что, если... Чимина, а что, если он и есть... — Чимин~щи, я хотел передать тебе это,— внезапно появившийся Юнги протягивает мне... Мои листы со стихотворениями.— Думаю, ты не заметил, что они выпали тоже.