Нельзя!

Наконец прозвенел последний звонок, что давал понять, что все ученики свободны от объятий школы и могут свободно идти домой. Я как обычно фыркнув встал с места, накинул на себя рюкзак и скрылся зв дверью кабинета, пока тот набрался хохотом и голдёшем учеников. Как же меня раздражает это всё, весь этот голдёшь! Почему мир нельзя поставить на паузу, или куда лучше на отключение звука? Я переобулся в уличные кеды и вышел на улицу. Солнце светило во всю обдувая своим светом каждый листочек, оставлял блик на всем, чем можно и слепил глаза. Я был бы не против исключить последний пункт из списка действий этого большого золотого мудака. Вступив на землю весенней дороги я почувствовал запах приятного аромат цветов, только прошедшего дождя, сырости. Это единственное что я ценил в конце школьного дня. Идя по дороге весенней удицы я пинал камни, разбрызгивал лужи оставшиеся от дождя. В мыслях было пусто. Единственное моё желание на данный момент было желанием лечь в кровать, закрыть очи свои и провалиться в глубокий приятный сон, а не в очередной кошмар. Не успел я опомниться, как уже стоял на платформе метро и ждал свой транспорт, что как назло мне опаздывал. Вздохнув я взял телефон, встал в него наушники и включив очередную песню, поставил громкость на всю и вставил наушники в уши, заставляя дребежать барабанные перепонки.

***

Зайдя в просторную тёмную комнату я как обычно бросаю свой помятый рюкзак в угл комнаты, а сам падаю н мягкую кровать разпластав свои руки по всей длинные кровати. Желания что либо делать у меня не было, было лишь одно навязчивой желание-уснуть. Но... домашние дела сами себя не сделают. Через некоторое время солнце заходит за горизонт погружая весь мир во мрак. Закрыв учебник геометрии я устало вздыхаю и смотрю на часы. --21.50. Скоро начало "смены"-, пробубнил Юджин и взяв цветок с тумбы сел на кровать. Глаза начали бегать по цветку изучая тот. Белые лепестки, что были раскрыты отдавали приятным ароматом ромашки, хоть по форме он был и похож на ваниль. Сам цветок имел нежные увета и всё ещё не потерял ни форму, ни цвет, не смотря на то, что я уже несколько месяцев прокусывает его лепестки. Казалось, что он уже должен был завянуть, потерять свои формы, но нет, он всё ещё жив и служит своему "хозяину". Закинув на голову копюшон я как обычно ложусь на кровать и складываю руки на груди в форму креста, словно в надежде, что я не проснусь и меня вот прям так и похоронят в наволочки кровати. Вздохнув я кладу цветок в рот и еле чувствительность прикусываю кожицу того. Кожица лепестки прогинается с ярким звуком хруста. Я падаю в невидинье.

***

Открыв глаза я сажусь на кровать и протираю глаза. --Доброй ночи, Юджин-, послышался бархатно приятный голос моего начальника.