Моя романтическая комедия в фэнтези мире не удалась. И слава всем богам

      В некотором царстве, некотором государстве жили-были люди. Жили они неплохо, но мало в сравнении со всеми остальными расами, пахли не очень вкусно, не то , что эльфы и всякие небожители.       Однако эти люди были ужасно агрессивными, и древняя королева вампиров плевала на то, что и как выглядит - она уже месяц, если не больше, спасалась от облавы их злобного и ужасного короля. Она искала еду, и не могла войти ни в одно селение - всюду были его ловчие и охотники с заговорёнными стрелами - которые не могли её убить, зато позволяли легко поймать.       Однажды ей уже прострелили ногу, и только магия спасла от потери головы - охотникам достался только длинный локон и мёртвое тело храбреца, из которого королева не успела даже испить - пришлось быстро уползать и прятаться, обдирая ногти и платье.       Король людей, имени которого древняя вампирша не знала - все вокруг называли его просто "ваше величество" или в крайнем случае "брат мой" - но так сделал только один, тоже король, но другого государства. Ещё раз раз: король людей был сильным воином с прекрасным войском и великолепной личной охраной. Они гнали вампиршу с упорством, достойным лучшего применения, и тщательностью, совершенно не заслуженной королевой вампиров. Что она им всем сделала? Королева не понимала причин, по которым её загоняют, словно волчицу.       Сейчас она только собралась пробраться ночью в деревню - а там уже стояли те же самые лица, которые она видела совсем недавно, когда жгли её замок. Внутрь не войти, её знают в лицо.       А есть так хотелось, что вампирша пускала злые слёзы.       Кроме магии очарования и очарования личного ей нечего было предъявить - уже не оставалось сил. Испить бы крови, и тогда что-то могло получиться. Но именно крови ей и не удавалось найти. Очарованием же не остановить свору собак, и даже тех, кто просто готов пустить в вампира стрелу и ускакать на коне сразу. Древней приходилось забираться всё дальше в густые леса и постоянно терять силы.       В полях уже были готовы - с большими дубинами на поясах трудились крестьяне. Они не ходили по одному и строго следили за всеми своими родными. Убить одного можно, но тогда всполошится сразу вся округа. Да и выпить его королева не успеет - тут же её огреют дубиной по голове       А череп восстанавливать сил нет.       Вообще нет никаких сил. А есть хочется. И жить хочется! - Кто-нибудь, придите и спасите меня! Умрите, ну, пожалуйста!       Вампирша всплакнула, грязные слёзы потекли по лицу.       Целую неделю она бродила в подлеске, стараясь поймать хоть одинокого кого-то, даже пыталась охотиться на кроликов - но и те уже успевали от неё убежать. Почему-то в этой деревне не использовали ловушек для их поимки.       Пить оставалось только воду в ручье. Ею вампирша и умылась, чтобы хоть что-то из красоты вернулось. Отражение ей не нравилось - бледная, местами обожжёная солнцем кожа. Множество царапин на руках и ногах.       "Главное не спать!" - думала она. - "Засну - закопают с колом в груди, и тогда останется только вечно лежать в земле, ждать, пока черви и жуки не сожрут всё до белой кости."       Большую часть её слуг убило солнце. Сама древняя была более к нему устойчива, не горела мгновенно благодаря магии и куче зелий, которые буквально пропитали всю её кожу. Облавы же, устроенные королём, были так хитры, что не оставляли никакой надежды, кроме как на бегство. Войска даже не собирались драться, они забрасывали все укрытия огненным зельем, сжигали всё, а выживших гнали всю ночь, пока не вставало солнце. И тогда всё было кончено, оставалось только смести пепел в кучу.       Какой страшный и злобный тиран этот король!       Древняя тоже не знала, уже забыла, как её саму зовут, и только это роднило её с этим ужасным преступником.       "Как же есть хочется! Как же пить хочется!"       Стараясь забраться в более влажное - полезное для кожи - и холодное место подальше от солнца, вампирша долго провела в поисках укромного места, но в итоге не нашла никаких укрытий браконьеров или охотничьих заимок. И тогда упала обессиленно, прямо на ствол большого дуба, и стала лежать и проклинать судьбу.       В сумерках она дёрнулась от звука треснувшей веточки. Кто-то одинокий шёл рядом, напевая красивую песню мягким, юношеским голосом. Раздражающе аппетитный запах молодого мужчины раздул её ноздри - она принюхалась и попыталась найти его взглядом. Всполошившись, тут же начала раздеваться, осталась в одном только исподнем. Но затем и его сняла - на ткани было слишком много засохшей крови. - Позови меня тихо по имени, ключевой водой напои меня. Отзовётся ли сердце безбрежное? Несказанное глупое нежное? Скоро сумерки входят бессонные, скоро застят мне стёкла оконные... Там кивают сирень и смородина...       Парень вдруг вздохнул. - Позови меня тихо, уродина... - затем запел громче. - Позови меня-а-а! На закате дня, грусть-печаль моя, позови меня!       Сглотнув густую слюну, королева вампиров, вспомнив юные годы, улеглась рядом с его дорогой вдоль ручья, так, чтобы её тело было прекрасно видно.

