«Хулиган»

      Дождливая и ветреная погода за окном нагнетала и так плохое настроение сотрудников суда, некоторые из них с содроганием гадали, как же им вернуться домой, и лишь единицам было всё равно на погодное ненастье, и к их числу относилась Элизабет Лионесс. Очередной будний день подходил к концу, и от этой мысли секретарь мысленно радовалась. Мало того, что сегодня назначенных дел было мало, и прошли они быстро, так ещё и дежурство обошлось без нежелательных гостей, отчего девушка успела сделать больше, чем планировала. И даже плохая погода ничуть не испортила её настроение.       — Тебя отдел точно задушит, — улыбнулась Диана, с белой завистью глядя на коробку из-под бумаг, которая теперь забита тонкими гражданскими делами. — Мне бы такое ангельское терпение, как у тебя, — вздохнула она, угрюмо глядя на открытое толстое дело, над которым сейчас трудилась. — Сейчас меня стошнит от них.       — А ты подумай о том, что у тебя скоро отпуск, и ты сможешь хорошо отдохнуть. Если, конечно, всё успеешь сделать, — на этих словах послышался тяжёлый вздох со стороны соседки. — А вообще, это только начало, — пробурчала Элизабет, с опаской глядя на две большие стопки дел, которые уже три недели ждали, когда их разберут. — Как думаешь, возможно ли разобрать вот эти башни за неделю?       Диана оценивающе осмотрела дела, что-то прикидывая в уме.       — Не думаю, — пробурчала она, наматывая на палец тёмную прядь. — Если только сутками работать с перерывом хотя бы в два часа, плюс час на обед, а также не выходя на судебные заседания, что уже можно отнести к категории «невозможно». А что касается моих дел, то это «реально невозможно» всё сделать, особенно с нашей графикой на следующей неделе, — на этих слова её правый глаз задёргался, а лицо чуть ли не позеленело. — Да и сегодня не могу после работы остаться и…       На последней фразе Диана задёргалась.       — А почему? — спросила Элизабет, однако тут уже получила ответ на вопрос в виде румянцев на щеках.       — Кхм, ну… Ты только никому не говори, ладно? — глаза собеседницы были полны мольбы, на что Лионесс кивнула. — Меня Кинг наконец-то пригласил на свидание, — ещё больше покраснела Диана.       Элизабет ахнула.       — Это же замечательно! — воскликнула она, после чего вскочила со своего места и подбежала к подруге, заключив её в объятия. — Поздравляю! Куда вы пойдёте?       Это определённо самый лучший день.       — Тише ты… — засмущалась её коллега.       — Веселитесь, девочки? — прервал их уставший женский голос, обладательница которого вышла из своего кабинета. — Что за праздник на дворе? — с интересом спросила светловолосая женщина в расстёгнутой тёмной мантии, однако когда она увидела пунцовую и счастливую Диану, её заинтересованный взгляд стал хитрющим. — Неужели Кинг наконец-то осмелился провести с тобой незабываемый вечер?       Диана неловко улыбнулась.       — От Вас ничего не скрыть, госпожа Матрона, — сказала она. — Вы читаете меня как открытую книгу.       «Да как тут не прочитать», — усмехнулась про себя Элизабет, выпуская подругу из объятия.       — В таком случае я тебя отпускаю, на сегодня рабочий день для тебя окончен. Тебе надо привести себя в порядок, — сказала судья, кивком указывая на мешки под глазами.       Диана едва не подавилась воздухом.       — П-правда?!       — Это приказ, Диана Нейт, — улыбнулась Матрона, — выполняй.       В кабинете раздался девичий визг.       — Везучая, — улыбнулась Элизабет при виде счастливой коллеги, которая едва сдерживала в себе эмоции, пока отключала компьютер, убирала дела и в спешке накидывала на себя джинсовую куртку. — Ну всё, Диана, проверку ты прошла, пригодна для армии.       — Ага-ага, — кивнула она, нервно проверяя содержимое сумки. — До свидания, госпожа Матрона! Пока, Эли! — чмокнула она напоследок Лионесс в щёку и на всех порах покинула кабинет.       — Ага, пока, — попрощалась Лионесс, а судья лишь покачала головой, пробурчав что-то про детский характер её подчинённого, и вернулась в свой кабинет, плотно закрыв за собой дверь.       В коридоре послышался отборный мат, а затем громкое «Прости, я просто спешу!» Элизабет присвистнула.       — Чёрт возьми, какая муха её укусила? — прошипел вошедший Эстаросса с пачкой бумаг в одной руке, в то время как другой потирал плечо. — Не девушка, а советский танк.       Лионесс покачала головой.       — Скажи спасибо, что Диана тебя не услышала.       Эстаросса призадумался, а затем близко подошёл к девушке.       — Но ты не станешь сдавать меня, верно? — тихо спросил он, едва касаясь серебристой чёлки, прикрывающей правый глаз.       — Если скажу, то высока вероятность того, что ты попадёшь в больницу с черепно-мозговой травмой, а лишаться такого ценного помощника судьи, как ты, не хочется, — ответила Элизабет, отходя назад, на что коллега улыбнулся своей фирменной улыбкой. — Кстати об этом, что за кипа бумаг? Новые иски? — спросила она, кивком указывая на документы.       «Ещё больше работы», — угрюмо подумала она.       — Ага, и вот тебе плохая новость: поступило несколько апелляшек от Чандлера. Этот гандон всё-таки накатал жалобы, и поэтому дела по этому старику нужно срочно сделать, дорогая моя, — со вздохом сказал Эстаросса, и Элизабет состроила страдальческую гримасу, понимая, что эти выходные она проведёт на работе. — А ещё… Вот тебе это не понравится, — сказал он, вытаскивая из стопки бумаг несколько документов и показывая их Лионесс, глаза которой расширились от ужаса.       А вот и ещё одна плохая новость.       — Да ладно, почему именно сегодня откопали хулигана? — простонала она, уже начиная проклинать всех на свете. — Так ещё и в конце рабочего дня!       — Поверь, я сам не в восторге, — скорчил лицо Эстаросса. — Радует, что он хоть один.       — Что случилось? — прервала разговор высокая статная женщина, вышедшая из своего кабинета. Увидев своего помощника и материал дела у него в руках, она тихо вздохнула. — Эстаросса, разворачивайся и идти отсюда вместе с этим делом, — сказала она, улыбаясь уголками рта.       Элизабет мысленно усмехнулась.       — Да я с радостью бы сделал это, но, увы, никак не могу, госпожа Мерлин, — со страдальческим вздохом ответил юноша, подходя к судье и передавая ей материал. — Обычное дело, сотрудники полиции нашли алкаша на общественном месте. Не буянил, вину признал, и на этом ему спасибо. Проект постановления уже готов.       Судья слушала своего подчинённого внимательно, одновременно пробегая глазами по протоколу и другим представленным документам. Её лицо сохраняло хладнокровие, но девушка уверена, что судья сама проклинает хулигана.       — Хорошо, можешь идти домой, — кивнула Мерлин, чем осчастливила Эстароссу, который тут же покинул кабинет, успев перед выходом показать язык разозлённой Лионесс. — Ладно, Элизабет, пойдём. Как говорится, раньше сядем, раньше выйдем.       Секретарь тяжело вздохнула, взяла необходимые предметы и вышла из кабинета, краем глаза заметив, как судья накидывала на себя мантию. «День точно можно считать испорченным, — угрюмо подумала она, увидев в коридоре полицейского Бана и молодого парня, внимательно изучающего информационный стенд. — Так вот кто прибавил нам работу».       Элизабет глубоко вздохнула, подавляя в себе гнев.       — Здравствуйте, вы к нам? — задала она стандартный вопрос сотруднику.       — Здравствуйте, да, — прозвучал стандартный ответ. — Уже можно идти?       — Да, конечно, идёмте за мной, — ответила Лионесс, провожая людей до свободного зала судебного заседания. — Присаживайтесь. И прошу Вас дать мне Ваш паспорт, молодой человек, — обратилась она уже к хулигану, невольно подмечая его необычную внешность.       «А он точно не несовершеннолетний?» — пронеслось у неё в голове, пока парень искал в своих карманах документ.       — Вот, держи, — сказал он, протягивая секретарю паспорт. — И не надо ко мне на «Вы» и «молодой человек», милая. Зови меня Мелиодас, — под конец улыбнулся он, слегка удивив Бана и поставив девушку в ступор, однако Элизабет быстро пришла в себя, услышав вдалеке знакомый стук каблуков, и тут же села на своё место.       «Странный какой, — подумала она, открывая текстовый редактор и набирая данные. — Так, Мелиодас ап Феллек, значит. О, родился там же, где и я, и… Стоп, ему действительно столько лет?»       Элизабет отвлеклась от документа и взглянула на парня, который с интересом осматривал помещение. Если бы она не взглянула на паспорт, то в жизни не поверила бы, что ему двадцать семь лет. Лицо было по-детски милым, большие глаза своим цветом напоминали красивый молодой лес, золотистые волосы были растрёпаны как у обычных мальчуганов, которые не любят приводить лохмотья в порядок, а беззаботная улыбка лишь больше давала сомнения в истинности возраста парня. Лионесс снова посмотрела на паспорт: на фото запечатлено то же лицо.       «Вот уж точно, внешность обманчива», — подумала Элизабет, заканчивая вносить данные лица в протокол, после чего вновь подошла к Мелиодасу.       — Держите, — сказала она, возвращая ему паспорт.       — Благодарю, милая, — ещё шире улыбнулся юноша, принимая документ. Элизабет уже хотела сесть на своё место, но Мелиодас отвлёк ей. — А знаешь, ты всё-таки не милая. Не, ты милая, но я не об этом. Вот смотрю на тебя, и мне хочется назвать тебя милкой. Поэтому ты просто милка.       