Der Seelenverwandter

Чимин и рад бы проспать всё на свете после прошлого вечера, но вибрирующий рядом телефон не даёт покоя. Звонят не в первый и даже не во второй раз. Более того, раздражающее жужжание от входящего вызова исходит не от телефона Пака. Кто-то судорожно вызванивает Юнги, пока тот, игнорируя весь мир, спит, уткнувшись лицом в подушку и прижимая младшего к себе. В такой позе лежать явно неудобно. Он перед сном весь извертелся в попытках улечься на живот, при этом рукой обхватить талию зеленоглазого и не сломать руку, но Мина, судя по спокойному посапыванию, это не сильно волнует. Его вообще ничего не тревожило до тех пор, пока шатен под боком не начал ёрзать. - Спи - бурчит хриплый голос и Чимин замирает, поглядывая на старшего. Он даже глаза не открыл, но понял, что Пак уже проснулся. Рука чуть настойчивее тянет ближе и младший послушно двигается к Юну. Ну и пусть звонят. Все равно один уволился (уволили), а второй взял отгул. Никому они сейчас с похмелья не нужны. Наверняка это очередной спам-звонок. Чимин молча кивает, будто этот его жест кто-то увидит, кратко улыбается и смотрит на Мина так, словно он вот-вот исчезнет, если младший не запомнит его лицо в деталях. Такой красивый. Лежит, хмурит в полудреме брови и, кажется, ждет ответа. Пак прячет пальцы в тёмных локонах брюнета, гладит, одними касаниями обещает, что вот-вот заснёт, как его и попросили, снова, и они останутся лежать здесь навсегда. Вдвоём в одной кровати, без лишних мыслей. Но этот чёртов телефон.. - Слушаю - сдаётся Чимин, поднося устройство к уху. Он бы, конечно, не стал отвечать на звонки старшего, но в этот раз позвонили шатену. Он трепетно касается щеки Юна, продолжая разглядывать его лицо, любуется видом и вспоминает его улыбку, цвет глаз, смех. Всё это так нравится и так хочется увидеть и услышать вновь, хоть прямо сейчас буди его и рассказывай анекдоты. - Чимин, здравствуй. Юнги.. не с тобой сейчас? - интересуется декан с той стороны звонка и закашливается, пытаясь незаметно добавить - Спите что ли? Глаза шатена моментально расширяются, пока тот пытается понять слова начальника, а рука, бродившая по непослушным прядям цвета чёрного кофе, останавливается. Мин в стороне реагирует на отсутствие ласки и зарывается в промежуток между подушками носом. - Что-то случилось? - интересуется младший, стараясь не подавать виду, что уточнение про совместное нахождение в царстве Морфея с Мином застало его врасплох. И Чхвэ Ёндон эмоционально требует дать поскорее трубку бывшему профессору, а лучше разбудить его и отправить прямиком в универ, потому что сейчас в кабинете декана сидят важные люди из министерства и настаивают на личной встрече с педагогом, ради которого студенты готовы массово отчислиться из высшего учебного заведения, написать сотню обращений в СМИ с требованиями о публичном разбирательстве и даже дозвониться с жалобами до ректора, находящегося в отпуске на островах. Чимин тихо смеется в трубку и предлагает пригласить инспекцию на чашечку чая к нему домой, на что декан, вероятнее всего закатив глаза, громко выдыхает в трубку и обещает задержать деловых дядь в костюмах на пару-тройку часов до приезда Болтуна. Солнце редко попадает в эту комнату по утрам, Пак давно это заметил. Сторона, которая получала весь греющий свет была в другой части квартиры, а здесь, в только начинающей светлеть от бликов комнате, хотелось спать и спать бесконечно. Такая была атмосфера: абсолютно спокойная, умиротворяющая, безмолвная и родная. Хотя неделю назад здесь было слишком темно и одиноко. Свет принёс спящий рядом кареглазый хиппи. Чимин вновь смотрит на него так, словно никогда раньше не видел. Откровенно пялится сонными глазами, поедает взглядом. В голове мелькают сотни мыслей о том, что можно сделать с человеком, пока он спит, и младший вновь двигается ближе, собираясь подарить им обоим ещё часик спокойного утра, уснув рядом, но в этот раз на движения реагирует коричневый неопознанный объект, что все это время спал в ногах у Юнги. Нори поднимается и торопливо подбегает к хозяину, проходясь лапками прямо по спине старшего, громко мурлычит и требовательно смотрит на Пака. Парень