Psychopomp and subordination

Разве это не самый ужасный день? Вряд ли... Как обычно Эндрю просто не мог сидеть у себя дома, довольно-таки сложно находиться на одном месте в начале подросткового возраста, особенно, когда не пытаешься чем-то выделяться и являешься самым обычным ребенком. Еще два часа дня, а это просто отличное время, чтобы выйти на улицу и уже там отыскать себе что-нибудь по вкусу. Выйдя на просторы улиц и домов, Эндрю пошел в противоположное направление от всех детских площадок, ведь дети, что сидят на этих площадках, всегда такие нежные и жалкие, противно находиться в месте, где ты всегда будешь чувствовать себя одиноко... Можно подумать, что всегда возможно найти себе друга по вкусу, но если ты даже не знаешь, что такое школа и учился сидя у себя дома, то другие дети этого попросту не поймут и тебе придется принять реальность всего происходящего, идти по дороге и думать о своем одиночестве. Пока это худший расклад жизни Эндрю, но судьба так сложилась, что свернув лишь в одно направление, куда ранее не ходил этот ребенок, за забором он встретил очень много странных детей, рядом с ними не было никаких взрослых, так что врят ли это детский сад, разве что один из детских домов... Он подошел к забору вплотную, около забора никто не сидел, все толпились либо около деревьев, либо у ступенек здания, что напоминало чем-то монастырь. Эндрю осмотрел забор, который, к его сожалению, был в идеальном состоянии, и уж слишком был красив, чтобы его портить, так что попасть за забор стало весьма проблематично, от чего он принялся идти вдоль каменного забора... Можно было подумать, что это новый забор, который только недавно поставили, потому что старый был уже негоден и через него постоянно выходили дети. Но это неправда, забор старый, потому что на нем уже проросли растения, а в некоторых местах он даже чуточку потрескан, однако он все равно шикарен и выполнен в готическом стиле, самый лучший стиль, которым был наполнен дом Эндрю, да и сам Эндрю его обожал, от чего всегда ходит в одном лишь черном, чужие взгляды его никогда не смущали. Пройдя вдоль забора, он увидел калитку у черного входа, которая, по всей видимости, никогда не использовалась. Может это и было по его мнению очень странным, но он все равно открыл калитку об которую успел поцарапаться. Крови не было, а это делало рану еще больнее и приятнее. В другое время Эндрю с радостью бы посмотрел на свою рану, чтобы понаблюдать откуда доносятся приятные ощущения, но в его планы не входило попасться персоналу этого "монастыря", поэтому войдя за пределы этого забора, он закрыл за собой калитку, на сей раз не поцарапавшись, ведь случайно это вряд ли уже получиться, а если сделать это самостоятельно, то кровь наверняка пойдет и испортит все ощущения, да и всякие поймут неправильно, когда увидят кровь, ведь рана с кровью для них совершенно какая-то другая рана, нежели обычная поцарапавшаяся кожа. Воздух стоял бархатисто-прохладным, как под тенью в жаркий день, звуки, что издавали дети, были отнюдь не отвратительными, что-то приятное было в зоне "монастыря", Эндрю отошел от забора и пошел к детям, что толпились рядом с зданием, кто-то с самого центра всего веселья вышел чутка подальше от толпы и все разбежались по разным местам, никто не обращал внимание на Эндрю и никто никого не обижал, многие там были в какой-то группе из двух, либо трех человек, и каждый из них относился с заботой к своим друзьям. Слишком идеально, об этом месте может мечтать каждый изгой общества. Эндрю не мог долгое время находиться в стороне, его так сильно манили эти человечки, что он, стоя около стен "монастыря", выбирал себе очередную жертву, которой пришлось бы ответить на его постоянный и весьма странный вопрос, Эндрю всегда задавал его, чтобы тем самым подружиться с кем-нибудь. Он подошел к тому самому ребенку, что вышел из центра толпы, после чего все разбежались, этот ребенок сидел на скамейке и пальцами перебирал страницы в книге, что готова была бы от своего вида превратиться в песок, но на ощупь была так же крепка, как и самая новая книга, что имела специальный принт, делающий бумагу такой "старой". Эндрю подсел рядом, радостно улыбаясь и ожидая какого-то отклика от ребенка, что выглядел младше его. Ребенок, специально помычав и изогнувшись головой, чтобы быстрее что-то дочитать в книге, шустро перевернул страницу и посмотрел на того, кто был в нем так заинтересован. -Постой, я не дочитал...-Эндрю пытался что-то вычитать в этой книге. Ребенок выглядел так, будто шок и страх овладели им в ту же секунду, как только Эндрю произнес свою речь, он не сказал ни слова и просто молча смотрел в большие, красивые и голубые глаза, взгляд этого ребенка могло перевести только само лицо Эндрю, которое, пускай, и было страшным из-за таких больших глаз и широкой улыбки, имело привлекательные черты носа, скул...а короткие и плотно-черные волосы свисали к лицу так, словно хотели этим приманить к себе взгляд. Он никогда не видел кого-то настолько красивого... - хмм...а ты никогда не пробовал кислородное голодание? - его лицо улыбнулось еще шире...