Идеальная стратегия

Кровь кипела, в голове шумели комбинации. Сяо Чжань видел чуть ли не тысячи вариантов возможного исхода и как всегда верил лишь своему чутью. Он едва касался точеных краев фигур, быстро передвигая их с клетки на клетку. В груди ворочалось волнение. За все свои турниры он все к нему не привык, но полюбил всем сердцем. Атмосфера поглощала, сердце отстукивало словно с таймером в унисон. Перед ним сидел Ван Ибо. Молодой, амбициозный. Яркая новая звездочка, быстро пробившаяся в свет. Нет, Сяо Чжань ему совсем не завидовал. Он скорее был заинтересован. Гораздо больше, чем хотел показать. Ибо был хорош. В начале он вырывал победу чуть ли не зубами, загоняя в тупик в самом конце. Опыта было немного, но ум чувствовался. Примерно тогда Сяо Чжань его и заметил. Едва перешагнувший возрастной рубеж Ибо прочно занял его внимание, заставляя вновь и вновь пересматривать турниры с его участием, чтобы понять его… как соперника, разумеется. Это была не первая их финальная игра. Сейчас интуиция Сяо Чжаня молчала, с трудом успевая подбирать ходы, потому что Ибо сегодня рвал и метал, загоняя буквально в угол. Кажется, Сяо Чжань был бы готов отдать этому парню все, но только не первенство в шахматах. Это было выше его гордости. Шах и мат. Сяо Чжань с трудом сдержал лицо. Ибо смотрел самодовольно, немного с вызовом. Он весь сочился каким-то удовлетворением, начиная от кривой ухмылки, до позы, в которой он оказался, едва коснувшись в последний раз таймера. — Спасибо за игру, — привычный обмен рукопожатиями. Внутри плескалась странная горечь. Похоже, Сяо Чжань где-то в самой глубине своей души ожидал своей победы, потому что играть с Ибо казалось легко. Но оказалось, что это больше похоже на игру с огнем. Невозможно угадать, обожжет ли он тебя в следующий раз. Домой Сяо Чжань поехал в смешанных чувствах, не зная, от чего расстроен больше. От ошибки собственной интуиции или от собственного поражения в схватке с человеком младше него самого. Думать об этом совершенно не хотелось. Но почему-то очень хотелось о Ван Ибо. Буквально тем же вечером он получил приглашение. Шахматный клуб, совсем рядом с домом. Давно Сяо Чжань не бывал в таких местах, но отказываться точно не собирался. На входе его узнали сразу же и проводили до нужного места. Это была отдельная комната с плотно закрывающейся дверью. Сяо Чжаню бы ничего грешным делом не подумать, в такой-то обстановке. — Господин Сяо, я так рад, что Вы приняли мое приглашение, — Ибо сидел один перед столом с расставленными шахматами. Его низкий голос звучал слишком интимно внутри закрытой комнаты, что Сяо Чжань невольно вздрогнул, — сыграем? По-дружески. — Когда же мы успели стать друзьями, — Сяо Чжань сел за стол перед ним, — господин Ван? Ибо промолчал, лишь указал на доску. Сяо Чжань должен был начать первым. Напряжение не стояло в воздухе. По крайней мере, в привычном Сяо Чжаню понимании. Это была игра не ради игры, не ради возможности понять тактику противника. Весь процесс был наполнен чем-то странным, сокрытым где-то глубоко в темных глазах, что лишь на мгновение переставали рассматривать его лицо, но возвращались к этому вновь. Сяо Чжань не мог понять Ван Ибо, а тот, похоже, не мог сделать этого в ответ. Все застыло в невысказанном интересе. Сяо Чжань чувствовал, как он пробирает его до кончиков волос, скапливаясь теплом где-то в самом низу ребер. Сяо Чжань передвинул пешку и поднял глаза, вновь встречаясь с пристальным взглядом напротив. Ибо же словно бездумно двигал фигуры. Его мысли были сейчас не здесь. Ни на этой