Страх

Первые блики лунного света уже играли на крышах домов, когда дверь в таверну распахнулась. Сестра из собора, известная каждому жителю этого города, неспешно проследовала к барной стойке. — Мастер Дилюк, — глаза девушки недобро сверкнули в приглушенном свете таверны. — Как вы объясните то, что сказал Кэйя? — Сестра, боюсь я не понимаю, о чем вы, — Дилюк был растерян и уж точно не понимал, что же такого наговорил его жених, чтобы служительница церкви сейчас испепеляла его взглядом. Всем обладателям Крио стихии такое свойственно? Но своего непонимания мужчина предпочел не выдавать, скрывая за привычной маской безразличия. — Да так, — девушки тонкими пальцами вытащила из пачки сигарету, задумчиво разглядывая ее. — Расскажу, если подсобите. Дилюк кивнул, поджигая сигару Розарии. — Он пришел ко мне, заявив, что теперь перестанет трепать мне нервы, изрезая свое тело и подставляясь под удары в битвах, — девушка сделала несколько затяжек, прежде чем продолжить. — А, еще сказал, что избавит меня от того, чтобы тащить его вусмерть пьяное тело в казармы после попоек. У Дилюка болезненно сжалось сердце. Еще вчера его Кэйя весь вечер любовался кольцом на безымянном пальце, то и дело повисая у будущего мужа на шее с радостными визгами. Ну, после того, как осмыслил то, на что согласился. Кэйе ведь стало лучше в последнее время? А сейчас слова, переданные Розарией, звучат так, будто парень решил все же завершить начатое тогда на винокурне и хотел попрощаться с подругой. — Он что-то еще сказал? — вмиг севшим голосом спрашивает Дилюк. — Сказал, — сестра одаривает его еще одним тяжелым взглядом, а следующие фразы почти шипит сквозь зубы. — Что ты сделал ему предложение и у вас скоро свадьба и он наконец-то чувствует себя счастливым, — Рагндвиндр в этот момент почувствовал облегчение, но тон голоса Розарии расслабиться не давал. — Запомни, — в руке девушки сверкнул кинжал, но тут же исчез — она знала, что Дилюк увидел. — Ты доводил Кэйю достаточно. А я достаточно раз снимала его с чертового Пика Буревестника и крыши собора. Я достаточно раз перевязывала ему перерезанные вены и неведомо каким образом Барбара верила, что это просто травма с очередного поручения, когда я притаскивала в собор это тело, попытавшееся вновь покончить с собой. Если ты посмеешь еще раз причинить ему боль, то отправишься на тот свет вслед за ним, — шипит Розария и одним глотком осушая бокал и дожидаясь кивка Дилюка, направляется к выходу. Дверь распахивается прямо перед носом девушки. — Роззи! — Кэйя, только показавший на пороге, обнимает подругу, прежде чем грациозно проследовать к барной стойке. — Мне как обычно, — улыбается капитан, а Розария у дверей ловит взгляд Дилюка чтобы провести по шее ребром ладони, напоминая разговор. Рагндвиндр кивает и девушка удаляется. — Как служба? — с улыбкой интересуется мужчина, отдавая своему жениху алкоголь. Волнение отступает на задний план — Кэйя здесь, живой и здоровый. И вполне доволен жизнью, потому что пускается в рассказ о сегодняшнем дне, потягивая алкоголь из бокала. Парень резко замолкает, оглядываясь на дверь, когда с улицы раздается истеричный крик. Дилюк сразу покидает стойку, вставая между Кэйей и дверью в таверну. Прохладная ладонь ложится на плечо в успокаивающем жесте. — Уверен, ничего страшного не произошло, — убеждает Кэйя. — Пойдем посмотрим. Дилюк лишь кивает, выходя на улицу, но продолжает держать Кэйю за спиной. Мало ли. Оглядывается по сторонам, но бойни не видит. В следующую секунду его чуть не сбивают с ног и Дилюк еле успевает подхватить девушку, запнувшуюся на дороге. Она поднимает на него заплаканные глаза и мужчина возвращает девушку в вертикальное положение. — Мастер Дилюк, это правда? — Донна всхлипывает, а Дилюк хмурится: что за день вопросов без пояснений? — Донна, если в городе какое-то происшествие, то