Иногда я так хочу, чтобы у тебя забрали глаза

Очередной рабочий день в «ПиццаПлексе». Одни дети бегают по коридорам, играя в догонялки и радостно визжа, другие стоят в длинных очередях с родителями и умоляют быстрее пойти в зал со сценой, третьи плачут из-за закончившегося мороженного с изображением Фредди Фазбера. Все комнаты ярко сияли и переливались всевозможными цветами, привлекая внимание детей. Очередной концерт аниматроников подходил к концу, но посетители не торопились расходиться. Каждый родитель считал своим долгом купить ребенку билет для личной встречи с одним из маскотом в честь его дня рождения, желая порадовать чадо. — Леди и джентльмены! Надеемся, что вам понравилось наше шоу! Фредди и его друзья очень устали после выступления, но они непременно вернутся на следующей неделе после нескольких дней планового техобслуживания, — протороторил железный голос из колонок. Все начали расходиться, отправляясь к тому или иному аттракциону или кафе. Чика спустилась в свою комнату. Все помещение переливалось от света ярких зелёных лампочек. Розовые стены, неоновый потолок, шарики, детские безделушки и игровые автоматы. Чика старалась сделать свою комнату как можно комфортнее для себя и, похоже, что это у нее неплохо это получилось. Присев на стул возле небольшого туалетного столика в углу комнаты, девушка уставилась в свое отражение. Бледная, почти белая кожа, покрытая тонной макияжа для выступления, блестящие фиолетовые глаза и румяные щеки. Чика осторожно обхватила своими ладонями собственное лицо и начала осторожно поворачивать, рассматривая в зеркале каждый участок кожи. Странно. Девушка искренне не понимала, почему она не нравилась Роксанне. Каждый ребенок, получивший личную встречу с гитаристкой оставался полностью доволен ею, он восхищался. Но подруга, в отличие от чада, совершенно не обращала на Чику внимания, более того, Роксанна огрызалась и посылала девушку куда подальше. — Ты слишком зациклена на себе, Рокси, — с нотками грусти в голосе прошептала гитаристка. Девушка попыталась отогнать от себя негативные мысли. Встряхнув голову, от чего зелёные сережки резво зазвенели, она встала из-за столика и принялась ходить по комнате взад и вперёд. Переводя взгляд от одной детали интерьера к другой, Чика заметила на диване недавно открытую коробку из-под пиццы. Одним резким движением девушка преодолела небольшое расстояние до мебели, хватая коробку. Картон неприятно захрустел. Гитаристка аккуратно взяла последний кусочек пиццы. Сейчас это казалось ей настоящим сокровищем. Такое часто случалось. На девушку могло резко накатить очень сильное чувство голода, из-за которого она могла съесть все, что угодно. Не важно, была ли это очередная пицца или что-то, что уже давно собирались выкинуть. Чика часто испытывала из-за этого вину и пыталась как-то ограничивать себя, но все тщетно. Мысли о еде становились все более навязчивыми. В конце концов она сдалась, принимая это как неизбежность. Облизав испачканные в соусе пальцы, Чика отбросила пустую коробку в сторону. — Может именно из-за этой моей странности ты избегаешь меня? Молчание. Конечно, Роксанна же находится в совершенно другой комнате, соседствующей с Монти. Она никак не может услышать самоповреждающие монологи гитаристки. А жаль. Девушка медленно коснулась своих губ. На пальцах осталось неприятное ощущение масла. «Перед последним выступлением я использовала твою помаду, Рокси. Ты не злишься из-за этого?». В голове мгновенно возникли слова волчицы. «Я лучшая. Все хотят быть тобой. Все тобой восхищаются» — каждое свободное от выступлений время Роксанна скандировала эти фразы, любуясь собой в зеркале. Это продолжалось целую вечность, пока Монти не начинал кричать и рушить все вокруг. Это мешало ей сосредоточиться. — Иногда я так хочу, чтобы у тебя забрали глаза. Может именно тогда ты обратишь на меня внимание? Поймёшь, что ты действительно дорога мне, — со слезами на глазах прошептала девушка, — Думать так весьма эгоистично, неправда ли?