доске, ни на фигуре, лежащей в его изящных пальцах, их не было нигде из этого. — Мат, господин Ван, — Сяо Чжань легонько стукнул ладью на клетку. Ибо даже не выглядел удивленным. Он неслышно усмехнулся и согласился: — Мат. — Может, Вы и на чемпионатах со мной, — Сяо Чжань облокотился на стол и придвинулся, сокращая расстояние между их лицами, — так же по-дружески сыграете? Ибо промолчал. Но в его глазах промелькнуло что-то пугающе хищное, что Сяо Чжань невольно отпрянул, возвращаясь в свое прежнее положение. Ибо поднялся и вновь взглянул на него. Вновь с проскользнувшей шальной искрой. И одним плавным движением руки смахнул все фигуры на пол. Сяо Чжань сухо сглотнул и посмотрел на рассыпавшихся по полу разномастных участников игры и усмехнулся. Почему его это забавляло? — Что же вы так неаккуратно со своей королевой? — он поднял в руки поблескивающего черного ферзя и немного покрутил в пальцах, бросая мимолетный взгляд на Ибо. — С королевой я, может, и не очень аккуратен, — тот понизил голос и потянул Сяо Чжаня на себя, пересаживая его со стула на стол. Фигурка выпала из рук и с тихим стуком вновь вернулась на пол. Ибо приблизился к его уху, заканчивая предложение, — но с королем обещаю быть предельно осторожным. Сердце быстро застучало в костяной клетке. Дыхание сбилось, совершенно не умещаясь в легких. Сяо Чжань дрожал, чувствуя прикосновения чужих рук и все еще ощущая отголоски мурашек от вкрадчивого голоса, кажется, давно затихшего в звуке шумных вдохов. Ибо щекотал ухо дыханием, скользя кончиком носа по коже под ним. Парня потряхивало. Он словно с трудом сдерживался, раз за разом натягивая собственную узду. Хотя, казалось бы. Пальцы сами нашли чужие плечи. Сяо Чжань чуть надавил на них, заставляя Ибо отстраниться. Он хотел заглянуть в глаза, узнать, выползла ли та глубинная тьма на поверхность. Сяо Чжань не знал, только ли это он искал. Ибо смотрел, почти не моргая, внимательно ловил каждое движение. — Вы уверены, что все это еще по-дружески, господин Ван? — Сяо Чжань бегло провел по плечу, невесомо коснулся шеи, точно высеченной из мрамора, и замер на линии челюсти. Подушечки пальцев словно жгло. Сам Ибо был горячим, словно паровая машина, окутывающий своим жаром, словно это было в порядке вещей. Сяо Чжань даже не силился этому сопротивляться. Погружался в это с головой, нырял все ниже, даже не замечая, сомкнулся ли тот жар над головой, отрезая путь назад. Он просто не собирался искать пути назад. Сяо Чжань всегда был упорным. С первого взгляда так не скажешь. С первого взгляда он мягкий, податливый человек. Хотите остаться с этим впечатлением — держите дистанцию. Если нет, то с ним стоит знакомиться ближе, чтобы узнать внутренних демонов и потом здороваться с ними за руку. Иногда он до противного упертый и решительный, например, как сейчас. Сяо Чжань сам это понимал, именно сейчас, когда видел неутолимый голод в чужих глазах и просто хотел. Может, утолить этот голод, а может, забрать часть себе. Ибо и так был жутко привлекательным, а в тех чувствах, что оплели их как ядовитый плющ, стал таким, что подрагивали колени. Палец сам коснулся уголка пухлых губ, двинулся дальше, дотрагиваясь до них самих и ловя огонь дыхания на себя. Сяо Чжань был готов гореть под ним, как сухая трава. Предвкушение покалывало в кончиках пальцев. А воздух вокруг словно вот-вот собирался полыхнуть. Сяо Чжань терял голову, но был уверен, что полностью это контролирует. В невесомом поцелуе Ибо коснулся его пальца и за мгновение убрал руку от своего лица. В нем бурлила кровь, горячность. В глазах