Не трогай, что не просят!

      — Поттер, неужели ты разучился сидеть на метле? Я смотрю, она тебе совсем всё отдавила, — звонкий голос Забини разлетелся по заполненному учениками коридору. Слизеринцы тут же засмеялись, обращая внимание на героя войны, что стоял, прислонившись к стене. Его неестественная поза и искажённое болью лицо вызывало жалость лишь у гриффиндорцев.       — Что за бред, Блейз? — подхватила тему Пэнси, заливаясь смехом, — Очевидно же, что это дело зубок какой-то замухрышки, — девушка показала, будто прикусывает что-то невидимое. Пространство наполнилось новой волной смеха.       — Ну, конечно! Как такая давалка, как ты, не определит такую интимную причину? — ответил ей Рон, заступаясь за друга. Он уже подступал к темноволосой девушке, возвышаясь над ней.       — Рон, успокойся. Она не виновата, что ей не хватает мозгов предположить, что это аллергия на что-то, раздражение или самая обычная травма, полученная по невнимательности, — остановила парня Гермиона. Уизли зло посмотрел на слизеринку.       — Ты права. Как девушка, которая думает только об одном, может сделать какие-либо другие предположения?       — Ну, в таком случае, может, Поттер просто расскажет, как он пострадал, и развеет все сомнения? — наконец, к перебранке присоединился Малфой. Он выглядел несколько раздражённым, но от этого насмешка и высокомерие во взгляде никуда не делись. В коридоре повисла тишина, и все взглянули на Гарри.       Поттер постарался выпрямиться и встать ровнее под пристальными взглядами сверстников, но, когда он только решил наконец что-то сказать, послышались шаги профессора Макгонагалл, и ученики змеиного факультета решили продолжить позже. Все заходили в кабинет, перешептываясь, толкаясь и смеясь. Золотое трио заходило последними, чтобы не попасть в давку.       — И всё же, что случилось, Гарри? — беспокоясь, поинтересовалась Гермиона.       — Зверёк укусил, — пожал плечами парень.       — Прямо туда? — удивился Рон. — Что за бред?! Какой ещё зверёк? — парень немного склонился к друзьям, чтобы их диалог привлекал меньше внимания.       — Да, туда, — вздыхая, ответил Поттер, — Маленький зверёк. Белый такой, — гриффиндорец шипел от боли, делая очередной неловкий шаг.       — Где ты его взял? — удивился рыжеволосый.       — Подобрал у запретного леса, — улыбнулся своим мыслям герой, от чего оступился и полетел на пол. От поцелуя с полом его спасли друзья, вцепившиеся в его плечи и руки.       — Да как так вообще получилось? — с непониманием продолжил задавать вопросы Уизли.       — Да какая разница, как это получилось! Что важнее: ты был у Помфри? — зашипела Гермиона, а на её щеках засиял румянец.       — Был, — скривив лицо и уже усаживаясь на своё место, ответил Гарри. — Теперь три дня пить зелье противное.       — Ну и отлично, будешь знать, что не стоит трогать, что не просят, — строго ответила Грейнджер, — И лучше не говори этот бред остальным. Куда более правдоподобно прозвучит, что ты горячий чай на себя пролил, — девушка резко повернулась и её волосы будто подлетели, на миг переливаясь в лучах солнца.       Все вокруг зашуршали пергаментами, и заскрипели перья. Трансфигурация началась. Гарри изо всех сил старался не обращать внимания на боль, но она была явно сильнее той, что возникает от недотраха и переполненных яиц.       На край стола приземлился небольшой свёрнутый пергамент, обвязанный серебряной нитью. Парень тут же забыл о боли, и на его лице появилась лёгкая улыбка. Развернув пергамент, он увидел знакомый почерк с витиеватыми ровными буквами: «Твоя подруга права, как никогда! Ты ведь знаешь, кто в этом виноват? И рекомендую раздобыть листьев мандрагоры, должны помочь».       Гарри взглянул через плечо на своего парня, и, несмотря на то, что тот сохранял спокойное лицо и даже взглядом его не одарил, Поттер всё равно поблагодарил, чуть шевеля губами. На бледном, фарфоровом лице появился едва заметный румянец.       