Глава 17
7 декабря 2022 г., 14:17
Через несколько секунд они, накинув одежду, разбросанную по комнате, встали с постели, и Артур почувствовал, как его пульс неприятно стучит в венах.
«Мы не готовы, Мерлин», — сказал он, когда мужчина помог ему надеть доспехи.
«Готовы», — твердо сказал Мерлин. Он взял в ладони лицо Артура и встретился с его взглядом с непоколебимой решимостью. «Мы вместе можем противостоять всему».
Артур глубоко вздохнул и кивнул, зная, что он не может позволить себе роскошь сомнений, что у него нет времени искать свое обычное утешение в Мерлине и позволить себе раствориться в его прикосновениях и заверениях. Мерлин закончил с доспехами Артура, и они обменялись последним взглядом, покинули свои покои и направились прямо в зал совета, где Леон и остальные уже ждали их.
«Мы только что получили известие, что силы Агравейна маршируют к городу. Они будут у ворот замка в течении часа», — серьезно сказал Леон.
Артур кивнул, чувствуя, как щупальца магии Мерлина просачиваются под его кожу, успокаивая его и напоминая, что он не один.
«Наш оборонительный план остается в силе. Вы все знаете свои обязанности?»
Все кивнули, и Мерлин сказал:
«Моргана, Мордред, мне нужно, чтобы вы сосредоточились на извлечении магии, которой Моргауза наделила их бойцов. Моргана, я оставляю командование друидами на вас».
«Мы сражаемся за будущее Камелота», — сказал Артур, сохраняя голос ясным и твердым. «Мы боремся за любовь к нашему королевству и… любовь друг к другу. Я дорожу каждым из вас, и вы все сыграли жизненно важную роль в формировании этого королевства. Я не сомневаюсь, что мы победим, все вы это делали уже бесчисленное количество раз, и почему вы были избраны для защиты этих земель».
Он сделал паузу, посмотрел на лица тех, кого любил, и понял, что лучших воинов, с которыми можно сражаться бок о бок он и пожелать не мог. Он чувствовал себя сильным королем благодаря их поддержке, и чувствовал уверенность, которую он задавался вопросом, чувствовал ли когда-нибудь его отец.
«Хорошо сражайтесь, сражайтесь изо всех сил и придерживайтесь идеалов, которые мы построили вместе. Я надеюсь, увидеть вас всех в целости и сохранности в конце битвы».
Все встали по стойке смирно и пошли на свои посты. Они вышли из комнаты, Мерлин схватил Мордреда, когда он проходил мимо, и крепко обнял его, прошептав:
«Береги себя, слышишь? Я никогда не прощу тебя, если ты погибнешь».
Мордред рассмеялся и сказал:
«Я тебя тоже. Ты единственный отец, которого я когда-либо знал, Мерлин. Я не потеряю тебя».
Мерлин тяжело сглотнул и сказал:
«Когда все это закончится, мы сделаем это официально. Я усыновлю тебя, и ты никогда не избавишься от меня».
«Я бы хотел этого», — сказал Мордред со слезами на глазах, явно пытаясь держать себя в руках. «Мне бы этого очень хотелось».
Он положил руку на плечо Мерлина и быстро ушел. Мерлин встряхнул себя, посмотрел на Артура и сказал:
«У нас все получится. У Агравейна нет шансов».
Артур кивнул и взял руку Мерлина, притянув его к себе и встретив его коротким, но крепким поцелуем.
«Когда все будет кончено, я выйду за тебя замуж, так что тебе лучше пережить этот день».
Мерлин усмехнулся и сказал:
«Я так и планировал».
Они обменялись еще одним крепким поцелуем, а затем разошлись: Мерлин собирал своих колдунов, а Артур готовил своих рыцарей. Леон должен был командовать лучниками с восточного парапета, Ланселот — командовать обороной главных ворот, Гвейн — взять на себя оборону, если цитадель будет прорвана, а Персиваль и Элиан должны были возглавить атаку рыцарей, которые должны были выехать навстречу Агравейну.
Артур оказался на зубчатой стене, все вещи были на своих местах, а в голове была мешанина мыслей и эмоций. В свое время он командовал многими битвами, но ни одна из них не была так важна, как эта. Ставки были выше, чем когда-либо, и будущее его королевства, безопасность его народа зависела от исхода этой ночи.
Войска Агравейна появились на горизонте, Моргауза сидела верхом на лошади рядом с ним, горло Артура сжалось от ненависти к ним обоим. Он взглянул на самую северную башню и увидел стоящего там Мерлина, от которого исходила аура силы, подкреплявшая решимость Артура.