плясал огонь и желание, он не мог отказать себе и качнулся вперед, утаскивая губы Сяо Чжаня в свой плен. Воздух обжег горло, заставляя Сяо Чжаня отпрянуть, но недалеко: не сдаться под таким напором было просто невозможно. Он был уверен, что все под контролем, под точным расчетом, в пределах идеальной стратегии. Может, он просто убеждал себя, а может, действительно хотел этого. Страсть туманила мысли. Губы начали колоть от приливающей крови, вспенивая погребающую его пучину все больше. Ибо не был нежным. Он словно боялся не успеть, грубовато прихватывая губы, а заодно и воздух, который, кажется, мог поплавить все вокруг. — Слишком быстро, — со смешком шепнул Сяо Чжань едва оторвавшемуся парню. У него темнело в глазах, а сердце колотилось как бешенное. Самое неподходящее время, чтобы жаловаться на свой возраст. Ибо будто что-то для себя решил. И вновь окинул шалым взглядом. Сяо Чжань не замечал за собой особой реакции на чужие взгляды, но этот… он был будто в разы тяжелее, чем те, что дарили ему другие, опутал, словно крепкая сеть, утянул в омут горячих чувств. Ибо правда стал медленнее. Целовал тягуче, мягко оттягивая губу и неспешно проходясь языком по кромке зубов. Парень быстро учился — его главное преимущество перед «идеальной стратегией» Сяо Чжаня, что теперь тонула в горячем меду ощущений. Жажда в Ибо все еще чувствовалась, она пропитывала его каждое, даже малейшее движение, но теперь она лишь сильнее пьянила. Сяо Чжань тихо всхлипывал в поцелуй, даже не надеясь делать это незаметно. Ибо шарил по его спине, скользил пальцами по узору свитера, позволяя теплу своего тела просачиваться сквозь вязку. Он прижимал ближе, окутывая, кажется, даже своим запахом. Ибо медленно отпустил его губы, несильно оттянув нижнюю напоследок. От его взгляда, темного, прошитого игривыми искрами насквозь, внизу живота разлилось колючее возбуждение, а сам Сяо Чжань будто заново потерял голову. Губы, припухшие, горящие огнем от поцелуев, коснулись челюсти. Мягко, почти невесомо, не срываясь на тот быстрый голодный темп, что был в начале. Ибо целовал, оставлял на коже невидимые метки и улыбался, как самый распоследний негодяй, на каждый несдержанный вздох. Нет, Сяо Чжань не терял контроль, он просто… просто постепенно передавал полномочия. На самом деле Сяо Чжань хотел бы видеть эту улыбку. Кривая ухмылка хоть и будоражила его мысли каждый раз, но была чем-то другим. Ибо продолжал, совсем не скупился на ласку. Угол челюсти, вздутая венка, яремная впадина — Сяо Чжань вздрагивал каждый раз, нутром ощущая его довольное урчание. От этого хотелось коснуться чужого горла, почувствовать вибрацию ладонями. — Сяо-лаоши так больше нравится? — хриплый шепот коснулся его уха, а язык влажно прошёлся по мочке. Сяо Чжань хныкнул, крепко зажмуриваясь. Глупые вопросы, Ван Ибо. Зачем слышать ответ? Ибо коснулся его волос, пропустил сквозь длинные пальцы. Дрожь вновь прошлась по телу, заставляя открыть глаза. Парень все еще щекотал своим дыханием шею, выжидал, словно настоящий хищник. Он медленно скользнул ладонями вниз, по пояснице, огладил бедра и быстро подхватил. От неожиданности Сяо Чжань вцепился в его плечи, прижимаясь к тяжело вздымающейся груди, и почувствовал, как под кожей расползается кипучее удовольствие. От жара чужого тела, от странной легкости из-за силы чужих рук и талии, так удобно находящейся между его ног. — Не хочу отпускать, — Ибо зарылся носом в его плечо, заставив прижаться еще сильнее, — но хочу очень сильно. Он прижал Сяо Чжаня к столешнице, практически накрывая собой и вжимая в