***

- Три, два, взялись! - А-а-а!       Пятеро молодых господ взялись за большое бревно и побежали с ним, пытаясь попасть в одного из боевых слуг, одетого в новую кирасу. В кирасу тоже ещё нужно было попасть, и поэтому кому-то доверять это я не хотел. Если убью, то убью я, мне с этим жить, а вот остальные тут же отвертятся.       А проверить нужно, конечно же.       Удар! - Попали? - аккуратно опустив бревно, я первым подошёл к кряхтящему Бонсу - своему боевому слуге. - Живой там, голова не отвалилась? - Вроде жив, ваша милость! - Стан, - позвал меня мой друг, с которым нас буквально заставили дружить. Хотя человек вполне себе неплохой. Его звали Родрик, и он был сыном конта Фарраса, Бастиля Фарраса. Южанин по происхождению одевался так напыщенно, что раздражал всех северян. - Посмотри, целая. Я думал, что её расплющит на раз.       А вольностями бесил страшно даже меня. К слугам относился вообще очень плохо, но всё-таки хороший молодой человек - уже успел дважды спасти мне жизнь. Хотя я ему - семь раз. - Боги, Род! Он же наш баннерет. Зови его хотя бы полным именем. - Тристан, посмотрите великодушно, - начал издеваться Родрик. - Господа, забудьте. Наше детское знамя давно в прошлом, уже следующей весной каждый выдвинется в восточные земли со своим копьём, там и настоящие баннереты будут, уж точно не я, - попытался я пресечь этот неприятный разговор. Мне не нравилось быть бароном. Хотя от странствующего рыцарства я бы не отказался. Тут столько всего есть посмотреть! И почему я единственный сын? У которого четыре сестры. А девочек тут вообще сильно больше рождается...       Надоела эта деревня - сил больше нет.       А война весной опять начнётся. Уже больше двух сотен лет там с орками воюем. И конечно же я поеду. Нужно придумать что-то для ребят и меня с чистой водой, лекарствами от дизентерии, и обязательно с промыванием ран и чистотой вообще. Не хотелось бы скончаться от боевого кровавого поноса. - Там и будем меряться достоинством.       Грубый Гауд сразу же отшутился. - Я вам и сейчас скажу, что у меня побольше ваших. И я не про титулы. - Это вам шесть своих старших братьев нужно пережить, герцог Миелоро, - посмеялся над ним Леонель. - Лео, зачем так жестоко? - спросил я. - Всё, успокойтесь, давайте посмотрим, что вышло.       Мы подняли и отряхнули Бонса, стали внимательно осматривать кирасу. Мужчина выглядел замученно, но стоически терпел прихоти молодых господ. - А неплохо, - похвалил Маркус, третий сын графа Талуо. - Неожиданно целая. И ведь не волшебная никоим образом...       Он задумчиво потёр подбородок. - Стан, эта штука слишком толстая и тяжёлая, - покачал Родрик головой. - Ты просто потратил хорошее железо, превратил в подковы. Её можно было сделать и тоньше, и дешевле, и легче! Закалка, друг мой. - Бо-онс, расскажи господам, как ты стрелял в меня из гномьего арбалета, - распорядился я.       Мужчина вздохнул. - Про первый раз, ваша милость? Или про тот случай, когда ваш батюшка это увидел и приказал меня четвертовать?       Родрик хотел мужику врезать, но вместо этого сунул кулак в перчатке под нос. - Знай своё место, пёс! Стан, ты совсем распустил прислугу. У тебя даже горничные не дают, что это вообще?       Родрик повернулся ко мне. - Скажем так, - начал я. - Некоторые из них имеют право на такую наглость. Когда батюшка три коня под собой потерял, нашей семье резко стало несколько свободнее в поместье. А я предпочитаю награждать понемногу каждый день. Вот они так себя и ведут, уверенные, что я их защищу. А я защищу.       Гауд хмыкнул. - Я говорил же, нужно было просто повесить ворующего управляющего. - Хитрец, так меньше платить, - выдохнул Леонель. - Думаю, я так же поступлю. Лошади и правда ужасно дорогие стали.       Он почесал спину. - Сегодня в баню? Или как? В трактир, если у кого мелочь осталась? - Выпить было бы кстати...       Я даже запаниковал - уж слишком быстро пустели подвалы, так не получалось таргетировать инфляцию. - Стан, не поверю, что её не берёт гномская дуга, - заметил Маркус. - И слову твоему не поверю. Показывай! Я заплачу.       Вот это обнадёжило - я надеялся продать им свои приблуды, вроде механического молота, который мы со слугами поставили на водяную мельницу, или вот эту трёхслойную кирасу.       И кое-что по мелочи. - Бо-онс, бегом за деус экс макиной. Стой! Сперва кирасу сними! - я оживился. - Господа, чем быстрее вы мне поможете, тем раньше пойдём в трактир, поэтому рекомендую не стоять, а помогать! Кстати, братья, я хотел ещё сводить вас на ветряную мельницу. Показать...       Нас прервал крик: - Господин! Господин Тристан! Знамёна короля подходят к поместью!       