Битва началась раньше, чем можно было ожидать, и цитадель была осаждена могущественной магией, которая Артур чувствовал, проникала сквозь камни Камелота. Войска Моргаузы пробили их оборону, пока Мерлин сражался с ней наверху. Моргана и Мордред стояли вместе, командуя силами друидов, и выкачивая ложную магию из бойцов, которых заколдовала Моргауза.
Вокруг лязгали мечи и летели стрелы, Артур командовал своими рыцарями и с ужасом наблюдал, как некоторые падали у него на глазах. Войска Агравейна были свирепы, а бой был кровавым. Вспышка огня привлекла его внимание как раз в тот момент, когда он убил болвана, вооруженного двойным топором, и, подняв глаза, увидел кружащих вокруг замка виверн, флаги на башнях замка уже пылали.
Сердце Артура сжалось в груди, и он уже собирался приказать своим лучникам попытаться сбить существ, когда из северной башни донесся всемогущий рев, и Артур увидел, как Мерлин начал кричать таким голосом, что у Артура по спине побежали мурашки. Виверны немедленно прекратили атаку и полетели обратно к силам Агравейна, охватив их огромным огненным шаром, в то время как группы людей пытались метнуть в них копья в тщетной попытке сбить их.
В цитадели их все еще было значительно меньше, и Артур видел, как его собственные рыцари оттесняются все ближе к замку. Он почувствовал, как стрела пронзила его плечо, и упал на колени, но через несколько секунд снова встал на ноги. Он вовремя повернулся, чтобы пропустить скользящий удар широкого меча, и сумел обезоружить нападавшего, несмотря на сильную боль в плече.
Он не видел, как кулак летит к нему, но почувствовал, как он коснулся его лица, в глазах появились искры от боли, он ударился о землю, в ушах звенело. Меч был прижат к его горлу острием туда, где чувствуется биение пульса. Артур пытался найти любое оружие, но все было вне его досягаемости. Он напрягся, размышляя, сможет ли он двинуться в сторону до того, как будет нанесен последний удар, как вспышка света отбросила нападавшего назад.
Артур моргнул от яркого света, ошеломленный и содрогнувшийся, и увидел Гаррика, стоящего там, где был нападавший, с разбитой губой и окровавленным лицом. Поворотом руки он отшвырнул толпу мужчин, которые двигались к ним, и они замертво рухнули на землю. Гаррик повернулся и протянул ему руку, помогая подняться на ноги, и сказал с дрожащей ухмылкой:
«Не время бездельничать на земле, сир».
«Спасибо, Гаррик», — задыхаясь, сказал Артур. «Я обязан тебе жизнью».
«Ах, дайте мне рыцарское звание, и мы в расчете».
Артур уже хотел ответить, что он собирался сделать именно это, когда взрывная волна ударила в стену рядом с ними и повсюду разлетелись камни и обломки. Он повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Агравейн и Моргауза въезжают в цитадель, а с флангов их окружает еще больше людей, как будто в их распоряжении было бесконечное количество воинов.
Артур почувствовал, как безнадежность ударила его так же остро, как если бы это был меч. Их сил было недостаточно, чтобы противостоять такой мощи, такой необъятности, и, хотя это ранило его в самое сердце, Артур задавался вопросом, не лучше ли было бы сдаться и тут же и избавить свое королевство и свой народ от дальнейших потерь.
«Ты не можешь победить, Артур», — сказал Агравейн верхом на своей лошади с неприятным рычанием на лице. «Мы уже выиграли».
«Если ты сдашься сейчас, мы позволим тебе достойно умереть», — сказала Моргауза с улыбкой, от которой у Артура зачесались кожные покровы.
«Камелот наш. Прими свою судьбу, как король, как мужчина».
«И ты будешь управлять этими землями?» — ответил Артур, обретя голос, хотя чувствовал, что может упасть в любой момент. «Ты подчинил себе мой народ? Ты использовал тех, кто обладает магией, в своих извращенных целях! Я не сдамся, Агравейн. Пока в моем теле теплится жизнь, я буду сражаться, чтобы защитить свой народ».
«Ты всегда был дураком и умрешь таким же».
«Артур не будет тем, кто умрет здесь сегодня», — раздался голос Мерлина, Артур обернулся, и увидел Мерлина, идущего к ним через двор, хотя Артур понятия не имел, как он спустился с башни.
«А, это волшебный щеночек Артура», — сказала Моргауза, все еще раздражающе забавляясь всем происходящим. «Ты пришел поразить нас своими фокусами?»
