Бывают в жизни огорчения

Много ли в мире личностей, которые в один момент хотят начать жизнь с чистого листа? Часто ли с людьми происходит такое, что хочется всё начать сначала? Что хочется бросить позади своего жизненного пути всё, что выстраивалось днями, месяцами, годами. Собрать вещи, уехать на другой край света, изменить внешность до неузнаваемости, поменять стиль, манеру общения, оборвать все связи, пропасть с радаров, потеряться в этом мире так, чтоб тебя никто не нашёл и наконец проснуться и начать по настоящему продуктивный день, ступив им в новую жизнь? Часто. Но у всех ли выходит сделать хотя бы часть из всего перечисленного? Конечно нет. Такое удаётся лишь единицам. Люди хотят попасть на какую-то светлую сторону нашего мира, бросая всё и убегая от чего–то, оставляя позади себя незавершённые дела, которые в конечном итоге превращаются в чёрную дыру гнили, созданную самим же человеком, которая уничтожает всё на своём пути. блять — вырывается каждый раз из уст человека, когда судьба решает преподнести ему проверку. В наших жизнях есть такая вещь, как специально поставленные перед нами жизненные преграды. Их целью является не что иное, как разрушить организм человека до мельчайших атомов. Эти преграды разрубают нас в такой пазл, что ни один травматолог не в силах собрать нас по этим крупицам созданной головоломки, и тогда мы получаем такой приговор как полный паралич. При нём у нас нет и шанса даже на борьбу с этим всем, наш шанс сводится к нулю, а остальные проценты переходят на чашу весов к этой сраной преграде, и тогда с перевесом в 100 процентов, все оставшиеся крупинки нашей личности превращаются в крошку и человека смешивают с землёй, стирая с лица Земли. Беспроигрышный расклад карт для жизни. В таком случае человека засасывает в чёрную дыру под названием — одиночество. Выход из которой есть и силы чтобы выбраться оттуда имеются, но нужного предмета чтобы добраться до него нет. Кто бы протянул его.. или хотя бы протянул руку помощи.. И в этой дыре одиночества человек находится как в карцере. Страшно. Больно. Отвратно. Но ведь, если у каждого жизнь своя, то значит у нас есть какое-то руководство над ней? Конечно, у разумного существа есть силы, чтобы брать власть над своей жизнью, хоть и частично. Этого хватит, чтобы совершить переворот, который многие пытаются достичь бросив себе такой вызов как "начать жизнь с чистого листа". Не всегда люди выбирают нужный вариант. Чаще всего выбор падает на самый лёгкий. Но не каждый план гарантирует успешное продвижение, что уж говорить идя по лёгкому пути. Тогда получается, что если человек имеет определённые качества, которые заставляют нашу личность чувствовать себя живой, то эти преграды превращаются всего на всего в жизненный барьер, который лишь на время замедлит путь человека и сделает его сильнее. И в этом случае, безупречная победа в руках разумного существа. Однако, мы не знаем что из себя представляет "жизнь". Ей подвластна целая мировая система.

***

Утро. – Казутора, пора просыпаться. - Уже встаю. "Новый день не всегда покажет тебе что-то хорошее, ты в этом уже удостоверился. Будь начеку". Не выпуская этой мысли из головы, парень поднялся с кровати сразу после звука щелчка дверного замка – дверь закрылась. Сон был не глубоким чтобы продолжить дремать, да и надо признать, что парня уж очень часто мучает бессонница, поэтому мир сновидений Казутора уже давным–давно не посещал. Приходится вставать через не хочу, поднимать своё тяжёлое тело и идти, идти и ещё раз идти. Упасть лицом в эту чёрную бездну одиночества означало сдаться, а этого ему не хотелось. Надежда умирает последней. А пока надежда есть, он в строю. После смерти матери и упечённого за решётку отца, Ханемия остался один. Ни дома, ни семьи, ни здоровой психики у парня не осталось после всего, что пришлось перетерпеть его телу, переварить его мозгу и принять душе. Не каждый имеет такую стрессоустойчивость к жизненным трудностям. Хотя, навряд ли произошедшее является лишь жизненной трудностью – слишком