гладит её, надеясь отделаться лишь этим, но вскоре понимает, что кошечка требует накормить её, раз уж он уже не спит. Шумно выдыхая юноша осторожно снимает с себя руку Мина, чтобы тот не проснулся, выползает из-под одеяла и плетётся на кухню босиком. Шустро готовит завтрак для пушистой, на обратном пути заходит в ванную, почему-то там решая утолить утреннюю жажду, глотая воду из крана, чистит зубы, умывается и неторопливо возвращается в спальню. "Черт возьми" - пролетает скоростным джетом в голове Чимина мысль, когда юноша бросает взгляд на кровать. Юн во сне перевернулся на спину, закинул руки за голову и стянул с себя одеяло. Спит, как ни в чём не бывало, развалившись на площади обоих спальных мест, пока младший слюнями давится, рассматривая его тело. Не видел такого раньше. В раздевалке после тренировок по рукопашке полностью голыми парней видел, но никогда в них ничего его не привлекало. На море купаться выбирался с друзьями и там их тысячи кубиков и километромые члены в плавках замечал, но девственно игнорировал. Никто не возбуждал и даже не манил, не притягивал, не соблазнял, не влёк. Никто, но Мин Юнги.. "Два часа у нас есть" - в мыслях анализирует шатен, бродя взглядом по сонному телу, прикидывая с чего хочет начать сильнее, закрывает за собой дверь, подходит к кровати и усаживается рядом, как бы невзначай проверяя, точно ли спит старший. Спит. И не знает, как сводит с ума. Если прежде Чимин даже не думал о брюнете в таком ключе, то сейчас он готов забыть все свои слова о "ненужном в отношениях интиме" и о "животных инстинктах, что глупые люди ценят больше высоких чувств". Может раньше Пак так и считал, верил в свои же слова, жил в розовых очках и вакууме из детских сказок, где любовь чиста, почти стерильна, без намёка на возбуждения и удовлетворения. Сейчас всё иначе. Сейчас он хочет. Сам, конечно, не сильно понимает чего и каким образом, но кого - знает точно. Этого брюнета, пообещавшего больше никогда никуда не уезжать, песней признавшегося в чувствах, оставившего непонятную записку под ковриком в подъезде и вернувшегося спустя месяц за ним, за Чимином, наплевав на свои мечты о жизни и работе в штатах. Его хочет. Этого хиппи, с его мыслями, его планами, его взглядами на жизнь, его голосом и, о Господи, почему у него такое тело. Даже в спокойном положении бицепсы на руках выглядят огромными, младший никогда таких результатов в зале не добивался, сколько бы часов на тренировки ни тратил. Зеленоглазый нетерпеливо касается размеренно поднимающейся груди и пальчиком ведёт вниз, исследуя новые горизонты. Юн ведь и прошлой ночью спал с голым торсом, но для шатена всё, что под одеялом, невидимое, а потому и ненастоящее, так что только этим утром он осознаёт, что забрал себе самый лакомый кусочек вида хомо сапиенс. Или гомо. Пак бродит пальцем по еле заметным кубикам, отмечая, что такие лёгкие, почти намекающие линии на теле старшего нравятся ему намного больше вылизанных кубов на бодибилдерах, наклоняется и целует. Кратко, боясь разбудить и оказаться замеченным, касается губами живота старшего, вдыхает его запах и довольный отсутствием реакции перекидывает ногу через Юна и, опираясь на руки, приступает к нападению голодных до близости войск Южной Кореи. Целует каждый сантиметр, влажными касаниями поднимается к груди и одним языком обводит ореолы сосков, вслушиваясь в тихое мычание старшего. Просыпается. Но шатен ни секунды не сомневается в своих действиях, кровь ударила в голову и волна жаркого воздуха окатила тело изнутри. Он тянется выше, губами припадает к плечу, ключице, ведёт слева направо и останавливается на шее, чувствуя, как тяжёлая рука Мина опускается на спину. Он не открывает глаза, но довольно улыбается, прячет холодные пальцы под футболкой младшего и проводит ими по спине, пуская табун мурашек. Чимину нравится. Нет, он в восторге от этих молчаливых действий. Он прогибается спиной под рукой брюнета, собирается приступить к его шее, но чувствует вторую руку на ягодицах, требующую остановиться, и вопросительно смотрит на Юнги. Тот медленно открывает глаза, заставляя сердце Пака пропустить удар. - Знакомы? - выгибая бровь интересуется кареглазый