The Extinct Firefly (Потухший Светлячок)

И почему эта весна в Бейкон Хиллс была такой холодной? Переменчивая погода никому не нравилась, ведь первые пару дней может быть невероятно тепло до такой степени, что можно разгуливать в шортах и футболке. А потом город настигает северо-западный ветер и все меняется. Темные тучи заслоняют солнце, погода хмурится и начинает покрапывать дождь. Тогда жителям Бейкон Хиллс нужно немедленно снять с себя футболки и натянуть теплые свитера и джинсовые штаны. Вместе с Джорданом Лидия выехала с парковочного места больницы Бейкон Хиллс. Ох, как же мало времени она провела в палате Стайлза. Девушка хотела задержать до утра, но настойчивые звонки и сообщения матери не давали покоя. Было уже поздно, чтобы нарушать свои запреты. Лидия в последний раз с большой надеждой взглянула на Стилински, а потом быстро устремилась к выходу. Надежда. Возможно она больше похожа на иллюзию, за которую однажды можно дорого расплатиться. Но где-то в глубине души Мартин так яростно надеялась, что юноша поправится. И пока Пэрриш везет её домой, она в своей голове прокручивает весь день. Кадр сменяется один за другим. Обмякшее тело Стайлза болью отдается в височной части головы, отчего Лидия жмурит глаза и медленно облокачивается на прохладное стекло. Ночные фонари сменяются один за другим. Рыжеволосая рада, что Джордан не достаёт её вопросами и не высказывает свое мнение по отношению ко всему случившемуся. Когда Стилински лежал на холодной земле, а Скотт пытался привести его в чувства, Лидия ощутила удар между ребер. Это было какое-то ужасное и незнакомое ей чувство. Она испугалась за малознакомого парня. И даже сейчас это ощущение не покидало девушку. Лидия прикрывает глаза и снова в голове всплывает образ парня. Он спит на больничной койке. Его грудная клетка плавно поднимается и опускается вниз. На указательном пальце виднелся небольшой зажим, который следил за сердцебиением Стайлза. Мониторы издавали равномерный писк. Тогда Мартин удалось пробыть в палате не более пяти минут, потом резко в помещение ворвалась шатенка. Это была Малия, так друг Стайлза представил ее Лидии. — Эй, как ты? — Голос Джордажа вывел рыжеволосую из полудрёма. Девушка устало заморгала и попыталась сфокусироваться. — Хорошо, — отозвалась Мартин. — Думаешь с ним что-то серьёзное? Она так устала, что даже трудно было разбираться в случившемся. Девушка тяжело задышала, пытаясь поймать воздух. Ей так и не удалось узнать точную причину. Скотт сказал, что Стайлз просто переволновался, но в глубине Мартин затаилось недоверие. На секунду рыжеволосая испугалась. Как она будет следить за его состоянием, если девушка ни с кем не обменялась телефонами. Да и Стайлз не оставил своего номера. А как же их свидание? Лидия мысленно ударила себя по лбу. «О чем ты думаешь, Мартин! Какое может быть свидание, если парень находится в больнице.» Лидия видела, как Пэрриш хотел ее успокоить, когда его большой палец стал поглаживать руку девушки. Рыжеволосая поджала губы и едва-едва улыбнулась. Она бросила взгляд на экран дисплея, который был установлен на передней панели. 00:32. А-а-а-а-ах. Мартин уже знала, что на пороге дома ее встретит недовольная Натали. И повторится тот вечер, когда девушка выслушивала от нее лекции по правильному воспитанию. Девушка не первый раз заявляется домой в позднее время, нарушая все установленные правила. К тому же, Лидия не успела доделать тест по математике, а завтра его нужно было сдать. Главное, чтобы мама не рылась в её вещах. Иначе тогда случится семейная катастрофа. И тут вновь о себе дал знать Пэрриш. Он переплёл свои пальцы с пальцами рыжеволосой, слегка надавливая. — Я чувствую твое волнение. Думаю, что найду несколько слов для