«Я пришел, чтобы дать тебе шанс уйти сейчас и покончить с этим до того, как я прикончу тебя».
Моргауза рассмеялась, а Агравейн ухмыльнулся. Артур почувствовал, как магия Мерлина просачивается под его кожу и обвивается вокруг него. Он никогда раньше не ощущал её с такой мощью, и у него перехватило дыхание, когда он почувствовал, как Мерлин будто притягивает его к себе этой мощью.
Мерлин холодно посмотрел на них, от него исходила сила, его поза была такой уверенной, что Артур вдруг почувствовал, что в мире нет силы, которая могла бы его свергнуть. Глаза Мерлина вспыхнули золотым, он протянул руки ладонями к земле и начал низким низким голосом напевать слова, которых Артур не понимал.
Золотые щупальца начали закручиваться снизу вверх, обвивая руки Мерлина и извиваясь по всему его телу. Артур завороженно смотрел, как Мерлин направляет древнюю магию земли, как все его тело светится от ее силы. Земля начала трястись, и Артур схватил Гаррика за запястье, отодвигая его назад, когда сила магии вокруг них нарастала.
Мерлин поднял голову, его глаза были чисто золотыми, словно расплавленными, он поднял руки, и от них, словно ударная волна, исходил магический импульс. Артур с завороженным трепетом наблюдал, как все до единого воины Агравейна рухнули на землю, и ни один человек не остался в живых. Агравейн упал с лошади, Моргауза пыталась сопротивляться магии, ее руки дрожали, когда она боролась с ней. Ее глаза расширились от шока, когда еще одна волна магии ударила ее, прежде чем она издала жалобный крик, превратившись в пепел.
Золото внезапно исчезло из глаз Мерлина, и щупальца магии исчезли, как будто их никогда и не было. Он на секунду встретился взглядом с Артуром, и вдруг побледнел, и упал на землю в глубоком обмороке.
«Мерлин!» — крикнул Артур, подбегая к мужчине. «Мерлин, проснись! Пожалуйста, проснись!»
Вокруг него все было разрушено, он слышал слабые возгласы вдалеке, что все силы Агравейна мертвы, уничтожены одним махом невероятной магии Мерлина. Артур прижал мужчину к себе, приложил пальцы к его шее, сумев с невероятным облегчением различить слабый пульс под пальцами.
Он взял Мерлина на руки и встал, говоря Гаррику:
«Найди Моргану, скажи ей, чтобы она пришла в мои покои, затем найди Леона и скажи ему, что он главный, пока он не получит известие от меня».
Гаррик кивнул и побежал выполнять инструкции, а Артур прошел через двор в замок. Он ни перед кем не останавливался, не обращал внимания на разруху, лежавшую вокруг него, и едва замечал тела, через которые перешагивал на ходу. Он почти не чувствовал веса Мерлина на своих руках, и в его мыслях не было места ни для чего, кроме выздоровления этого человека.
Он толкнул дверь в свои покои, не понимая, как именно он туда попал, и осторожно положил Мерлина на кровать. Его грудь почти не шевелилась от медленных, неглубоких вдохов, а кожа была настолько бледной, что почти прозрачной.
«Мерлин», — прошептал он, взяв руку мужчины в свою и крепко сжав ее. «Я здесь. Мы победили, любовь моя. Ты выиграл битву за нас, ты спас нас всех. Пожалуйста, пожалуйста, проснись. Пожалуйста, вернись ко мне. Я не хочу этой победы, если она будет стоить мне тебя. Как мог ты так рисковать собой? Ты самоотверженный, благородный идиот. Я не могу потерять тебя, не могу».
«Артур», — послышался голос Морганы, он поднял взгляд и увидел, как в ее глазах отразилось его собственное беспокойство.
«Что случилось?» — спросил Мордред, проталкиваясь мимо нее и опускаясь на колени на кровать рядом с Мерлином, выглядя таким же безумным, как и Артур.
«Магия», —сказал Артур сдавленным голосом. «Он использовал свою магию, чтобы уничтожить их всех, и это видимо полностью ослабило его».
«Отойдите в сторону, вы оба», — приказала Моргана, и Артур подчинился.
Мордред встал рядом с ним, и Артур обнял мальчика за плечи, зная, как сильно он заботится о Мерлине и как Мерлину не хотелось бы видеть его таким разбитым от беспокойства. Они смотрели, как Моргана села на кровать и положила руку на лоб Мерлина, закрыла глаза и прошептала что-то мягкое и мелодичное.
«Он истощил себя», — наконец сказала она, открыв глаза и с беспокойством глядя на Мерлина. «Он использовал свою магию, доведя её до предела, и она почти иссякла. Его тело не может справиться с напряжением».
