Звонок для учителя!

      Ночной Нью-Йорк поразит любого своей красотой. Огромные сверкающие билборды на высотках, многочисленные магазины, занимающие первые этажи зданий и не только, люди разных национальностей, гуляющие по городу — всё это каждый раз будет привлекать ваше внимание, не важно, местный вы или приезжий. Говорят, что Нью-Йорк никогда не засыпает. Несмотря на ночную красоту, город живёт и днём. Люди торопятся на работу, дети в школу, бесконечные пробки тянутся вереницей по улицам, символизируя невероятную тоску и сонливость граждан. Слишком много важности и значимости отведено центральным кварталам. Сюда тянутся абсолютно все: простые рабочие, туристы, искатели приключений, незамеченные «гении», мечтающие найти признание, играя свою музыку на углах домов, сумасшедшие, рассказывающие людям о своих безумных фантазиях, даже бездомные, строящие свои картонные домики посреди тротуара. Правда, об этом говорить не так интересно. Как можно раскрасить серый дневной Нью-Йорк? Кто-то скажет, что город вовсе не серый, и всё дело в людях. Он окажется прав. Потом кто-то сможет предположить, что дело во внешности людей. Если сами люди станут выглядеть ярче, то серые кварталы заиграют новыми красками? Давайте посмотрим. Вот прошла женщина-кошка, рыжая со светлыми пятнами, на другой стороне улицы еле плетётся усталый и побитый жизнью гибрид богомола и человека. На следующем светофоре стоит ни чем не примечательный дедушка, если не считать фиолетовых щупалец, выглядывающих из-под его пальто. Теперь стало ярче? Наверное, но даже это быстро приедается.       Надо сказать, что сейчас на улицах теснее, чем в обычное время. Как говорится, нет предела человеческой лени. Всем людям, обладающим какой-либо мутацией и желающим жить нормальной жизнью, был дан аж целый месяц на то чтобы пройти обязательную регистрацию, но все схватились за головы только в последнюю неделю. Но наших героев это уже не волновало, у них были заботы по-серьёзнее.       Четыре подростка, а точнее черепахи-мутанта, носились по логову с сумками и вещами. На столе лежала бумажка, с приказом, цитата: «О выселении всех мутантов с не принадлежащих им территорий». Звучит грубо, не так ли? Но это уже никого не волновало. Тем более, закрытую ветку метро, а именно там находилось логово, хотели привести в рабочее состояние, а значит оставаться там было попросту невозможно. Собирались в спешке, в скором времени должен был прибыть грузовик для мебели. Но эта была не единственная причина.       Если у вас есть свой дом, вы сыты, вам тепло и вы можете позволить себе купить что-то просто потому, что хочется, вы живёте лучше 2/3 населения планеты. Огромное число людей лишено таких радостей. У наших героев похожая ситуация. — Лео, напомни наш новый адрес? — 1756 Холланд-авеню, Бронкс. Пора бы уже запомнить Микки! — Эй, это мой первый в жизни адрес, не дави на меня! — Вы посмотрите какой нежный! Дон, дай ему пинка! — Почему я? — Ты ближе.       Так проходили последние часы в родном доме. Теперь, открыв люк, черепахи больше не будут видеть ночной Манхеттен. Начнём с того, что открывать люк вовсе не придётся. Вместо этого, за дверью будут ожидать улицы печально известного района Бронкс. Чем же он так плох? Этот район считается самым бедным на Манхеттене, да и одним из беднейших во всей Америке. Да, бюджет на новый дом был совсем небольшой. Точнее, его вообще не было. Это было пособие для бездомных, выплаченное каждому после регистрации. Но это никого не огорчало, ведь теперь мутантов ждала «новая жизнь», о которой все так давно мечтали. Теперь можно будет жить, не боясь что тебя кто-то увидит, всей семьёй ходить в пиццерию, да вообще куда угодно. Но и здесь всё было не так просто. Чтобы ходить в пиццерию, нужны деньги. Для того чтобы их получать, надо работать. Для того чтобы работать, нужно хотя бы минимальное образование. Надо закончить хоть какой-нибудь колледж. А что делать, если ты даже в первый класс не ходил? Правильно — начинать всё с самой первой ступени.       На столе лежали ещё восемь бумажек, по две на каждую черепашку. С приказом, цитата: «Об обязательном образовании для каждого гражданина, вставшего на УМ, не имеющего аттестата или диплома об образовании». УМ — так теперь называли учёт мутантов. В этих бумажках было сказано, что все несовершеннолетние обязаны прийти в любое учебное заведение и пройти тестирование на уровень знаний. В зависимости от него, человека, то есть мутанта, распределяли в класс. Система работала так: если уровень знаний соответствовал возрасту, указанному в документах, выданных после УМ, то мутанта распределяли в класс к его ровесникам людям, а если результат теста был слишком низким, отправляли в класс, соответствующий знаниям.       С одной стороны, это правильно. Если мир так сильно поменялся, то надо приспособить всех к новым условиям. Порядок — залог контроля над ситуацией. Да к тому же, каждому ограниченному ранее от общества нужна хоть какая-то социализация. Но готово ли само общество к такому?       От природы человек боится неизвестного. Не трудно предсказать, какую реакцию вызовут мутанты — отбросы, обладающие силой, опасные для людей. Любое неловкое движение, нанёсшее разрушение, привлечёт внимание полиции. Одно неправильное действие, и ты кого-то задел, а полиция говорит, что это нападение. Одно неловкое движение, и ты за решёткой.