рыцари Ордо Фавониус всегда готовы прийти на помощь, — Кэйя выплывает из-за спины мужчины, переключая внимание на себя. На губах снова лживая улыбка, а глаза горят яростью. Хотя, если не знать, то и не заметишь. Дилюк знал и видел. Когда-нибудь Кэйя не будет так ревновать его к фанаткам, но это будет потом. Потом, когда Рагндвиндр вернется с ним на винокурню и тысячами поцелуев сотрет эту маску с лица жениха. — Сэр Кэйя, — истерично продолжает Донна, возвращая этим и Дилюка в реальность. Из очень приятных фантазий, увы. — Вы посмотрите! — девушка хватает Дилюка за руку, вытягивая на ее под свет фонарей. Обручальное кольцо поверх перчатки блестит голубым светом в полутьме переулка. — Прекрасное кольцо, — улыбается Кэйя и Дилюк понимает, что возлюбленный наконец нашел способ отомстить чересчур навязчивой девушке. Не перегнул бы… — Он же.! Он! — Донна захлебывается слезами и возмущением, трясет руку Дилюка. Мужчина немного брезгливо вырывает ладонь из чужой хватки. — Да, Мастер Дилюк помолвлен, — зло улыбается Кэйя. — Наверняка, потому что хоть кто-то любит его не из-за денег. — К-кто она…? — Донна окончательно впадает в истерику. — Я же ему и п-пироги гот-то-овила! И в-все для нег-го…! Дилюку кажется, что про него и вовсе забыли, хотя собравшаяся вокруг толпа посматривала с интересом. — Для него? — продолжает Кэйя, сверху вниз смотря на девушку, уже упавшую на колени. — А как же Ваши мечты о Полуночном герое, мисс Донна? — девушка с ужасом поднимает глаза на мужчину. — Про твои мечты о нем весь Мондштадт уже слышал. — Это даже не она, — твердо отрезает Дилюк, решив что Кэйя скоро совсем доведет девушку. Всхлипы Донны тут же замолкают. — Это он. — К-кто? — дрожащим голосом спрашивает девушка, когда подбежавшая Флора уже помогает ей встать на ноги. — Кэйя, — спокойно отвечает Дилюк, за талию притягивая парня к себе. — И прошу меня простить за это представление. Моя вина, что мой будущий муж так ревнует, — Кэйя на это довольно откидывается спиной Дилюку на грудь и кажется, скоро замурчит от удовольствия. Флора уводит заплаканную, но молчаливую Донну домой. Толпа потихоньку расползается обратно по своим делам. — Ты был не при чем, — сообщает Кэйя, полностью повисая на чужих руках. — Ты ревнуешь, — как можно мягче объясняет Дилюк. — Потому что до сих пор допускаешь мысли что я тебя не люблю. Моя недоработка. — Ну Лю-юк, — тянет Кэйя, прежде чем снова встать на ноги и обернуться на мужчину, уж слишком резко меняя тему. — А что Розария так рано ушла? — Она зашла только чтобы сказать, что убьет меня, если я тебя обижу, — Дилюк улыбается, а Кэйя совершенно не понимает причины и вопросительно поднимает бровь. — Она за тебя переживает, Кэй. Еще одно доказательство того, что ты нужен здесь. И опять непрошеные слезы на глазах. Зачем он такой эмоциональный? — Она тебе рассказала…? — «о том, как много раз я хотел убить себя, лишь бы не мучаться от твоей ненависти» — повисает в воздухе, так и не прозвучав. Дилюк понимает. Всегда понимал без слов. Кивает и сердце замирает на секунду, но тут же бьется часто-часто, потому что мужчина притягивает возлюбленного в объятия и плевать, что они на улице. Плевать, что в таверне ждут посетители. Кэйя ждал этого всего так долго… другие тоже подождут. — Кэй, — шепотом. — мне жаль, что тебе было больно из-за меня. Мы все исправим, обещаю. Я тебя люблю, моя снежинка. И Кэйя верит. Тогда и сейчас, когда просит у Джинн отпуск в честь предстоящей свадьбы. И будет верить в это дальше. Потому что Дилюк — такой холодный со всеми, с ним другой. Такой, какого делить ни с кем и не хочется. Розария лишь хмыкает, выпуская изо рта сигаретный дым, но соглашается прийти на свадьбу. «Я убью его, если он снова причинит тебе боль» — Кэйя смеется. Искренне и легко. Сброшенная маска с натянутой улыбкой разбивается об асфальт на мелкие кусочки.