«Он будет жить?» — спросил Артур почти шепотом.
«Будет, и мне определенно есть что высказать ему по этому поводу, — яростно сказала Моргана, стиснув челюсти».
«Я его не чувствую», — сказал Артур сквозь стиснутые зубы. «Я больше не чувствую его магию. Она… далеко».
Моргана посмотрела на него через плечо, на ее лице отразилось замешательство, она встряхнулась и сказала:
«Это потребует всего моего мастерства. Мне нужно вызвать всех друидов; мы немедленно начнем ритуал».
«Что я могу сделать?» — спросил Артур.
«Обработай свои раны, смой с себя всю грязь, а потом… жди», — сказала Моргана.
Артур сделал, как ему велено, и потратил некоторое время, чтобы собраться со своими рыцарями, безмерно благодарный за то, что, за исключением нескольких неприятных ран, которые заживут, все, кто ему дорог, в безопасности и доживут до следующего дня. Леон уже приступил к организации ремонта, который требовался немедленно, в то время как Ланселот выехал с небольшой группой, чтобы посмотреть, какой ущерб был нанесен за пределами цитадели.
Среди сил Агравейна было мало выживших, так как магия Мерлина убила их всех, но тех, кто выжил, держали в камерах, в то время как избавление от огромного количества тел было организовано со всей поспешностью. Артур прислушивался к тому, что от него ожидали, но весь замок знал, что случилось с Мерлином, и, казалось, был готов пойти на уступки.
Прошло двадцать четыре часа, а новостей не было. Под окном Артура устроили бдение, и он услышал растущий шепот о том, что все они обязаны Мерлину своими жизнями и как он в одиночку спас королевство. Артур сидел в своих покоях и смотрел, как Моргана и друиды выполняли замысловатые ритуалы, чтобы восстановить магию Мерлина, в то время как Гаюс ухаживал за его телом и делал все возможное, чтобы исцелить его.
«Артур», — тихо сказала Моргана, присоединяясь к нему в углу, который он занял для себя. Она выглядела бледной и осунувшейся, темные круги под глазами свидетельствовали о том, как неустанно она работала, чтобы помочь Мерлину. «Мы сделали все, что могли. Теперь нам остается только ждать».
«Он — »
«Он… стабилен. Гаюс уверен, что его тело восстановится, но… его магия, его дух, их восстановление может занять некоторое время».
«Я просто хочу, чтобы он вернулся», — сказал Артур, глядя на кровать, где лежало распростертое тело Мерлина. Все друиды медленно выходили из комнаты, но Мордред сидел у кровати, проводя пальцами по волосам Мерлина.
«Артур… ты сказал на днях… что ты чувствуешь магию Мерлина… что ты имел в виду?»
«Имел в виду?» — повторил Артур, нахмурившись. «Я имею в виду, что чувствую её», — сказал он, пожав плечами, не зная, как еще это объяснить. «Я чувствую её под своей кожей, я чувствую его силу, тепло. Это как… как носить куртку Мерлина. Я знаю, что это куртка Мерлина, но она кажется и моей, как будто ее не было со мной всю мою жизнь».
«О», —мягко сказала Моргана, явно удивленная.
«Что? Что это?»
«Артур… чувствовать магию другого человека, даже такого могущественного, как Мерлин, это… неслыханно. Есть рассказы, сказки, которые передавались из поколения в поколение на протяжении веков, но в основном их отвергают как мифы, как сказки. То, что ты описываешь… Артур… это означает, что ты и Мерлин связаны узами… родственными душами».
Артур сидел молча, пытаясь осмыслить слова Морганы. Ему никогда не приходило в голову, что ощущать чужую магию ненормально, а ощущать магию Мерлина было так естественно, что он воспринимал это как должное.
«Не думаю, что я удивлена», — наконец сказала она, и легкая улыбка появилась на лице Артура
. «С первого дня я знал, что то, что у нас было, было другим, особенным. Он словно в моей крови, и я не могу представить мир, в котором я не с ним».
«Он справится с этим, Артур. Он сильный и упрямый. Он не умрет, если не скажет последнее слово».
Артур рассмеялся, взял ее руку, сжал ее и сказал:
«Ты права. Он слишком упрям, чтобы так легко сдаться». Он поцеловал ее костяшки пальцев и сказал: «Иди и отдохни. Я не знаю как отблагодарить тебя за все, что ты сделала».
«Я вернусь через пару часов. Попробуй поспать сам».
