Мы так похожи.

Вот вы, например, может скажете, что в холодном вечере ничего хорошего не имеется. Что это просто отвратительно, может, даже, — мороз, холод, да ещё и темно, ах. Атмосфера для кого-то уж слишком неблагоприятная, и это.. обычно? Хотя, признайте, что любители таких вечеров есть, и их не несколько, а много. У всех разные вкусы, по-своему, при этом, замечательные даже. Кто-то любит мороз, кто-то — просто не переносит. Так может быть со всеми вещами, да и не только. Это можно показать легко на примере.. да обычных конфет, Господи! Кому-то нравятся шоколадные, кому-то — карамельные, а кто-то и вовсе не любит сладкое. Согласитесь, люди все разные, этим они и хороши. Были бы они интересны, если бы все были одинаково одеты, накрашены, у всех бы был одинаковый цвет волос, глаз? Да ну, нет конечно. Хотя, тут тоже дело вкуса, может кому-то такое и интересно. Сигма сейчас сидит в гостиной, устремляя какой-то грустный взгляд в окно. Недовольный даже, если можно так назвать.. но, скорее всего, просто уставший. Парень подпирает щеку ладонью, опирая руку на маленький столик локтем, всё продолжает смотреть и не отводит взгляда. Как будто что-то там интересное нашел, ну правда. Хотя, может так и есть, только вот он сам не знает, ведь даже определенных мыслей у него на эту тему нет. Да и в принцепе думает он сейчас практически ни о чем — он уставший сам, только что пришел из агенства и жуть как запарился с работой. То задание новое, то туда иди, то в другую сторону, иди документы заполняй, и вообще, "хватит за своим Дазаем носиться". Между прочим, обидно даже как-то становилось, если честно.. Дазай Осаму. Это, можно сказать, очень даже запомнившийся человек Сигме, что засел глубоко в его мыслях и голове в целом. Почему? Да, честно, парень с двухцветными волосами сам тут ответа точного не найдет. Все это как-то сложно, если так подумать.. запутанно. И, казалось бы, эту сеть мыслей просто напросто так легко не распутать. Все время нужно искать ответы на свои же вопросы, по крайней мере, так делал Сигма, сам не зная почему. Ну можно же задать себе вопрос, поставить его, как банку на стол и просто уйти? Просто взять, развернуться и уйти, будто тебя тут не было и ты тут вообще не причем. Кажется, что можно, но вот только сам Сигма так не считал. Ему всегда казалось, что если поставить банку на стол и уйти, то это будет как-то неуважительно по отношению к банке. Будет одинокая стоять, грустная, бросили её, горе какое. Казалось бы, причем тут банка.. с вопросом также. Ну, задашь ты его себе, и что дальше? Сигме всегда нужно было найти ответ, ведь это будет уже неуважительно не по отношению к вопросу, а к самому себе. А вообще.. Бред какой-то. Этот парень не понимал, кто он и что он. Зачем его создали, в каких целях? Какова причина его "рождения"? Сигма не знал. Он не понимал так же смысла во всём этом, не видел определенных целей. Всю его маленькую жизнь.. им пользовались. Достоевский, дальше Гоголь и уже после, казалось бы, сам Осаму. Но почему? Он хотел думать, что он человек. Сигма хотел быть человеком, ощущать себя им, жить обычной жизнью, как все остальные люди. Жить так, как хочется. Иметь собственную семью, родственников, может быть. Любящего человека, да даже если не любящего, хотя бы близкого. Того человека, с которым можно будет проводить дни и ночи, разговаривать по душам, делиться всеми своими секретами и просто.. доверять. Доверять, как самый обычный человек. Сигма хотел иметь дом.. куда можно прийти после тяжёлого дня, расслабиться и устало упасть на диван, отдыхая. Ощущая себя в тепле и уюте. "Вот что настоящее счастье!" — думал он довольно часто, вновь сидя за рабочим столом и подписывая какие-то документы. Сигма хотел, но не понимал, какого это. Вроде бы, сейчас он свободен. Вроде бы, сейчас у него есть, казалось бы, все, о чем он мечтал. Дом.. и маленькая семья. Да, и вправду, людей из агенства можно назвать семьёй, ведь они гораздо лучше сумасшедшего Гоголя, жуткого Федора, не менее ужасного Фукучи и довольно страшноватого Брэма. Вроде бы, он — человек. Но.. неполноценный?.. Сигма помнит, как они с Николаем добирались до тюрьмы. Как они шли по этим неприятным коридорам, как обходили все препятствия.. как, наконец таки, дойдя до нужного места вызволяли того самого Федора на пару с Осаму из камер. А потом.. "игра Гоголя", кажется, начала казаться совсем непредсказуемой и даже страшной. Сигма так же помнит, как молодой человек показывает на него, выбирая в качестве вещи, которая может помочь в поединке. Вещь? Помощь? Сигма знал, однозначно, что его снова используют. А потом, возможно, опять и опять — честно, он уже устал от этого всего. В тот момент, кажется, хотелось домой.. в дом, которого нет. Сигма запомнил Дазая. Он запомнил его ломкие, темные волосы, помятую тюремную одежду. Забинтованные руки помнил, длинные пальцы, кажется, с обкусанной кожей вокруг ногтя. Мешки под глазами, да и в целом его вид. Он помнит, как они шли уже вдвоем по коридору, пока Сигму пробирал