Нашему общему удивлению не было предела - что его величество мог забыть в нашем захолустьи? Однако, когда мы быстро привели себя в порядок и переоделись ко встрече, в ворота действительно въехал король. Железа на нём было столько, что я весь обзавидовался.       Наверняка ещё и волшебное. - Ваше величество! - я выдвинулся вперёд, когда он подъехал и стал задумчиво осматриваться. - Я сын нашего лорда, барона Валентайн, Тристан Валентайн. Позвольте узнать, ваше величество, чем обязаны? Что привело вас в земли моего отца?       Тем более, когда он сам в военном походе чёрт его знает где.       Король осмотрел нас внимательно, проговорил спокойно. - Похоже, я тебя знаю, Тристан. Это ведь ты приставал к дочери короля Барристана на пиру в честь свадьбы дочери герцога Энтомолийского? - А... - я замялся. Вопроса не понял - какая дочь? О чём это он? - Ваше величество, разрешите? - вмешался Гауд. Король кивнул. - Это была подосланная убийца, я - седьмой сын герцога, могу заверить и выступить в защиту на любом разбирательстве. Лично участвовал в поимке. - Как интересно, молодые люди, - поразился король. - А ведь тогда после пира нашли два десятка обезображенных тел, и герцог был в ярости. - Обрезанные уши и два кривых кинжала, - сказал Гауд. - Простите, ваше величество, но эльфийских убийц тренируют сотнями лет. Мы итак сделали всё, что могли, и даже сумели её поймать. Она у отца в замке, её можно допросить.       У Гауда двадцать сестёр разных возрастов. Двадцать родных сестёр по отцу! Я даже в лицо их не всех знаю, не говоря уже про имена, а ведь полгода гостил и даже участвовал в турнире.       У него и слуги эльфийские есть. Красивые словно куколки, кажутся неживыми.       То есть были. Выгнали всех обратно в их леса, только эту оставили, пойманную. Не повезло ей, что я разбираюсь в химии и вожу с собой антидоты. - Только что здесь сильно грохнуло. Что вы делали? - спросил король вдруг. - Тренировались с бревном, ваше величество, - бодро отрапортовал я. - Да? - Для боевого слаживания, мессир!       Король спустился с коня, и тогда мы преклонили колени, как вежливые и образованные детишки. - Встаньте, холодно уже, - разрешил он. Вытянул руку, один из всадников вложил ему в ладонь мягкий кожаный мешочек. Мы удивлённо переглянулись, увидев изящный локон очень красивых молочно-белых волос. - Эльфийка, на вид сто - сто двадцать лет, с такими волосами. Вы видели такую?       Я не очень понял. - Молодка совсем, - оценил Гауд. - Подождите, ваше величество, откуда здесь эльфы? - удивился я вслух. - Они живут в месяцах семи по великой реке. Быстрее не выйдет. Так как она здесь оказалась? - Ты правильно ответил, Тристан, - кивнул король успокоено. - Именно что здесь ей взяться неоткуда. Мы ищем вампира, похожего на эльфийку, очень могущественную ведьму, но сейчас она должна быть совсем без сил. Гоним её от южан самых. Пришли просить у вашей матушки крова и помощи в поисках. Однако, я вижу здесь настоящих мужчин... Вот что, юноши. Кто приведёт её мне, мёртвой или совсем мёртвой, того я вознагражу золотом по её весу.       То есть кусок не пойдёт, - сразу подумалось мне. - В столь далёких от столицы землях мне нужны надёжные защитники всех моих людей, - сказал король, затем улыбнулся - он увидел мою матушку. - Леди Бренна, какая честь видеть вас! - Здравствуйте, ваше величество!       Король коротко посмотрел на нас и посуровел: - Я всё сказал.       И пошёл встречать Бренну с распростёртыми объятиями. - Как давно я вас не видел. Счастлив! Счастлив приветствовать! - Ну, что вы, ваше величество, не смущайте старую женщину...       Я же был сумрачных мыслях. - Не любит тебя Ришар, - заметил Родрик тихо. - За что? Я его второй раз вижу, - прошептал я. - Разве не служила твоя матушка при дворе лет двадцать назад? - ещё тише спросил Гауд. - Вроде бы да, говорили об этом. - И что? - поразился я. - А! Забудь, и правда это нет смысла обсуждать. Другое плохо: отказаться не получится. По праву ты здесь старший, тебе как раз шестнадцать вёсен. Так что... остаётся надеяться на вашу удачу, будущий сэр Тристан. Иначе в суде, который у вас с Мелонами идёт, король примет их сторону. - Плохи твои дела, - отметил Леонель. - Крепись, брат.       Я зажмурился и потёр лицо. - Он сказал, что она без сил и жуть какая голодная? - спросил я.       Бонс побледнел и хотел как-то вмешаться, но только скривил губы. Его и повесить могут. А я и сам, если бы хотел, не мог остановиться. - Будем брать её на живца. А вы пока присмотрите за матушкой и поговорите с его величеством. Хотя бы куда её привести узнайте. Не сюда же, не к моим младшим сёстрам!