слабое название для ситуации. Его жизнь разделена на до и после, и никакой из данных сторон он не рад. Когда с малых лет на твоих глазах разворачиваются сцены насилия, которые уж слишком часто происходят и впутывают тебя, то о какой здоровой психике может идти речь? Парень до сих пор и скорее всего всю свою жизнь будет шугаться разных звуков и избегать любой тактильности с человеком. Любое прикосновение пугает, заставляет его тело продрогнуть каждым миллиметром кожи. Уж слишком страшно и неприятно от этого. Теперь он живёт у родителей мамы – бабушки и дедушки. Они стали его опекунами. Нужно сказать, что это лучший исход, о котором он даже и не думал. Как только встал вопрос о дальнейшей жизни мальчика, родители матери сразу дали понять, что заберут внука жить к себе и не позволят родителям отца иметь хоть какую-то опеку над ним. Слишком долго терпели все. Ситуация была запущена до жуткой крайности, через которую пришлось переступить. Жизнь подростка просто поломали. Они ведь могли вмешаться и помочь раньше.. Всё произошло как реакция бомбы замедленного действия. Сначала всё протекало медленно, будто давая надежду, что всё ещё можно вернуть в нормальное состояние. Это была лишь часть пытки от жизни. А потом всё произошло как по щелчку пальцев, отправив Казутору в иное измерение, являющееся клоном настоящего, где вроде всё так же, только вот этого "всего" уже и нет. Взрыв разрушил всё. По старому уже не будет. Никогда. А новое не всегда значит что-то хорошее. Прошло чуть больше двух месяцев как Ханемия живёт в этом доме. На него не сильно обращают внимание, наверное, у старших свои заботы, либо понимают, что смысла следить за каждым сделанным шагом подростка нет. Для них нет смысла. Голова на плечах есть – значит, думать может. А уж все подростковые проблемы, разбитые сердца и психологические травмы они и понимать не возьмутся. Для них это всё брехня, а для подростков смысл жизни. Они ведь только начинают сталкиваться со всей серьёзностью жизни. Вот так и живут разные поколения и ведь обоим чтобы наладить между собой взаимопонимание нужно подстраиваться друг под друга. Но многим видно гордость не позволяет принять хотя бы что-то новое в их жизни, хотя бы услышать мнение подростка. Поэтому Казу и молчит. Молчит, потому что любое его слово высмеют, а любое его действие в глазах этих взрослых понесёт ту же реакцию — высмеивание. От потери дочери родители не сильно оправились, но и не сильно страдали. Это взрослые, они за свою жизнь уже многое повидали и натерпелись. Они то знают как с этим справляться, как с этим жить или как это отпустить. А Ханемия подросток - он не знает как с этим жить и что делать. Помочь ему видимо никто из них не собирается. Больно, но как они говорили – ожидаемо. Знали чем закончится этот брак. Тогда почему ничего не предприняли? Неизвестно. Предупреждали? Родительское сердце ведь многое чувствует, хочет защитить? Но всё же между вечной опекой над своим чадом они дали свободу и самостоятельность своему ребёнку. Или может быть, мама Казуторы не была для них так любима, как её сестра? В любом случае – никого из нас вечно опекать не смогут. И уж лучше быстрее научиться отвечать за себя самостоятельно, нежели надеяться на кого-то. Человек в любой момент может уйти: к другому или в мир иной. Сейчас, как и раньше вся забота ушла на другую их дочь и её детей. Мальчишке рано пришлось повзрослеть. За Ханемией не сильно следят, он уже не маленький – 15 лет, совсем скоро 16, через месяц. Вполне способен самостоятельно делать обыденные дела. Крыша над головой есть, нужна помощь – попроси. Нет, они безусловно любят его – это же их внук, но время упущено, чтобы найти между ними связь. Они беседуют на разные темы, но не на личные. Держат допустимую дистанцию. Так Казу живёт и не жалуется. Это лучшее, о чём он может мечтать. Он благодарен, что ему обеспечили крышу над головой и нужную безопасность. И что к нему не лезут. Одному вроде как легче.. Но иногда так и хочется этой любви и защиты. Сильного плеча