Привязанность

— Мама очень болезненно воспринимала всё, что так или иначе повлияло на решение моего отца уйти из жизни. И в первую очередь это был... его бизнес. За долгие годы упорного труда он добился всего о чём мечтал: должность, уютный дом, любящая семья. Но потерял всё это как по щелчку пальцев. Отец просто дышал своей работой. С неё же всё и пошло под откос. "Всё это начинается как самая банальная история. Я бы мог рассказать её и по-другому. Но это не история вовсе, не какая-то сказка. Это загубленная жизнь в какой-то мере близкого мне человека. Глупого в своей наивности, невезучего человека" - думал Райан, делая глубокий вдох. Никому и никогда не доводилось слушать этот рассказ. Но теперь слушатель у него был. Молодой парень, которому хотелось доверить свои болезненные воспоминания и отдать сердце. Солнце стоял, оперевшись спиной на комод, и внимательно ловил каждое слово. Не прерывал, не настаивал, как другие люди. Будто и не дышал вовсе. — В детстве у отца был маленький игрушечный робот, - тихо начал Райан, вспоминая старую, потёртую игрушку с выцветшей краской и исцарапанными деревянными гранями. Брюс хранил эту, казалось бы, совершенно незначительную вещь как самое настоящее сокровище, дозволяя сыновьям лишь издалека рассматривать свою сокровенную реликвию, которая с высоты полки чудилась величественным изваянием, а на деле же была не больше трёх кулаков в высоту. - В нём папа нашёл отражение себя, с которого начали выстраиваться все его цели и стремления. Родившись в семье обычного бедного рабочего, он поднялся с самых низов, основав собственную компанию, специализирующуюся на разработке ИИ, конструировании и созданию различной техники. Для того времени это был прорыв, - Луна на секунду остановился поморщившись. - Но компания была обречена на крах. Она гнила изнутри, пускай и на удивление продержалась на плаву около десяти лет. Начиная с халатности работников и задействованного в коррупционной деятельности управления, заканчивая ни разу не заменявшимися за всё время работы, устаревшими станками. Что также было следствием подделанных документов. Всё это походило на карточный домик, готовый развалиться в любую секунду от малейшего дуновения ветра, - Райан так погрузился в рассказ, что начал жестикулировать, очерчивая руками нечто подобное форме дома. - И в какой-то момент всё рухнуло. Отец угодил в огромнейшие долги и получил нереальные штрафы за махинации, проворачиваемые в компании в тайне от его глаз. Компания была напрямую связана с правительством, потому отцу грозил реальный срок. На протяжении месяца шли судебные разбирательства. Но до конца месяца отец не дожил. Последняя фраза звучала как первый забитый в крышку гроба гвоздь. От этого ощущения по спине Харви пробежал холодок. — Второй удар для отца пришёлся со стороны жены, - продолжил Райан. Ему самому казалось, что за этот вечер он скажет слов больше, чем за всю прошедшую жизнь. - Сначала новость, которую ему сообщила моя мать, показалась чудом и определённо хорошим знаком. Его любимая Элен беременна. Он был так рад, казалось, что вот-вот и все проблемы разрешатся, возможно у него появится дочь, о которой он так мечтал. Но... ровно до того момента пока мама не заявила, что ребёнок не от отца, - Луна выглядел несколько безжизненным, проговаривая последние слова в предложении. Поднимая воспоминания с задворков разума и обнажая старые раны, он ушёл в себя на некоторое время, перестав замечать даже своего единственного слушателя, на которого уже не поднимал взгляда, уткнувшись в одну точку. - Постоянные ссоры, ругань, и всё на глазах у Роберта. Конечно же последовала закономерная реакция. В итоге отец смог простить мать и смириться с тем, что теперь уже бывшая любовь всей его жизни носит под сердцем чужого ребёнка. Но Роберт не простил. Он не знал всей ситуации, и с его стороны это выглядело, будто отец просто вымещал