Навечно вместе

В кабинете профессора Снейпа, как всегда, царил холод и мрак, а в воздухе летал аромат зелий. Студенты рассаживались по своим местам и ожиданили своего преподавателя.  Время от времени кто-то из них нервно шептал что-то своему соседу, но, в основном, все молчали, ожидая начала урока. Внезапно дверь кабинета распахнулась, и в комнату вошел профессор Снейп. Его глаза, как всегда, были холодными и пронзительными, а его голос звучал спокойно и властно: — Добрый день, студенты, — начал он, — Сегодня мы будем изучать новые рецепты зелий, и для начала я разобью вас на пары.  Студенты переглянулись, настороженно ожидая, кто будет работать с кем. Профессор Снейп начал именовать пары, его голос разносился в тишине кабинета. Когда он произнес имя Грейнджер и назначил ее напарником Драко Малфоя, в классе раздались едва слышные вздохи. Снейп, казалось, наслаждался этим моментом, и его губы едва заметно изогнулись в мрачной усмешке. — Ваша первая задача, — продолжал он, — будет заключаться в приготовлении зелья «Любовь слепа». Это зелье требует точности и терпения. Я ожидаю, что вы будете работать согласованно и избегать ненужных споров. Ошибки не прощаются.  Студенты начали шептаться, напряжение в воздухе нарастало, когда запускали свои подручные инструменты. В уголке класса Невилл Лонгботтом нервно перебирал ингредиенты, стараясь не уронить их. Снейп пристально следил за каждым движением, будто хищник, ожидающий момента, чтобы сблизиться с жертвой.  Не успели студенты сосредоточиться на задании, как профессор вновь заговорил, его голос звучал как холодный ветер: — И помните, провал в этом эксперименте не только ваша неудача, но и возможность для меня принять меры.    Когда Драко подсел к Гермионе, он наконец-то смог вздохнуть полной грудью, от нее исходил запах пергамента, фиалок и горячего шоколада. Этот аромат был настолько притягательным, что он на мгновение забыл обо всем вокруг: о своих друзьях, о криках в классе, о мире, который всегда требовал от него быть идеальным. Здесь и сейчас, рядом с ней, он чувствовал себя удобно и даже немного уязвимо. Гермиона, погруженная в чтение, не замечала его взгляда. Она шевелила губами, повторяя строки из книги, и это выглядело так естественно, так уютно. Драко, зная, что нужно действовать, собрался с мыслями. Он понимал, что каждое слово, произнесенное им, может изменить их отношения. Риск был велик, но и притяжение было не менее сильным. — Ты довольно много читаешь, — сказал он наконец. Его голос прозвучал немного дрожащим, но Гермиона подняла взгляд, и в ее глазах отразилась удивленная искра. Она явно не ожидала его интереса, и это подняло Драко на еще одну ступень смелости. — Знание — это сила, — ответила она, улыбнувшись. Там, среди шума урока, он увидел в ее улыбке возможность чего-то большего. — Правда, — кивнул Драко, немного расслабляясь. — Но иногда силе нужно дать возможность проявиться не только в книгах, а и в жизни.  Гермиона приподняла бровь, смотря на него с интересом. Это была не та привычная улыбка: «отвечай, если хочешь», которую он часто видел у сверстников. Здесь была редкая искренность, искра, она светилась в её глазах.  — Ты думаешь, что знание должно быть проявлено? — спросила девушка, склонив голову вбок. Драко осознал, что этот разговор стал для него не просто попыткой наладить контакт, а настоящим исследованием. Он хотел понять, кто она на самом деле, а не ту очередь предвзятых представлений, что толкали их в разные стороны раньше.  — Да, — ответил он смелее. — Например, я могу знать о заклинаниях, но только опыт покажет, как их применить на самом деле. И в этом смысле ты для меня – лучший учитель. — это заявление повисло в воздухе между ними, и он почувствовал, как пространство вокруг стало чуть более тесным, а разговор — чуть более важным. Гермиона замялась, её глаза стали ещё более внимательными, и Драко почувствовал, как напряжение в воздухе нарастает. Она, казалось, вымеряла каждое слово, прежде чем произнести.  — Учителем? — переспросила она, слегка хмурясь. — Ты, Драко Малфой, предлагаешь мне взять на себя такую роль?  Вопрос, полный недоумения, задел его за живое. Он попытался разобраться в своих чувствах и объяснить, что именно и кого он имел в виду.  — В том смысле, что… — начал он, но слова запутались в его голове. — Ты знаешь больше, чем многие из нас. Ты умеешь видеть то, что скрыто за словами и заклинаниями.  