рядом. Хотя бы от опекунов. Но когда мозг понимает, что требовать от них должное внимание себе хуже, то он начинает переводить тему включая защитную реакцию. У стариков у самих уже кукуха едет в край. При любом удобном случае в разговоре, где затрагивается что-то пересекающее их выстроенные рамки, опекуны говорят, что если Ханемии что-то не нравится, то пусть он сделает им поблажку за их возраст. Вот так всё просто. Кто бы и ему позволил так сделать? Верно, никто. Он один тухнет в этом чёртовом карцере под названием одиночество, руководствуясь болью, которая и завела его туда. Со всем остальным грузом на душе он разберётся, обязательно разберется. Мать бы не простила, если б её сын решил сдаться. Да и без лишних "семейных" забот ему лучше. Парень не верит в семью, как и в любовь к себе. Он просто-напросто боится этого всего. Почему-то, всё то, что заставляет жить и улыбаться его друзей и знакомых, дарит ему самому невероятно адскую боль. И вот вновь пункт, где жизнь поставила ему жизненную преграду. – Я ушёл, пока. Тихо, молча закрыв за собой входную дверь. Школьная пора, прошло только две недели как учёба началась, а кажется, будто с последних каникул прошла уже целая вечность. Погода обещает быть сегодня прохладной, а по утрам ещё холоднее. Чёрные штаны, футболка, а поверх неё серая толстовка и рюкзак. Тускловатенько, да, впрочем, кому какая разница до вида Ханемии. по крайней мере ему точно не интересно кто как одет. А его стиль вполне обыден для подростка. На форму плевать не только ему. Наушники в уши и капюшон на голову. На эти несколько минут до встречи, парень скрыт от глаз людей в своих мыслях. После всего произошедшего, новые опекуны решили, что в старшую школу парень пойдёт в новое для него учебное заведение, поближе к его новому дому. Ну вот опять всё не так как прежде. Казу понимал, что ему не адаптироваться в новой школе одному, он слишком сильно разбит, чтобы заводить новые знакомства, поэтому смог найти в себе силы и убедить перевести его в школу чуть подальше выбранной бабушкой. Это куда лучше, чем страдать потом ещё в разы больше. Там бы он в буквальном смысле слова был один. В этой школе у него есть друзья, с ними спокойнее. Куда легче, когда рядом есть кто-то за кого можно ухватиться, кто подождёт, кто прикроет тебя. С кем у тебя уже налажены отношения и кто поймёт твоё состояние даже если ты не озвучишь его. Буквально за две недели до начала учёбы документы были переведены и Ханемию приняли. Прям камень с души упал. Теперь он в одном классе с Ханагаки Такемичи и Хаккаем, а в параллели с ними учиться Хината Тачибана – девушка Ханагаки, Ацуши Сендо - Аккун, Макото Сузуки, Такуя Ямамото и Казуши Ямагиши. Старшая сестра Хаккая – Юзуха Шиба учится на класс старше. Находясь с ними ему спокойнее, мысли о произошедшем в прошлом пропадают, хоть и на время, но это такие счастливые минуты. Да и друзья не позволят ему уйти в себя. Такие моменты отзываются белыми точками на чёрной жизненной линии Казуторы. Не то чтобы стоит жить ради этих белых точек, нет. Но ведь со временем жизнь можно превратить в белую полосу в чёрную точку. Казу хочет жить, он правда старается сделать всё чтобы не сдаться. По пути парень заходит в кафе за завтраком. Обычно здесь они встречаются каждое утро с Хиной. Идти в школу им по пути. Девушка живёт в минутах десяти ходьбы от Ханемии. Совсем близко к школе к ним присоединяется семья Шиба, им вообще пары минут хватит, чтобы попасть в класс. За две недели учёбы у ребят уже выработался чёткий график их пути, включающий в себя не только время, но порой и темы для обсуждения, если накануне случается что-то интересненькое. Как говорит Юзуха: "Люблю потрепаться о случившихся страстях". – Доброе утро, Казу! – улыбка с лица Хины не сходит никогда. Только она в 8 утра может быть так счастлива и заставить других улыбнуться. Повезло Ханагаки с таким ярким и тёплым солнцем, которое постоянно рядом. Тачибана знает, что парень не даст себя обнять в знак приветствия, как она делает это с другими. Как почти