взаимо(недо)понимание.

      сяо проебался. проебался, поняв, что влюблëн в лучшего друга. в лучшего друга, с которым они, вообще-то, знакомы больше половины жизни. проебался, слишком поздно поняв, что влюблён в лучшего друга. двух зайцев одним выстрелом, да? может, поняв хоть, чëрт бы его побрал, немного раньше, признавшись немного раньше, у него был бы шанс... может... может... не может.       проебался, когда узнал, что венти, вообще-то, уже год встречается с каким-то там итэром. (итэром, переведнным в соседнюю школу в этом году по обмену из другой другой страны, собиравшимся поступить в их городе). (он узнал всё что только мог об этом итэре).       он проебался, когда продолжал изображать это хладнокровие. продолжал играть в этот чёртов театр одного актёра для того самого венти, который даже чëртов билет, так любезно выдавший ему сяо на этот любезно созданный специально для него, венти, спектакль, выбросил. может, неосознанно, случайно. венти так умеет. он может делать больно неосознанно. а когда узнаёт об этом - долго-долго извиняется. в такие моменты он кажется милым. он, вообще-то, всегда кажется милым. чëрт. сяо однозначно проебался. по всем пунктам разом.

***

      венти – это грëбанное искусство. даже его постоянно потрёпанные косы, которые он торопливо заплетает каждое утро. о да, сяо видел это своими глазами. и эти блёстки у него на скулах тоже видел. искусство сяо, кстати, терпеть не может, если по правде. никогда он не был творческим человеком. никогда на кружки не ходил. ну, знаете, кружок рисования, музыки, ещё чего-то... чëрт с ним. но венти сяо почему-то терпит. больше даже - ощущает себя чëртовым художником. (в метафорах он, кстати, тоже не силён, окей?)       сяо хочет запечатлить всего венти. абсолютно всего. каждую его частичку, каждую эмоцию, каждое движение. до единого. только вместо холста - память. собирает потихоньку коллекцию себе. и пылинки с неё сдувает. вот только кто ж знал, что художник он не один? итэр так упрямо забирает все его шансы, забирает венти себе. и, знаете, у него отлично получается. и сяо завидно. ему даже кажется, что итэра он ненавидит. чуть-чуть.       это осознание, что ему, какому-то там итэру, позволено собрать большую коллекцию, чем сяо? сяо, что, вообще-то, уже десять лет эту коллекцию собирает? да быть не может! а, нет. кажется может. ох, блять.

***

      к слову, той, кто сообщил о том, что венти и итэр вместе, стала сестра итэра – люмин (о ней он тоже узнал). и разговор, вообще-то, случайно зашёл в тему отношений (разговор в принципе зашёл случайно). и сам венти, кстати, ничего ему не сказал, понимаете? ни слова! целый год молчал о таком! да сяо... да он... да, он ничего не сделал. а что он вообще мог сделать? ничего. совершенно ничего. просто мимо.       это как играть в русскую рулетку с полным, блять, барабаном патронов, приставлять дуло впритык к виску и всё равно промазать. понимаете? и потом умолять, чуть ли не на коленях, мол, давай, прошу, ещё раз, выстрели же, прямо сюда, в лоб, только не промахнись на этот раз, пожалуйста. и всё равно промазывает. мимо, просто мимо.       и сяо упрямо молчит весь день, даже, кажется, не смотрит на венти. ну, или пытается. опять этот театр одного актёра? сяо, придурок, единственный любезно приглашённый на твой спектакль человек не менее упрямо отказывается приходить. ты ведь так хочешь поговорить, так в чем твоя проблема? неужто просто гордость не позволяет, а? сяо, да ты и в самом деле придурок. хотя он, вообще-то, ещё долго думал об этом. почему венти не рассказал ему об этом? нет, не так. почему сяо узнал именно от итэра что венти, блять, гей? как давно он это понял? почему он сам не рассказал ему? даже не заикнулся ни разу за столько лет их общения. так вообще можно, а?       венти, который абсолютно всë-всë рассказывает сяо, умолчал о таком. почему? неужели он не доверяет ему? быть не может. или может?..