Она поцеловала его в щеку и вышла из комнаты, Артур встал со стула и взял его с собой, чтобы поставить рядом с кроватью Мерлина. Мордред посмотрел на него и сказал:
«Я могу уйти, если хочешь».
Артур покачал головой и сказал:
«Оставайся. Я уверен, что ты приносишь ему пользу, находясь здесь. Он может проснуться раньше, если узнает, что ты здесь, чтобы убедиться, что ты в безопасности».
Мордред улыбнулся и взял Мерлина за руку, обычно живое лицо мальчика стало пепельно-серым.
«Он сказал, что собирается усыновить меня», — тихо сказал он.
«Я знаю».
«Он… так много значит для меня. Я не знаю, что бы я делал без него. Я даже не знаю, почему он беспокоился обо мне, почему он так заботился обо мне, … в моей жизни впервые появился кто-то, кто по-настоящему заботился обо мне. Я знаю… я знаю, что он ненамного старше меня и что это, вероятно, кажется смешным другим людям, но со временем я стал видеть в нем отца и… любить его как отца».
«Он думает о тебе, как о сыне», — мягко сказал Артур. «Он любит тебя, как своего собственного, и сделает все, чтобы защитить тебя».
«Нам повезло, Артур, что у нас есть любовь такого человека, как Мерлин».
«Это так.»
Они тихо сидели вместе, и Артур наблюдал за тихой привязанностью Мордреда к Мерлину, тронутый ею, как всегда. Казалось уместным, что два человека, которых Мерлин любил больше всего на свете, останутся рядом с ним и будут ждать его выздоровления, и Артур был рад присутствию мальчика в своих покоях. Он обнаружил, что его собственные чувства к Мордреду со временем усилились, и он почувствовал к нему настоящую привязанность. Он был нежен и добродушен, но не лишен огня и страсти. В этом отношении он был похож на Мерлина, и Артур ясно видел сходство, связывающее их двоих.
Он не был уверен, когда заснул, но проснулся от боли в шее и смутно осознал, что склонился над кроватью, положив голову на руки. Ему потребовалось еще мгновение, чтобы осознать, что нежные пальцы ерошат его волосы, он приподнялся, и увидел Мерлина, улыбающегося ему, с румянцем на щеках и яркими глазами.
«Мерлин!» — прошептал он, вскакивая со стула и садясь на кровать, обхватив мужчину за подбородок и вглядываясь в его лицо. «Ты в порядке? Тебе больно? Я тебе что-нибудь принесу, что-нибудь? Могу я…»
«Артур», — со смехом сказал Мерлин, беря руку Артура и нежно держа ее. «Я в порядке. Я чувствую себя так, будто меня растоптал дракон и я упал с чертовски большой высоты, но я обещаю, что со мной все в порядке. Мордред ушел за Морганой, чтобы она тебя успокоила».
«Ты чертов, благородный, самоотверженный, бросающий вызов смерти, приводящий в ярость…»
«Если ты так будешь со мной разговаривать, я снова потеряю сознание, большое тебе спасибо», — с ухмылкой сказал Мерлин.
«Как ты мог так рисковать собой?» — спросил Артур, крепко сжимая руку Мерлина. «Я чуть не потерял тебя, ты почти…» Слово застряло у него в горле, и он не смог заставить себя произнести его. Он почувствовал резкое жжение слез в глазах и опустил голову, пытаясь взять себя в руки.
Палец скользнул под его подбородок и осторожно поднял голову, глаза Мерлина искали его собственные.
«Нет силы в этом мире, которая могла бы разлучить меня с тобой. Признаюсь, я не знал, что магия так подействует на меня, но… я в порядке. Я здесь, мы вместе».
«Никогда больше так не делай, я серьезно», — яростно сказал Артур. «Я думал, что потерял тебя, и это чуть не убило меня. Я не могу пройти через это снова».
«Никто из нас не может», — раздался голос Морганы, когда она вошла в комнату, Мордред за ней. «Клянусь всем, что мне дорого, Мерлин, что если ты снова сделаешь что-то подобное, я лично использую всю свою магию, чтобы провести остаток своей жизни, мучая тебя».
«Все выстраиваются в очередь, чтобы отчитать меня?» — раздраженно спросил Мерлин.
«Я еще не высказал свое мнение», — сказал Мордред с низким рычанием, и Артур широко открытыми глазами наблюдал, как Мерлин откинулся на подушки и имел благодать пристыдиться.
Моргана подошла и села рядом с Мерлином на кровать, положила руку ему на грудь и закрыла глаза, а Артур и Мордред молча смотрели.