***

      Древняя пригляделась к молодому человеку. Лет пятнадцать на вид, пушок над губой, вид невинный. Пахнет умопомрачительно вкусно. Очень вкусно, так, что слюна сама капает.       Она снова закрыла глаза и принялась ждать. Не может ни один человек пройти мимо такого!       Парень встал и стал яростно чесаться. - Комары, собаки!       Меч забряцал у него на поясе.       Он спросил задумчиво. - Что там ещё было-то у Любэ? А, младшую сестрёнку, может?.. Прорвёмся, опера?       Он постоял задумчиво... И прошёл мимо.       Убедившись, что юноша прошёл мимо, древняя раздражённо вскинулась. Как так?! Почему прошёл?! Неужели не заметил?! Не мог проигнорировать!       Очень слабая, она поднялась и зло пошла вслед за ним, хлюпая мокрым мхом под ногами. - Да! А пожелай ты им ни пуха, ни пера! Да! Пусть не по правилам игра. Да! И если завтра будет круче, чем вчера - прорвёмся, опера!       Он почему-то воспрял духом, хотя вампирша не поняла кто такие "опера" и как их есть. Песня бодрая. Но лучше про уродину: она печальная и красивая.       И зачем ему уродина? Он же явно господин в здешних землях. - Эй! - хрипло позвала вампирша.       Юноша не услышал - вышло слишком тихо.       Вытерев слёзы, вампирша попыталась натереть себе щёки, затем собрала всю оставшуюся магию и послала пучок очарования в спину будущей еде. И...       Промахнулась! Древняя с ужасом увидела, как юнец нагнулся, чтобы подтянуть странные шнурованные сапоги! Кто?! Кто их сотворил?! Древняя пообещала себе убить его любой ценой, любыми средствами.       Она попыталась прокашляться, но получилось очень плохо. Голос от холода сел, из глотки вырывались только хрипы.       Юноша замер и стал вслушиваться. Обрадованная вампирша, вытянув руки, тихонько подкралась и-и-и как бросилась! Воин шагнул в сторону к кусту, взял малину и начал есть, пока древняя крючилась в попытке бесшумно удержать равновесие. Удалось.       Новую попытку вампирша предприняла спустя некоторое время, когда юноша подошёл к ручью и стал осматриваться на крутом берегу. Она вытянула руки, готовясь вцепиться пальцами в плащ, приоткрыла рот и сглотнула слюну. Сейчас-сейчас! Молодой господин снова ушёл в сторону и вверг вампиршу в панику! Она неловко замерла над обрывом, удерживая равновесие, едва не плюхнулась в воду.       Собралась, глубоко вдохнула и сделала возвышенное и красивое выражение. В отсутствии зеркала она изрядно нервничала. А юноша снова нечто запел. От него пахло лёгким страхом, скорее опаской даже. - Младшая моя сестрёнка, что же ничего не скажешь мне? - Что я должна сказать?! - прошипела вампирша вслух и сама испугалась.       Воин дёрнулся, мгновенно одним движением вытащил меч из ножен - тонкий клинок для платья остановился у самого глаза древней королевы вампиров. Она испугалась: перед ней был очень талантливый боец, по одному движению видно! Сильный, опасный ужасно! А у неё уже потрачена вся магия! - О.       Он внимательно рассмотрел её с головы до ног, но меч даже не дрогнул, только острие придвинулось ближе. - Нельзя ночью так пугать вооружённого человека голосом охрипшей совы, - сказал он желчно и обидно.       Вампирша пустила слезу, задрожала. Сейчас, один взмах - и она будет только бесполезно шевелить челюстью... - Вы чем думаете, таинственно-нагая богиня лесов? - Чем думаю? - хрипло спросила древняя.       Наверное, спутал с эльфийкой или феей - так подумала древняя. Ей это было на руку. - Ты так красиво поёшь, человек, - надсадно выдавила она из себя. - Лучше молчите, - вздохнул он, опуская меч, но не убрал его в ножны. - Таким голосом только занято кричать. - Что делать? - Молчать, женщина, - рыкнул воин и начал подробнее к ней присматриваться. - Почему ночью голая по лесу шатаешься? В милицию попасть захотела? - Куда? - удивилась вампирша и сама закрыла себе рот обеими руками. - Я здесь вопросы задаю. Фамилия, имя, отчество, год рождения! Почему не в армии?       Древняя королева вампиров растерялась. Она и правда не знала ответа на все четыре вопроса! - Я не понимаю.       Воин помолчал. - Ты дриада или фея? Почему не по месту прописки? - Фея! - сразу согласилась древняя. - Я фея.       "А точно ли феи не имеют имён?" - спросила она сама себя в панике. - Никогда вашей сестры не видывал, - с сомнением произнёс юноша. - Я заблудилась, - заявила вампирша. - Убегала от злых штук!       Недолго помолчав, юноша мастерски вложил меч в ножны одним слитным движением. - Ясно. Будете задержаны до выяснения. - А! Но я! - Не волнуйтесь. Если вы ничего не совершили, то вам и нечего бояться. Вы же ничего не совершили? - Нет! - тут же заотрицала вампирша. - Тогда пока простое хулиганство на трое суток. Как можно в лесу голышом шастать? - он покачал головой. Стянул с себя шерстяной плащ и бросил древней. - Одевайтесь, нечего отмораживать внутренние органы, они у нас и так отмороженные.       Древняя повеселела. У неё получилось обмануть и очаровать этого юношу! - Вот! Это вино, - протянул ей рыцарь - явно рыцарь - крохотный бурдюк с пояса. - Для сугрева. Немного поднимет тяжесть состава.       "О чём он? Неважно!"       Вампирша принюхалась, но быстро отпила под внимательным взглядом. Вино было с какими-то пряностями - так обычно делают в холодные времена. Воин отвернулся и пошагал дальше вдоль ручья. - Следуйте за мной.       Только через час ходьбы где-то вампирша поняла, что ей нехорошо, и она сейчас упадёт. Но сказать не успела - плюхнулась лицом в грязь и заснула. Почти перед самым рассветом.       Открыла глаза уже в каком-то стоге сена. Рыцарь сидел рядом, подкручивал струны лютни. От него несло пивом и ещё чем-то крепким. Лучи солнца слепили и жгли кожу, и вампирша вновь запаниковала. - Что, проснулась? - спросил рыцарь. - Как вас зовут, сэр рыцарь? - чтобы потянуть время и сообразить, что происходит, спросила вампирша. - Тристан меня зовут. - Сэр Тристан, вы...       Он закрыл глаза. - Оденься, укройся! - зашипел он. - На тебя невозможно спокойно смотреть!.. Сиди здесь, фея, выйдешь - я за твою жизнь не ручаюсь. И за честь в первую очередь.       Грубый мальчишка встал и вышел из сарая. Начал кричать на подсматривающих мальчишек. - Пшли вон, сопляки! Чтобы близко никто к сараю не подходил, глаза вырву! - Это твоя жена, твоё благородие? - детский голос. - Да. Рты свои закрыли, иначе клещами языки вырву!       Но вампирша и сама рискнула аккуратно полюбопытствовать через дырочки в дереве.

