Обречённые любить...

Чимин, успокаивая Тэхёна, прокричал: - Юнги, иди за ним! Как бы чего не натворил... - и Юнги выбежал следом. Чон, забыв про лифт, сбежал по лестнице и выскочил на улицу, чуть не сбив медсестру. Он задыхался. Задыхался от злобы, от боли, от безысходности... Ему надо успокоиться и прийти в себя, но где найти это успокоение, если внутри скребёт и рвёт на куски собственный альфа. Что же он натворил?! Он чуть не убил любимого омегу и ещё не родившегося своего ребёнка... Зарычав, как раненый зверь, Чон обхватил голову руками, опустился на последнюю ступеньку и затих... Выскочив на крыльцо клиники, Юнги осмотрелся и увидел, сидящего в самом низу, Чонгука. Вздохнув, Юн спустился, присел рядом и тихо заговорил: - Знаешь, когда мы познакомились с Чимином, у нас с самого начала было не всё гладко... Чимин был в отношениях. Он всего боялся... Казалось, он боялся даже дышать... Я всё не мог понять, почему он так остро на всё реагировал... И как оказалось, его альфа просто издевался над ним. Избивал, унижал, оскорблял... Это были настолько токсичные отношения, что от Чимина осталась практически только тень. Когда я узнал об этом, я сделал всё, чтобы посадить этого ублюдка... Чимин был достоин лучшего... Чонгук поднял голову и посмотрел на Юнги: - Почему вы мне рассказываете это, директор Мин? - Потому, что каждый из нас достоин лучшего. Я наблюдал за тобой. Ты делал всё, чтобы отпугнуть от себя омег, но ведь это не просто так, я ведь прав? - Чонгук промолчал, отвернулся и уставился в одну точку перед собой, а Юнги терпеливо ждал. Через некоторое время Чон заговорил: - Вы правы, не просто так! Я однажды обжёгся, и теперь просто никому не доверяю... - Я тебя могу понять. Чимин мне тоже не доверял, но он дал мне шанс... и я смог показать, что есть другая сторона отношений. Я до сих пор доказываю ему это... Может ты тоже дашь себе этот шанс? И себе, и Тэхёну... - Я не знаю, не уверен, а после того, что я сейчас сделал...Я готов себя просто закопать... - Чонгук снова застонал... - Вам обоим нужно успокоиться и начать не спеша, шаг за шагом... - Простит ли меня Тэхён? Я бы не простил... - Ты просто не знаешь омежью натуру. Они нам, альфам, многое прощают, но если мы любим, мы должны показать это своими поступками. Так что бери себя в руки и действуй! - Юнги встал, отряхнулся и похлопал по плечу Чона. - Пошли, ты сейчас Тэхёну нужнее, чем этим ступенькам. Да и нам с Чимином тоже надо к врачу. Я ведь тоже буду отцом, и сейчас нашим омегам нужна наша поддержка как никогда. Чонгук с опаской заходил в палату. Кроме Тэ в ней уже никого не было. Юнги и Чимин ушли после недолгого разговора с врачом. Тот всё никак не хотел оставлять омегу наедине с Чонгуком, но те заверили, что теперь всё будет хорошо. Тэ сидел в кровати, опираясь на подушки, которые так заботливо подложил Чимин, уговаривая встретиться с альфой ещё раз и поговорить. Чонгук остановился в дверях и вымучено смотрел на омегу, что сидел поджав губы и всё ещё с испугом в глазах, смотрел на вошедшего... Чон медленно подошёл к кровати и присел, на рядом стоящий стул. - Ты приехал, потому что Юнги позвонил тебе? - нарушил затянувшееся молчание Тэхён. - Да, но я не переставал думать о тебе. И может я приехал бы к тебе в скором времени... - Может быть... - Тэ снова закусил губу... - Нет, я бы обязательно приехал бы... - Чонгук осторожно переместился со стула на край кровати и взял Тэ за ладошку, осторожно поглаживая и смотря в глаза, - Прости меня... Тэхён вскинул глаза и прошептал: - За что? - За то, что так долго шёл к тебе и за то, что чуть не навредил тебе... вам. Мне надо многое тебе рассказать, но давай отложим это на потом. Сейчас я хочу сказать главное... Посмотри на меня... Тэхён поднял глаза на Чонгука, в которых отражалась не высказанная боль, обида и влага, готовая вот вот сорваться... - Тэ, давай начнём сначала. Я хочу ухаживать за тобой. Ты в праве не согласиться, оттолкнуть меня, но всё же я прошу дать мне шанс. Я... я люблю тебя... Не знаю когда это произошло, но я хочу показать, что ты мне не безразличен. И к тому же у нас будет ребёнок... Я хочу присутствовать в его и в твоей жизни. Только не плачь, пожалуйста... - Чонгук держал ладонями лицо Тэхёна и вытирал большими пальцами слёзы омеги, - Обещаю, что никогда больше не обижу вас. Тэхён смотрел мокрыми от слёз большими глазами на Чонгука и молчал... Чонгук перестал говорить и, не отпуская лицо омеги, медленно наклонился и прикоснулся к трясущемся солёным губам. Тэ всхлипнул и медленно выдохнул. Чонгук углубил поцелуй, обрамляя языком нёбо и зубки омеги... и Тэхён ответил, судорожно вцепившись одной рукой в пиджак, теперь уже своего альфы. Да, он готов дать шанс им обоим... ********** - Гукии, поторопись пожалуйста! Нам ещё за цветами заезжать... - Тэхён сидел в коридоре на пуфике в их новой квартире, гладил свой живот и смотрел, как растерявшийся, Чон носится из комнаты в комнату. Тэ уже довольно тяжело стоять и передвигаться. Казалось, что он проглотил огромных размеров арбуз. Их альфочка тоже в скором времени должен был появиться на свет, но пока они собирались ехать к Чимину. Полчаса назад позвонил Юнги и с паникой проорал в телефон, что Чимин рожает. А на заднем фоне, охая и смеясь, говорил Чимин, подбадривая, и прося смотреть на дорогу, своего мужа... - ТэТэ, я не могу найти свои часы... Ну вот чего ты смеёшься? - Гуки, разве сейчас это важно? - Конечно, я должен предстать перед новорождённым в приличном виде. - Гукиии, она всё равно ничего не поймёт. Ты выглядишь просто потрясающе, в отличии от меня... Чонгук улыбнулся, подошёл к Тэхёну и присел перед ним на колени. Приложил голову к животу, выпуская феромоны, на что альфочка сразу же отреагировал и начал интенсивно толкаться, а потом вдруг затих... - Медвежонок, ты у меня самый замечательный, самый красивый, самый... - Оооох... Гукии... - Даа, правда, правда! - Гукиии... - И не спорь со мной, вы самые мои любимые мальч... - Гукииии! - заорал Тэхён так, что Чон даже подскочил и уставился на Тэхёна, чьё лицо исказила гримаса боли - Заткнись уже... - Что случилось?! - Ребёнок у нас случился! Ооохх, - Тэ тяжело и часто задышал... - Ты чего стоишь?! - А что делать то?! Я не понимаю... - Чон растерянно смотрел на Тэхёна. - Гукии, не тупи! Возьми сумку с вещами для родов и отнеси в машину, потом за мной вернёшься. - А мы что, рожаем?! - Да, Гуки, мы рожаем!!! Ааааа, - Чонгук подорвался и со скоростью, которой можно только позавидовать, кинулся за сумкой. Перенеся Тэ в машину, Чонгук с особой осторожностью выехал на дорогу. Вцепившись в руль до побеления кончиков пальцев рук, Чон старался ехать не спеша... - Гуки, если мы так будем плестись, то я рожу прямо в машине. Или может мне отложить как то роды?! Ведь мы не торопимся. Ааааа...Гуки, мать твою!!! Я сейчас сам сяду за этот чёртов руль, прибавь уже газу! - Всё, всё... я постараюсь... Ойкая и айкая, Тэхён ответил на звонок Юнги. - Да, мы уже едем... Как?! Уже?! Ну вы даёте!!! Юнгиии, я тоже рожаю... Как?