сердце поганое моё ...

~ 25-ое декабря, Ленинград, гостиница «Англетер, номер 5, 18:28 ~ Весь этот день, Есенины занимались тем, что нежились в кровати, играли с Шуриком и болтали. Казалось, будто они здесь не прячутся, а просто приехали на семейный отдых. Это был самый беззаботный день за последний два месяца. В полдень пришел в гости Саша Сахаров. Они с Есениным вместе писали стихи, и выпивали вино. К вечеру, Есенин звонит своему близкому другу – Вольфу Эрлиху, и попросил его переночевать сегодня с ним и его семьёй. Вольф согласился. Мужчина пришел ближе к семи часам вечера. Они с Серёжей пили кофе, разговаривали, и обсуждали все произошедшее с Есениным за последние полгода. Эрлих беспокоился за друга. Очень. Вскоре, на следующее утро, Вольф уходит, обещая Есенину что придет завтра. ~26-ое декабря, Ленинград, гостиница «Англетер», номер 5 ~ Следующий день проходит так, как обычно проходит у Есениных. Мария пишет очередную картину (я надеюсь, вы не забыли что наша маруська художница;)), Есенин пишет стихи, а Шурик играет со своими игрушками. Они выходили завтракать, обедать и ужинать в ресторан отеля. Есенин купил две бутылки вина, и они с Марией, за откровенными разговорами выпили их вечером. Когда Маша и Саша засыпают, Серёжа садится за письменный стол, достает лист бумаги и ищет чернила. Черт. Кончились. Он звонит на ресепшн, и спрашивает баночку чернил. Они отказывают ему в этой просьбе, по причине того, что в отеле нет чернил. Есенин злится. Он заходит в ванную комнату, берет в руки лезвие, и проводит им по пальцам. Идеально подходит. Поэт снова садится за стол, двигает в сторону лист бумаги, и начинает полосовать лезвием свою правую руку. На нежной белой коже Есенина появляется целый водопад крови. Он в темпе берет перо, промакивает его в кровь, и что-то пишет на листке. Скажите, он правда рехнулся?.. В этот день не происходило ничего особенного. Ни каких слежек, странных людей и писем. Самый, черт бы его побрал, обычный, день! Есенин снова укладываются спать, и снова ждет завтрашнего утра... ~ 27-ое декабря, Ленинград, гостиница «Англетер», 17:55 ~ В этот вчера номер Есениных был полон гостей: Сахаров, Вольф, Шершеневич с женой. Есенин угощал всех вином, и читал законченного наконец «Черного человека». Мария восхищалась умению мужа так прекрасно читать стихи и поэмы. Она буквально таяла от его хрипловатого, много эмоционального и низкого голоса. Они с Сахаровым вспоминали былой 1915-ый, на ходу придумывали смешные и нелепые стихи и просто были счастливы. Они все дружно помянули покойного Ганина. Есенина снова пробило на слезы, когда он произносил речь о умершем друге. Все расходятся без пятнадцати восемь. Есенин кричит Вольфу, чтобы он подождал. Он находит среди кучи листов тот самый, сворачивает его в несколько раз, и засовывает во внутренний карман пиджака Эрлиха. – Смотри мне, прочтешь позже! Кровью писал, антиквариат, – довольно хвастается поэт. – Серёг, скажи мне, ты дурак? – смеётся в ответ Вольф. – Просто в этой паршивой гостинице не было чернил. А у меня вдохновение проснулось, надо было срочно все на лист изливать. Понимаешь? – объясняет Сергей, и показывает изрезанную до мяса руку, из которой брал кровь для написания. Эрлих прощается с Эрлихом, и закрывает за ним дверь. Мария устало улыбается мужа, и обнимает его. – Скоро все наладится, солнышко, обещаю, – шепчет он, и целует жену в губы.