выводя строки

я шепчу в небеса лишь два слова — простую исповедь. я хочу не сломаться, под натиском бури выстоять, в поднебесиях звёзды цветут серебром да искрами — я однажды смогу прикоснуться хоть до одной. а в груди бьётся море и волнами в рёбрах плещется, я ждала справедливости годы, недели, месяцы — но когда она здесь, во мне что-то вдруг переменится: будто камнем безвольным я вновь ухожу на дно. моя исповедь — слабость, она же порой — решительность, и осколки души, наспех сколотые да сшитые, я однажды смогу залатать — и года прожитые мне помогут окрепнуть, не дрогнуть перед лицом того мрака, что прочих убил без теней сомнения — и дождутся меня те счастивейшие мгновения, что мне снились порой и на правильные решения направляли собой — то, что было всегда концом, сможет стать ли началом когда-то потом, со временем? и смогу ли и я — безо всякого рода-племени, сбросив с плеч ожидания тяжесть, — плохого бремени, — отыскать на всём свете однажды родимый дом? время мерно течёт, я веду, как всегда, сражение, почему же всегда всяки беды и разрушения так внезапно приходят — пожаром, безмерным жжением, и воздастся потеря однажды и нам вдвойне? мне, пожалуй, не нужно небесного воздаяния: Боже, только даруй чуток сил и на то желания, чтобы я всех спасла — всех убитых, жестоко раненых, чтобы стала однажды решительней и смелей. моя исповедь — жизнь; а другого, Господь, не надо мне — не купить за валюту бесценное чувство радости: откажусь от наследств и других мне не нужных сладостей, только, Боже, дай сил мне спасти всех, кого люблю. без любви все на свете слова будут лишь бессмыслицей — даже небо тогда не согреет своими искрами. дай мне, Господи, сил. коротка моя Божья исповедь, но она мне поможет не пасть в первом же бою.