***

- Атас! А веселей рабочий класс...       После моего окрика весь трактир вздрогнул. Довольный, хотя и нервный, я присоединился к братишкам по знамени. - Тристан, живой и даже бодрый, - отрекомендовал меня Гауд. - А мы всё уже выпили. Всё в этой деревне.       Я охнул. Но трактирщик поставил мне бутыль с мутным. - Ты врёшь! Ох, спасибо, Кас. - Ваша милость, надолго здесь его величество? Нам посылать телеги к соседям? - спросил он тревожно. - Кто бы знал!       Я махом осушил половину. - Как она? - поинтересовался Маркус. - Холодная, словно изо льда. Я плечо себе отморозил её тащить. - Так не травил бы сонным зельем... - Так что говорит мой король? - спросил я жадно.       Я очень хотел жить. - Как супостатку задерживать будем? - Наш король передавал тебе... - Пламенный привет! - захохотал Леонель. Он был серьёзно пьян.       Гауд пихнул его локтем. - Привести её к летнему замку Миероло, в Сановии, у города Миста, - сообщил Гауд. - Там самое удобное место, чтобы собрать одновременно священников и арбалетчиков. Как-то её убивать всё-таки нужно, Тристан. - Вы сдурели все, что ли?! - у меня сердце в пятки ушло. - Туда два месяца на лошади! Она меня уже семь раз чуть не загрызла! Да у меня сонное зелье кончилось... - Доспех передать можем в пути. Только обыграть это как-то надо: а то что это ты вдруг по безопасным землям в железе катаешься? - сказал Родрик. - Ришар организует отстранённый эскорт, чтобы с тобой ничего не случилось. Лишнего, имеется в виду. - Лишнего чего? Лишняя голова со мной случится?! - Я заплачу священнику, - вздохнул Маркус. - Два месяца! Мне не помогут молитвы! - Так я за панихиду... Ну, или за свадьбу, тут как посмотреть...       В ярости, я допил самогон одним махом и упал, как есть, без чувствов.