лакированную доску. Даже через слои ткани чувствовался сердечный ритм, отстукивающий марш безбожно потерянного контроля. Сяо Чжань едва глотал воздух. Касания становились быстрее, отчетливее в подавляемом желании. Ибо вновь целовал его шею, широко мазал языком, кажется, даже задевая кромку тонкой водолазки. Его горячие пальцы, быстро оттянули ее ниже, открывая новый участок кожи, и он не медля коснулся его губами, с усилием втянул, заставляя сдавленно зашипеть и еще сильнее стиснуть пальцы на чужих плечах. — Ван Ибо, — оттянул его за волосы, встречаясь с беспросветной темнотой глаз. Взгляд почти безумный, вобравший чуть ли ни все сумасшествие мира. Сяо Чжань почти поперхнулся собственным возмущением. — Ничего не могу с собой поделать, — прошептал парень, мимолетно целуя его приоткрытые губы. Может, была в этом особая пикантность — лежать на том самом столе, где буквально недавно было поле битвы. Пусть и образной, но со смертями и даже свержением монарха. А может, особая пикантность была в том, чтобы быть чьим-то призом, до этого став победителем. Дрожащие пальцы коснулись живота. Ибо заполз ими под свитер, оттянул водолазку. Сяо Чжань подался ближе, чувствуя, как внутри все обливается жаром, а кожа требует больше касаний. Ибо коснулся пупка, мазнул выше, по своду ребер и вновь двинулся вниз, приближаясь к скоплению возбуждения. Сяо Чжаню казалось, что он рассыпается на мелкие кусочки. Горячее желание плескалось в нем, словно в незакрытом сосуде, готовое оказаться лужей у чьих-то ног. Хотя о личности задумываться уже не приходилось — ее оставалось только чувствовать. Как она забирается под пояс брюк, касаясь напряженного члена, как она вновь и вновь целует его в шею, все никак не утолив свой безмерный голод. Ибо удалось стащить его брюки к щиколоткам. Кожи коснулась прохлада, на контрасте с огненным дыханием в их переплетении тел. Парень облапил его бедро, сжимая до белых пятен и отводя в сторону. — Ха-а, такой нетерпеливый, — Сяо Чжань со смешком коснулся его костяшек, отчего хватка стала крепче. Время и правда утекало сквозь пальцы, а желание, наоборот, разгоралось, словно съедая стопки дров. Сяо Чжань не корил парня за резкость, скорее он сам растворялся в ней. Ибо смачно сплюнул на пальцы и коснулся сжатых мышц, оглаживая их со всей мягкостью, на которую он, распаленный, был сейчас способен. Сяо Чжань ахнул, тут же закусывая кулак, и постарался расслабиться, чувствуя, как возбуждение растекается по сосудам, вновь наполняя конечности дрожью. — С-согни их, ах, — Сяо Чжань немного выгнулся, чувствуя расползающиеся от поясницы спазмы, и зажмурил глаза. Ощущения оплетали плющом, оборачивались цепями. Сяо Чжань часто-часто дышал, не в силах справиться с ними и Ибо, что прекрасно чувствовал ситуацию. Он очень быстро учился, считывал реакцию моментально и не позволял Сяо Чжаню терять запал. Слюна — самая ужасная смазка, но Сяо Чжань с трудом помнил, что у них была только она. Пальцы свободно двигались внутри. Частые вздохи постепенно превратились в хныкание. Удовольствие уже застилало глаза, а тело невольно содрогалось в попытке его усилить. Сяо Чжань ерзал на гладкой доске, чуть ли не слыша, как у парня скрипят зубы буквально на каждое такое движение. Он вытащил пальцы и потянул Сяо Чжаня на себя, заставляя сесть, а потом и вовсе снял со стола. — Поцелуете меня? — Ибо смотрел прямо, прислонившись к его носу, и чуть постукивал пальцами по его обнаженным бедрам. — Если я откажусь, то сбросите меня на пол? — Сяо Чжань усмехнулся и погладил влажный затылок. — Нет. Прекрасно, подумал