и ехидно улыбается, следя за меняющимися эмоциями на лице шатена. - Нет, но можем это исправить - шепчет младший, принимая правила игры, и все же добирается влажными губами до шеи Юна. Целует, почти кусает, оставляя красную отметину на коже, улыбается, чувствуя, что чужие руки отвечают, и слыша тяжёлое дыхание, тянется к линии челюсти и там тоже оставляет поцелуи, двигаясь к желанным губам. - Я согласен быть мышкой - басит вдруг Мин, глядя прямо в зеленые глаза напротив и тянет младшего на себя, позволяя, наконец, получить желаемое. Поцелуй получается смазанным, но не менее приятным. Чимин не сразу понимает, что холодные руки поднимают его и укладывают на спину, лишь позже, все еще борясь с настойчивым языком брюнета в своём рту, чувствует подушку под головой и кончики пальцев, вновь проскользнувшие под домашнюю футболку. Старший не тормозит, как и обещал раньше, гладит, хватает, сжимает нежную кожу, обводит каждый изгиб и ни на секунду не отрывается от поцелуя. Шатен тихо стонет, когда ледышки хиппи добираются до сосков, и собирается прервать поцелуй, чтобы предложить перейти к большему, потому что он вот-вот кончит от одних только касаний и взгляда этого дикого кота, но его опережает звонок в дверь. - Чимин! Мы заходим - звучит из подъезда и в дверной замок вставляется ключ. Юн замирает на месте и вопросительно смотрит на младшего, пока тот испуганно смотрит в ответ и одними губами произносит "Чонгук". - И что? - шепчет старший, собираясь продолжить начатое. - Он не знает, что ты вернулся - шепчет в ответ шатен, растерянным взглядом встречаясь с дверью спальни. - Сейчас узнает - спокойно произносит Мин, поднимаясь и вставая с кровати. Чимин хотел бы, чтобы Юнги сейчас пошёл и открыл дверь, и рассказал Чону почему пропадал, и что сейчас все хорошо, но так же Паку хотелось бы избежать драки и криков, а учитывая то, в каком состоянии его видел брат, знающий, что всему причиной был брюнет в кепке, драки просто не избежать. Поэтому дождавшись, когда старший наденет футболку и шорты, зеленоглазый спрыгивает с кровати и заталкивает его в шкаф. - Я любовник что ли? - шипит парень, ударяясь затылком о коробку на полке гардероба, но все равно поддается мягким ручкам младшего и согнувшись встаёт на месте. - Потерпи немного - просит Пак, чмокает программиста в губы и закрывает дверь, ровно в ту секунду, когда за стеной раздаётся радостное пищание Техена, увидевшего Нори, и настойчивые шаги Гука в сторону спальни. - Спал? - удивленно произносит Чон, открыв дверь и окинув полным сомнения взглядом старшего брата. - Да, только проснулся - будничным тоном отвечает шатен и в подтверждение своим словам правдоподобно зевает, прикрывая рот. - У тебя гости? - интересуется Техен, заглядывая в комнату с кошечкой на руках и, получив непонимающие взгляды братьев в ответ, уточняет - Там два бокала на столе стоят. Провал. Чимин вдруг осознаёт, что и в ванной, и в прихожей и даже тут в спальне остались вещи Юнги. Их легко заметить, потому что всё остальное лежит на своих чётко установленных местах и даже носки брюнета, такие же чёрные, как и у Пака, все равно выделяются на белом ковре у кровати, ведь хозяин квартиры так вещи не бросает даже если пьян. - Он тут ещё или уехал? - спокойно уточняет Чон, видя растерянность в глазах брата, и, видимо, предполагая, что тот переспал с кем-то без серьёзных намерений на большее. Чонгук знает, что Чимин вряд-ли так поступил бы, но с голодухи всякое бывает. Он не осуждает подобное, наоборот, если брату стало легче и проще отпустить того кепочника, то пусть хоть весь клуб перетрахает. - Кто? - зеленоглазый косит под дурачка, невинно хлопает глазками и поджимает губы. - Тот, с кем ты вчера романтик устроил - улыбается Ким, играя бровями. - Если он тут ещё и мы вам мешаем, ты так и скажи. В парк сходим погулять.. - предлагает Чон, оглядывая комнату за братом на предмет неизвестных личностей. - Мешаете - звучит голос из шкафа и зеленоглазый мысленно бьёт себя по лбу. - А голосок то знакомый - ухмыляется Гук, подходя к шкафу - Это тот стрелец, с которым я тебя свести пытался? Открыв первую дверцу слева парень видит только вешалки с одеждой, а вот