После занятий Гарри попросил Рона раздобыть как-нибудь листы мандрагоры, ссылаясь на особые свойства растения. Гермиона, чуть подумав, согласилась, что в этом есть смысл, и отправилась вместе с рыжим. Гарри ждал друзей в замке, скрывшись в потайном туннеле за доспехами, чтобы избежать любопытных глаз. Он под тусклым светом Люмоса изучал карту мародёров: на ней он видел, что его друзья уже попали в нужную им теплицу, пока профессор Стебель в окружении третьекурсников находилась в соседней. После того, как Рон и Гермиона успешно выбрались из теплицы, он стал искать на карте имя определённого слизеринца. Однако, проверив все возможные места, сделал вывод, что тот укрылся в выручай-комнате.       Голубоватый свет показался из глубины туннеля, и парень быстро спрятал карту. От резких движений воспалённая часть тела вновь заболела. Поттер уже планировал выйти в общий коридор, как увидел бегущего к нему по воздуху голубого хорька. Зверь застыл рядом с парнем и послышался голос его любимого человека.       — Как найдёшь листы мандрагоры, иди в выручай-комнату, я помогу тебе всё залечить, — после этих слов хорёк растаял в воздухе.       Гарри просто стоял, прислонившись к стене, и улыбался своим мыслям, когда его друзья заглянули в потайной ход.       — Этого ещё не хватало, — всплеснув руками, прошептал Рон. — Герми, похоже зверёк ядовитый был: у него член болит, а он во всю улыбается!       — Всё со мной нормально, — возмутился Гарри. — Просто я узнал, кто может мне помочь провести правильное заживление.       — Бредить начал? — недоверчиво произнёс Уизли, доставая из карманов листья мандрагоры.       — Думаю, у него пострадала только одна часть тела, — ответила на это Гермиона.       — Я же сказал, что всё в норме! — принимая из рук друга листы, сказал Гарри. — Я пойду, спасибо вам. Вернусь скорее всего к вечеру, но если утром меня не будет, не паникуйте.       — Хорошо, но если что-то случится, отправляй патронуса. Мы будем в библиотеке, — Грейнджер потянула рыжеволосого парня к выходу, даже не давая друзьям нормально попрощаться.       Гарри же стал двигаться по потайным туннелям, постоянно останавливаясь и шипя сквозь зубы от боли. Путь занял намного больше времени, чем он ожидал, но он наконец оказался у заветной стены. Он чувствовал предвкушение и трепет — так было каждый раз, когда Поттер не знал, чего ожидать от своего слизеринского возлюбленного. Некоторое волнение словно притупило боль, когда гриффиндорец проходил у одной и той же стены, концентрируясь на своих желаниях, пока перед ним не появилась знакомая дверь. За ней была тёплая, уютная комната с камином. Поттер увидел сидящего на одном из кресел блондина.       — Драко, прости за ожидание, — наконец зайдя в выручай-комнату, произнёс Поттер.       — Я предполагал, что тебе будет сложно добраться сюда, поэтому это не проблема, — Малфой закрыл книгу, укладывая её на небольшой столик, стоящий сбоку у кресла. — Ты лучше мне скажи, ты хоть понял из-за чего пострадал?       — Да, — недовольно буркнул Гарри. Так же неохотно и кратко он отвечал обычно Снейпу на зельеварении. Однако, увидев, что этого ответа недостаточно, он продолжил. — Мне не следовало тебя трогать. Ну в общем… Я виноват в том, что покусился на твою попку, в то время, как мой член был у тебя во рту.        — Звучит так, будто, если бы я тебе в тот момент не отсасывал, всё было бы нормально, — Драко был явно раздражён.       — Нет, я не это имел в виду, — тут же подходя ближе к своему парню, начал оправдываться Гарри. — Просто я подумал, что ничего страшного, если я попробую тебя растянуть в процессе. Поза шестьдесят девять же явно располагала, и это ведь совсем не больно! А когда при этом делают приятно спереди, так вообще неприятного ничего не чувствуешь.       — Мы с тобой ведь уже говорили о том, что я не готов быть принимающей стороной, — строгим голосом напомнил Драко.       — Ты прав. Я не сдержался. Моя вина, — запуская свою пятерню в лохматые волосы, согласился гриффиндорец.       — Ладно, отложим этот диалог на потом, — вздохнул Малфой, вставая с мягкого кресла. — Ты принёс листья мандрагоры?       Поттер тут же отдал парню листья растения. Блондин усадил его на нагретое место, а сам стал запаривать листья в двух чашах. Он также добавил в них что-то ещё, но Гарри даже не попытался узнать, что это и зачем — устало откинувшись, он прикрыл глаза. В помещении витал травянистый, немного сладковатый запах, раздавался треск огня, шелест мантии Драко и звон чаш. Это всё увлекло Гарри в лёгкий, безмятежный сон.       