Сливки Хогвартса

      Авенир покинул обитель лесных звёзд и спустился в подземелье пустоши. Он не понимал до конца почему согласился участвовать в плане злобного змея. При одной мысли об этом мутило сознание. Авенир не мог осознать почему у его брата раньше получилось стать достойным заключительного превращения. Почему он теперь Ахриман — истинно высший правитель тьмы, полноценный глава своей отрасли? Почему эта маленькая девочка ещё не свернула на чёрную тропу, если Ахриман сильнее? Что держит этот баланс, если он, Авенир, не получил ещё титул Ахурамазды. Согласно древней книге родов, пройти путь можно лишь с помощью самопознания и самореализации, но ничего не выходит. И вот, совсем недавно, ему посчастливилось заблудиться в подземелье пустоши и встретить Левиафана. Самого страшного и злого тёмного наставника, который оказался весьма учтивым и сказал, что может помочь, если Авенир тоже поможет ему. Светлый хранитель, в силу своего желания и отчаяния его исполнить, согласился. Левиафан привёл кучу доводов, почему им будет полезно сотрудничать. Сейчас же Авенир всё чаще задумывался о правильности своего решения. Ему было очень неприятно, что пришлось обмануть брата, способствовать усилению темной связи Тома Риддла и Левиафана. В конце концов, ему было стыдно, что ради поста Ахурамазды он помог разделить двух людей, которые были связаны духовными узами. Но сейчас уже поздно жалеть о случившемся, он ведь хотел и им как лучше. Авенир подошёл к большому дереву с пышной кроной, по стволу которого стекала чёрная жижа. — Левиафан! Хорошие новости, план сработал. — отлично, Авенир. Мы теперь на шаг ближе к цели. — послышалось тихое шипение.       Огромный чёрный змей сполз на землю. Его массивные кольца, оснащённые крепкой чешуёй, переливались на солнце, а изо рта, обезображенного уродливой ухмылкой, вытекал смертоносный яд. Как только капля падала на землю, почва темнела и трескалась, а растения высыхали и больше не появлялись в этом месте, но то дерево дышало жизнью, хотя оно больше всего подвергалось яду. Это необъяснимое явление пугало и завораживало одновременно. — раз они не вместе, ничто больше не сможет удержать моего подопечного от этой иррациональной ошибки — глупой любви. Тьфу, даже произносить противно. — и всё же я не понимаю… Зачем? — по одиночке у них больше шансов стать сильными, я же уже объяснял. Ты видишь, что происходит со мной, когда она рядом с ним. Я будто становлюсь иссохшим стариком! Ленивый, бессильный, яд из моих клыков не действует на растения, и всё цветёт и пахнет. Вот до чего доводит её магия. Она пробуждает тот свет, который Тому недоступен. Представь, что будет с тобой, если они станут ближе. — надеюсь, он не соберётся её возвращать. Как он вообще? — к моему глубокому сожалению, Том чувствует грусть. Она сильно повлияла на него за столь короткий срок. Однако это может перерасти в мощный негативный импульс. — мне пора. Нельзя оставлять Ровену без светлого хранителя. Да и Ахриман может заметить, он же в отличие от меня получил верховный чин и большие способности. — не сомневайся, после наших действий ты определённо возвысишься.       Когда Авенир исчез, Левиафан решил продолжить свои размышления: — Ахахахахах, ничего ты не возвысишься. Ох уж эти доверчивые сущности! Как только у Тома притупится связь с этой Ровеной, она станет для него чужой. Ему ничего не будет стоить её уничтожить, так как она будет не на его стороне. И тогда тебя, дурачок, не будет тоже. Порой я так рад, что у меня нет светлого близнеца. Он наверняка бы нес свой розовый бред так же навязчиво, как я продвигаю свои чёрные идеи. Жаль Ахримана, он действительно талантлив. Что до Тома? Меропа Мракс, сама того не подозревая, обрекла сына на полностью тёмный внутренний мир из-за того проклятого зелья. Бедный мальчик, казалось бы, но я рад за него. Его не может держать ничего, кроме стремлений, привязки губительны для сильного мага. Ему повезло оказаться в моих цепких объятиях. Никто больше не в силах дать ему такой мощный потенциал. Но ничего, скоро мы разберёмся с девчонкой. И ничто и никто не сможет мне помешать сменить баланс сил и управлять Вселенной!

***

      Прошло четыре месяца с момента нашего объяснения. Я собирала вещи, потому что следующим утром придёт Хогвартс экспресс и все уедут на летние каникулы. Несмотря на то, что прошло уже много дней, я всё ещё вспоминаю о Томе, моё сердце вздрагивает, когда наши взгляды встречаются. Я даже чувствую, что ему тоже неспокойно, что ещё не может он меня отпустить. Грустно оставлять Хогвартс с такими мыслями. Если бы мы были вместе! Так, хватит, а то сейчас точно начнется истерика. Нужно время, я улучшу свои навыки, он поймёт что ему надо и тогда посмотрим. Но, думаю, поплакать можно напоследок. Это будет моя последняя ночь в Хогвартсе в этом году. — Ро, тебя там Лейстрендж зовёт. Говорит, вы что-то должны обсудить.       "Похоже, поплачу не в этот раз." — да, иду.       Я зашла в гостиную, которая была пуста на первый взгляд. Мне на секунду показалось, что это розыгрыш, но потом я увидела знакомую шевелюру из-за кресла. — что случилось, Льюис?       Он обернулся, а потом встал и подошёл ко мне. — это касается Тома. Тебе не будет больно об этом говорить? — нет, у меня всё нормально, давай ближе к делу. — ответила я, хотя сердце сжалось, когда я услышала его имя. — в последнее время он стал слишком жестоким. Когда вы были вместе, его реакция была более снисходительна. — не думаю, что я могла на него влиять. Просто наш юный друг стал взрослее и решил быть тираном. — я не знаю что происходит, но мне это не нравится.       После этих слов лицо Льюиса стало напуганным. Он начал ходить кругами по комнате. Я лишь смеривала его действия усталым взглядом. — я до последнего думал, что Пожиратели Смерти для него будут игрой, но видимо это зайдёт дальше, чем мы все думаем. — что сказать, продолжай думать дальше, только уже без меня. Я больше тут не при делах. Спокойной ночи.       Я быстро вышла из комнаты, не делая больше ничего слушать. — нет, стой, это важно! Я видел сон! Ох, она уже ушла… Что же делать? Хотя, кажется, у меня есть идея. Только бы не было поздно.