миссис Натали. Тогда домашний арест обойдет тебя стороной. — Спасибо, — благодарно выдавила Лидия. Кажется, Пэрриш что-то хотел получить взамен. Мартин уже оказывалась в такой ситуации, когда ее друг выручал её рыжую макушку. Лидии приходилось пару раз делать за него домашнее задание, посещать тренировки, а также во время матча вырываться из толпы и высоко держать плакат с надписью: «Джордан лучше всех. Джордана ждет успех». Девушка на секунду отдалась воспоминаниям, как Мартин старшая отчитывала парня, когда тот перебрал с алкоголем на её шестнадцатилетие. Тот случай сильно огорчил женщину, но Пэрриш сумел заполучить доверие матери Лидии. Их семья дружила с родителями рыжеволосой. Прошлым летом они смогли выбраться на дружеский мини-отпуск в жаркую Флориду. Невероятно. Но отец Пэрриша смог затащить Лидию на атракционы, которые отлично выполняли свою работу — насыщали тело адреналином. Никакие энергетические напитки не сравнятся с этим. Мартин зависла в своих мыслях. Она не заметила, как юноша заехал на заасфальтированную горку и заглушил мотор. В доме не было света. Почти, кроме комнаты на втором этаже и коридора на первом этаже. Лидия сжала губы. Она быстро избавилась от всех воспоминаний. На улице было так темно, что даже двухметровый фонарный столб не справлялся со своей задачей. Ведь с трудом можно было разобрать, какими прекрасными были цветочные клумбы и зеленая трава возле трехэтажного коттеджа Лидии Мартин. Натали любила все идеальное и цветы, но не любила ухаживать за всем этим. Поэтому три раза в неделю к ним приходил садовник и возился с придомовыми растениями. Пэрриш откашлялся: — Я пойду с тобой. Лидия пожала плечами. Ее губы превратились в ровную линию. — Если у меня с мамой будет очередной скандал, то твоя помощь понадобится. Но только завтра, — девушка сглотнула и продолжила, — сейчас я хочу спать. Будем на связи? Юноша вздохнул и прислонился к рулю так, чтобы видеть образ рыжеволосой. Он продолжал молчать и просто наблюдать за тем, как Мартин отстегивает ремень безопасности, а потом накручивает на пальцы лямку сумки. Пэрриш заметил, как ее грудь вздымается и опускается. И какой она была аккуратной в этом костюме. Юноша впервые в жизни позволил себе так откровенно пялиться на бюст своей подруги, хотя даже не было никакого открытого декольте. Парень пытался сохранить спокойствие, но его лицо залилось красным оттенком. — Джорджан! — Лидия щелкнула пальцами возле его глаз. Пэрриш быстро заморгал и выровнял спину. — Д…да, конечно. Девушка резко развернулась и открыла пассажирскую дверь. Она еще раз молча кивнула в знак прощания и направилась в дом. Когда Мартин закрыла входную дверь, она столкнулась с тишиной и тусклым светом ночника. Руки девушки вспотели, но она быстро вытерла их о свою одежду. Медленными шагами поднялась на второй этаж. Лидия заметила, что в ее комнате горел свет. В области желудка появилась легкая тошнота. Она мысленно подготовила себя к очередной ссоре и прошла вперед. Ничего. Ее встретила пустая спальня. Да. Без разъярённой матери, ноздри которой вздымались вверх и исходил горячий воздух. Девушка быстро подавила дрожь в теле и опустилась на мягкую постель. Лидия почти уже укуталась в одеяло, когда на пороге появился Джон Мартин. Рыжеволосая оставила идею с отключением светильника и немного подняла свое тело, оперевшись на локти. Возможно отец дремал, пока не услышал шаги своей дочери. Он был одет в зеленую пижаму. Широкие атласные штаны были на пару размеров больше. Предполагалось, что в свободной одежде намного удобнее спать. — Мама давно уснула? — Поинтересовалась Лидия. Отец коротко хмыкнул: — А ты как думаешь? Девушка проглотила скопившуюся слюну, чтобы свободно набрать воздуха в легкие. Она