Все, что мы теряем, обязательно к нам вернется

      Сегодняшнее утро в Большом зале началось не с самых лучших новостей. После утренней почты все студенты затихли. Привычный за завтраком шум сменился на молчание, которое нарушалось лишь редкими и тихими фразами.       Дело было в одной новости, что была на первом листе газеты «Ежедневный пророк» и никого не оставила без внимания.

      «Ночью, с 4 на 5 ноября было совершено нападение на одну из деревень Магической Британии сторонниками некого Темного Лорда. В пострадавших десять маглов, двое из них убиты, остальные ранены. Свидетелям, не принадлежащим к волшебникам, успешно стерли память. Каждому из пострадавших, а также семьям убитых была оказана помощь.»

P. S. Министерство магии просит каждого проявлять бдительность и осторожность. Маглорожденным волшебникам стоит предупредить своих родственников о возможных нападениях. Будет лучше покинуть страну в ближайшее время.

      Это было скорее всего не первым нападением, но первым было опубликовано в печатном виде. До этого Министерство Магии писало лишь о мерах осторожности и прочих предупреждениях. И видимо все стало гораздо серьезнее, раз они решили опубликовать данную новость в газете.       Лана впервые за последнее время не завтракала, она лишь смотрела на одно и тоже место в газете, перечитывая новость снова и снова. До этого момента каждый был уверен, что дальше обыкновенных мер предосторожности не зайдет, но сейчас все было гораздо серьезнее каких-то памяток. Каждый понимал, что скорее всего это только начало.         — Пока вы здесь, вам гарантирована защита. — нарушил тишину Дамблдор. Сегодня он был серьезнее обычного. — Тем, кто не в состоянии самостоятельно наложить чары, будет оказана помощь. В прошлом году мы многим уже наложили чары. Но я буду откровенен, каждый из вас должен понимать, что она лишь временно может защитить ваш дом. Для более сильной защиты, нужно больше времени и сил. К сожалению поставить сильную защиту каждому пока нет возможности и времени, но та, что у вас стоит, это уже лучше, чем ничего. Даже теоретически, в ближайшее время мы не сможем наложить каждому хорошую и долгую защиту. Нужно действовать быстро. Если кто-то желает проверить чары, наложить новые, проконсультироваться по этому поводу, то смело обращайтесь к кому-то из профессоров. Это касается не только маглорожденных. Чары защиты нужны каждому, ведь ни одна семья не застрахована от нападений.       Дамблдор кажется знал чуть больше, чем остальные студенты. Вряд ли бы его настолько сильно огорчила и заставила беспокоиться лишь одна запись в газете. Многие как раз таки и понимали, что нападений было больше, просто их не сочли нужным упоминать на публике. Поэтому все и считали, что сейчас все стало намного серьезнее. Даже мародеры были сейчас тихими, и лишь изредка перекидывались какими-то словами. Сегодняшняя новость никого не оставила без внимания. Вроде ничего необычного, если бы не та неизвестность, если бы не те сведения, что министерство как обычно умалчивает. Если они писали глупые памятки когда на простых людей нападали сторонники темного волшебника, то что происходит сейчас, раз они решили написать о нападении на деревню. Все было гораздо серьезнее, чем казалось на первый взгляд, от этого сегодняшнее утро и было как никогда тихим и спокойным.         — Но ведь на твой дом наложили защиту в том году и может… — пыталась подбодрить Лану Элис.         — Ты же слышала, что эта защита лишь временная. Боюсь, что сторонники темной магии окажутся сильнее. Моя семья ведь даже защититься не сможет, они бессильны перед магией, тем более темной. — грустно сказала Кеннеди, перебив Люпин. — Может я пока и в безопасности, но мои родные в паре шагов от чего-то страшного.         — Но нападение о котором написано в газете достаточно далеко от того места, где живет твоя семья.         — Это не исключает того, что на район, где живут мои родители, не может быть совершено нападение. Вряд ли они действуют так предсказуемо. Я думаю их действия случайны и хорошо продуманы. — ответила та и вышла из-за стола, быстро направившись к выходу, так и не притронувшись к завтраку.       Элис последовала за ней.         — Лана, можно что-то придумать, предпринять. Все будет хорошо. — сказала Элис, догнав и остановив подругу у выхода из Большого зала.         — Скажи это родным и близким семей, что пострадали от нападений Пожирателей смерти. В газете написано об одном, но сколько нападений умолчали? — резко ответила Кеннеди. — Извини, мне надо побыть одной. — и не дождавшись какого-либо ответа Элис, ушла в сторону гостиной Пуффендуя. Люпин оставалось лишь с сочувствием смотреть на уходящую подругу. Семья Кеннеди действительно находилась сейчас в опасности, точно так же как и семьи остальных маглорожденных. Точно так же, как и все остальные, кто настроен против темного волшебника. Как бы не хотелось верить в лучшее, все происходящее говорит само за себя. Большинство и до этого понимали ситуацию в стране, но сейчас нападения подались огласке, что означало всю серьезность происходящего.         — «Сколько еще министерство магии утаивает от нас?» — грустно подумала девушка. — «Какое это нападение по счету? Почему отец ничего не говорит? Не хочет разводить панику, как и все министерство?»       Элис полностью погрузилась в свои размышления по поводу этой темы пока шла в подземелья, где находился кабинет Зельеварения. Ей не сильно хотелось идти туда, настроение было не из лучших. Но прогуливать тоже не сильно хотелось, поэтому Люпин решила все же пойти на урок. Лучше использовать возможность прогулять, когда это действительно будет нужно, сейчас же в этом не было сильной необходимости.       Кабинет уже был открыт и находящиеся здесь заняли свои места. Люпин села на свободное место рядом с Мелоди и молча начала доставать принадлежности. Уокер тоже была не в настроении после утренних новостей, поэтому ее совершенно не смутило не настроенное на общение состояние Элис. В классе было тихо, даже гриффиндорцы, с которыми было совместное Зельеварение, сегодня были тише обычного.       Тишина нарушилась с вошедшими в кабинет четырьмя парнями, которые вновь над чем-то смеялись. Они довольно часто были в хорошем настроении, даже сейчас, будто и не читали сегодняшней газеты, хотя в Большом зале они были как никогда серьезны. Их смех не оставил без внимания и профессора Слизнорта, который тоже не был настроен на веселье.         — Юные джентльмены. — обратился он к четырем парням, которые садились на их привычные места. — На сегодняшнем уроке вы будете рассажены, я не хочу каких-либо взрывов или других шуток. Хотя бы сегодня.         — Но, профессор… — пытался что-то сказать Римус, но Слизнорт не дал ему продолжить.         — Мистер Люпин, это не вопрос, и даже не предложение. — вздохнув ответил тот. — Мистер Поттер, поменяйтесь местами с мисс Люпин. Мистер Люпин, поменяйтесь местами с мисс Эванс. — он поймал на себе возмущенные взгляды Эванс, Люпин, Уокер и МакКиннон. — Извините, юные леди, но только так я добьюсь сегодня тишины и порядка.         — Профессор, — по пути в другой конец класса, начала говорить Элис. — если вы не помните, то именно в паре с Блэком я получила свою первую и надеюсь последнюю отработку.         — Тогда я надеюсь, что вы что-нибудь предпримите для того, чтобы этого не повторилось. — все, что и смог ответить декан Слизерина.       Теперь мародеры были разделены: Джеймс сидел с Мелоди, Римус с Марлин, Сириус с Элис, а Питер с Лили.         — Неужели ты так не хочешь работать со мной в паре? — шепотом спросил Блэк.         — Нет настроения говорить о чем-либо. — не повернув головы в его сторону, сказала Люпин. — а шутить тем более.         — Это из-за утренних новостей?         — А ты как думаешь?         — Не отвечай вопросом на вопрос.         — Тогда давай просто не будем говорить на эту тему, и пожалуйста без взрывов сегодня. У меня нет желания получить и идти на еще одну отработку.         — Ладно… — неуверенно ответил тот, но продолжить говорить на эту тему так и не решился, ведь по Элис было видно, что разговаривать и шутить она сейчас не настроена.         — Для начала я у вас всех хочу спросить одну вещь. — раздался голос профессора. — Что такое «Амортенция»? — Рука Лили уже была подняла вверх — Да, мисс Эванс.         — Амортенция это мощное приворотное зелье, которое создает сильное влечение к тому, кем оно было сварено.         — Верно, пять очков Гриффиндору. Мне кажется это одно из страшных и сильных зелий за всю историю магии. Правда амортенция не может создать любовь, ведь ее нельзя ни сфабриковать, ни сымитировать. Как сказала мисс Эванс, это зелье создает сильное увлечение к сварившему зелье, вплоть до самой настоящей одержимости. Сегодня вы приготовите амортенцию с помощью инструкции в учебнике. В конечном итоге зелье должно отдавать перламутровым блеском, а также если вы все правильно сделаете, то будет исходить пар, закручивающийся спиралями.         — А правда, что амортенция пахнет для всех по-своему? — спросила Маккиннон.         — Верно, оно пахнет, в зависимости от того, какие запахи вам нравятся. Правда один для вас может не являться вашим любимым, даже может быть не знаком. Дело в том, что один из запахов ассоциируется с тем, кому принадлежит ваше сердце. — на последних словах он слегка улыбнулся, осмотрев еще раз всех. — Приступайте к работе, тот кто закончит и сделает все верно, может быть свободен. Первая пара правильно сварившая зелье, принесет очки своему факультету. Если будут вопросы, обращайтесь. — сказал он, и сел за свой стол, внимательно наблюдая за студентами.       Элис начала листать учебник в поисках нужной темы.         — Возьми лучше мой. — сказал Сириус, передав девушке свой учебник.         — А в чем разница? — спросила Люпин.         — Увидишь. — усмехнулся тот.       Девушка начала листать учебник и заметила множество пометок, что были написаны мелким почерком. Не раздумывая, Элис открыла форзац книги, где была надпись «Собственность Принца-полукровки».         — Чей это учебник?         — Мой. Разве не очевидно?         — Принц-полукровка? — улыбнулась та. — На счет принца может и поверю, но в том, что ты подписал себя полукровка, я сильно сомневаюсь.         — Ты о чем?         — О подписи. — со вздохом ответила та. — Этим ты только подтвердил, что учебник принадлежит не тебе. Да я бы и без этого не поверила. Чтобы ты, и делал какие-то пометки в учебниках?         — Да, да… — сдался тот. — Ты права.         — Так чей же он?         — Мне обязательно это говорить?         — Я все равно узнаю. — пожала плечами та.         — Попробуй.         — Попробую. А пока приступим к работе.       Пометки, что были написаны рядом с печатным текстом, действительно оказались полезны. С помощью них Элис с Сириусом закончили работу быстрее всех. Пока Элис проверяла блеск и пар, Блэк спросил ее об еще одном свойстве этого зелья.         — Чем для тебя пахнет амортенция?         — А для тебя? — снова ответила вопросом на вопрос девушка.         — Я первый спросил, отвечу после тебя. — на это Элис закатила глаза и приблизилась к котлу, чтобы лучше разобрать запахи.         — Запах улицы после только что прошедшего дождя, запах чая с ромашкой.         — А еще? Должен же быть еще один. Запах того, кому принадлежит твое сердце. — последнее предложение он сказал интонацией Слизнорта, тем самым спародировав его.         — Боюсь, что мое сердце пока никому не принадлежит. — спокойно ответила та. — Даже если бы это было так, то не думаю, что я бы рассказала тебе. Теперь твоя очередь.       Тот с недоверием посмотрел на нее, но тоже приблизился к котлу, чтобы разобрать запахи.         — Имбирное печенье, машинное масло…         — Ну и сочетание у тебя. — усмехнулась девушка. — Ну а что же за тот самый запах твоей возлюбленной?         — У меня ситуация аналогична твоей.         — А как же все те девушки, с которыми ты был?         — Ключевое слово был. Тем более это не значит, что я был в них влюблен. Не смотри на меня так осуждающе, я не виноват, что не нашлось еще той, что покорила мое сердце.       Правда одна вещь смутила девушку в том запахе, чем пахла для нее амортенция. Чтобы это проверить, она решила незаметно набрать немного зелья к себе во флакон.         — Отнеси Слизнорту на проверку. — сказала Люпин и протянула Сириусу предназначающийся для этого флакон. Тот хотел что-то сказать, но решил промолчать и набрав во флакон амортенцию, наклеив сверху бумажку с их именами, отнес Слизнорту.       Элис же быстро наполнила собственный флакон и плотно закрыв, положила во внутренний карман мантии. Люпин уже начала собирать свои вещи, ведь была уверена в правильно приготовления зелья.         — Десять очков Гриффиндору и Пуффендую. — улыбаясь, сказал подошедший Сириус. Он заметил, как Элис начала складывать в сумку учебник по Зельеварению некого Принца-полукровки. — Ты ничего не перепутала? — указав на учебник, спросил он.         — Что? А, ты об этом. Нет, не перепутала. Я собираюсь найти владельца в ближайшее время и вернуть Принцу-полукровке его собственность. Можешь взять пока мой учебник, если он тебе вообще нужен.         — И ты так уверена, что найдешь владельца?         — Уверена. Если не найду сама, то буду пытать кого-то одного из вашей компании. Кто-то, да проговорится. Начну сразу с Римуса. Так будет легче и быстрее.         — И как с такими методами ты на Пуффендуй попала? — покачав головой спросил тот, но девушка уже шла к двери. — Куда ты? — на выходе из кабинета спросил Сириус.         — Времени еще много до конца урока, так что зайду в гостиную, проведаю Лану.         — А что с ней не так?         — Все нормально, просто не хорошо чувствует себя. — сказала она и чуть ускорила темп, потому что хотела скорее узнать состояние подруги, ведь час назад оно было не из лучших.       По пути она заглянула на кухню к щедрым и добрым эльфам. Взяв у них пару круассанов, Элис пошла как можно быстрее в гостиную Пуффендуя. Лана не завтракала, поэтому свежая выпечка лишней не будет.       Элис осторожно зашла в их комнату. Кеннеди сидела на своей кровати, смотря на вытянутый перед собой пергамент, на котором что-то было написано. Лана отвлеклась от него, обратив внимание на вошедшую Элис.         — Неужели я просидела так весь день? — посмотрев на часы и отложив в сторону пергамент спросила она.       — Вовсе нет. С момента нашего последнего разговора прошло чуть больше часа. — ответила Элис, садясь около подруги. — Освободилась просто пораньше, решила принести тебе что-то перекусить. Ты же не завтракала с утра. — после чего достала из сумки два круассана и протянула один из них Лане.       Девушка положила его на тумбочку около кровати и вернулась к написанному на пергаменте.         — Спасибо, но я правда не голодна. Понятия не имею что писать родителям. Как их предупредить об этом всем? Как защитить?         — Может им стоит все-таки покинуть страну? Для их же безопасности. — предложила Люпин.         — Я думала над этим, но боюсь, что они не согласятся. Тем более неизвестно куда ехать.         — Ну это же не навсегда. Попробуй предложить им это. Можно попросить совета у Дамблдора в крайнем случае.       После этих слов Лана перечеркнула половину написанного и что-то быстро начала писать. Элис в это время зажгла одну из ароматических свечей, купленных в Хогсмиде. Комната теперь начала наполняться приятным запахом лаванды.         — У тебя их бесконечный запас? — почуяв привычный запах, спросила Лана. — Свечи, духи…         — Свечей достаточно, чтобы жечь их в Хогвартсе еще несколько лет, а вот духи кажется уже заканчиваются. Ну это же ведь приятный запах, и успокаивает.         — А я и не говорю, что аромат лаванды мне неприятен. Я уже к нему привыкла даже. Не представляю как я раньше жила без этого. Появление запаха лаванды для меня уже как вход в зону комфорта. — сказала она, ставя подпись на пергаменте. — Сходишь со мной в совятню?         — Конечно. — не сомневаясь ответила Элис. — Что ты написала?         — Я попыталась расписать о том, насколько важно сейчас покинуть страну. Надеюсь, что это поможет. Узнаем в ближайшее время. — ответила та и потушила свечку, перед тем, как они покинули комнату.         — Кстати о запахах. Смотри, что у меня есть. — сказала Люпин и достала небольшой флакон с амортенцией. Она заметила на себе непонимающим взгляд Ланы и поспешила объяснить. — Это амортенция, сегодня готовили на зельеварении.         — Приворотное зелье? — получив утвердительный ответ в виде кивка, Лана продолжила. — зачем это тебе?       — Мне нужно проверить кое-что, правда не знаю хочу ли я знать это вообще.         — Что именно?       Элис открыла флакон с амортенцией и поднесла ближе к лицу, чтобы почувствовать запах. После привычных и любимых запахов она почувствовала еще один, достаточно знакомый и выражение ее лица сменилось на растерянное. Тем временем Лана обеспокоенно наблюдала за сменой настроения подруги.         — Боюсь, что мои догадки подтвердились и на зельеварении аромат не был перебит запахом, исходящем от волос другого человека.         — Элис, я все правильно понимаю?         — Смотря что. На самом деле я и сама до конца не понимаю как все это работает.         — Ладно, кто он хотя бы?         — Мне даже странно это говорить. Видимо моему разуму это трудно осознать. Возможно это лишь совпадение, но других вариантов я не вижу. У меня не так много знакомых, которые так заботятся о состоянии своих волос, что готовы пользоваться мятным и жгучим шампунем. А я уверена, что это точно он. Его запах еще за милю можно почувствовать. Из-за этого я и подумала, что сильный запах мяты исходит не от зелья.       По лицу Ланы было видно, что она догадалась, и выражение ее лица было не менее растерянным, чем у Элис.         — Ты влюблена в Сириуса? Сириуса Блэка? — на всякий случай решила уточнить та, хотя и сама знала ответ.         — Не надо так громко. А ты разве знаешь еще любителей мятного шампуня? Как мне кажется, то большинство парней используют менее жгучие средства. Как минимум от остальных из моего окружения не чувствуется запаха мяты. Ну а вообще я только сейчас осознала то, что это действительно влюбленность. Никогда не испытывала этого прежде.         — И что ты будешь с этим делать?         — Понятия не имею, но я думаю сейчас есть другие проблемы, которые серьезнее какой-то влюбленности.         — Главное, чтобы она не усилилась, иначе вы не сможете даже общаться нормально.         — Влюбленность действительно настолько ужасна?         — Прекрасна, если это взаимно. Если это не взаимно, то к сожалению она делает только хуже. Хуже тебе, и человеку, в которого ты влюблена. Разве ты уже забыла случай с Кристианом? — сказала Лана, будто задумавшись о чем-то. Элис не нашла, что ответить на это, ведь Кеннеди была права.— Я могу понюхать? — указала она на все еще открытый флакончик.         — Да, конечно. — сказала Элис и передала его подруге.         — Запах шоколада, запах только что заваренного кофе, и … — на этом моменте она слегка запнулась.         — Неужели у тебя тоже открывается то, чего ты не знаешь? — спросила Элис, поднимаясь вместе с Ланой в совятню и забирая обратно флакон с амортенцией.         — Что? Вовсе нет. Я знаю чувство влюбленности, поэтому ни с чем его не спутаю. Просто запахи начали повторяться, вот я и запнулась. — ответила Кеннеди, привязывая к лапе совы письмо для родителей.       — Ты как? Тебе уже лучше? — решила сменить тему Элис.         — Думаю, что да. Но на уроки мне сегодня идти не сильно хочется, поэтому останусь сегодня в гостиной.         — Ладно, не скучай. Мне уже пора на Историю Магии.         — Вот кто действительно сейчас будет скучать, так это ты. — усмехнулась Лана.         — Это не так скучно, как тебе кажется.         — Поэтому на уроках Мистера Бинса ты маешься от скуки?         — Сам предмет интересен, в отличие от того, как его нам преподносят. — сказала Элис, после чего им пришлось разойтись, ведь кабинет Истории Магии и гостиная Пуффендуя были совсем не по пути.       Всю дорогу до нужного кабинета Элис шла одна, но так даже было лучше, потому что ей нужно было обдумать одну вещь. Она поверить не могла, что реально влюблена в одного из своих друзей. До сегодняшнего дня она не считала это настоящей влюбленностью, она считала это лишь привязанностью. Как к Римусу, Лане, Регулусу. Оказалось это было нечто другое, нечто под названием влюбленность. Элис вспомнила, как не могла понять, что происходит между ней и Сириусом. Амортенция помогла понять, что к Блэку у нее не совсем дружеские чувства. Еще ведь неизвестно с какого момента эта влюбленность началась.         — «Кажется сердце забыло сказать мне о том, что оно решило принадлежать другому человеку.» — грустно подумала Элис.       Девушка понимала, что с наибольшей вероятностью эти чувства не взаимны, ведь по словам Блэка, он ни в кого не влюблен, и по всей видимости он говорил правду. Элис не знала что этим делать, ведь прежде с таким она и не сталкивалась, это и пугало ее больше всего. Люпин не знала что делать в такой ситуации и не знала у кого просить совета.