Парня разбудил Драко. Блондин сидел перед ним на коленях и тормошил за одну ногу.       — Опа, проснулся, — ухмыляясь, произнёс Малфой. — Снимай давай штаны быстрее, зелье не из тех, что можно долго хранить.       Гарри лишь хлопал ресницами, явно ещё не соображая, где он и что происходит, но подчинился словам парня. Штаны оказались на полу не без помощи Драко, ведь процесс их снятия не обошелся без болезненных ощущений. Вскоре там же оказались и боксёры гриффиндорца.       Драко набрал в рот содержимое одного из флаконов и начал медленно поглаживать живот Поттера, при этом задирая мятую рубашку выше. После тёплые ладошки переместились на ноги парня, постепенно двигая их к коленям. Удобно расположившись между ног партнёра, Драко склонился и взял в рот ещё не налившийся кровью член. Поттер вскрикнул, ощутив холод рта Малфоя. Ледяной язык словно кружил вокруг маленького органа, невесома его касаясь.       — Блять! Почему так холодно? — наконец спросил жалобно гриффиндорец. — Я же так переохлаждение получу! Ах, даже яйца вжались!       В ответ на это Драко лишь слегка ударил по колену любовника, и начал лишь более активно проходиться языком по месту укуса. Вскоре Малфой отстранился, и Поттер вздохнул с облегчением, но почти сразу напрягся, наблюдая, как блондин выпил содержимое второго флакона. И вот уже тёплые губы Драко стали целовать лобок парня, а нежные руки — поглаживать ноги и живот, нередко касаясь мошонки. Неожиданно Поттер немного сдвинулся вниз, открывая доступ к сжатому колечку мышц. Драко сразу понял и невербально использовал очищающее и смазывающее заклинания. И вот тонкие пальчики аристократа аккуратно вошли в анус героя и начали активно двигаться. Послышались первые стоны, и ранее замёрзший член словно по волшебству встал, больше не отсылая сигналов боли.       Умелый язычок ласкал уже не только место укуса, но и головку члена, периодически вырисовывая на ней незамысловатые узоры. Гарри уже было протянул руку, чтобы запустить пальцы в шелковистые волосы Драко, но вовремя передумал и положил ладонь на шею любимого. Малфой продолжал растягивать анус Гарри.       — Драко, — едва слышно позвал Поттер, его дыхание сбилось, от чего он тяжело дышал. — Как жаль, что ты не хочешь ощутить сам, насколько чувствителен анус, и как простое проникновение пальцев заставляет хотеть большего.       Мгновение, и блондин выпустил колом стоящий член из плена горячего рта. Длинные пальцы уже практически тоже были вынуты, но тут же резко погрузились обратно в попку Гарри. Брюнет вскрикнул, сжимая шею партнёра одной рукой и изгибаясь в спине. Поттер с трудом приоткрыл глаза: цветные пятна пропали, и он увидел лицо Драко, испачканное в его густой сперме.       — Прости, я не хотел! — гриффиндорец дёрнулся в попытке вытереть лицо парня, но тот удержал его на месте. Вынув пальцы из разработанного колечка мышц, Драко скинул мантию и, сняв с себя рубашку, вытер ею лицо, после чего продолжил раздеваться. Гарри же смотрел на это словно зачарованный. Когда и боксеры упали на пол, Поттер нетерпеливо стал ёрзать в кресле, предвкушая, как его сейчас возьмёт это великолепие.       Однако Малфой не спешил приступать к самому главному. Невербально применив несколько заклинаний и мысленно попросив у выручай-комнаты хороший стол, что тут же появился за его спиной, парень медленно отвернулся от Гарри.       — Сиди и только смотри. Встанешь и уже никогда не получишь желаемого, — жёстким тоном произнёс Драко и лёг грудью на столешницу. Парню было некомфортно демонстрировать столь стратегически важные места, но любопытство от непонимания того, что же это всё-таки за приятное ощущение, брало верх.       Малфой развёл ноги ещё сильнее, занимая наиболее удобное положение, и, заведя руку за спину, аккуратно обвёл кончиками пальцев колечко мышц. Оно уже было смазано, поэтому набрав больше воздуха, он аккуратно ввёл в себя один палец. Он делал всё медленно, прислушиваясь к ощущениям. Драко сгибал внутри себя палец и ощупывал стенки внутри. Тяжело дыша, он не заметил, как начал постанывать, но отчетливо слышал, как Поттер активно начал мастурбировать. Эти звуки сводили с ума, и терпеть уже не было сил, поэтому Драко вынул пальцы и замер, не зная, как лучше дать понять Гарри, что он не против попробовать.       