Как?! Просто!!! Аааааа, всё мы скоро будем... - Тэ сбросил вызов и перевёл дыхание, - Чимин родил омежку. Юнги в восторге и ждёт нас... Ооооххх... - Дыши, ТэТэ, дыши... фуу, фуу, фуу... - Чонгук дышал вместе с Тэхёном. Тэ закричал от внезапной схватки и вцепился в бедро Чонгуку, и тот тоже чуть не заорал, но вовремя замолчал, лишь скрипнул зубами и прибавил газу... И вот уже через пятнадцать минут два альфы сидели в коридоре. Один сиял, как солнце, с глупой улыбкой на губах, а другой нервничал и кусал губы, слушая, как кричит его омега, ругаясь на все лады... Юнги похлопал по плечу Чона: - Ничего, ничего... Я тоже услышал о себе немало лестного. Это всё просто на эмоциях. Они же на самом деле ничего такого не думают... - Мистер Мин? - к ним подошла медсестра и Юнги вскочил, потянув за собой Чонгука, - Вы можете пройти в палату, только не забудьте надеть халат. Поздравляю! - Чон, пошли... Тебе надо отвлечься, - и Юнги подтолкнул Чонгука. Чимин лежал, довольно улыбаясь, и держал на руках небольшой свёрток. Юнги осторожно приблизился и поцеловал своего мужа : - Спасибо, любимый... - Юнги смотрел на маленькое создание, что морщило носик и дуло губки... - Красавица, вся в папочку... Надеюсь, что следующим будет альфочка... - Уже?! Юни, потерпи немного... Нет, я конечно не против ещё одного ребёнка, но дай хотя бы выйти из больницы, - Чимин с нежностью посмотрел на мужа... - А где же наш ещё один папочка? - Рожает... - ответил Юнги вместо Чонгука, который будто завис, уставившись на маленькую омежку. Чимин и Юнги переглянулись и окликнули : - Чон, Чон, ты слышишь?! Что с тобой? -- Чон непонимающе перевёл взгляд на счастливую пару. - Это просто чудо... - прошептал Чонгук, - Поздравляю, ребята... и мне нужно идти... - Чонгук выскочил из палаты и подбежал к дверям, из-за которых раздавались крики его омеги. Вдруг крики прекратились, и буквально через секунду раздался звонкий крик младенца... Сползая спиной по стене, Чонгук присел на корточки и... зарыдал. Его потряхивало, слёзы счастья и облегчения текли сами по себе, и Чон повторял, не переставая, как мантру: "Спасибо, медвежонок... спасибо..." Просидев несколько минут, утерев слёзы и побив себя по щекам, Чонгук подскочил и, перескакивая ступеньки, выскочил из клиники... Тэхён лежал и разглядывал их с Чонгуком чудо-сыночка. Альфочка так был похож на отца, кстати, и где же он? Прошло уже больше двадцати минут, как медсестра пошла сообщить Чонгуку, что он может зайти в палату, но Чон так и не появился... Что случилось? Тэ хотел уже было звонить, как дверь палаты открылась... и первое, что увидел омега, огромный букет красных роз и руки любимого, которые с трудом обхватывали этот самый букет... Ничего не говоря, Чонгук подошёл к кровати и положил цветы, укрывая, будто одеялом, Тэхёна. Тот тоже смотрел на своего альфу. Затем Чонгук присел на край кровати и протянул бархатную коробочку, раскрывая её со словами: - Ким Тэхён, согласен ли ты стать моим мужем? - Гукии... - прошептал омега и часто закивал головой, одновременно плача и улыбаясь, протянул руку. Чонгук надел кольцо, поцеловал тыльную сторону ладони омеги и повернулся к альфочке, который комично морщил носик и губки... - А теперь я хочу познакомиться со своим сыном... Акуратно передав ребёнка Чонгуку, Тэ счастливо улыбался, глядя на этих двоих, самых дорогих его сердцу людей... Все-таки они были обречены любить и быть любимыми..... Презреть любовь способен только демон. А мы, живые, рождены любить. Нас чувства наполняют сильным ветром; Порывы их навеки не забыть.