***

      Уроки уже закончились, на улице было множество студентов, которые наслаждались хорошей для ноября погодой. Лили Эванс, одетая в вельветовое платье с короткими рукавами, поверх которого был надет теплый красный свитер, шла к Черному озеру, потому что пообещала подруге с Пуффендуя помочь с Историей Магии.       Ее настроение было не из лучших. Как и все маглорожденные она переживала по поводу сегодняшних новостей. В большей степени она волновалась за своих родителей и старшую сестру. Лили бы отправилась в гостиную Гриффиндора и провела вечер за какой-либо книгой, постараясь отвлечься, но не помочь и отказать подруге она не могла.       Лили встала на небольшую возвышенность и начала смотреть по сторонам, в поисках Элис. К ней начала приближаться знакомая фигура, но к сожалению ей являлась совсем не Элис. Это был Джеймс Поттер, волосы которого как обычно были взлохмачены.       Эванс отвернулась, в надежде, что тот не заметит ее и пройдет мимо, хоть и понимала, что встреча с Поттером на данный момент с каждым его приближающимся к Лили шагом становилась все неизбежней. Эванс осторожно обернулась, но буквально в нескольких сантиметров от нее стоял парень, который широко улыбался. Эта на первый взгляд глупая улыбка, заставила девушку улыбнуться в ответ. Правда Лили быстро вспомнила кто стоит перед ней, поэтому ее улыбка и небольшая растерянность сразу исчезли с ее лица, сменившись на более серьезные черты.         — Что ты здесь делаешь? — с легким, но уже привычным для общения с Джеймсом раздражением, спросила она.         — Стою, а что здесь делаешь ты? — спросил парень, а Лили отошла на несколько дюймов, потому что так близко к гриффиндорцу она еще не стояла, отчего ей начало становиться неловко.         — Я должна была встретиться с Элис и помочь ей с Историей Магии.         — Ах да, я как раз здесь для того, чтобы передать тебе, что Элис не сможет придти сегодня. Ей стало не очень хорошо... ну а еще ее знания кажется внезапно улучшились.       Сначала Эванс была немного зла на Элис, что та просто не пришла, передав послание через Поттера. Это могло быть совпадением, если бы Джеймс так не путался в своих словах. Мозаика в голове Лили сложилась сразу же и теперь она была обижена уже на обоих. Хоть Элис сегодня выглядела и грустной, но явно чувствовала себя хорошо, вряд ли за день что-то могло произойти. Да и через кого передала послание? Через того, кого Лили меньше всего хотела бы видеть.         — Ну значит передай Элис, что я сильно на нее теперь обижена. Дело не в том, что она не пришла, а в том, что кажется так и должно было быть уже изначально. Да и почему бы просто самому предложить встретиться раз уж на то пошло? Без всяких глупых планов.       Джеймс даже растерялся от столь быстрого раскрытия их с Элис плана, но решил плавно уйти от этой темы.         — Я тебя чуть ли не каждый день зову, но ты вечно отказываешься.         — Потому вовсе необязательно кричать на весь Большой зал «Эванс, не хочешь со мной в Хогсмид?». — спародировала она частую фразы Поттера. — Вместо раздумий над этим странным планом, можно было подумать над другой вещью. — тут она поняла, что сболтнула лишнего. — Мне нужно идти. — она уже развернулась, но Джеймс остановил ее, осторожно взяв за запястье.         — Извини. Я совершенно серьезно, извини меня. — Лили вопросительно на него посмотрела, потому что не верила своим глазам и ушам, что Джеймс Поттер способен перед кем-то извиняться. Из-за этого она молча смотрела на него. — Лили, я просто вел себя как влюбленный идиот, хотя на самом деле продолжаю это делать даже сейчас. Может быть прогуляемся? Хотя бы немного и обсудим все чуть спокойнее.         — Я бы не сказала, что сейчас время для беззаботного времяпровождения. Здесь мы в безопасности, но почти через два года будем как и наши семьи, в шаге от смерти.