все делают это друг с другом при встрече. Поэтому их знак приветствия это "дай пятюню на удачу". Казутора не против так здороваться. Этот жест не позволяет подпустить человека к себе близко. – Доброе. Давно ждёшь? – Пришла минуту назад. Я позавтракала дома, так что делай заказ и пойдём. В ответ последовал кивок. Ханемия никогда не проводит приём пищи в месте своего проживания. Да, он не может назвать это место домом, поэтому в разговорах, которые затрагивают тему где нужно использовать это слово, звучат разные синонимы. Его в принципе не застать за приёмом пищи. Плохо. Ни к чему хорошему это не приведёт. И всё же, парень находит отмазку даже для этого. Пока работает. Ясное дело, что всем его друзьям эта отмазка не нравится, но опять таки пока, они потерпят. – Доброе утро! Что будете заказывать? – милая девушка за кассой встречает парня добрым приветствием и с такой же улыбкой на лице, как и у Хины. Да как можно быть такими счастливыми в 8 утра? Что же их так бодрит и заставляет улыбаться? Работа ведь и так отбирает много сил. Неужто у них остаются силы на выражение эмоций или такие люди просто не могут по другому и такое дружелюбие у них заложено в характере? – Доброго, кофе с молоком, одна ложка сахара. – в отличие от работника за кассой, Казутора в лице не меняется. Повседневная маска? Вместо завтрака парень предпочитает кофе, чтобы взбодриться. Редким исключением бывает зелёный чай с круассаном с ванилью. Но это редкое исключение за пару месяцев его переезда было два раза - один из них был в утро выходного дня, когда все собрались на прогулку. Конечно, все близкие друзья заметили такую перемену в парне как резкий переход чуть ли не всего приёма пищи на кофе. Ну, на ужин и обед он предпочитает больше чай. Да и в весе он потерял знатно. Волноваться это заставит любого, кто дорожит человеком. Но ответы на любые замечания по этому поводу в свою сторону парень переводит в шутку. Пока работает – он этим пользуется. Ясное дело, что его друзья понимают, что это нормально для его состояния. Главное не затянуть с этим. Они следят, намекают, но не давят на Ханемию. "Спасибо" говорит он про себя каждый раз в ситуациях, когда видит, что друзья волнуются и пытаются помочь, но не давят. Через две минуты кофе был в руке парня, другой рукой он придерживал дверь для Хины как истинный джентльмен позволяя ей пройти, а самому последовать за ней. – У вас сегодня много уроков? – Хината кивком благодарит парня, за такой знак внимания к ней. Обычное действие, но девушек удивляет. Многие совсем прогнили, чтобы совершать хотя бы элементарные приятные поступки из вроде как норм этикета. Порой ведь можно, это не сложно. – 7. У тебя? – 6. Мы с Ханагаки пойдём готовиться к зачёту по алгебре после уроков, ты с нами? – Неа, мы с Хаккаем пойдём к Мицуе сразу после школы, а от него уже на собрание. Не затяните с зачётом, Такемучи ждать никто не будет. Остальное время пути до дома Хаккая и Юзухи было убито рассказами Хины обо всём на свете. Девушка увлекалась всем, чем только можно было, поэтому темы для разговора у неё находились всегда. Казу всё задаётся вопросом, как она настолько глубоко может погружаться в любую интересующую её тему, так ещё и разбираться в ней на ура. После к её диалогу подключилась Юзуха, а Казутора с Хаккаем разговаривали о своём. Точнее, Хаккай жаловался на то, что семь уроков для него сущий ад, и он не выдержит эти сутки. Такое слушать приходится каждый день и каждый этот день Хаккай Шиба остаётся живым и невредимым. С виду. Мозг у него точно кипит от такого объёма информации с уроков. Как Юзуха с ним справляется? Наверное, об этом лучше никому не знать. Пусть это будет тайна семьи Шиба. Или пусть это будет страшной тайной о том, как воспитать Хаккая. Этой байкой можно пугать непослушных детей. Куда лучше попросить совет у Мицуи. Он тоже прекрасно справляется с этим человеком. Как только все четверо ступили на порог школы, то мигом разошлись по своим кабинетам, перекинувшись парой фраз, где встретятся на следующей перемене.