Глаза Лионесс расширились от удивления, щёки начали медленно, но верно краснеть, сама она то открывала, то закрывала рот, не зная, что ответить. Мелиодас делал вид, будто он сказал что-то естественное и обыденное, а Бан, который до этого был молчаливым наблюдателем, разразился от смеха, добавляя ещё больше неловкости.       — А ты мне нравишься всё больше и больше. Нам с тобой обязательно надо перетереться, — улыбнулся полицейский.       — Да без проблем, адрес моего бара ты знаешь, — ответил Мелиодас. — Заодно и расскажешь, что за принцесса передо мной стоит.       «Даже не вздумай, Бан, — кинула покрасневшая Лионесс предупредительный взгляд на сотрудника. — Мне уже хватило того раза».       Их разговор прервался, стоило судье появиться в зале.       «Госпожа Мерлин, Вы моя спасительница!» — в мыслях воскликнула Элизабет, вприпрыжку сев на своё место. И если сейчас темноволосая женщина удивилась поведению секретаря, то виду не подала.        — Вставать не надо, обойдёмся без лишней формальности, — махнула рукой Мерлин, положив материал на стол. Лионесс поднесла руки к клавиатуре, готовясь фиксировать всё необходимое. — Судебное заседание объявляется открытым. Рассматривается дело об административном правонарушении в отношении Мелиодаса ап Феллека, 25 июля 1994 года рождения, уроженца г. Эдинбурга, зарегистрированного и проживающего по адресу: г. Лондон, ул. Святого Заратраса, д. 13, кв. 2. Всё верно, господин Мелиодас?       — Да, Ваша честь, — ответил он, поднявшись с места.       — Кем и где Вы работаете?       — Я сам себе хозяин, владею местным баром «Шляпа Кабана», но также работаю барменом.       Элизабет тут же набрала ответ.       — Понятно, — кивнула себе Мерлин. — Есть необходимость докладывать материалы дела?       — Нет, я знаю, по какому поводу меня сюда привели.       — Вы признаёте свою вину?       — Да, — ответил Мелиодас, украдкой бросив взгляд на то, как тонкие пальцы секретаря шустро набирали текст. — Просто сегодня был день рождения у моего друга, мы немного не рассчитали количества алкоголя. Как итог, мои друзья уснули в своих коморках, а мне же стало скучно, и я вышел на улицу, ну и в парке нарвался на местное хулиганьё. Немного поцапался с ними, а они взяли и сбежали, стоило одному из них крикнуть про мусоров. Это их слова, а не мои, — добавил он, бросив взгляд на полицейского. — Ну а так если я пью, то пьянею очень редко, да и то стараюсь держаться у себя дома. А тут сегодня… так сложилось, — беззаботно улыбнулся он.       «А по нему и не скажешь, — подумала Элизабет, не заметив на юноше ни одного признака произошедшей драки. — Наверняка хорошо натренирован».       — Что ж, господин Мелиодас, поскольку до этого Вы ни разу не были замечены в административных правонарушениях, Вам выдаётся предупреждение. Впредь постарайтесь больше не попадаться в подобные ситуации. А теперь ожидайте, секретарь через пять минут вынесет вам всем копии постановления, — вынесла вердикт судья.       — Благодарю, — склонил голову светловолосый юноша, после чего все присутствующие встали, а Мерлин и Элизабет покинули зал. Последняя, получив от своего начальства постановление, ушла в канцелярию делать копии.       «Фух, ещё пару минут, и можно идти домой, — улыбнулась себе Лионесс, набирая на маленьком экране большого принтера нужные параметры, после чего нажала на «Старт». — Только, пожалуйста, не зажми бумаги», — взмолилась она, наблюдая, как листы пропадают из лотка и появляются ниже безо всяких происшествий. Окрылённая счастьем Элизабет тут же схватила копии и оригинал, вернулась в свой кабинет, села на своё место и тут же начала оформлять копии постановления. Печати чётко оставляли следы на бумагах, а штампы быстро исписывались необходимыми данными, и лишь когда судья подписала копии, которые впоследствии были заверены гербовой печатью, Лионесс испытала облегчение. Две третьих дела сделано. А потому она спокойно взяла расписку, внесла туда сегодняшнюю дату и направилась к сторонам.       — Вот, держите, — сказала она, отдав копии юноше и полицейскому, — и распишитесь здесь.       Под чётким руководством секретаря судебного заседания Мелиодас заполнил свою графу, а затем передал расписку сотруднику полиции.       — Я могу быть свободен? — спросил он, когда накинул на себя куртку.       — Да, конечно, — кивнула Лионесс.       — Тогда до встречи, милка.       Элизабет с удивлением посмотрела в сторону удаляющегося юноши, переваривая последние слова, но впоследствии махнула рукой. Она уверена, что больше его никогда не увидит, как и других предыдущих правонарушителей.