«Что ж, твоя магия, похоже, восстановлена, но я запрещаю тебе пользоваться ею как минимум неделю», — сказала она, открывая глаза и пристально глядя на Мерлина. Он открыл рот, но она подняла палец и сказала: «Если ты попытаешься спорить со мной, я прокляну твой язык, и он будет завязываться узлами каждый раз, как ты будешь пытаться что-то сказать».
«Она реально может это сделать?» пробормотал Артур Мордреду, и мальчик кивнул ему с забавной мрачностью.
«Ты не должен вставать с этой кровати в течение следующих нескольких дней, и я приказываю Артуру привязать тебя к ней, если ты попытаешься пошевелиться». Мерлин ухмыльнулся, и Моргана мрачно сказала: «Пошутишь, и я вырву тебе язык, не говоря уже о том, чтобы связать его узлами».
«Может кто-нибудь вырубить меня снова, пожалуйста», — со стоном сказал Мерлин. «Никто не кричал на меня, когда я был без сознания».
«Это ты так думаешь», — сказала Моргана, приподняв бровь. Она бросила на него еще один тяжелый взгляд, затем наклонилась вперед и обвила его руками, притягивая его в крепкие объятия.
Артур с улыбкой наблюдал, как Мерлин ответил на объятие, поцеловал женщину в висок и сказал:
«Я правда благодарен за все, что ты для меня сделала. Спасибо за спасение моей жизни».
«Спасибо, что спас мою. Думаю, мы квиты». Она отстранилась и сказала: «Я оставлю тебя отдохнуть. Я уверена, что могу доверить твою заботу Артуру».
«Разве тебе не нужно управлять королевством?» — спросил его Мерлин с улыбкой.
«Камелот может подождать день или два».
Камелот ждал, а Мерлин нет. Неудивительно, что он был ужасным пациентом и доставлял Артуру и Мордреду бесконечные головные боли, пока они пытались сделать все возможное, чтобы заставить его оставаться в постели целую неделю. На третий день Артур был готов убить его, и Мордред мрачно прошептал, что он поможет, и никто никогда не заподозрит их.
Мерлин не мог усидеть на месте и пытался выскользнуть из постели каждый раз, когда его оставляли одного на пять секунд, так что в конце концов Мордред был вынужден заколдовать постельное белье, чтобы оно удерживало его на месте каждый раз, когда он пытался выбраться. Мерлин угрожал ему огненной и мучительной смертью, но Мордред отказался смягчиться, и они всю неделю оставались запертыми в битве желаний.
Мерлин потребовал, чтобы ему разрешили работать из постели, и Леон, находившийся в незавидном положении между волей Морганы и Мерлина, сидел с ним в покоях Артура и просматривал все необходимые документы. Артур работал вместе с ним, оставаясь в их покоях, насколько это было возможно, и организуя восстановление цитадели.
Он сообщил их союзникам, что силы Агравейна были разбиты и что силы должны быть отправлены из всех королевств, чтобы убедиться, что с отставшимися разобрались. В эти послания он также включил новость о своей помолвке с Мерлином и объявил, что скоро последуют приглашения на свадьбу.
«Я не хочу пышной пышной свадьбы», — сказал Мерлин в свой последний день вынужденного постельного режима, сидя у изголовья кровати и скрестив руки на груди.
«Я тоже, но это плохая политика — не приглашать своих союзников на королевскую свадьбу. Лично я предпочел бы что-то гораздо более интимное с самыми близкими нам людьми», — сказал Артур, откладывая бумажную работу и присоединяясь к Мерлину на кровати.
«Ну почему бы нам не сделать это?» — сказал Мерлин, протягивая руку и запуская пальцы в волосы Артура. Артур был рад видеть, как хорошо выглядит этот человек, его обморок почти неделю назад остался, к счастью, далеким воспоминанием. «Мы можем устроить нашу большую политическую свадьбу, чтобы удовлетворить потребность проявлять уважение к союзникам, но почему бы нам тем временем не устроить что-то более простое с нашими друзьями?»
«Я смотрю, ты уже все распланировал в своей голове», — сказал Артур, легко догадываясь о мыслях мужчины.
«Что ж», — сказал Мерлин, опуская руку, чтобы переплести свои пальцы с пальцами Артура, — «я подумал, что мы могли бы устроить небольшую церемонию в лесу, может быть, на той очаровательной полянке, куда ты привел меня после того, как обнаружил, что я маг. Моргана могла бы ее использовать, и мы бы сделали все по-своему, устроили бы свадьбу, которая действительно что-то значила, свадьбу для нас, а не для соседей».
«Звучит идеально», — с улыбкой сказал Артур, способный точно представить, что имел в виду Мерлин.