***

*Тук-тук-тук* – Таканчик, открывай! — Шиба как всегда орёт, будто его лучший друг находится за тридевядь земель. Вместо так любимого Хаккаем Таканчика –Мицуи Такаши, дверь открыла одна из его младших сестёр – Луна. – Привет! – девочка всегда была рада приходу друзей брата, особенно Хаккаю, он часто приходит к ним и играет как с ней, так и с её сестрой. Мицуе чуть ли не постоянно приходилось сидеть с сёстрами пока они были маленькими, а мама находилась на работе. Сейчас девочек уже можно оставить одних на пару часов. – Луна, пусти их в дом, – голос перебивал звук шумящей воды. На кухне за столом сидела вторая сестра Такаши – Мана, она была на пару лет младше Луны. Девочка пила чай, смотря мультики. Луна присоединилась к сестре, как только закрыла за парнями дверь. Мицуя домывал посуду. Хаккай потрепал девочек по голове и подошёл к столу, налил себе чаю и присоединился к просмотру мультиков. – Хаккай как будто твой третий ребёнок, – облокотившись на подоконник произнёс Казу. Вместо приветствия, парни махнули друг другу рукой. – По виду и не скажешь, что ему 15 лет. – Вообще–то, мне вот вот будет 16, – Шиба никак не выглядит на свой возраст, он кажется куда более взрослым. А вот по его поведению можно сказать, что с сёстрами Мицуи они одногодки. – Да вот тоже подозреваю. – Когда успел? – Кто знает. – парень привык к этой картине. Она стала для него обыденной и комфортной. Хаккай и Такаши имеют сходства внешне, да и Мицуя относится к Юзухе и Хаккаю как старший брат. И всё же, родственниками они не являются. – Ты что-то будешь? Казутора качает головой в разные стороны. – Ладно, – вытирая руки полотенцем продолжает, – нужно поговорить по поводу темы сегодняшнего собрания. – Грядёт что-то интересное? Мицуя, спойлеришь раньше времени? – Мы досмотрим серию и я к вам присоединюсь! - выкрикивает Хаккай, явно показывая свою заинтересованность к просмотру мультика и желанием узнать что решили обсудить парни. Видимо, в мультике происходит сейчас самое интересно, что Шиба не может оторваться. Будь у него возможность разрываться, он бы ею не воспользовался. Ну, дурень. Мультик его привлекает куда больше, чем тема обсуждения по поводу собрания. И всё же, ему интересно, но мультик лучше. Казутора уже говорил, что считает Шибу маленьким бесталковым мальчишкой? – Ну, допустим мы тебя подождём пару минут, – сказал Мицуя. – Но это только допустим. – Ладно, ладно. Потом досмотрю. – Хаккай переместился из-за стола на диван, Ханемия остался стоять у окна, а Такаши облокотился на столешницу. Теперь, все были вовлечены в грядущий разговор. – После той драки, девятое поколение чёрных драконов распалось, некоторые члены решили перейти к свастонам. Впрочем, идея мне не кажется плохой. – Да, двое главных заместителей брата спрашивали меня о переходе к нам. – старший брат Хаккая и Юзухи – Тайджу Шиба является главарём банды девятого поколения чёрных драконов. Точнее, являлся им. Девятого поколения больше нет. Тайджу мерзкий и противный тип. Хорошенько покалечил жизни своих младших. Он неоднократно избивал их, угрожал и прочее, что им не хотелось бы вспоминать. Недели полторы назад, у Хаккая сдали нервы терпеть унижения брата, ну и весь этот семейный конфликт вылился на группировки. В конечном итоге того дня чёрные драконы пали, а Тайджу собрал вещи и ушёл из дома, пообещав больше не приближаться ни к дому, ни к членам семьи. Человек он и плохой, но обещания сдерживал всегда. Хоть Юзуха с Хаккаем и лишились старшего члена своей семьи, они понимали – это к лучшему. – Майки решил принять их, другого не ожидалось. Но встал вопрос, к какому отряду их лучше присоединить. – В этом есть проблема? – немного переформулировав в голове вопрос, Казутора