злость на маме. То, что от папы отвернулся даже его сын, стало последней каплей. Отец начал пить. Пить и действительно срываться на Элен. И в какой-то момент просто... Не выдержал всего, я думаю. Голос не дрожал. Абсолютно холодный и равнодушный тон. Лишь по глазам Луны Харви понял насколько больно тому рассказывать, как собственная семья раскололась на мелкие кусочки. А самому Луне довелось лишь смотреть на руины некогда радостной жизни. Он был вынужден взрослеть стоя на прахе былого счастья, которое сам не застал. "Не застал? - в голове Солнце проскользнула странная мысль и несостыковке, заставляя свести брови. - Правда ведь не застал. Если судить по словам Роберта, всё о чём Мунни говорит, произошло, когда ему даже трёх лет не было, если не раньше. Откуда он всё это знает, если даже Роберту такие подробности не известны?". Харви решил отложить этот вопрос на некоторое время. — Я до сих пор не могу простить Элен, - неожиданно, на грани рычания бросил Райан, от чего Солнце испуганно дернулся. По лицу скользнула тень, обнажая истинные эмоции, питаемые парнем по отношению к собственной матери. - Чёрт знает что было у неё на уме. Но Роберт до сих пор любит её. А я не могу. Не могу смотреть ей в глаза, зная всё это. Это не я отвернулся от Элен. Это Элен отвернулась от своей семьи, ещё тогда, изменив отцу с другим мужчиной. "Он называет свою маму по имени? Действительно, будто говорит о чужом человеке" - отметил Солнце, задаваясь новым вопросом, проскользнувшим чёрной змеёй осознания и породившим пренеприятнейшие догадки, в которые не очень то и хотелось верить. И Солнце наконец решил подать голос. — Мунни, - позвал воспитатель, дождавшись пока Райан поднимет голову. - Я не слышал от Роберта чтобы у вас был ещё брат или сестра... — Мгм, - с кивком подтвердил Мун. - Я точно не могу сказать, что произошло с ребёнком. Но могу уверить, что до родов он не дожил, - несколько отстранённо сказал Луна слова, что выбили воздух из лёгких Солнца, подтверждая самые ужасные его предположения. - Даже знать не хочу, посодействовала ли этому мама, или же всё было случайностью. В заключение могу сказать, что мама с тех пор стала скудна на эмоции и строга в своём безразличии. Ей было всё равно на меня и брата, на наше благополучие и чувства, но при этом всё, что как-либо задевало её на самых фундаментальных уровнях, она брала в полный контроль. Всё детство я провёл за книгами отца в его кабинете. Тогда я правда загорелся идеей пойти по его стопам, но сосредоточиться на своём пути. Да что уж там говорить, мне и сейчас нравится это направление, - тихо и немного мечтательно сказал Луна, но после этой фразы резко переменился в лице и нахмурился. - Вот только... Как только Элен узнала об этом, прахом пошли наши хлипкие отношения, держащиеся только на кровном родстве и том, что мы жили под одной крышей. Впервые в жизни её ярость я увидел в тот момент, когда изъявил своё желание учиться в университете, выбрав направление робототехники. Раньше кабинет отца всегда был заперт на ключ, который я благополучно стащил. Но после той масштабной ссоры, Элен приняла серьёзные меры, и избавилась от всех напоминаний об отце в доме. В том числе от всего содержимого кабинета. Это война продолжалась несколько лет. Ровно до дня моего совершеннолетия. Я не мог остаться в том доме. Роберт упрямо не хотел этого понять, долго упрашивал меня вернуться, потому и с ним мне пришлось разорвать все связи. — Но почему ты просто не объяснишь ему всё? - робко спросил Солнце. На что Луна лишь покачал головой, не скрывая горькой ухмылки. — Если бы я мог, - будто для самого себя пробормотал Луна, и не ожидая ответа на невнятную фразу. Повисло молчание. Солнцу категорически требовалось время для обработки такой тяжелой и важной для его друга информации. Прямо сейчас Луне как воздух была необходима поддержка и спокойствие, и Харви считал своим обязательством