немного ожила, когда в ее нос ударил запах ванили и шоколада. Еще несколько недель назад они с Эллисон посетили местный home бутик, где Лидия прикупила себе парочку свечей в стеклянной банке. Сейчас этот домашний атрибут покоился на туалетном столике между дорогими духами от Antonio Banderas. — Она приказала мне разобраться с твоими ночными похождениями. — Джон понизил голос, отчего появился хрип. На протяжении двадцати пяти лет мистер Мартин поддавался вредной привычке — курил. Бросил совсем недавно, но теперь его часто мучает кашель. — Моя пружина терпения не вечна, — заверила рыжеволосая, откидываясь спиной на мягкую и большую подушку. — Она мать, которая просто заботиться о тебе. Джон серьезно кивнул и двинулся в сторону кровати. Его походка была спокойной, как и он сам. Мужчина не любил ссоры и скандалы, поэтому всячески избегал их. Когда Натали начинала что-то доказывать ему, он просто отступил назад, позволяя своей жене признать себя правой, хоть даже и было все иначе. — Неужели я совершаю что-то противоречащее ее воспитанию? Мне хочется иногда потусоваться с друзьями, посетить местные тусовки или даже выпить стакан глинтвейна. — После того, как ты перебрала с алкоголем, её доверие к тебе улетучилось. — Лидия фыркнула. Мужчина присел на край кровати, слегка поглаживая белоснежное одеяло. — Она заботится о тебе, дорогая. Она мечтает, чтобы ты поступила в Гарвард, чтобы продолжала собирать благотворительные вечера, участвовала в проектах и получала заслуженную стипендию. Девушка бросила взгляд на отца, который пристально наблюдал за ней. Он пытался улыбаться, отчего в области глаз появилось несколько морщин. — Пап, она порой не дает мне насытиться воздухом свободы. — Если бы она беспокоилась и не любила тебя, то больше времени уделяла своим волосам и просмотру сериалов. Мартин и так знала, что её мать так выражает свою заботу. Как никак она являлась единственной дочерью в семье. Натали видела для нее идеальное будущее, чего возможно не скажешь про Лидию. Девушка представляла, что когда уедет в колледж, то сможет сбежать от родительского контроля. Но это и пугало рыжеволосую. Она была благодарна своей семье за их упорство и положительное влияние. За то, как много сил и денег порой тратят на Мартин младшую. Уже в прошлом году она могла свободно учиться в Гарварде, т.к. Лидию перевели на два класса вперед. Её ай-кью было лучшим в школе. Да что уж тут скрывать. В Бейкон Хиллс было всего пять человек, которые могли похвастаться такими же знаниями, как Мартин. Но девушка отказалась от такого предложения и всего лишь перешагнула на класс вперед, позволяя себе спокойно закончить выпускной класс. Теперь девушка посещала некоторые занятия с Эллисон и Джорданом, которые были на год старше её. К тому же Мартин еще не была готова в таком юном возрасте уехать из родительского дома. Поэтому Лидия заканчивает в этом году старшую школу и свободно отправляется в другой город. Но прежде ей ещё предстояло отметить свое семнадцатилетние. — Просто не делай сейчас глупостей, — Джон одарил дочь заботливой улыбкой. Тон его голоса был успокаивающим, впрочем как и всегда. — Твое будущее зависит не только от нас, но и от самой себя. Видишь куда привели тебя такие качества, как упорство и усердие. Моя дочь проводит благотворительные вечера, неужели это реально? Уголки её губ потянулись вверх. Девушка ощутила тепло и легкую сонливость. Отец молча покивал головой, а потом поднялся с кровати и направился в сторону выхода. Рыжеволосая перевернулась на правый бок, натянув на себя еще больше одеяла. Когда силуэт Джона скрылся за дверью, девушка потянулась рукой к выключателю. Комнату окутала приятная темнота, но через окно все равно пробивался лунный свет.