***

      Понемногу древняя привыкла к сэру Тристану и прониклась очень странным, неприятными и болезненными, но такими манящими ощущениями, что даже в походе редко решалась попробовать его укусить. Судьба так складывалась, что вампирша всё никак не могла добиться крови: любой. Её тошнило от любой людской еды, кроме свежего мяса, и потому она почти не ела и пила только вино.       Тристан же очень благородно, но с вредом для вампирского здоровья, прерывал свои порывы разделить с вампиршей ложе, чем изрядно удручал свою спутницу. Древняя не знала, куда её везли, Тристан только сказал, что на юг, ближе к родным местам. И всё было на то похоже. - Отпущу тебя там, голозадая, - сказал он. - Дома у меня отдохнёшь - и иди своей дорогой. - А если я не захочу, сэр Тристан? - спросила она тихо. - Чего ты там не захочешь? Свяжу и привезу, - рыкнул он.       Древняя спрятала глаза, полностью закутанная в длинные ткани, положила голову на грудь рыцарю и аккуратно прижалась к горячему телу.       Рыцарь же тяжело вздохнул. - Чем вы опечалены, сэр Тристан? - спросила вампирша тихо.       Ей очень не нравилось, что рыцарь задумывался. Не стоило ему думать лишнего. Даже если от этого что-то зависело. - Где-то неподалёку обитает шайка разбойников, - сказал он и даже остановил коня. Указал рукой. - И если бы я был бандитом, ваше совершенство, то засаду устроил бы где-то на этом узком месте.       Древняя аж зажмурилась от удовольствия. Такой редкий, да ещё прямой, как меч, комплимент! Нечасто она слышала нечто подобное в последние месяцы. - Как ты сказал? - переспросила она.       Сердце Тристана забилось чаще и сильнее, а сам вдохнул и замялся с ответом. - Да помолчи ты!       Вампирша же погладила его предплечье. Всё было так романтично!       Дерево упало поперёк дороги, и из зарослей поднялись разбойники. Или нет! От них слишком хорошо для бандитов пахло! Это были преследователи, из шайки людского короля! Древняя королева вампиров довольно быстро поняла это. И снова запаниковала. Вместе с ней запаниковала и лошадка - сбросила обоих со своей спины.       Тристан схватился за меч и начал точно и красиво размахивать им, бил сильно, вот только он же не знал, что это не разбойники! Псы короля тоже были с мечами, и дрались уверенно, полностью готовые к такому бою, зажали его меч между своих, а один из них дубинкой ударил Тристана по затылку. Сэр рыцарь осел, оглушённый, схватившись за голову. - Тристан! - вскрикнула древняя.       Псы короля схватили её, связали и бросили через коня. Привезли и спрятали в какой-то заброшенной, заросшей крепостице полностью из дерева, явно чтобы легче было её сжечь, ежели что. Дверь к ней и вовсе заколотили.

***

- Тристан! - А? - я непонимающе ответил Родрику. - Вот, выпей, прояснится! Ты что так на нас бросился? Эй, Тристан! Твоё знаменошество!       Я с трудом сглотнул. - Кто меня так? - я еле сел на кровати. - Маркус. - Ты врёшь, Род. Это был ты, да? - А-а, ладно, это был я. Но я уж подумал, что тебя очаровали! - Скажи... Скажи Маркусу, пусть приведёт свиней, - вздохнул я тяжело. - Нужно много крови, будем из вас инвентарь и пейзаж делать. И моя кираса. Вы её не забыли? Или Бонсу за ней поезжать придётся? - Скоро с ней прискачет. Ты держись, Тристан, не помирай. Я, слово чести, не хотел!       Я хрюкнул. Родрик округлил глаза. - Ты что? - Да смеюсь вот. Девку ещё, горячую. Не могу, замёрз до самой селезёнки.       Вошёл Маркус, потёр свою чёрную аккуратную бородку. - Свиньи? За свиней заплатишь серебром. Их в округе не так уж и много осталось!       Я поднял кубок с вином, зашипел от боли. - Господа разбойники, друзья мои, а когда вы мне бок пропороть успели? - Это не мы, это веточка в тебя воткнулась при падении.