«Ты правда собираешься жениться на мне?» — спросил Мерлин с таким мягким выражением лица, что что-то трепетало в груди Артура и грозило остановить дыхание.
«Я всем говорил, что да, так что, полагаю лучше нам обвенчаться, иначе я рискну показаться дураком. Но почему ты спрашиваешь, любовь моя? Передумал?»
«Чертовски маловероятно», — усмехнулся Мерлин. «Я все еще не совсем уверен, что все это не сон. Я так долго любил тебя, Артур, и меня убивала мысль, что из этого ничего никогда не выйдет, мысль, что ты никогда не ответишь на мои чувства».
«Я чувствовал то же самое», — сказал Артур, поднося руку Мерлина к своим губам и нежно целуя костяшки пальцев. «Ты всегда был самым важным в моей жизни, и твоя дружба значила для меня так много, что я боялся поставить под угрозу то, что у нас было. Ты прогнал всю жизнь одиночества, и я ненавижу думать о том, кем бы я стал без тебя».
«А кем ты теперь станешь?» — спросил Мерлин с дразнящей улыбкой на губах.
«Твоим мужем», — ответил Артур, слово плясало у него на языке, а пульс участился при этой мысли.
«Я не хочу больше ждать», — прошептал Мерлин. «Мы ждали достаточно долго, пришло время жить долго и счастливо».
И так случилось, что через неделю Артур обнаружил, что стоит под красивой беседкой на поляне, где он и Мерлин воссоединились эмоционально после раскрытия его магии. Были сумерки, и весь лес казался потусторонним и как будто существовал только для них. Моргана стояла с ними под беседкой, а их друзья вместе с Хунит, которая выглядела настолько гордой, что казалось, будто она сейчас взорвется, стояли перед ними в качестве свидетелей.
Мерлин выглядел сногсшибательно в темно-синем, и Артур едва мог поверить, что этот замечательный человек вот-вот станет его мужем. Он не переставал улыбаться весь день и был уверен, что его лицо треснет по швам, если он не сможет придумать способ превратить свои черты во что-то более пассивное.
Их официальная свадьба должна была состояться через месяц, и все приглашения были разосланы по всем их союзным королевствам и известным людям в Камелоте. Ни он, ни Мерлин не особенно с нетерпением ждали проведения большого мероприятия на фоне их свадьбы, и эта небольшая церемония с самыми дорогими для них людьми была идеальным способом примириться с этим.
«Артур, Мерлин, — мягко сказала Моргана, — возьмитесь за руки».
Они так и сделали, соединив свои левые руки, когда Моргана шагнула вперед и переплела их вместе ярко-красной лентой, держа над ней руку и закрыв глаза, бормоча что-то мягкое.
«Артур, ты принимаешь Мерлина как своего мужа? Принимаешь ли ты его во времена радости и печали, во времена изобилия и нужды? Принимаешь ли ты его таким, какой он есть, и обещаешь любить его безоговорочно?»
«Да», — прошептал Артур, не в силах отвести взгляд от глаз Мерлина и видя, как в нем отражается собственная радость.
«Мерлин, ты принимаешь Артура как своего мужа? Принимаешь ли ты его во времена радости и печали, во времена изобилия и нужды? Принимаешь ли ты его таким, какой он есть, и обещаешь любить его безоговорочно?»
«Да», — сказал Мерлин, его улыбка была такой яркой, Артур был уверен, что она одна могла осветить поляну без необходимости в огнях, которые Мордред заколдовал, чтобы они мерцали на деревьях.
Принимая эти обеты, вы оба соглашаетесь быть верными друг другу. Вы соглашаетесь любить без условий и связывать свои жизни и сердца друг с другом до конца своих дней. Эти обеты означают вашу преданность друг другу и намерение укреплять любовь между вами с годами. Вы оба согласны соблюдать эти клятвы?»
«Да», — сказали они в унисон, и Артур почувствовал, как его сердце колотится в груди, настолько переполненное красотой момента, что ему захотелось запечатлеть его и удержать в себе навсегда.
«Тогда пусть этот союз будет скреплен магией, вплетенной в эту ленту, и древней магией земли».
Глаза Морганы вспыхнули золотом, а лента вокруг их рук начала скручиваться и смещаться, пока не разделилась на две части и не поползла вверх по рукам. Артур зачарованно наблюдал, как кольцо обвилось вокруг его пальца и превратилось в простое золотое кольцо, идеально подходящее ему. Он поднял голову и увидел его близнеца, сидящего на пальце Мерлина, и почувствовал себя наполненным своей любовью к этому человеку и невероятной мыслью, что теперь он женат на нем.