страх и рассеянность. Даже, может, какое-то смущение и непонимание ситуации.. но, стоит признать, что в момент было действительно жутковато находиться с такой персоной, как Осаму, в одном помещении. Сигма запомнил его, Дазая, слова. Осаму пообещал, что тот обретёт свой дом, когда они выберутся из этой всей ахинеи. Он пообещал ему. Сигма помнит, как в этот момент Дазай.. кружил его в танце? Да, действительно, в танце. Это было, кажется, так давно, да и вспоминать не хочется, но почему-то всё лезет в голову.. странно. Сколько прошло с того момента? Сигма не помнит. Сигма не отмечает даты, не запоминает их. Для него драгоценно то время, которое бежит сейчас, для него драгоценно то, где он находится сейчас, и, как кажется, все остальное просто.. не важно. Но Дазай исполнил свое обещание. Именно Дазай взял Сигму в агенство, именно он подарил ему надежды на будущее. Именно он дал Сигме семью и дом, который они делят на двоих. Именно Осаму понял, что Сигма может быть полезен не только в плане своей способности. Он понял, что Сигма.. сам по себе человек — интересный. Но, как уже говорилось, неполноценный.. схожесть видна, верно? «Мы так похожи!» — иногда можно было услышать Сигме от Дазая в его сторону, а потом замолчать, раздумывая над смыслом фразы. А ведь действительно.. оба они — неполноценные люди. Оба они не видели смысла. Оба они.. были одиноки. Сигма знает, что в этой маленькой, но уютной и такой родной квартирке его ждут. Что его примут, помогут снять верхнюю одежду, поведут на кухню и накормят, после чего они вместе будут рассказывать друг другу что-то, выдуманное, не выдуманное, то, чему научили Сигму. Следом отправят в гостиную, включат музыку и закружат в непонятном танце. В таком, как кажется, памятном танце — только уже более понятном и под музыку. Дазай аккуратен, когда надо — может и романтиком побыть. Он осторожно положит худую руку на тонкую талию бывшего владельца казино, смотря на смущенное лицо, поведет в танец дальше. Будет улыбаться, вновь скрывая все свои эмоции. Будет ярко улыбаться. Будет кружить в танце до тих пор, пока сам Сигма не остановит его и не скажет что-то на подобии «я устал..». Осаму отведет юношу куда угодно, пока есть свободное время. Поможет ему сосчитать звёзды, вновь и вновь сбиваясь, а потом громко смеясь, наблюдая за реакцией Сигмы и за тем, как тот ярко улыбается. Они вместе пойдут в парк, чтобы прогуляться под снежинками, что кружатся в таком изящном и по-своему прекрасном танце, как когда-то кружились Дазай с Сигмой в той же самой гостиной, где чуть приглушен свет и по-домашнему расстелены ковры. Осаму был и будет тем, кто дал ему надежду на светлое будущее. Он тот, кто подарил ему семью, разделил свой дом вместе с Сигмой. Он тот человек, который пытается делать добро уже несколько лет подряд, как завещал ему лучший друг. Он — неполноценный человек, и эти двое похожи. Он делает так, как говорит ему душа. Он дал обещание, что Сигма обретёт свой дом. Парень с двухцветными волосами оборачивается, выплывает из своих мыслей и щурится, слыша открывающуюся дверь и после звон ключей. На лице, нежели прежде, появляется мягкая, лёгкая и еле-заметная улыбка, а сам он осторожно сползает со скрипучего, старого стула, поспешив в коридор. Мебель, да и впринцепе все в квартире довольно старенькое, да и Сигма не хотел, чтобы это всё меняли. Так, даже, домашнее и утюнее, что-ли.. Выглядывая из-за дверного косяка, он удостоверяется, что пришли свои, а улыбка на лице становится только нежнее. Честно, раньше он даже стеснялся даже как-то показывать свою радость. Да и в принципе был он с характером довольно мягким, но все уже давно хорошо знали, если Сигму разозлить — будет плохо. Нет, и вправду, он сильный, только этого.. не показывает. Шатен поворачивается, замечая своего товарища и ярко улыбается, разуваясь. Сигма же помогает повесить его верхнюю одежду на крючок, после вставая рядом и немного склоняя голову к плечу. Осаму молчит, но продолжает улыбаться. Тут, казалось бы, никакого подвоха нет, он вел себя так загадочно достаточно часто. Сигма приподнимает бровь, опуская кончики губ и изображая на лице какое-то непонимание. Кажется, не прошло и секунды — Дазай усмехается, протягивает ладонь юноше и тот уже сразу понимает, на что тот намекает. Мягко кивая, Сигма берется за его руку и после идёт за шатеном в гостиную, думая, с чего вдруг Осаму решил такое сделать. Он, вероятно, устал, так зачем?.. Сигма не осмеливается задать этот вопрос, следуя за всеми действиями товарища. А уже позже он снова мягко улыбается, вставая в нужную для танца позу и настраивая себя на то, что сейчас, возможно, слегка голова будет кружится. «Мы так похожи!» — эта фраза до сих пор крутится у Сигмы в голове. Он не знает, почему Дазай согласился ему помогать и в чем дело. Собирается ли он его предавать, использовать? Увы, юноша не знал. Он, кажется, и не хотел, ведь живёт тем, что есть. У него есть дом, у него есть семья. У него, все отлично, ведь «что ещё нужно для счастья»?..