***

Скотт знал, что порой его друг заходит слишком далеко. Неумение избавиться от вредных привычек приводит к больничной койке. Стайлз не может участвовать в таких вещах, как гоночные заезды или прыжки с парашютом. Порой у парня случаются приступы, когда руки или ноги резко немеют и покрываются колючими иголками. Это напоминает пульсирующие боли с невероятной тошнотой. Конечно, все со слов Стилински. В очередной раз МакКолл испытал невероятный страх за своего лучшего друга. Ему приходилось уже видеть это, и каждый раз юноша боится, что приступ боли будет решающим в жизни Стайлза. Пока врачи ходили из коридора в коридор, Скотт стеклянными глазами смотреть вперед. Он устал. Его мысли путались в клубок, где не было начало или конца. Парень даже не заметил, как на его плече уже мирно посапывала Малия. Полчаса назад медсестра дала ей успокоительное и слезы перестали непрерывно литься из ее глаз. Но все равно свитер МакКолла успел немного промокнуть. Девушка успела заметить, каким Скотт был тёплым. Она все время держал его за руку, боясь отпустить и оказаться в захватывающей темноте. Тейт легко поддавалась панике, когда со Стайлзом случалось что-то плохое. Хотя она обещала держать себя в руках. Девушка злилась на все вокруг. МакКолл сейчас был единственным, в ком она искала надежду и успокоение. Поэтому его плечо стало лучшим решением найти в себе силы и дать своему организму отдохнуть. Медсестры кружились где-то рядом, но вход в палату Стилински все равно был недосягаемым. Врач задержался там надолго, чем Скотт мог себе представить. Он все еще смотрел в одну точку, но эти белые стены постепенно наводили тоску. Запах лекарственных препаратов надолго задержится в его теле. — Да, мне нужно, чтобы вы взяли анализы. — Где-то вдалеке раздался голос доктора. МакКолл напряг свой слуховой аппарат, чтобы убедиться, что это был лечащий врач Стайлза. — Как только будут готовы, занесите их в мой кабинет. Парень останется здесь еще на одну ночь. Тело Скотта дернулось. Малия сонно захлопала своими накрашенными ресницами. — Мистер Дитон, — парень нервно соскочил с дивана, — какие новости? — Юноша выпрямился напротив мужчины, засунув одну руку в карман брюк. Доктор держал какие-то документы, а на его шее удобно расположился стетоскоп. МакКолл продолжал сверлить врача требовательным взглядом. Его пульс набирал обороты, дыхание стало немного сбитым. — Мистер Стилински завтра вечером сможет вернуться домой. — Скотт выдохнул. На его лице заиграла улыбка. Дитон заметил это облегчение и продолжил свою речь: — Но ему нужен покой. Вы, как его лучший друг, должны позаботиться об этом. Стайлз отказался от лечения, поэтому эмоциональный стресс и любые другие действия, которые вызывают повышенную чувствительность, стоит исключить. Хотя бы на неделю. Юноша утвердительно покачал головой, соглашаясь со словами врача. Неожиданно рядом оказалась Малия, которая накинулась на Скотта, хватая его за шею. Парень ощутил ее горячее дыхание и легкие всхлипы радости. Ее тело слегка подрагивало. МакКолл начал нежно поглаживать Тейт по спине, пока та до конца не успокоилась и не отпрянула от мужского тела. — Я за него испугалась, — прошептала Малия, поглядывая на палату Стайлза. — Я знаю. Я тоже. — Мы должны беречь его, знаешь. — Тейт сложила губы в одну линию. Ей было тяжелее всего, потому что она знала, что такое приступы. Они в любой момент могли отрицательно повлиять на работу молодого организма. — Но это Стайлз. Он всегда делает так, как хочет. И это было правдой. Но в его случае это правда была худшим решением. Стилински всегда делал то, что считал нужным для себя. Если он хотел проводить по двенадцать часов в автосервисе, он это делал. Если Стайлз желал отключиться и провести на танцевальной площадке более трёх часов, он делал это. Его девиз был прост: «Пока я вдыхаю этот воздух, я могу совершать разные вещи». — Он пытался ей доказать. — Что? — Удивление полностью накрыло лицо Скотта. — Стайлз в этот раз не сдался, чтобы