Бриллианты и ржавчина

“Я думаю, они не собираются убивать тебя, поэтому если ты им быстро, резко, врежешь, они не повторят снова. Врубился? Я думаю, он отделался легко, ведь я не хотел его избивать - я только двинул разок! Это было только несовпадение мнений, но на самом деле… Я думаю, хорошие манеры ничего не стоят, так, а?” (c) Pink Floyd - Us and Them.

POV Селестия. Нужно взять на заметку, что не всегда порыв резко оторвать зад от дивана и пойти погулять после захода солнца заканчивается благополучно. Раньше, когда я жила с мамой и училась в том ужасном месте, гордо носившем название «школа», не раз выходила посреди ночи, и даже за неимением складного ножа в кармане или хотя бы банального газового баллончика ничего криминального со мной не происходило. Наверное, это потому, что в том городе меня все знали и боялись. Только боялись не из-за того, что у меня большие связи или я могу набить морду, а из-за того, что не хотели заразиться моей «странностью». Конечно, как сильно бы мне не хотелось возвращаться к прошлому, оно все равно меня настигло. Стоило только выйти погулять. Он подошел со спины и явно не собирался радостно обнимать меня или угощать жвачкой – это я поняла, когда мою голову хорошенько приложили об стену. Видимо, за размышлениями я не заметила слежки и того, как забрела в какие-то гаражи. Хотя заниматься разглядыванием местных достопримечательностей мне не очень хотелось и не представлялось возможным, ибо перед глазами все расплывалось – удар пришелся прямо в висок. Руки, нащупав твердые кирпичи, сразу же оперлись о стену, и я попыталась подняться. - Она еще стоит? – этот голос показался мне знакомым. Он принадлежал однозначно мужчине, парню, если точнее, - еще слышалась подростковая «ломка». - Какого черта? Надо исправить это, - а вот этот голос принадлежал женщине. Причем, был он визгливым и очень неприятным, и в нем проскальзывала стервозность. Обратив уже сконцентрированный взгляд на говорящих, я почему-то ни капли не удивилась. Это были мои бывшие одноклассники, сволочи, сильнее всех остальных унижающие меня. Два парня и девушка – если честно, их имена я предпочла забыть, как страшный сон. Зачастую мне приходилось побыстрее собираться и уходить домой после уроков, а иногда и давать отпор. Как правило, после таких стычек я уходила с парочкой синяков и ушибов, однако и мои обидчики не оставались невредимыми. Например, как-то раз я сломала девчонке нос (который и без моей помощи был горбатым), а парням оставила по фингалу и кому-то из них разбила губу. Что ж, как оказалось, прошлое действительно всегда настигает людей. В этот раз оно, словно плющ, окутало меня и дверь в мой дом. - Вмажь этой дуре, а то она давно не получала. Поди уже забыла, кто она такая, - сказал третий, доселе молчавший, первому парню. А вот это вы зря, ребятки, ибо мои боевые навыки за время сидения на шее у Винчестеров значительно улучшились. Первый парень – кажется, его зовут Джастин (забавна его внешняя схожесть с тем самым Бибером) – просто побежал на меня, замахиваясь для удара. Зря, чувак, зря ты открываешься – так мне будет удобнее отбить тебе печень и сбить сердцебиение. Что я, в принципе, и сделала. Первый молниеносный удар кулаком пришелся в солнечное сплетение, а второй, выполненный уже ногой с красивого разворота, нанес мощнейший удар в челюсть. Джастин упал без чувств. Однако это отвлекло меня, и я едва успела уклониться от несущейся на меня девчонки. Как оказалось позднее, это было лишь отвлекающим маневром для того, чтобы второй парень нанес мне ранение ножом в живот. Я тяжело осела на колени, пытаясь зажать рану рукой. Кажется, эти двое хотели пырнуть меня ножом еще пару-тройку раз, но им помешали те, кого я меньше всего ожидала увидеть. Девчонка была откинута в сторону младшим Винчестером, который после подбежал ко мне и резко взял на руки. Второй парень рядом с Дином казался просто десятилетним ребенком – думаю, интеллекта у него было именно на этот возраст, если не меньше – и, увидев старшего охотника, хотел бежать, но был вырублен элементарным ударом по голове. - Сэм, быстрее в машину ее, и едем в особняк! – прокричал Дин, и братья бросились из гаражей. Следить за дорогой до Импалы мне не хотелось, да и сделать это вряд ли бы получилось, потому что в глазах плясали темные пятна. Однако я старалась не