Гермиона, немного смущенная, вновь улыбнулась. — Иногда, — продолжила она, — знание может быть не только в книгах, но и в умении слушать других. Возможно, это именно то, чего не хватает тебе. В глубине души, Драко, мы оба можем чему-то научиться друг у друга.  Эти слова пробудили в нем надежду, будто вскрывая новую реальность, в которой они могли бы быть не просто врагами, а равными. Драко расправил плечи, освобождаясь от внутреннего самоедства. Гермиона с её умом и эмоциями всегда казалась другой. Но сейчас он ощущал, что между ними возникло нечто большее — тихое понимание, в котором скрывалось множество возможностей. — Как ты можешь быть уверена в этом? — спросил он, шагнув ближе. — Неужели ты веришь, что я способен измениться? Гермиона остановилась, её внимание концентрировалось на его глазах: — В каждом из нас есть потенциал, Драко. Даже в тех, кто запутался в предрассудках. Я видела, как ты боролся с этим, и это, как минимум, стоит уважения.  Её слова снова вызвали в нём смешанные чувства — и желание, и страх. Но, наконец, он осознал: «эта возможность быть собой, открыто разговаривать и принимать свои ошибки, может стать началом чего-то нового.». В этом их диалоге, который полон нежного противостояния, он вдруг увидел не врага, а союзника. — Я не знаю, смогу ли когда-либо полностью избавиться от своего прошлого, — признался он, ловя её взгляд. — Все эти годы я пытался соответствовать тому образу, который навязывала мне семья, общество.  Гермиона продвинулась ближе, её голос стал мягче. — Не забудь, что ты не один. Мы все способны на ошибки и изменения. Быть уязвимым — это не слабость, Драко. Это сила, которая открывает путь к настоящему пониманию.  Он почувствовал, как в его груди что-то сжалось и разжалось одновременно, словно впервые за долгое время кто-то увидел его настоящего. Вопросы о том, что ждет впереди, всё ещё терзали его, но сейчас у него появилась надежда. Надежда, что, возможно, вскоре он перестанет прятаться за стенами своегo эго и снова сможет стать самим собой — человеком, а не персонажем, созданным из теней. — Да, — сказал он наконец, — возможно, я готов начать с первого шага. Когда Драко собирался продолжить, его прервал профессор.  — Над этим зельем вы продолжите работать на следующем занятии, теперь, будте добры, освободите кабинет. Мне нужно прибрать за мистером Лонгботтом.  Гермиона поднялась со своего места и поспешила к друзьям.  Как только Гермиона скрылась и виду, Малфой рванул в мужской туалет. Он начал задыхаться, глубоки вздох, давался ему через силу. Драко закрыл глаза, сжав края раковины с такой силой, что костяшки его пальцев побелели, с него начал капать пот. Когда дыхание нормализовалось, он побрел в направление гостиной Слизерина. Прокручивая в голове свой разговор с Грейнджер на уроке зелий. Ему она нужна была, как воздух, но в толк время была его погибелью. Дыхание опять участилось. Он начал дышать. Тяжело. Прерывисто. Но дышал, наверное, последний раз ему удаётся более-менее легко. Скоро боль будет невыносима, она будет пожирать его не только снаружи, но изнутри тоже, не давая права выбора. Глубокий вдох, Малфой жмурит свои глаза и падает на пол, так и не добравшись до своей постели. Он никогда не задумывался, что когда-нибудь ему придётся отказаться от привычного воздуха и, как оказывается, очень нужного ему, теперь в носу стоял только сладкий запах цветов, смешенный с его собственной кровью и солеными слезами. Они давно не появлялись в его глазах, сейчас же это было привычное для него дело. — Мистер Малфой, мистер Малфой. — Драко открыл глаза и в тот же момент закрыл, свет пробивался через стекла, освещая место, в котором он находился, это оказалось больничное крыло. Он размял голову и посмотрел на Мадам Помфри, которая только и продолжала что говорить, не обращая внимание на пациента, который вовсе ее не слушал.  — Мистер Малфой, как вы себя чувствуете?.. — женщина суетилась вокруг него, то и дело поправляя одеяло и что-то вмазывая в его тело.  — Нормально. Вы бы ничего не исправили, это не в ваших силах, уж поверьте мне на слово, это не ваша вина. — Мне все равно следует позвать сюда вашего декана, детектора школы тоже нужно оповестить. А вы лежите, голубчик, лежите. Вам следует отдохнуть, а лучше поспите, вы не скоро сможете поспать нормально, возможно, это последний раз, отдыхайте, милый.