предстать перед этой девчонкой с победой в руках. — МакКолл сощурил взгляд. Его непонимание все еще оставалось на его лице. — Я говорю о той рыжей. — Ты ошибаешься, Малия, — фыркнул юноша, закидывая одну руку за голову, чтобы слегка растормошить свою шевелюру — Стайлзу надоело вечно быть третьим. Он давно заслужил эту победу. Девушка хотела что-то добавить, но остановила себя. Доказывать ничего не нужно, потому что это были только догадки Тейт. Она взглядом указала на диван и в следующую минуту МакКолл последовал за ней. Их тела упали на мягкую мебель, спины оказались прижаты к приятному изголовью. Около десяти минут друзья просто молчали и наблюдали за окружающими. В больнице была небольшая суматоха. Врачи бегали из кабинета в кабинет, медсестры возились с документами, администраторы не успевали отвечать на телефонные звонки. Скотт и Малия выждали еще полчаса, пока Стайлзу проведут все необходимые медицинские процедуры, а потом немедленно отправились в его палату. Ожидание сводит с ума и это факт. Когда они с шумом вломились внутрь больничной комнаты, то увидели, как их друг расхаживает в разные стороны. Он вдумчиво глядел в пол, словно продумывал какой-то план в своей голове. Волосы Стайлза торчали в разные стороны, на его теле висела свободная серая футболка, поверх которой была надета красная кофта на молнии. Джинсы имели широкий крой и из-за этого с виду казались на пару размеров больше. Скотт удивился и мысленно задал себе вопрос — когда он, черт возьми, успел переодеться, если еще несколько часов назад выглядел как варёный овощ? Малия первая устремилась к брюнету. Стилински остановился у своей койки и обратил внимание на друзей. Тейт слегка приобрела его и в ответ получила такое же действие. Затем руки Стайлза быстро переместились в карманы своей кофты. Сейчас никто не был готов к драме. МакКолл заметил, что его друг выглядит хорошо, даже для подростка, который умирает и который испытал очередной приступ. — Эй, все нормально, правда, — ответил брюнет, — чувствую себя почти здоровым. — Он заметил, как Малия изучала его на протяжении нескольких секунд. Затем девушка заправила прядь волос за ухо, чтобы они не лезли в глаза, вызывая раздражение. — Не могу больше здесь находиться. Это место негативно влияет на мои нервные окончания, знаете ли. Я хорошо себя чувствую, а они держат меня здесь. — Завтра вечером будешь дома. — Скотт наконец-то сократил расстояние между ними и приобнял друга, оказывая свою поддержку. Брови Стайлза взлетели вверх: — Дерьмо. Я не могу проторчать здесь до завтра. — Его лицо стало более напряженным. — Успокойся, — рассмеялся МакКолл, — это всего лишь больница. Как бы хорошо ты не выглядел, потребуется строгий надзор. Брюнет закатил глаза, а губы вытянулись в трубку. Стайлз больше не мог выносить этот больничный запах, пятиминутные похождения медсестер и уколы с капельницами. Его мозг был перенасыщен этим. И как это жизнь снова запихнула его в это отделение? Кажется, он на секунду забыл, что находится не один, но пристальные взгляды Скотта и Малии сложно было игнорировать. Они быстро вывели парня из раздумий. Стилински выгнул спину, чтобы снять напряжение. Он делал это до тех пор, пока не услышал приглушенный хруст позвонков. — Дерек был здесь, — Малия подошла к кулеру с водой и повернула ручку. Ее одноразовый стакан быстро наполнился жидкостью. — Но решил, что появляться у тебя на глазах не будет, — закончил МакКолл. — Он понимает, что это не улучшит твое состояние. Вам двоим надо это обсудить. Глаза Стайлза быстро пробежались по комнате, словно пытались найти подвох. Но юноша быстро успокоил себя, убедившись, что его дядя не прячется в тесном мини-купе. Для него слова Скотта стали большим удивлением. Неужели Дерек полностью дает ему свободу и не навязывает себя? — Хорошо, — голос Стилински поднялся, — что насчёт Лидии? Тейт нервно сжала опустевший пластмассовый стаканчик. Она знала, что этот момент невозможно будет избежать. Ее тело стало напряжённым. Скотт