Тёплая ладонь неожиданно легла на ягодицу, и Драко задрожал от волнения и предвкушения. Гарри плотно прижался к парню, наклоняясь к самому уху и обнимая его за талию. Штаны вместе с трусами остались лежать кучей у кресла. Малфой чувствовал, как между ягодиц пульсирует член гриффиндорца.       — Малыш, прости, я больше не мог просто смотреть, — хрипло заговорил Гарри. — И я же вижу, что ты хочешь попробовать.       — А я уже думал, ты совсем ослеп. Раз видишь, сделай что-нибудь, — Драко говорил негромко, коснувшись лбом холодной столешницы. Он застыл в ожидании, но тёплая ладонь Гарри аккуратно взяла его за подбородок, повернув голову в бок. Драко почувствовал, как его губы нежно сминают в поцелуе. Волнение быстро прошло, и, как только Гарри это заметил, он начал медленно вводить в любовника свой член, при этом стараясь не разрывать поцелуй.       — Как ты? — спросил Поттер, войдя до основания.       — Это непривычно. Не могу сказать, что приятно, — признался Малфой.       — Хочешь, чтобы я прекратил? — тяжело дыша в самое ухо, продолжил спрашивать гриффиндорец. В это время его руки блуждали по торсу любимого.       — Нет, двигайся, — с этими словами Драко сам попробовал подмахнуть бёдрами и тут же застонал, ложась грудью на столешницу.       Поттер прекрасно понимал, что чувствует его любовник, и начал сам аккуратно двигаться, постепенно наращивая темп. Несмотря на то, что парень уже давно мечтал о подобном, он боялся навредить, от чего не решался расслабиться и плыть по течению. Но стоны Драко ласкали слух, и от каждого вздоха по коже бежали мурашки.       — Чёрт! Я на пределе, — выругался сквозь зубы Гарри.       — Хочешь поменяться?       — Да.       Потребовалось меньше двадцати секунд, чтобы сменить роли. И вот уже Поттер лежал на спине, раздвинув призывно ноги. Драко вошёл резко, несколько сильных, размеренных толчков, и темп резко увеличился. Гарри, не стесняясь, стонал и сжимал край столешницы под собой. Он смотрел на слизеринца сквозь налипшую ко лбу чёлку, и думал, как же его сейчас видит Малфой.       — Какой же ты красивый, Малфой, — тяжело дыша, произнёс брюнет, закидывая правую ногу на плечо любовника. Это был уже привычный знак, и Малфой, усмехнувшись, ещё сильнее сжал в руках талию парня. Движения стали не размеренные, но быстрые. Поттер извивался в его руках и выгибался в спине, несмотря на то, что его держали, — Драко! — конец фразы превратился в громкий стон, и Гарри кончил, пачкая свой живот. Малфой же излился внутрь любовника. И только после небольшой паузы, в которую они даже не могли вдохнуть, он вышел из растянутой дырочки и с шумом приземлился на кресло. Пространство наполнилось тяжёлым дыханием парней.       — Ахуенно! — наконец произнёс Малфой.       — Согласен, это было очень хорошо, — Гарри с трудом слез со стола.       — Смотрю, нормально ходить в ближайшее время ты не сможешь, — блондин смотрел на своего возлюбленного, как на самое дорогое, что у него есть. Он старался запомнить каждую мелочь, ведь он был уверен, что это воспоминание станет одним лучшим в его коллекции. Он и не подозревал, что Поттер думал примерно о том же.       — Ну, что-то мне подсказывает, что и твои ноги будут подкашиваться в течение обхода школы. Кстати, на него тебе нужно выдвигаться через восемь минут.       — Чёрт, — выругался Малфой, вскакивая на ноги и тут же теряя равновесие. При падении его поймали сильные руки и притянули к подкаченной груди. Одна ладонь возлюбленного скользнула по пояснице Драко ниже и сжала его ягодицу.       — Как тебе твой первый раз? — Голос Поттера был хриплым и тихим, создавая атмосферу единения. Драко на мгновение напрягся, но вскоре поднял голову и поцеловал губы любимого.       — Это было лучше, чем я ожидал. Я бы даже сказал, приятно, — признался Малфой.       — В таком случае, может, повторим после твоего дежурства?       — Хорошего помаленьку, Поттер. Надевай давай штаны, а то без них пойдёшь в свою башню.       — Ты этого не сделаешь, — подставляя один палец к колечку мышц, прошептал Гарри. Но, увы, попытка не увенчалась успехом, и по его ягодице прилетел хлёсткий шлепок.