***

      Сэр Тристан вломился в темницу, вышибив дверь плечом. В брызгах обломков, он остановился и крикнул из-под полного шлема: - Ваше совершенство!       Очень приятно. - Вы здесь?! - Я здесь, сэр Тристан, - слабо сказала древняя. - Ваше, вы целы? - он начал стягивать с себя шлем.       От запаха пота и крови королева вампиров чуть в обморок не упала. Бросилась к рыцарю на грудь, обняла его и вцепилась зубами в наплечник. Когда рука в латной перчатке оказалась у неё на голове, поверх платка, она вздрогнула. - Что же вы не сказали сразу, что вы - вампир, ваше величество?       Древнюю наполнил страх, страх занял каждый кусочек её тела. Но сэр Тристан отстранил её, в глазах его была боль и печаль, и удар мечом так и не опустился вампирше на шею. - Идём. Я отвезу вас домой, там оправитесь... И... И посмотрим, - тяжело вздохнул молодой воин. - Х-хорошо. Сэр Тристан, а...       Она вдруг почему-то не решилась спросить. Страшное щемящее чувство почему-то снова возникло у неё в груди. А внизу живота ещё страннее запорхали бабочки.       Во дворе крепости были или трупы, или смертельно раненные. Тристан зарезал даже свиней. - На всякий случай, - сказал он древней не слишком уверенно.

***

- Как вас зовут? - спросил сэр Тристан. - А? Простите, я не... Я не знаю, - смутилась древняя, натянув платок до самых ресниц. - Сэр Тристан... Я очень... Очень хочу крови. Чтобы это было безопасно для вас, если вы будете милостивы, мой господин... Уколите палец...       Очень тихо и трепетно сказала древняя. Она всё ещё очень хотела есть, даже не есть, а ЖРАТЬ, но причинять Тристану боль, а тем более убивать его настоящим укусом, она почему-то уже не желала. Наоборот, она захотела остаться с этим могучим, но таким молодым и честным, наивным юношей, наверное, до самой его смерти от старости. Если, конечно, он сам не попросит об обратном.       Только что древняя для себя решила, что откажет в этой просьбе.       Тристан кашлянул в кулак и остановил лошадку. Некоторое время раздумывал, но завозился, достал небольшой нож и снял латную перчатку. Вскоре на толстом, мозолистом указательном пальце надулась кровавая капля. Древняя нежно взяла ладонь, рывком стащила с лица платок и впилась, высасывая живительную жизненную силу. Чуть насладившись, пересилила себя, и начала целовать палец так, как целовала бы мужские чресла во время азартной оргии.       Юноша замер, боясь вдохнуть. Древняя была очень довольна собой, даже позволила себе кокетливо захихикать.

***

      На последнем привале в очередном трактире я сидел и держался за голову. - Тристан? - А? - поднял я лицо. - Ты в порядке, друг? - поинтересовался Гауд. - Да, - кивнул я. - Уверен? Видно каждому, что приходится тебе непросто. - Кстати, ты до сих пор за свиней не заплатил! - обвинил меня Маркус. - Да охренеть! - воскликнул я. - Двадцать серебрушек за свиней! Ты в своём уме, Маркус, дружище? - Дружба дружбой, а деньги - деньги. - Ты же феодал! - возмутился я. - Какие деньги? Честь превыше всего. - Согласен. Плати честно, - кивнул Маркус и приложился к пиву. - Остальные пока дорогу смотрят. Надо точно знать, успели ли король с воинами к летнему замку. - Кстати, Стан. Как она, сосёт? - Гауд спросил с большим интересом. Однако не до конца спрятал движение, в котором доставал из рукава нож.       Я показал ему надрезанный палец. - Сосёт, - согласился. - Аж душа в пятки.       А затем снял железный воротник и показал шею, чтобы дружище не беспокоился. - Ты бы не игрался с этим, - сказал он. - Понятно, что везти её силой было бы сложно, могла сбежать. Но теперь дойти осталось всего пару дней, если совсем не торопиться.