— ей самой стало страшно от своих же слов, от чего у нее даже прошли по коже мурашки.         — Как раз сейчас у нас и есть самое беззаботное время. Сейчас, в Хогвартсе, по словам Дамблдора мы в полной безопасности. Зачем думать о том, что будет через два года?         — Пока мы в безопасности и веселимся, остальные волшебники и не только, погибают от палочек Пожирателей смерти. Самое страшное, что все только начинается и с каждым днем становится все хуже.       Их диалог нарушили пару слизеринцев, что проходили мимо.         — Поттер, как тебе самому не противно от общения с грязнокровкой. — смеявшись, сказал один из них.         — От таких как она стоит держаться как можно дальше, если хочешь быть в безопасности. Особенно после окончания школы. Я бы на твоем месте немного пересмотрел свой круг общения. Там же в основном жалкие полукровки с грязнокровками. — ядовито сказал второй.       На лице Лили появились еле заметные слезы и она поспешила их убрать, но без внимания Джеймса это не осталось. Отпустив руку Лили, он подошел к одному из них и его палочка оказалась уже у горла слизеринца.         — На таких, как она, держится магический мир, а от таких как вы, он только разрушается. — полушепотом сказал он.       Позади показался преподаватель по ЗОТИ, из-за чего Джеймс медленно и незаметно убрал палочку от Слизеринца, вернувшись к Лили, будто только что он не собирался кинуть пару заклинаний в двух парней со Слизерина. Они тоже заметили профессора и поспешили уйти.       Когда Джеймс с Лили отошли на какое-то расстояние, Лили еле слышно сказала.         — Спасибо.         — Что? — не расслышал тот.         — Спасибо за то, что заступился. За то, что всегда это делаешь. Не знаю почему прежде этого не говорила. И еще за прошлогодний случай с Северусом, когда тот назвал меня…         — Не продолжай. — перебил ее парень.       Эванс ожидала увидеть на его лице самодовольную улыбку, но сейчас выражение лица у него было гораздо серьезнее обычного.         — Но Северус правда не такой плохой как ты думаешь, просто его друзья сильно влияют на него и делают нехорошим человеком.         — Лили, мне кажется ты просто видишь в людях лишь хорошее, закрывая глаза на поступки, что показывают истинную сущность человека.       Она не верила в то, что перед ней сейчас Джеймс Поттер, тот, что раздражал ее своим поведением последние лет пять.         — Может быть. — вроде как согласилась с его словами Эванс.         — Мы можем пойти обратно в замок, если хочешь.       Сама не зная почему, но Лили предложила немного прогуляться. Она никогда не видела с Джеймса с этой стороны, новой для нее. Когда он не вел себя как клоун и говорил о действительно важных и серьезных вещах. Сначала они обсуждали текущую в мире ситуацию, но после темы сменились на более приятные, далекие от ужаса, происходящего за пределами Хогвартса.       Лили стало немного легче от этой прогулки и ей до сих пор не верилось, что она разговаривала с Поттером, правда на Элис она была все еще немного обижена, но с другой стороны Лили тогда бы не узнала гриффиндорца с особенной стороны.       Элис же эта обида волновала не сильно, ведь у нее были вещи и проблемы, волнующие ее больше. Например такая, как выяснить кто является Принцем-полукровкой. Хотя это скорее интерес, а вот реальные проблемы были связаны с ее близкими людьми. Она сильно переживала за состояние Ланы. Ей было страшно за Регулуса, который уже этим летом должен стать Пожирателем, приняв так называемую Черную метку. Ее волновала ее же влюбленность по отношению к Сириусу. С Кристианом тоже было не все понятно, они вроде начали снова общаться, но общение прежним уже точно не будет. Теперь она начала немного понимать влюбленного в нее Пуффендуйца. Ей было страшно, что ее любовь к Блэку может закончиться весьма печально, как это оказалось с Кристианом и его любовью к Элис.