Он обнял Мерлина и крепко поцеловал его, слыша при этом восторженные аплодисменты их друзей. Он наслаждался каждой секундой своего первого поцелуя с мужем и отстранился только из соображений приличия и из страха, что не сможет сдержать себя.
«Мы сделали это», — прошептал Мерлин, и Артур почувствовал, как магия этого человека пронзила его, воспламенила его кровь и поселилась внутри него.
Артура захлестнул вихрь объятий, за которым последовало вино, танцы и смех, радость вечера разносилась по прекрасной поляне. У Артура кружилась голова, и ему казалось, что он выпил галлоны предлагаемого прекрасного вина, и он не мог стереть улыбку со своего лица. Его обручальное кольцо было незнакомой, но совершенно приятной тяжестью на его пальце, и он продолжал крутить его туда-сюда, очарованный тем, что оно теперь значило.
Гаюс и Хунит наблюдали за происходящим, как гордые родители, и Артур обнаружил, что не чувствует боли из-за того, что его собственного отца не было рядом. Утер, вероятно, все равно попытался бы посадить их обоих в тюрьму, и старый ублюдок, вероятно, смотрел на них свысока и кипел от ярости. Артур без тени сомнения знал, что даже если бы этот человек был жив, он бросил бы вызов ему и всему, за что он боролся, чтобы обрести счастье с Мерлином.
Он не мог удержаться от взгляда на своего мужа, это слово танцевало в его чувствах и освещало его изнутри. Мужчина выглядел красивее, чем Артур когда-либо видел его, и он несколько раз получил локтем под ребра от Гвейна, потому что не мог оторвать от него глаз. Артур не мог вспомнить, когда в последний раз был так счастлив, и, наблюдая, как Мерлин совершенно не в ритме танцует с Осриком или как его проносят по поляне на плечах Ланселота и Леона, он знал, что в его жизни будет немного такого, что могло бы превзойдет этот момент.
Мордред был сюрпризом вечера, и Артур не был уверен, что мальчик когда-нибудь оправится от насмешек, которые сопровождали его каждый раз, когда он расплакался из-за женитьбы Мерлина и его планов усыновить его. Очевидно, он не очень хорошо обращался с вином и был полностью подавлен своими эмоциями, рыдая о том, как прекрасна была свадьба и как ему повезло, что Мерлин был в его жизни. Мерлин сам пролил пару слезинок, и Артур предоставил их самим себе, когда начались объятия.
Наконец вечер кончился, и они начали собираться в палатках, которые были поставлены с помощью магии Морганы и Мерлина и были больше и роскошнее, чем походные палатки, к которым привык Артур. Он взял Мерлина за руку и подвел к ним, улыбаясь, и чувствуя, как мир исчезает, когда полог палатки закрывается за ними.
«Теперь ты от меня не избавишься», — сказал Мерлин, снимая плащ и позволяя ему упасть на землю. «Ты магически связан со мной».
«Как будто до этого не был», — сказал Артур, потянувшись к руке Мерлина. «Знаешь… Моргана сказала мне кое-что, пока ты не торопился возвращаться к нам».
«Что?» — спросил Мерлин, обвивая руками шею Артура.
«Она сказала мне, что если человек чувствует магию колдуна так же, как я чувствую твою… это означает, что эти два человека связаны друг с другом как родственные души».
Глаза Мерлина искали его, и его хватка усилилась, когда он прошептал:
«Я никогда не сомневался в этом».
Их губы встретились в нежном и чувственном поцелуе, одежда медленно сбрасывалась, ночной воздух ласкал их кожу прохладной лаской. Они подошли к кровати, и мир Артура сузился до человека под ним, до нежного прикосновения кожи его мужа к его собственной, до поцелуев, которые грозили утопить его.
Рука Мерлина зарылась в его волосы, и Артур поцеловал его в горло, поднес губы к уху мужчины и прошептал: «Я люблю тебя».
Мерлин счастливо вздохнул и повернул голову, чтобы поцеловать Артура в висок, пульс его магии пронзил тело Артура, когда он тихо ответил: «Я тоже тебя люблю. Всегда буду любить».
С этими словами они погрузились в волну дикой страсти, словно сливаясь воедино. Воздух наполнился их страстью друг к другу. Артур не сомневался, что он принадлежит Мерлину, а Мерлин принадлежит ему, что их брак был просто еще одним шагом в создании и укреплении неразрывной связи, которая существовала между ними, возможно, еще до того, как они встретились и которую теперь все силы мира не смогут разорвать.