переспросил. – Ну точнее, разве есть разница в какой отряд их отправить? – Задаю тот же вопрос, — подхватил Хаккай. – Я особой проблемы не вижу. Просто, гопники этой группировки слегка специфического характера, лично для меня. Если конечно можно так выразиться. – если быть честным, Мицуе они не нравились. – Характер людей находящихся в отряде почти не играет роли. Важен характер капитана отряда и его заместителя. В особенности важно их взаимоотношения. Или кто-то претендует на одну из этих должностей? – Ханемия вновь задаёт вопрос. – Возможно, этого нельзя отрицать. Но никто не будет рассматривать их на эту должность, у нас уже всё укомплектовано, — сделав небольшую паузу, Мицуя продолжил. – Кроме твоего отряда, Казутора. Тебе нужен заместитель капитана отряда. – Мне и одному хорошо. Да и пятый отряд вроде не жалуется. – Жалуется, не жалуется, но это правила свастонов, ты же понимаешь это? – Такаши лишь тяжело вздыхает, показывая то, как его накрывает усталость от объяснения элементарных вещей. – Конечно, понимаю и правила, и то, что мне и правда нужен человек в помощь, но я никого не могу найти на должность заместителя капитана пятого отряда. На данный момент я не вижу никого моим заместителем. Как только я пойму, что могу доверить этому человеку свой отряд и должность, то он встанет на неё. Мы как никак уже не дети малые и наши драки не игры. Это всё играет уже куда более серьёзную роль, поэтому я подхожу к этому ответственнее. – Я понимаю тебя, но… – Мицуя задумался, пытаясь подобрать правильные слова, чтобы не задеть парня. – Ты уверен, что сейчас способен вести весь отряд в одиночку? – Веду же. – Прошло мало времени, от произошедшего нельзя так быстро оправиться, — подметил Шиба, явно понимая, что Мицуя боится как-то задеть Ханемию и позволить ему вспомнить тот ужас. Хоть всех подробностей никто и не знал, парень так и не обсудил ни с кем ситуацию, но на заседании суда всё нужное для понятия всей картины было озвучено судьёй и адвокатами. Ребята присутсвовали там, поэтому всё было услышано. – Я и не говорил, что оправился от потери, - Казутора перевёл взгляд с Хаккая на Такаши и продолжил. – Я в порядке, правда. Я в состоянии вести отряд один. Всё равно рано или поздно появиться тот, кто станет мне замом. А пока я и в одиночку справляюсь. Тут какая-то безвыходная ситуация складывается просто. Я не собираюсь делать всё только из-за какого-то ограничения во времени. Поспешу с выбором и все испорчу. – он понимал, что Такаши волнуется, но Ханемию тоже выводят из себя постоянные разговоры, упоминания о незажившей ране. Будто он сам не понимает те вещи, о которых ему говорят. Дайте время и всё будет. Но сейчас не нужно мучить его. – Тем более, я же не всё своё время отряду посвящаю. – Хорошо. Поверю на слово, что ты в порядке и в ближайшее время найдёшь человека на должность. – Мицуя перевёл взгляд на Хаккая, явно показывая, что ждёт ответа от него, тот кивает, как знак, что тему лучше закрыть и не тратить, и так, потрёпанные жизнью нервы Казуторы. После полученного ответа парень продолжил. – Думаю, Майки направит их в первый отряд к Баджи с Чифую. К нам во второй отряд они не пойдут из-за Хаккая, в третий к Пачину и Пэяну отправлять кого-то с характером не лучшая идея, в четвёртом их Нахоя задолбает, что Соя сам перейдёт в другой отряд от закидонов брата, а тебе лишний гемор не нужен. – Понимаю. Но если уж они собрались состоять в банде, то должны понимать, что свой характер показывать не надо. А так, я бы посмотрел на эту картину с братьями Кавата. С Нахоей точно лучше не связываться, если ты как-то хочешь показать себя. – Вот и остаётся Баджи с Чифую, - подметил Хаккай. – Баджи таких сразу пристроит.

