Невеста не для него.

Это было невыносимо. Узнав, что книг и красок у тебя в 10 раз больше, чем одежды, Пеппа приняла серьёзное решение отдать тебе свои старые платья, которые на неё уже малы. Прикладывая каждую вещь к твоему телу, будущая свекровь тяжело вздыхала, осознавая, что все они тебе не к лицу. — Перешить. — одно платье полетело на кровать. — Перешить. — передразнивал Камило свою мать в её обличии. — Выбросить. — другое платье летело в другом направлении. — Выбросить. — произнёс Камило, но в более изящной позе, как он обычно любит делать. — Камило! — шикнула на сына Пеппа, угрожая ему грозовыми тучами над головой. Парень вернул свой прежний облик, почёсывая затылок левой рукой и отводя взгляд. — Пеппа, — ласково произнесла ты, успокаивающе гладя плечи женщины. — Камило просто хочет повеселить нас с утра пораньше. Может вам сделать ромашковый чай? Женщина моментально успокоилась, едва услышав слово чай, и, нежно посмотрев на тебя, взяла кучу одежды. Пеппа вышла из комнаты и произнесла «Спасибо». — Ты нравишься моей семье. — подметил Камило, нежно обняв тебя и поцеловав в макушку. На протяжении всей недели, Мадригаль пытался выдавить из тебя больше чем просто ухмылку или смешок. Нежно гладил, называл тебя милыми или смешными прозвищами, пытался поцеловать, рассмешить, разозлить, перед сном требовал внимания и нежности. И иногда ты даже позволяла ему всё это, отвечала на его ласки, останавливала, когда он переходил границы дозволенного, оставляя неудовлетворённым.

***

На все его попытки развеселить тебя ты реагировала холодно, продолжая заниматься своими делами, помогать другим членам семьи, с которыми тебе удалось поладить. Возможно, ты была не сильна в готовке и уборке, но это не мешало тебе ухаживать за домом. В один момент ты поняла, что во всём доме не было ни единой картины, и, предложив Абуеле свою помощь в этом аспекте, ты принесла из дома написанные тобой ранее пейзажи. — Мы не успели повесить новые картины, после того как отстроили Каситу. — сказала Абуела. Рассмотрев пейзажи, она перевела свой взгляд на тебя и предложила. — Может ты напишешь наши портреты, если тебе не сложно. Ты кивнула в знак согласия. Женщина погладила твои волосы и начала разглядывать твоё лицо. Ты продолжала улыбаться, а она, завидев Камило в дверях, убрала руку и только произнесла: — У вас будут красивые дети.

***

— Может, мне стоило надеть что-то поприличнее или не такое грязное? — переспрашивал Бруно, волнительно ёрзая на стуле. — Не помню, когда последний раз стирал это пончо… — Вы выглядите идеально. — заткнула его ты, поправляя его зелёное пончо. — Просто старайтесь сидеть неподвижно. Мужчина кивнул. Ты села напротив мольберта и начала рисовать эскиз. Бруно был загадкой для тебя, ты о нём практически ничего не слышала, у обитателей дома осталась эта глупая привычка «Не упоминать Бруно». Да и мало кто о нём что-либо знал. Разве что Долорес, которая на протяжении последних 10 лет слышала сюжет сценария, придуманный Бруно и его крысами. По её словам, ей казалось, что она сходит с ума, ведь «такой бред мог придумать только ненормальный». Но по этому сюжету, который Долорес знала лучше, чем всех людей в городе, у тебя сложилось некое представление о Бруно. — Чем вы вдохновлялись, создавая сериал, про инцестные отношения между героями? — спросила ты, пытаясь разрядить обстановку, чем смутила и одновременно заинтересовала мужчину.

***

Время обеда означает сбор всего семейства Мадригаль за столом. Без исключений. С недавних пор к застольям присоединился ещё и Мариано Гузман. Будущий муж Долорес. Идеальный во всех отношениях. Черты лица, его фигура, голос. Он был добрым, справедливым и щедрым. Мариано имел огромное количество положительных качеств и талантов. Даже мужчины семейства Мадригаль ему в подмётки не годились. Также его часто просили прочитать свои стихи, ведь он действительно талантлив. Каждый раз все слушали, затаив дыхание, и мечтательно хлопали глазками, оперевшись подбородками на руки. Но для тебя это был единственный шанс втихаря повосторгаться самой сильной женщиной в мире. Каждый раз ты удивлялась, как такой нежной и чувственной даме мог достаться столь сильный дар. Но он даже дополнял её. Ты всегда уважала сильных женщин и тихо наблюдала, когда Луиза занималась своей работой. В какие-то моменты ты рвалась помочь ей, если видела, что у неё что-то валиться из рук.