уже дёрнув вторую и слыша низкое "Что за стрелец такой?" мажет кулаком прямо по челюсти Мина. Пак только закатывает глаза. Он знал и предупреждал, что так будет. За красивое личико Юнги, конечно, обидно, наверняка, прилетело знатно, но кто его просил подавать признаки жизни? - Чимин, какого хрена? - злится младший, повернувшись к брату. - Я всё объясню - и выходит из комнаты, всем своим видом давая понять, что эта дружная компания во главе с истеричкой Чоном должна последовать за ним. Младший громко шагает в том же направлении, пыхтя от негодования, и в спальне остаются только Юнги и шокированный Техен с Нори на руках. Брюнет подходит ближе, забирает пушистую и, видя полный ненависти взгляд, предлагает: - Хочешь и ты ударь? Душу отвести. - Я пацифист - огрызается Ким, хмуря брови. - А.. - понимающе кивает Мин и улыбается, проходя мимо парня в гостиную - Ну, лечись. Чимин там уже вовсю объясняет ситуацию брату, пытаясь добиться снисхождения. Юн усаживается рядом и демонстративно закидывает руку за спину своего парня, облокотившись на диван. После объяснений наступает неловкое молчание. Чонгук никак не комментирует произошедшее, просто молча прожигает взглядом дырку в программисте и периодически играет желваками. - Допустим - сдаётся, наконец, пряча лицо в ладонях - А в шкафу он как оказался? - В прятки играли - отвечает Юн, широко улыбаясь. Техен прыскает в кулак, но тут же меняется в лице, видя реакцию Чона. Ему не нравится. Ни ответ, ни сам кареглазый. - Лицам из списков пропавших без вести слова не давали - язвит он, наклоняя голову - Я спросил у брата. Чимин закатывает глаза и повторяет фразу брюнета. Пусть будут прятки. Кошки-мышки. Догонялки. Плевать уже. - Ты его простил? - озвучивает интересующий обоих гостей вопрос Техен, наблюдая за кошечкой, что улеглась на ногах Юнги и задремала. - Простил - честно отвечает Пак, и смотрит в глаза брату. Тот кивает, словно пытается утрясти в голове всё мысли, садится ровнее и смотрит то на зеленоглазого, то на кепочника. - Раз Чимин простил, значит и я смогу. Так и вышло. Пару раз глупо пошутив и в подробностях рассказав историю про признание в проулке у закусочной, описав свои эмоции и чувства в этот момент, Мину удаётся завоевать расположение синеволосого Техена. Тот начинает улыбаться и задавать ещё вопросы, признает, что сарказм старшего в спальне действительно был смешным, просто не к месту, в общем быстро забывает всё плохое и спокойно пьёт чай, рядом с некогда пропавшим с радаров брюнетом. Шатен наблюдает за ними и расслабленно выдыхает. Общаются. Уже что-то. Чонгук же молчит. Тихо мешает сахар в чае пятую минуту и разглядывает узоры на салфетках. В общем делает все, чтобы не встревать в разговор. Но слушает. Это заметно по его бровям, периодически намекающим на определённые эмоции движениями, по замирающему на одной точке взгляду. Пытается принять и понять. Кого? Скорее что. Ситуацию, свои эмоции, итог. - Я закажу рабочих, чтобы быстро собрали вещи для переезда - сообщает Чимин, поднимаясь со стула, проводит рукой по плечу брата и слабо сжимает его - Техен мне поможет. Самый младший быстро понимает намерения шатена и уходит за ним в спальню, оставляя Мина наедине с Чонгуком. Им действительно стоит поговорить. Около получаса спустя в комнату заглядывает Юн. Помогает парням достать коробки со шкафа, которые Пак ещё с прошлого переезда не распаковал, молча целует зеленоглазого в макушку и уходит в душ. Следом появляется Чон. По его виду все ещё можно сказать, что он недоволен, однако брюнет убеждает брата в том, что они с программистом все обсудили и наладили отношения. Чимин мягко улыбается и благодарно обнимает младшего, хоть до конца и не верит. Обязательно потом спросит у Юнги чем закончился их разговор. Техен предлагает помочь с вещами и в остальных комнатах, узнав, что и Паку, и Мину нужно явиться в вуз в скором времени, обещает проследить за тем, как доставщики все упакуют, и ещё раз поговорить с Гуком. Чимин быстро собирается, дожидается своего кепочника и вместе с ним покидает квартиру. Впереди долгий день, полноценный переезд, очередная нервотрепка на работе и, очевидно, долгий разговор с Юнги.