*****

– С добрым утром, Сейшу. – Акане открывает дверь в комнату младшего брата с уже обыденной для обоих из семьи Инуи фразой. Нет, это не так. Обыденной она была лишь когда Сейшу был маленьким, сейчас она осталась такой только в мыслях девушки. Тем более, уже несколько лет она не получает ни звука в ответ. Брата в комнате уже нет. Бывает ли он в ней вообще? – Коко, Сейшу уже ушёл? – Акане покинула комнату брата. С другой комнаты послышался ещё сонный голос. – Входная дверь минут 10 назад хлопнула. Наверное, он был. После пожара произошедшего 6 лет назад Сейшу и Акане остались без родителей. В тот день жизнь этих двоих могла оборваться – они чудом выжили. Сейшу отделался лёгкими ожогами. Самым выделяемым из них остался на лице и по поводу него парень сильно комплексует скрывая травмированную кожу под волосами. Пламя задело часть лба, висок и глаз. К счастью, зрение потеряно не было – ожог почти никак не задел глазное яблоко. Остальные шрамы и ожоги удавалось скрывать под одеждой. А вот его старшей сестре – Акане досталось куда больше. Всё её тело было изуродовано ожогами. Она пережила множество операций, чтобы восстановить организм. После случившегося девушка ещё год не могла даже встать с постели. Вот она и правда чудом выжила в тот день. Не то чтобы Сейшу считал себя случайно выжившим, но да. Зачем он тогда выжил, он так и не знает. Без Коконоя Хаджиме старшая Инуи скончалась бы через месяц. На операции требовались круглые суммы. Коконой безумно любил Акане, на тот момент ему было 10 лет, ей 15. И всё же их чувства были сильны даже в столь юном возрасте. Хаджиме за короткий срок стал главой преступного мира в сфере финансов. Любой способ лишь бы от него был доход. Так парень мыслил в то время, он делал все, чтобы можно было спасти девушку. И спас. Он оказался гением в столь юном возрасте, ведь то, что он проворачивал было похоже на что-то сложное, что понять мог лишь Шерлок Холмс и такие же как он гении. С того момента прошло 6 лет. Коконой и Акане влюблены друг в друга по уши и по сей день, за эти годы их чувства не угасали ни на секунду, а Сейшу.. а что он? Он мечется из стороны в сторону в поисках своего места. Все эти 6 лет для него неимоверный груз бремени. Каждый божий день он винит себя, что его вытащили первым из того горящего здания. Он винит себя в смерти родителей и в ущербе, который понесла его старшая сестра. Ведь если бы тогда Коко вытащил первой Акане, то её судьба была бы куда легче, а Сейшу сейчас не пришлось бы страдать. У него не осталось никого. Он вынужден лишь быть привязанным к сестре и жить на деньги Хаджиме, чтобы не помереть в этом мире в одиночестве. Хотя он уже по уши в этой дыре. В тот день Инуи потерял не только родителей. Он потерял семью, потерял друга, потерял себя. В тот день его душа сгорела, а её оболочка осталась. Он потерял веру в то, что может быть так же любим кем-то как Акане. Он потерял веру в то, что найдёт своё место. Он потерял веру в то, что нужен кому-то. Есть ли вообще смысл в этих чувствах? Неужели? Сейшу знает, он есть, он видит наглядный пример перед собой уже 6 чёртовых лет. Но он считает, что не заслуживает того же. Иначе, он бы не был так сильно убит морально. Ему тоже хочется подобного, но кому он блять сдался в этом мире, если у него даже друзей нет. Долгое время парень пытался хоть что-то сделать, чтобы выкарабкаться из этой ямы. Но он не увидел протянутой ему руки. И тогда он смирился с тем, что исход его жизни должен быть именно таким. Что он должен сгнить в этой боли от одиночества. Не-нуж-ность. Инуи Сейшу как бельмо на глазу Коконоя Хаджиме. Он стал обузой в жизни старшей сестры, а потом будто и в своей жизни. Ему было 10. В 10 лет потерять всё в одну секунду по щелчку чьих-то пальцев. Для него Земля начала вертеться в другую сторону. Либо же она остановила своё движение, потому что он не чувствует себя живым. И вроде бы они с Коко всегда вместе, даже в банде. Это всё лишь из-за привязанности к Акане. И как бы Сейшу не закрывался, не скрывал себя, за 6 лет его рана не зажила. Он окончательно потерялся. В этом мире он совсем один. И с этой мыслью он уже не раз накладывал на себя руки. Но завершить не смог ни один из всех разов. Все шрамы на теле скрыты одеждой, все выпитые таблетки уже давным-давно покинули его организм, весь выпитый алкоголь поступил так же, все переломанные кости уже срослись, все душевные раны скрыты обыденной маской. И всё же, живое место осталось, хоть оно и равно размеру с миллиметр. Этого хватит, чтобы