оказать должную помощь. Сам разворошил этот ядовитый хлам, запрятанный в куче новых воспоминаний, что для Райана был будто иголка на дне кошелька, о которую каждый раз прокалываешь палец, но вытащить которую не можешь. Всё же детство — не иголка, его просто так не вырвешь из головы. Солнце на одеревеневших ногах приблизился к дивану и опустился на колени перед сидящим напарником. Луна поднял измученные глаза, устремив взгляд подобный двум потухшим кострам прямо на Харви, силящегося подобрать нужные слова. Но уже через секунду воспитатель поднял руки, бережно беря слегка подрагивающие, бледные и холодные ладони Райана в свои. Нежно проведя пальцами по чужим костяшкам, поудобнее перехватывая и стискивая чужие руки, Солнце сощурился, даря самую яркую и добрую улыбку, на которую был способен. Но вышла она всё равно тоскливой. — Мне правда, правда очень жаль, что тебе пришлось пережить так много ужасных событий и их не менее плохих последствий, - вполголоса проговорил Харви, ни на миг не отводя взгляда голубых глаз. - Мне так жаль, что я не познакомился с тобой раньше. Жаль, что даже тогда не смог бы помочь. Но ведь сожалеть — это же не единственное, что я могу? Ты не представляешь, как много для меня значит то, что ты рассказал мне всё это. Я ценю твоё доверие настолько же сильно, как и тебя самого. Ты всегда можешь рассчитывать на мою поддержку. Луна сидел с широко распахнутыми глазами и приоткрытым ртом. Весь его внешний вид выражал неподдельное удивление сказанным словам. Лишь отойдя от шока и возникшего в последний момент смущения, Райан нахмурился, немного отворачивая лицо, чтобы не смотреть на Солнце. — Я... не хочу выглядеть жалким в твоих глазах, - тихо произнёс он. — Ты не будешь. Покуда ты остаёшься собой, я никогда даже не подумаю называть тебя жалким. Ты невероятно сильный. Самый-самый из всех, что я знаю, - ласково сказал Солнце переходя на шёпот к последнему предложению. Тот самый момент идиллии и полного молчаливого понимания воцарился в комнате. Не было неловкой давящей тишины, судорожных вздохов и напряжения. Лишь приглушённый свет ночника, невероятно тихие, далёкие поскрипывания стальных сооружений комплекса, запахи пыли и печенья. Невероятно. Намного сокровеннее и дороже любого поцелуя, интимнее любого свидания. — Я так устал, - спустя неизвестное обоим парням по длительности время сказал Луна, что лишь немного нарушило атмосферу. Кто знает сколько молчаливых минут они уже просидели, и сколько им ещё довелось бы провести в компании друг друга. — Я думаю тебе стоит поспать, - всё так же тихо ответил Солнце. — Да когда уж там, - тяжело выдохнул Луна. — Спи давай, - настоял на своём Харви и встал. Всё же стоило заканчивать на сегодня. - Нам завтра весь день суетиться из-за работы. — Не забывай, у меня смена, я не могу сейчас спать. — Я помню, Мунни, - мягко осведомил Солнце заглядывая в шкаф, в который раз разыскивая плед на одной из полок. - Я останусь тут до утра. Посплю днём, а после заберу тебя из университета. Луна хотел было возразить, но воспитатель прервал его ещё до того, как тот начал говорить: — Тише. Возражения не принимаются. Я не позволю тебе почти двое суток провести на ногах. Солнце возвратился к дивану уже с пушистой тёплой тканью в руках. Луне не оставалось ничего, кроме как подчиниться. — Как-то это странно, - с лёгкой полуулыбкой сказал Райан подгибая под себя ноги, уже подрагивающие от перенапряжения за весь сегодняшний день. — Что именно? — Солнце укладывает Луну спать. Ночью. Ответом на это со стороны Харви послужил звонкий хохот. — Как тебе будет угодно, Мунни. Если желаешь, то сегодня я побуду твоей Луной, - сказал Солнце, накидывая на плечи Райана плед. - Только вот, настолько же красиво петь я не умею, - воспитатель перешёл на шёпот. - Так что на этот раз без колыбельной. Харви наклонился, оставляя затерявшийся в белых локонах волос невесомый поцелуй.