***

      Дом на 1756 Холланд-авеню был трёхэтажным. Черепахам отводилась двушка на углу. Да, вы не ослышались. Две комнаты на пятерых. Одна на Сплинтера, отца сего семейства, другая, которая побольше, на четырёх парней. В тесноте, да не в обиде. Интерьер у черепах был весьма скромный: в каждом углу по кровати, возле кроватей тумбочки, у стены шкаф, а в центре комнаты большой обеденный стол, чтобы не покупать четыре письменных. У Сплинтера же был только комод, кровать и угол, специально отведённый для медитаций. После того как все разложили свои вещи, настало время общего собрания на кухне. — Итак, сыновья, для начала хочу поздравить нас всех с новосельем, — Сплинтер начал речь. — Ура! — радостно крикнули все и зааплодировали. — В связи с недавними обстоятельствами, у нас изменились правила выхода на улицу, а также повседневные обязанности. Начну с того, что теперь вам придётся ежедневно ходить в школу, как это происходит у обычных детей. Донателло, напомни, когда у вас распределительный тест? — Третьего числа, учитель. — Спасибо. Так вот, у вас ещё есть четыре дня на подготовку, не считая сегодня. Надеюсь, каждый из вас достойно его напишет. Теперь поговорим о дома… — Простите, учитель! — Да, Донателло? — Могу ли я не учиться в школе? Я уже давно знаю всю программу, мне там попросту нечего делать. Я только зря потрачу своё время. — Ох, с этим будет сложнее. Я не знаю, разрешат ли тебе закончить школу экстерном. В приказе про это ничего не сказано. Но, даже если и разрешат, то я буду против. — Что? Но почему?! — Тебе действительно не хватает социализации. У тебя очень маленький опыт общения с людьми. — Учитель, но ведь это не на что не влияет! В современном мире можно работать и обеспечивать себя вообще без общения, просто делая всё через интернет. Да, в конце концов, разговаривать-то я умею. — Хорошо, если ты так хочешь… — Сплинтер на секунду опустил глаза в пол. — Если ты найдёшь друзей, с которыми будешь хорошо общаться, то я дам добро на досрочные выпускные экзамены. — Но учитель, я… — Достаточно. Я уже всё сказал, — резко отрезал Сплинтер. — А теперь вернёмся к разделению домашних обязанностей.