отключаться. Сэм вместе со мной залез на заднее сиденье, предварительно закинув туда меня. Зашумел мотор, и мы тронулись с места. В глазах темнело все сильнее, а живот болел просто невыносимо. Хотя, думаю, когда человеку вырывают кишки и наматывают их на раскаленную лампу, он чувствует себя значительно хуже – если, конечно, вообще еще что-то чувствует, не отрубившись от болевого шока. - Держись, Селестия, только не отключайся! Слышишь меня? – свои громовым басом прогудел Сэм, прикладывая к моему животу какую-то тряпку. Я тяжело кивнула головой. - Дин, быстрее! Я не знаю, сколько времени прошло, пока мы ехали до особняка, но его счет я потеряла начисто. Не отключаться не получалось, и несколько раз я все-таки проваливалась в обморок. Почему-то думалось, что нож парня был смазан ядом, но это казалось просто паранойей умирающего человечка. Когда Винчестеры вместе со мной на руках ворвались в дом, первым их встретил Вельзевул. Демону не пришлось ничего объяснять – он просто освободил место на диване в гостиной и на весь дом крикнул Люцифера. Архангел появился моментально. Я не видела его лица, его действий, я чувствовала только его присутствие – сразу же становилось спокойнее и уютнее. Я слышала, как он выгнал всех из комнаты, и мы остались одни. Почему-то я вовсе не ожидала, что во время той так называемой схватки Падший придет и спасет меня. В это время я вообще ни о ком не думала. - Люцифер… - слабый хриплый звук вырвался из груди. Глазами я пыталась найти архангела, но перед ними становилось все темнее. - Тише. Все хорошо, - дошел до меня его успокаивающий шепот, и в следующее мгновение я почувствовала, как его ладонь касается моего лба и слегка поглаживает его. Губы Падшего коснулись лихорадочно горячего чела, и неземное тепло мгновенно разлилось по телу. Боль в животе бесследно исчезла, взгляд прояснился, и мне показалось, будто огромные невидимые крылья Люцифера охватывают меня, защищая от всех бед внешнего мира. - Отдохни, милая, - прошептал архангел, и все вокруг исчезло. POV Люцифер. Я с огромным трудом удержался, чтобы не уничтожить дом вместе со всеми его обитателями. Какие-то жалкие людишки ранили Селестию?? МОЮ Селестию?! Казалось, что в этот момент я начисто забыл о своем обещании не уничтожать человечество. - Кто. Это. Сделал? – с опасным спокойствием спросил я у Винчестеров, сидящих напротив. - Какие-то подростки примерно возраста Селестии, - ответил бывший вессель Михаила. - Мы с Дином были рядом, следили за местными левиафанами. Потом услышали крики и прибежали, а там трое подростков окружили Селестию. Один уже был в отключке, но мы подошли поздно, и один из них успел ранить ее, - продолжил Сэм. - Где это было? – холодно спросил я, поднявшись с кресла. На том месте, на которое мне указали Винчестеры, помимо троих людей, была еще парочка левиафанов. Людоеды, завидев меня, уже хотели бежать, поджав хвосты, однако я остановил их. - Помогите! – взвигнула девчонка, когда заметила меня. Один из левиафанов держал ее за руки и, видимо, собирался пообедать. Я подошел ближе и презрительно усмехнулся, глядя в разукрашенные косметикой глаза девчонки. - Пожалуй, я откажусь, - ядовитая улыбка появилась на лице. – Во всяком случае, быть съеденными – для вас куда более лучшая участь, чем то, что я мог бы сделать с вами за Селестию. Ты знаешь, пустоголовая человеческая потаскуха, что ее, Селестию Девишек, не имеет права касаться никто, кроме меня? Мои слова так удивили эту женщину, что она потеряла дар речи, так и стоя с открытым ртом. - Эти трое ранили моего человека, - обратился я к левиафанам, - поэтому я отпускаю вас живыми и разрешаю отобедать ими. Предпочтя не смотреть на трапезу неудавшегося эксперимента Отца, я отвернулся и поспешил вернуться к Селестии. Да уж, в этот раз я проявил милосердие. Появившись в гостиной, я увидел, что моя девочка преспокойно спит на диване. Она дремала, лежа на спине, одна рука ее покоилась на животе, а другая расслабленно лежала вдоль тела. Селестия поежилась во сне, и я подошел к ней, укрывая видимыми только для меня и других ангелов крыльями. На милом лице девушки появилась легкая довольная улыбка, и она снова расслабилась, засыпая крепче. Что ж, пожалуй, я могу побыть эту ночь здесь, рядом с тобой. В конце концов, нужно же как-то использовать мое вечное терпение, верно?