Новая жизнь

      Скорпиус Малфой       Жизнь становилась по-настоящему идеальной. Любимая женщина, которая теперь носила его фамилию и семейное кольцо на пальце. Прекрасный сын, и уже через какие-то десять недель родится их маленькая принцесса.       Хотя целитель, который обследовал Розу каждую неделю, говорил, что девочка слишком сильная и больше своего срока, поэтому начала родов стоит ожидать недель через пять, максимум семь.       И до рождения дочери Скорпиус планировал съездить в Бразилию, чтобы проконсультироваться по поводу проклятия сына, потому что там оказалось все не так просто, как они надеялись с Гермионой. Но Роза его категорически никуда не отпускала, и каждый подобный разговор заканчивался ее истерикой. Поэтому Скорп, чтобы не волновать лишний раз Розу, решил отложить поездку на более позднее время, понимая, что пока на сыне их семейная проблема не сказывается.       А вот состояние Розы его волновало. Хотя ему Гермиона и говорила, что как раз начало и конец беременности самые эмоционально-нестабильные периоды, что Роза переживает перед родами, боится своей новой роли мамы. Но Скорпиус чувствовал, что здесь что-то еще.       Он видел, что Роза с каждым днем все больше истрачивала свой магический потенциал. Магия снова начала искрить. И Малфой подозревал, что сейчас их дочь сильнее нее магически, и могут повторяться выбросы.       Малфой говорил с целителем, но он сказал, что регулировать ритуалом магию второй раз будет слишком опасно. Ребенок станет еще сильнее, что Роза может не выдержать. Потому что несмотря на то, что Роза взрослый человек, в нее тоже нельзя запихнуть больше магии, чем она может выдержать.       А вот и очередное доказательство того, что магия Розы снова начала образовывать пробелы, или же их девочка хотела показать своим родителям, что из нее выйдет прекрасная волшебница.       — Ой, — охнула Роза, хватаясь за живот, а рядом с ней разбилась ваза.       — Все хорошо? — Скорпиус тут же подбежал к жене, поддерживая ее и собирая осколки с пола.       — Да, просто сильно толкнулась, — заверила его Роза, чуть улыбнувшись.       Даже если им осталось всего семь недель, Скорпиус не хотел, чтобы Роза провела их в таком дискомфорте. Его ужасали синяки на ее прекрасном животе. Он даже пытался договариваться с дочкой, как тогда, на УЗИ, но понял, что она делает это не специально.       Он восхищался Розой, да и в целом женщинами, все больше. С каким героизмом они готовы выдержать все, лишь бы их ребенку было хорошо. Скорпиус даже переставал винить себя в смерти матери, ведь и без всякого проклятия она бы не задумываясь отдала бы ему всю силу, лишь бы у него все было.       Внезапно в гостиной подали сигнал оповещающие чары о незваном госте, поэтому Скорпиус помог Розе сесть на диван, а сам отправился в сад, посмотреть, кто к ним пожаловал.       — Вы? — удивился Скорпиус.       Перед ним стояла Софи — мать Амели. В тот день, когда они забирали Даниэля, Скорпиус был слишком не в себе, чтобы разговаривать с этими людьми, но смутно помнил, что в отличие от своего мужа, отдавать Даниэля она не хотела. Но Скорп прекрасно понимал, что она зависима от мужа, слишком зависима, и может быть здесь чтобы забрать сына, если Луис передумал, или же, наоборот, уничтожить, если он им все равно мешает, портит их идеальное французское древо.       — Я, — кивнула женщина.       — Зачем Вы пришли? — Скорпиус нащупал палочку, готовый обороняться, готовый защищать свою семью. — Я не отдам Вам своего сына, не позволю больше сделать ему больно…       — Скорпиус, я не собираюсь его отнимать, с вами ему намного безопаснее, а я хочу своему внуку только счастья, — спокойным голосом заверила его Софи. — Но я его люблю и очень соскучилась, и, если ты позволишь, я бы хотела его изредка навещать. Не беспокойся, мой муж не знает, что я здесь. Но решать тебе.       