начать работать над собой. Чтобы работать с кем-то, кто вернёт его к жизни, пока это возможно. В одиночку он справиться с этим не в силах. Но Сейшу этого не понимает. Он этого не чувствует. Ему лишь больно. И всё. Если кто-то сейчас протянет Сейшу ту руку помощи, в которой он нуждается все эти 6 лет, то дай бог он хотя бы посмотрит в её сторону. И всё же он ждёт. Чего-то ждёт, пока не понимая чего, потому что сил уже нет копаться в себе. С 10 до 16 лет парень чувствовал только боль, ненависть по отношению к себе и…страх. Он не зачерствел. Ему до сих пор страшно. Но он шут. Необычный шут. Он не покажет страх и другое скрытое им в душе, он сбежит. Сделает всё, чтобы к нему не приближались. И сдохнет в одиночестве в этой чёртовой яме, в которую он каждый раз возвращается после школы. Яма – дом Хаджиме. Рана – его жители. Протянутая рука – чувства кроме боли. Но всё слишком запущенно. Такими темпами Сейшу осталось недолго. Он это знает. Он это.. принял? Для себя – нет. Страх никуда не пропал, он съедает его медленно, растягивая этот прелестный для дьявола момент ломки человека. Он будет тянуть этот момент до последнего вздоха, да и после него пока тело окончательно не опустеет. Из него высосут всё. – Опять он ушёл даже не показавшись.. Слишком поздно сестра заметила, что брат умирает. Она уже не в силах помочь ему. Виновата ли она? Да. Но только с тем, что не заметила, как Инуи умирает, хотя именно ей оставалось следить за ним. Нет, не берём год восстановления, не берём ещё год, пока она училась жить заново. Но ни десятилетний ребёнок, ни двенадцатилетний не знает, как справляться с жизненными трудностями. Он только познаёт их, у него даже опыта в этой сфере нет. Как по-вашему он должен пройти их? Инстинктом самосохранения. Тогда, десятилетний мальчик им и воспользовался. Он закрылся, когда его попытки справиться со всем этим были отвергнуты. Ситуация была почти безвыходной. Он просто не смог бы прийти к другому решению. Акане виновна лишь в том, что только когда брату уже стукнуло 16 лет заметила его проблемы. Он уже не откроется ей вообще. Как и Коконою. Поздно. Да, она и сама была подростком. Но одно дело, если бы она так и осталась одна, а другое дело, что она зациклилась на Хаджиме, позабыв о младшем брате. Всё время Сейшу избегает любых встреч с этими двумя. Приходит поздно, уходит рано. В выходные где-то шляется. Самый лёгкий способ – сбежать. Да вот только и к нему нужны мозги и силы, чтобы тянуть этот марафон как можно дольше и при этом не сломаться. И всё же, Инупи правильно сделал, что выбрал этот способ. Начни он хоть как-то взаимодействовать с сестрой и её парнем – его рана закровит куда сильнее, чем сейчас. Чувство вины и одиночества не будут давать ему даже спать. Спасибо, этого ему не надо. – Мы сегодня присоединяемся к свастонам, я поговорю с Сейшу. – Коко, не дави на него сильно, пожалуйста. – Понял-понял, я пошёл собираться. – поцелуй в щёчку послужил знаком прощания, так как парень уже опаздывал.

***

Уроки закончились, до собрания оставалось 3 часа. Закинув рюкзак на плечо, Сейшу пулей мчит к выходу из школы, да и куда по дальше, чтобы лишний раз его никто не успел остановить. И всё же, идея как убить эти три часа должна появиться в голове. Парень заворачивает в один из дворов, видит свободные качели и занимает их. Единственное, что позволит убить это время быстрее – музыка. Три часа парень так не просидит – пятая точка совсем затечёт. Спустя час Инуи покидает площадку с решением, что перекусить ему не помешает. Купив какой-то сэндвич, он принимается бродить по улицам города, всё также продолжая слушать музыку и стараясь забить свою голову лишь вечерним собранием. Сегодня он станет частью свастонов, ему известно о схеме и правилах в этой группировке. Известны и капитаны отрядов, а также их заместители. Ему не раз приходилось с ними сталкиваться. Только вот заместителя пятого отряда, он будто никогда не встречал. Либо просто не обращал внимания на него. Ему не нравилось это, так как он привык всегда быть готовым к чему угодно, если ему приходится с кем-то связываться. А тут он не знает кем занято это место. В мыслях пролетело предположение: "Вдруг это тот желтоволосый друг Хаккая?" Инуи говорит о Такемичи. Но эта догадка сразу отпадает. Не может заместитель пятого отряда иметь такие слабые навыки в бою, когда у них так много хороших бойцов. Парень отбросил эти рассуждения и принялся отвлекать мозг от раздумий, читая все номера на проезжающих машинах. Коротает время.