***

      Наконец, настал внезапно долгожданный для вампирши вечер! Тристан привёз её в свой дом. Он был в лесу, он был очень скромным, и скорее похожим на укреплённую усадьбу, чем на замок, и очень мал, никаких башен, только ограждение, будто бы от волков.       Но замок показался древней очень милым в таинственном свете луны.       Тристан остановил коня и спешился, задумчиво взял поводья. - Сэр Тристан? - заволновалась и древняя. - Я думаю, когда батюшка узнает, что я сделал, то расстреляет из арбалета! - вздохнул он. - Обязательно расстреляет. Это как баллада о прекрасной Елене. - Ну, не волнуйтесь, сэр Тристан, - мягко сказала вампирша. - Я сумею убедить его не гневаться.       И магия, по крохам собранная из капелек крови, обратилась в магию очарования. Древняя была готова к любому разговору с почти любым человеком. - Думаю, он поймёт балладу о любви, которую ты сочинил, - попыталась воодушевить юношу вампирша. - И растворилась в воздухе до срока. А срока была сорок сороков... - Вы охрипли, сэр Тристан. Нужно скорее напоить вас пряным вином или лучше молоком с мёдом, - решила вампирша.       Ворота открыл бойкий и сильный на вид слуга с топором на поясе, но он низко поклонился Тристану, тот ответил: - Бонс, отец один или с гостями? - Один, ваша милость, - отрапортовал слуга. - Отлично. Скажи ему, что нам нужно поговорить серьёзно. И... на всякий случай, сразу собирайся в дорогу, друг, - сказал ему Тристан.       Юноша очень волновался. И похоже, что собирался увозить древнюю на край света, спасая ото всех вокруг. Это волновало сердце вампирши.       Тристан завёл лошадь с древней на спине внутрь, стал осматриваться и внезапно сделал несколько быстрых шагов вперёд, упал на оба колена. В его кирасе на спине торчало оперение болта. Защёлкали тетивы, пробив ноги вампирше, болты вонзились в лошадь и та завалилась на бок, ещё и придавив ногу древней.       Она упала, ударилась лицом в грязь, и в отчаянии потянулась к ещё живому Тристану. Ещё несколько болтов пробили её тело, а затем прибежали воины, и вышел сам король. - Трихс-тан... - хрипела древняя и дотянулась, взяла рыцаря за руку.       На это самую руку каблуком наступил король. Кто-то рывком сорвал с древней платок. - Она, ваше величество. - Да. Отрубите ей ноги, руки, и голову. В голову вбейте серебряный гвоздь, что передал нам кардинал. Отнесите в разные места и сожгите под присмотром священников.       Древняя завыла. - Триста-а-ан! Будь, будь ты проклят, человек! За что ты его убил?! Милый! Любимый! Вставай! Беги!..

***

- А затем Ришар лично снёс ей башку самым большим топором, который я только видел, - дослушав балладу о Тристане и Изольде, Родрик дополнил местного барда. - Да, - Гауд поднял кубок. - За короля!       Все выпили. - Кстати, Стан долго ещё у ведьмы будет сидеть? - спросил Маркус. - Сэр Маркус, где ваши манеры? - Да прекратите, мы ведь лучшие друзья, сэр Леонель. - За рыцарство! - провозгласил Гауд, и все снова выпили. - Ей две с половиной тысячи лет, эта эльфийка никуда не спешит, - заметил Маркусу Родрик. - А выглядит на полторы, - пошутил Маркус. - За смерть от старости! - шутливо провозгласил Гауд.       И все снова с охотой выпили. - Думаешь, сэр, - Леонель пихнул Маркуса. - Она его действительно полюбила, или так давила на жалость? Сердце разрывалось от тех рыданий. - Тебе это зачем? - практично уточнил Маркус. - Песней навеяло? Эта тварь столетиями жрала чужих детей и жён! Что ты за неё переживаешь?       Маркус встал и растёр застуженное колено, снова сел за стол. - Немного жаль, всё-таки, - задумчиво сказал Родрик, заглядывая в кубок. - Красивая была. А волосы какие! Какие волосы! Чистый шёлк, тоньше паутины! Изысканно белый! Надо было в башне заточить.       Все рыцари с сомнением посмотрели на своего южного друга. - Что? - удивился Родрик. - Ничего вы в красоте не понимаете, северяне! - Повезло, что это был Стан, - хмыкнул Гауд. - Вас пришлось бы убивать, сэр Родрик. - За такую красоту и умереть не жалко! Тем более, супротив отборных воинов короля Ришара!       Грохнула дверь, в таверну ворвался мрачный и весёлый одновременно сэр Тристан. - Сэр Маркус, у нас труп, возможно, кардинал, по коням! Сэр Гауд, немедленно мчитесь в домен! В ваших землях объявился красный дракон. Возможно, сука. Поднимайтесь, господа, поднимайтесь! Нужно успеть и там, и тут!       Тристан скрылся столь же быстро, как и появился. - Думаешь, жалеет? - спросил Гауд у Родрика. - Он никогда не говорит об этом. Но петь Тристан перестал.

***

- Ту-ту-ду, ту-ду-ду...       Левая рука до сих пор холодила. Она всегда казалась холодной.       Рыцари дали мне прозвище "Железное сердце". - Позови меня тихо по имени, ключевой водо-ой напои меня... - пропел я тихо.       Пока Маркус спал - я его сторожил вместе с Бонсом, верным своим слугой. Воин протянул мне бурдюк с вином, я холодно принял. - Позови меня-а-а, на закате дня-а, а... Позови меня, грусть печаль моя, позови меня.       Тяжело. Несмотря на то, что я всё сделал правильно, всё равно было очень тяжело. - Вы бы поспали, ваша милость. - Да мне всё кровососка снится, - поморщился я. - Не усну никак. - Так женились бы, ваша милость. Сразу прошли бы все ваши заботы. - Не дерзи. К тому же, я ещё мир не повидал, у тёмных эльфов не был в плену, с гномами водку не пил. Забуду. Забуду...