Скорпиус продолжал с ноткой недоверия смотреть на женщину. Несмотря на то, что он ей не доверял полностью, понимал, что Даниэль будет рад видеть бабушку, знать, что о нем не забыли. Но он все равно не спустит глаз с них, внимательно слушая, что она ему говорит.       — Ладно, пойдемте, — Скорпиус открыл Софи доступ в дом. — Только Даниэль еще не проснулся, поэтому придется подождать.       Они вошли в гостиную, где сидела Роза, бросая обеспокоенный взгляд на незнакомого для нее гостя.       — Роуз, познакомься, это Софи, бабушка Даниэля, — представил Розе свою несостоявшуюся тещу Скорпиус.       — Что? — казалось, Розе даже вернулись силы, потому что она так резво встала с дивана, что Скорпиус бросился к ней, поддержать ее. — Вы не тронете Даниэля, я не дам своего сына в обиду…       — Что ж, я вижу, что мой внук в надежных руках, — приветливо улыбнулась Софи. — Роза, я не…       Но она не успела договорить. Раздался грохот, и в доме вылетели все стекла. Скорпиус еле-еле успел сдержать палочкой падающий шкаф, однако все сервизы пятнадцатого века уже были на полу, разбитые на мелкие осколки.       Роза оглушительно закричала, хватаясь за живот и сгибаясь почти пополам.       А Малфой замер, не понимая, что происходит.       — Скорп, больно, — Роза часто дышала, словно задыхалась, и с такой силой схватила его за руку, что Скорпиусу казалось, что она сломает ему кости.       — Скажи, что мне сделать, — суетился Скорпиус, не зная, как ей помочь и что происходит. — Давай я позову целителя…       — Нет, не уходи, пожалуйста, — плакала Роза.       — Скорпиус, у нее воды отошли, — сказала Софи. — Она рожает.       — Что? — опешила Роза. — Нет, еще же рано. Она не… Она еще маленькая, еще очень рано…       — У Амели тоже такое было? — Скорпиус начинал ненавидеть себя, что обрек Розу на такие страдания, что не придавал должного значения ее обострившимся вспышкам магии.       — Схватки, это, конечно, больно, но нет, стекла не выбивались, — тоже растерянно сказала Софи.       Скорпиус судорожно соображал. Отец был в отъезде, им срочно нужен целитель. Черт, Даниэль…       — Папа, — послышался плач на верхних ступеньках лестницы. — Там темно, мне страшно… Бабушка!       Мальчик тут же забыл о своем страхе, побежав в объятия бабушки со счастливым смехом.       — Вот ключи от квартиры в Лондоне, — Скорпиус приманил с помощью палочки ключи Розы. — Побудете с Даниэлем? Не хочу, чтобы он видел…       Софи кивнула, быстро уводя Даниэля из гостиной.       — У Розы, кажется, начались роды, — Скорпиус настроился и отправил Патронус целителю.       — Скорп, ей тоже больно? — всхлипнула Роза, вновь истошно крича от новой схватки.       — Тише, моя маленькая, все будет хорошо, — Скорпиус целовал Розу в висок и поглаживал ее по животу, чувствуя исходящую магию, которая искрила.       Наконец, целитель прибыл.       — Мерок, — сказал Скорпиус, когда мужчина тут же принялся осматривать Розу. — Ты же сказал, что еще семь недель.       — Видимо, Роза слишком перенервничала, — задумался Мерок. — Она, взрослый человек, не справилась с магией, а для ребенка, скорее всего, это тоже стало своего рода шоком и страхом, что и ее внутриутробный выброс получился сильным, а я говорил, что она у вас очень сильная, что порвал пузырь, и…       — Почему так больно? — Роза снова схватила его за руку, а Скорпиус буквально чувствовал, как по ней течет магия, искрящаяся магия.       — Это магия, — пояснил Мерок. — Роды начинаются тогда, когда ребенок сформирован и готов физически жить без зависимости от матери. У магов добавляется еще сформированное окончательно свое волшебное ядро. Она стала слишком сильной, Роза не выдержала, поэтому такой выброс.       — Ей не больно? — Скорпиус в очередной раз поразился, что Роза, испытывая боль на грани со смертью, заботится о ребенке.       — Нет, ей не больно, — заверил их целитель. — Если начался процесс рождения, значит, она отделилась от твоего волшебного ядра. Но пока она не родится, тебе будет мучительно больно от такой циркуляции магии. Прости, я никак не могу тебе помочь или хоть как-то облегчить это.       — Я попробую, — Скорпиус лишь крепче сжал руку Розы.       Как он понял, сейчас кожа Розы была как один оголенный нерв. По ее венам будто пускали разряды тока. Он даже не представлял, настолько это больно, ведь с ним ничего хуже Костероста не случалось.       Они вернулись к тому, с чего начали. Скорпиус старался как в начале ее беременности успокаивать и выравнивать ее состояние своим присутствием. Но, похоже, целитель был прав. Ребенок магически больше не зависел от Розы. Более того, их дочери как раз больше не нужна магия, у нее ее достаточно. И если бы Розе сейчас не было так больно, Скорпиус прыгал бы до потолка. Ведь это как раз означало то, что проклятия, действительно, нет. Что их дочка обычный ребенок, которая по всем правилам магии отделилась во время рождения от своей матери.       Мерок анализировал роды Астории и Нарциссы. И подтвердил, что в их случаях магическая связь с ребенком не разрывалась. Поэтому он и отец тянули из своих матерей магию и после своего рождения, а все проблемы с беременностью Розы связаны исключительно с ее абортом, нарушившим ее магию.       — Скоро у нас будет наша девочка, — шептал Скорпиус на ухо Розе, которая только что перестала биться на кровати, куда они ее перенесли, от адской боли во время схватки, которые становились все сильнее. — Я рядом. Все будет хорошо. Ты сильная и столько выдержала, а сейчас мы вместе.       Скорпиус был рад, что явилась Софи и забрала Даниэля. Но еще больше он был рад тому, что все же не уехал в Бразилию. Он бы себе не простил, что оставил Розу одну с этой болью.       Как же долго. Скорпиус не представлял, каково сейчас Розе. Он уже был готов сойти с ума, но старался не показывать ей своего страха, усталости, выражать только поддержу и заботу. Приносить ей воды, держать за руку и поглаживать спину.       Но и он, и Роза понимали, что с каждой новой болью, которая, к сожалению, лишь усиливалась, они становились все ближе к знакомству с их малышкой.       — Ну что тут? — в комнату постучался Мерок, который в очередной раз пришел осмотреть Роуз. — Так, так, полное раскрытие, Роза, нужно рожать.       Скорпиус еще никогда не чувствовал себя таким беспомощным. Если бы это было в его силах, он бы забрал с удовольствием всю эту боль себе. Но Скорпиус продолжал держать ее за ручку и говорить, что она со всем справится, что осталось совсем чуть-чуть.       Наконец, комнату наполнил детский плач.       Скорпиус обессиленно сел на край кровати, чувствуя одновременно невероятное счастье и полное опустошение.       Вместе с криком дочки в комнате перестал мигать свет, а Роза кричать от боли. Магия больше не делала ей больно. Ее магия приходила в норму.       Целитель тут же положил дочь Розе на грудь, а она ее обняла, заливаясь слезами, да и сам Скорпиус не сдержался.       — Привет, моя хорошая, — Роза сильнее прижимала к себе ребенка, будто его у нее отбирали. — Красавица.       — Да, — согласился Скорпиус. — Вся в маму. Спасибо тебе за дочь. Я люблю тебя.       — А мы любим тебя, — устало улыбнулась Роза.       Целитель вручил ему ребенка на руки, заставив выйти, как можно дальше из комнаты, чтобы оценить, правда ли не осталось у Розы магической связи с девочкой.       Скорпиус боялся дышать, завороженно смотря на плачущий комочек. Какая она была маленькая, он и не думал, что дети могут рождаться такими. Он осознавал, сколько пропустил в жизни Даниэля, поэтому от дочки не собирался отходить совсем, желая наблюдать за каждой минутой ее жизни.       Кажется, счастливее человека чем он просто не существует.