***

      — Поттер, говорят, ты ночью бегал от Филча, в чём мать родила, — звонкий голос Блейза слышал каждый в обеденном зале.       — Что за бред ты несёшь? — возмутился Рон.       — Ты явно преувеличиваешь, Забини. На мне была мантия, — стараясь сохранить лицо, ответил Гарри, явно шокируя друзей своими словами.       — А тебя не смущает, что она у тебя горела и ты едва мог прикрыть свои причиндалы маленьким кусочком ткани? — Пэнси, говоря это, была сама на себя не похожа. Не было ни усмешки, ни звонкого голоса. Её слова звучали обречённо.       — Я прикрыл и зад тоже, — продолжил оправдываться герой.       — Не хочу тебя расстраивать, но тебе не удалось его прикрыть, Поттер, — лениво растягивая слова, произнёс Малфой, заходя в зал. — Это было незабываемое фаер-шоу, даже лучше, чем у близнецов Уизли.       — Какая жалость, что я стала его свидетелем, — Пэнси явно хотела забыть увиденное. На самом деле её позабавил голый гриффиндорец, но то, как на него смотрел её напарник по дежурству, её несомненно задело. Она уже давно забыла, как он мог нежно улыбаться, а в его глазах читалось «Это мой идиот». И она тысячу раз пожалела, что вечером, увидев догонялки Поттера с Филчем, она, смеясь и колко шутя, смотрела на реакцию Драко.       — Вы явно преувеличиваете, — смущённо ответил Гарри, желая закрыть тему.       — Поттер, будь добр, расскажи, что предшествовало этим побегушкам? — вновь засмеялся Блейз. — А то у нас на факультете за ночь столько теорий появилось.       — Филч на нём колдовать учился, — с усмешкой произнёс Драко. — И давайте закроем тему, а то нам с Пэнси тяжело это вспоминать. Не лучшее зрелище.       Никто не понял, как завершилась словесная перепалка. Когда толпа разошлась и ученики стали садиться за обеденные столы своих факультетов, казалось, что никто ничего не заподозрил. Однако стоило Гарри отойти в сторону, как Гермиона дёрнула его за рукав рубашки, заставляя немного наклониться.       — Я разве тебе не говорила, что нельзя трогать, что не просят! Как ты ещё жив остаёшься после таких выкрутасов? — зашипела девушка в ухо Гарри, от чего тот сначала решил, что подруга говорит на парселтанге.       — Ты вообще о чём, Герм? — постарался сгладить ситуацию Поттер. — Это было просто неудачное стечение обстоятельств.       — Знаю я, что это за обстоятельства были! И как твоя подруга, хочу предупредить, что твой парень уже придумал, как наказать тебя в следующий раз, если ты решишь повторить нечто подобное.       — Гермиона, как? Откуда ты это знаешь? Как давно? — Гарри смотрел на Грейнджер широко открытыми глазами, рот был приоткрыт, и парень явно не знал, что сказать.       — Это не так важно, — отстранившись, произнесла девушка. — Я узнала случайно и не хочу влезать в ваши отношения. Но поверь мне, лучше тебе научиться не распускать руки, а то не только Филч и старосты увидят тебя нагишом.       — Он этого не сделает!       — Кто знает… Но колдографии у него уже есть. Подумай лучше над своим поведением и ешь. Нам скоро на зельеварение.       До самого вечера мысли Гарри были лишь о словах подруги. И желание узнать, способен ли Драко на что-то подобное, достигало уровня желания проверить. И пока остаётся загадкой: рискнёт ли Гарри Поттер вновь коснуться того, что запретно?