быстро взглянул на неё, а потом повернулся к другу и встретился с нетерпеливым выражением лица. — Она отправилась домой, — МакКолл пожал плечами, — кажется, настойчивые звонки от родителей не позволили ей остаться здесь, но она несколько минут провела у твоей кровати. Первым желанием Стайлза было спросить, не оставляла ли она свой номер, чтобы связаться с ней. Он выиграл гонку, а значит, у них должно было быть свидание. Стилински все еще стоял в надеждой в глазах, перебирая в своей голове различные варианты ситуации. Но когда брюнет посмотрел на подругу, но проглотил желание поинтересоваться данной информацией. — Ты думаешь, что будешь нужен ей? — Шатенка сделала несколько шагов назад. Когда она упёрлась в стену, то слегка облокотилась на нее. Ее руки покоились в крещенном состояние в области груди. — Моя личная жизнь никого не касается, — выплюнул Стайлз. Его челюсть была напряжена. Скулы отчетливо выделялись на бледном лице. — Просто забудьте, я сам разберусь. Брюнет развернулся спиной к кровати и упал на нее. От значительного веса простыня съежилась, образуя неровную поверхность. В палате было достаточно душно, поэтому Стилински отказался от одеяла или пледа. Он рукой взбил рядом лежащую подушку, а затем максимально удобно устроился на ней. Малия смотрела на свои ноги, продолжая стоять у стены. Скотт тем временем приземлился на небольшое кресло, которое стояло в самом дальнем углу палаты. Сначала повисло молчание, но потом оно быстро сменилось на нелепую болтовню и шутки.

***

Несколько дней Лидия ничего не слышала о Стайлзе. И это время показалось для нее вечностью. Девушка хотела после школы заскочить в больницу, но быстро отбросила эту идею, аргументируя тем, что возможно парня уже выписали. Тогда эта поездка окажется пустой тратой времени, наврятли кто-то поделиться его домашним адресом или номером телефона. Мартин нервничала, а порой ругала себя за излишнюю скромность. Может стоило полюбопытствовать у кого-то в школе? Он раньше учился там, поэтому должны же были остаться некоторые знакомые. Рыжеволосая тяжело вздохнула, закрыла глаза и прислонилась затылком к стене. Ее поза говорила о скованности, а мозг в очередной раз проводил самоанализ. Она услышала, как закрылась входная дверь. Натали Мартин отправилась на открытие нового магазина в центре города. Кажется, там будут продавать вегетарианскую еду и книги с рецептами. Наименьшее, что вселенная могла сделать в этот день, это не позволить Лидии ходить с матерью по магазинам. Девушка не могла выносить то, как Натали упорно навязывает свое мнение по поводу вкуса её дочери. У них было хорошие отношения, но не достаточными для Мартин младшей. Как мать и дочь у них отлично получалось жить в одном доме. Но как понимающий родитель и эмоциональный подросток — нет. Сегодня рыжеволосая отправилась в школу позднее обычного. Их учитель по математике подхватил ротавирус, поэтому ближайшую неделю девушке придется самостоятельно углубляться в новые темы. Она не хотела отставать по программе, к тому же прошлый тест она сдала на твёрдую четвёрку. Лидия достала из сумки лист с расписанием, чтобы убедиться в том, что не ошиблась. Следующий урок был по философии, а потом она должна была с другими ребятами готовиться к олимпиаде и экзаменам. Девушка удивилась, каким загруженным выглядел ее день, как и все последующие. Когда Лидия вышла из школьного автобуса, то сразу почувствовала, как солнечные лучи коснулись ее оголённых ног. Погода в Бейкон Хиллс наладилась. Можно было свободно выйти на улицу в юбке, которая была чуть выше колен, блузка с рукавами колокольчиками и легком пальто. Это то, что именно и сделала Лидия Мартин. Она прошла чуть вперед, натягивая на свое плечо сумку. Пэрриш сегодня утром не ответил ей на её звонки. Она решила, что он тоже мог заболеть, но все же с надеждой оглядела школьную парковку. Но рыжеволосая увидела того, кого уже не ожидала встретить. Это был Стайлз. Выглядел он хорошо, как будто пару дней назад не лежал без сознания на земле. Юноша стоял с сигаретой в руках. Его грудь вздымалась и опускалась, когда он делал очередную затяжку. Стилински не заметил рыжеволосую, т.