Сяо Чжань и втянул парня в поцелуй, неизвестно какой по счету. Вновь все было тягучим, неспешным, словно мир вокруг был залит киселем. Сяо Чжань терялся в этом поцелуе, кажется, даже немного щемило в груди. Ибо медленно опускал его ниже. Член постепенно растягивал тугие стенки, а к ощущениям добавлялась наполненность. Сяо Чжань задыхался в поцелуе. Живот крутило возбуждением, а горло вот-вот было готово сорваться до стона. Хватка на бедрах все крепчала. Ибо держал ситуацию в своих руках, причем во всех смыслах. Он приподнимал Сяо Чжаня и опускал его, до упора насаживая на член. И целовал, глубоко и жарко, словно нет ничего в этом мире такого, что он хотел бы получить больше. Сяо Чжань дрожал, сбивался в дыхании, и комкал кардиган под пальцами. Внизу тянуло, а все тело заходилось в сладких спазмах. Казалось, возбуждение скапливается даже в кончиках волос, заполняя доверху. Ибо все сильнее сжимал пальцы и двигался все резче. Мышцы напрягались все сильнее, и Сяо Чжань многое бы отдал, чтобы увидеть, как перекатываются они без этих слоев вязаных кофт. Он невесомо коснулся острого кадыка. Кожа отдавала легкой солью, растекаясь чем-то приятным внутри. Ибо утробно рыкнул и стянул его с себя, укладывая грудью на стол. — Да что же…мх, — хрипло зашептал парень, одной рукой сминая его задницу, а второй отводя бедро и укладывая его тоже на стол. Он медленно толкнулся внутрь, но на этом вся неспешность кончилась, перерастая в откровенную страсть, кажется, изжигающую внутренности. Ибо не просто двигался, Ибо — трахал. У Сяо Чжаня перед глазами мутилось от сильных и быстрых толчков. Он скользил по столу и тихо скулил в рукав свитера, чувствуя, как обжигает каждое скольжение члена внутри. Ибо прижимался к нему, с шумом втягивал воздух у загривка. Он умудрялся и придерживать Сяо Чжаня за бедро, в ласке дотрагиваться до его члена и натягивать так, что Земля начинала вертеться в другую сторону. Ибо был слишком хорош! Мышцы в ногах тянуло, и Сяо Чжань постепенно забывал, где находится. Внутренности словно окутал огонь, пожирающий все, в том числе и мысли, не связанные с этими четырьмя стенами. — Тш-тш, — Ибо снизил темп и наклонился к его уху, когда Сяо Чжань невольно выдал высокий звук, — не хочу, чтобы хоть кто-то мог подумать, что я тебя тут убиваю. Убивает, разлагает, приводит в абсолютную негодность. Сяо Чжань бы подобрал много синонимов того, что Ибо сейчас делает с ним и с его адекватными мыслями, если бы голова хоть немного соображала не в горизонтальной плоскости. Ибо вновь ускорился, заставляя терять связь с реальностью. Сяо Чжань едва осознал, что кончил, готовый сползти на пол, словно весь из желейных костей и сытого удовольствия, утяжеляющего веки. Все мышцы сладко тянуло. Ибо вновь украл у него поцелуй. Игривый и мягкий, Сяо Чжань, кажется, целую вечность будет помнить все эти прикосновения к губам. Они уже успели натянуть одежду и даже слегка подчистить за собой улики, как ладонь Ибо оказалась у Сяо Чжаня в штанах. По позвонку пробежала дрожь. Меж ягодиц было влажно, и Ибо мягко коснулся натертого входа. — Думаю, там много осталось, но Вы же потерпите, — он провел пальцем еще раз и совершенно обезоруживающе улыбнулся, — совсем немного? Сяо Чжань чуть нахмурился, не в силах составить четкий вопрос. — Я очень хочу помочь, — Ибо понизил голос и столкнулся с ним носом к носу, — и очень хочу делать это всегда. Идеальная стратегия, кажется, не сработала, но Сяо Чжань совершенно не чувствовал себя проигравшим. Наоборот, похоже, это была его личная победа. Со сладким призом.