***

В последний вечер твоей первой недели был большой праздник в центре поселения. Вся семья ушла, оставляя тебя и Камило дома. Ты не пошла просто потому что не любишь огромное скопление народу, а также надеялась, что уйдут абсолютно все Мадригали. Но Камило хотел в тишине поразмышлять над тем, как же заставить тебя обратить своё внимание на него. Сосредоточиться ему помогала готовка. Сам не понимал почему. Может Мадригаль должен что-то делать руками, пока размышляет, а может он просто голодный. Так или иначе, макароны сварены, осталось приготовить соус и сконструировать план из всех «гениальных» идей, пришедших ему в голову. Чайная ложка муки. Чтение перед сном стихов твоих любимых поэтов. Кубик масла, длинной в 10 см. Комплимент твоему интеллекту и таланту. Немного молока и тёртого сыра. «Я никогда не встречал таких как ты!» — всегда срабатывает. Перемешать. Поцелуй. Добавляет макароны в сотейник с соусом. — Вкусненько пахнет. — ты появляешься неожиданно, отчего Камило меняет облик одного члена семьи за другим. — Готовишь? Ты через плечо пытаешься разглядеть что же там сварганил этот Камило. Твой любопытный взгляд означал, что ты хочешь попробовать блюдо. — Я, вообще-то, готовил на себя. — заговорчески произносит Мадригаль, отделяя белок от желтка и добавляя последний ингредиент в соус с макаронами. — Только не говори, что тебе жалко дать мне попробовать совсем чуть-чуть. — жалостливым голосом проговорила ты, надув губки и пытаясь схватить деревянную ложку. — А что же мне будет? — ухмыляется Камило, поднимая руку с ложкой высоко над твоей головой. Шанс схватить ложку был существенно мал. Оставалось только одно. Уступки. Ты положила обе руки ему на плечо и, подтянувшись на носочках, промурчала ему на ухо: — Я сделаю всё что пожелает мой господин. И это сработало. Камило довольно улыбнулся и посмотрел на тебя. В его голове уже всплыли пошлые фантазии, которые он не прочь был бы претворить в жизнь. Но будет скучно, если он всегда будет делать первый шаг. Мадригаль хочет заставить тебя самой его хотеть. Поразмыслив минуту, он хотел уже высказать свои условия, но ты его перебила, со словами: — Я всё сделаю, если игра будет стоить свеч. Хитро. А также и честно. Ты бы точно ему отомстила, если бы выполнила что-нибудь невыполнимое, а еда была бы ужасна на вкус. Улыбаясь, Камило закатывает глаза и берёт ложкой маленькую «бабочку» в сырном соусе, дует на неё, ведь макароны горячие, и даёт попробовать тебе. Соус не жидкий, что тебя очень порадовало, и желток идеально вписывается в его текстуру. Твоё выражение лица резко меняется с твоего типично-скучающего на радостное удивление. Ты смотришь на Камило, а он, в свою очередь, также удивлённо смотрит на тебя. — Вышло даже лучше, чем я предполагала. — в твоём голосе слышится тихий восторг. — Но не хватает… зелени. Камило нежно целует тебя в лоб и достаёт первые попавшиеся травы. — Зелёный лук никогда не испортит блюдо. — произносит он, вытаскивая нож из ящика. — Так тётя Джульетта говорит. Мадригаль мелко нарезает лук, мельком поглядывая на тебя, ведь в этот момент ты выглядела заинтересованней обычного. И это была его ошибка. Камило порезался, на луке кровь, а твоя первая реакция удивила его ещё больше, чем всё что произошло в течении этих 5 минут. Ты берёшь его травмированный палец и облизываешь рану. — В мире нет ничего привлекательней, чем увлечённый делом мужчина. — произносишь ты. Камило только хотел наклониться, чтобы поцеловать тебя, но вас прерывает чей-то голос, доносящийся из дверного проёма. — Господи, ну не на кухне же. — брезгливо произносит Исабелла и уходит. План Камило отменяется.