к. его глаза были устремлены на опавший у ног пепел. Мартин хотела сначала подойти или издать какой-то звук, чтобы обратить на себя внимание, но резко передумала. Она молча наблюдала за ним. Это и правда был Стайлз. На нем были светло коричневые брюки, майка и черная кожаная куртка. Обувь оказалась очень знакомой — белые кроссовки, в которых он пришел на благотворительный вечер. На лице Мартин появилась ухмылка. Стилински сделал длинную затяжку, а потом отошел немного в сторону, чтобы бросить окурок в мусорку. Выпустил изо рта оставшийся дым и наконец встретился с глазами Лидии. Та в свою очередь вздрогнула. Брюнет спрятал руки в карманы куртки и начал сокращать дистанцию. Он уверенной походкой приближался к рыжеволосой, легкая улыбка не сходила с его лица. Этот парень хорошо держал себя, чего не скажешь о Лидии. Девушка вдруг замялась. Ее пальцы еще крепче сжали сумочку в области плеча. Стилински оказался притягательно симпатичным. — Я прождал тебя здесь с восьми утра, — его мягкий голос засел глубоко в ушах, — неужели ты прогуливаешь уроки? Лидия ничего не ответила. Она слишком была удивлена его появлению, поэтому пошевелить своими устами оказалось достаточно сложно. — Я что, призрак для тебя. — Стайлз помахал руками возле её лица, пытаясь вывести рыжеволосую из легкого ступора. Только после этих действий Мартин смогла прийти в себя. Её ответ не заставил долго ждать. — Наш учитель заболел, у меня не было первых уроков. — Отлично, — в голосе парня проскользнуло недовольство, которое быстро сменилось уверенностью, — считаю, что обменяться номера будет правильнее всего. У меня нет желания в следующий раз проторчать здесь так много часов. — Два с половиной часа, — поправила его девушка, — если приехал сюда с самого утра. — Это ужасно. За это время мы могли бы уже быть за пределами Бейкон Хиллс. — Мартин округлила глаза. — У нас свидание, если ты не забыла. Точнее, — Стилински провел пальцами по своим губам, бросая задумчивый взгляд в сторону, — я выиграл и ты должна мне свидание. — Прямо сейчас? — Лидия затаила дыхание. Она все еще не сменила позу. Юноша прищурился: — Ну да, у нас сейчас будет свидание. — Я не могу, — заключила рыжеволосая, позволяя себя наконец расслабиться. Её плечи больше не казались такими напряжёнными. — У меня подготовка к экзаменам и олимпиаде. — Тебе это не нужно, потому что ты и без дополнительных занятий получишь самый высокий балл. Юноша по-настоящему посмотрел на нее. Без своих шуток, удивления или насмешки. Он казался серьёзным. Их глаза снова встретились. — Позволь себе расслабиться, Лидия. Если ты будешь продолжать уделять много времени своей учёбе и зацикливаться на будущем, то упустишь что-то хорошее. И тут Мартин ощутила любопытство, которое требовало удовлетворения. Что же хорошее она могла упустить? Неужели Стайлз имел в виду себя. Девушка легко хохотнула, но ничего не ответила. А он выжидающе смотрел на неё. Может ли она себе позволить отклониться от расписанного плана? Лидия представила, какой скандал из этого произойдёт, если мать узнает, что та решила пропустить важные занятия. Последняя оценка по математике не удовлетворила Натали, поэтому рыжеволосая пообещала в скором времени исправиться. Кажется, Лидия должна была еще объездить несколько приютов для бездомных животных, но оставила эту идею на потом. У нее появилось желание подключить к этому Стайлза. — Давай же, поехали со мной, — Стилински протянул ей свою руку. Рыжеволосая взглянула на неё. У него были такие длинные пальцы, что вероятно, он умеет играть на нескольких инструментах. Брюнет поднял бровь, когда девушка крепко схватилась за его ладонь. Тепло быстро разлилось по всему телу. Приятная дрожь прикасалась к каждой клеточке. Быстрое волнение Лидии улетучилось, словно его и не бывало. Страх перед родителями растворился в воздухе.