***

      нет, ладно. это были ягодки да цветочки. впереди – хуже. впереди – пиздец, откровенно говоря. – доброе утро, – сяо, кажется, даже замялся. – ты снова проспал? мы собирались встретиться и в школу пойти вместе... но ты так и не пришёл вовремя, и я подумал, что ты просто проспал. – а? чëрт, да, прости! до ночи переписывался с итэром, и вот... – а, да, хорошо, всё в норме, – врёт же. и не краснеет. нихуя не в норме, если честно. его только что без зазрений совести застрелили. итэр – беспощадно прямо в голову. венти – беспощадно прямо в сердце. и, к слову, сяо даже не жалеет особо. пусть венти хоть весь барабан патронов в него выпустит. сяо даже подставится под дуло. и выберет самый большой калибр.       что там, кстати, про искусство было?.. а, точно.       венти – это, блять, искусство. вы вообще видели его глаза? а сяо видел. из сяо романтик, к слову, такой же, как из него художник. никогда он не понимал этого сравнения глаз с... камнями? ну, знаете, «твои глаза как бриллианты, такие же прекрасные...», не то, что глаза венти. пусть их цвет и напоминает драгоценные камни, сравнивать их с ними было бы слишком... клишированно. венти заслуживает куда больше. его глаза - чëртова бездна. и сяо тонет в ней. тонет-тонет-тонет. сначала даже кажется, что всё под контролем. мол, ты добровольно нырнул в эту бездну, думая, что держишься на плаву. пока не понимаешь, что, всё, ты, вообще-то, в плену, можешь не пытаться выбраться, не получится, сколько не пробуй. слишком цепкие сети тебя на дно тянут. слишком не хочется вырываться.       нет, правда, пусть венти хоть в самую глубину его глаз затянет, сяо и слова против не скажет. пусть утопит его. тогда сяо точно умрёт героем. как в этих клишированных дешёвых романах: «я умру за тебя», или ещё какой бред. пф, куда лучше умереть для него.       и сяо без зазрений совести таращится в эти глаза напротив. по ощущениям - точно умирает. так по-идиотски, наверное. да плевать, чего уж там. – эй, сяо. сяо! доброе утро, просыпаемся, – машет рукой перед лицом. иногда сяо кажется, что венти просто издевается. с самым невинным лицом. да, однозначно в его стиле. – чего ты застыл? эй? – нет... ничего. задумался. ты ведь не занят сегодня? мы же сегодня у меня собираемся, помнишь? – конечно помнит. у них, вообще-то, традиция ещё с младшей школы такая: собираться каждую пятницу у кого-то из них дома. ну, знаете, подростковая тусовка. куча вредной еды, видео-игры, да какие нибудь культовые сериалы. пересмотренные и давно выученные вплоть до каждой серии. – э-э... прости, в этот раз не получится, мы сегодня с итэром собирались погулять... вдвоём.       сяо сглатывает глухое «что» вставшее комом поперёк глотки, на вопрос даже не похожее. и здесь, да, кажется, точно начинается пиздец. по ощущениям – внутри сяо что-то замирает. трескается. ломается. с хрустом. отдаёт сначала глухой болью, а затем захлëстывает обидой. он предпочёл не его? как? почему? почемупочемупочему? сяо ревнует? что?       ладно. ладно, пора уже смириться что теперь он не так важен. теперь не будет ночёвок каждую пятницу. теперь у венти есть итэр. теперь придётся делиться венти с этим самым итэром. теперь не будет как раньше. смириться почему-то не выходит. сердце мириться с таким не хочет. – ладно. «ладно» отдаётся глухим, безжизненным тоном. врезается холодным, острым лезвием. старательно заточенным. вот только точилось то оно вовсе не для венти. это так, случайность. по неосторожности получилось. «лучшая защита – нападение», так там говорилось?       только венти всегда был проницательным. и слова такие, заточенные, его не ранили никогда. он слышал то, чего сказано не было. видел то, чего показывать не хотелось. а может, хотелось, но показать не получалось. он говорил и понимал всевозможные языки. и даже язык сяо освоить сумел. и сяо всё ещё смотрит в эту бездну в его зрачках. всё ещё тонет в ней. видит в ней своё отражение. видит, как звëзды в ней растекаются по радужке пониманием.       конечно он понял. он вообще, знаете, пиздец какой понимающий. разве другого от венти можно было ожидать? но венти никогда не торопиться говорить об этом. видит, когда нужно промолчать и просто запомнить. придерживается своего беспроигрышного плана, ждёт нужного времени.       он беззаботно пожимает плечами на это «ладно», как бы говоря: «если ты вдруг не понял, на мне такое не работает». – сяо, звонок, – беспощадно вырывает из мыслей. не менее беспощадно прерывает его попытку утопления в этой бездне глаз. – две минуты осталось. пойдём уже.