Знания плод уготован судьбой,
Но данный обет возьмёт с головой.
Для той, чей рассудок «Мойра’» орошён,
Сей мир оказался ценой в жалкий грош.
И зов любопытства, как запертый зверь,
Метался, вгрызался, вопя каждый день.
Не в силах терпеть обжорства сего,
Под шёпот змеи, предаст «своего».
Причудливые завитки прятали под собой внушительные колонны, комнаты были заполненными различными фресками и картинами, лица на которых теряли своё очертания в замысловатых водоворотах. Сам дворец всем своим естеством напоминал море; везде присутствовал такой же солоноватый запах, а каждый неизведанный закуток напоминал очередной неизведанный уровень моря — глубокий и тёмный, готовый затянуть тебя в бездну.
Блуждая по сокрытым в тени коридорах, путешествуя так, будто у неё есть карта данного места (хотя казалось бы откуда эта уверенность в правильности выбора дороги?), Марси записывала все наблюдения в потрёпанный блокнот. Завернув за очередной смутно знакомый коридор, Марси заметила странное зелёное свечение, странной притягательной аурой подзывающее её к себе.
Обнаружив широкий зал, напоминающий наличием трона покои короля, Марси обнаружила огромную книгу, своей внешне ощутимой стариной в виде летающих вокруг частиц пыли и потрескавшейся кожей на месте переплёта лишь подогревая интерес девушки. Открывая книгу там, где была закреплена закладка, Марси не ожидала первым делом увидеть забавную золотую шкатулку и непонятные символы, чем-то напоминающие вьетнамский язык, но более усложнённый различными апострофами и иными речевыми оборотами совершенно ей не знакомыми.
Хмыкнув, она попыталась выписать непонятные символы в блокнот, дабы потом поговорить о них с миссис Бунчой, чьё лицо вспыхивает ярче солнца каждый раз, когда кто-то интересуется вьетнамской культурой, а позже сходить в библиотеку в излюбленный ей исторический отдел, но странное предчувствие, неприятно прошедшее по позвоночнику, заставило её обратить внимание на обстановку тронного зала: золотые ставни покрылись трещинами, а трон покрылся плесенью и мхом, наполняя зал ещё более разнообразными запахами, от количества которых у неё голова шла кругом. Сглотнув, Марси решила вернуться к книге дабы побыстрее вернуться…а где она собственно?
Озноб прошёлся по костяшкам пальцев, заставляя выпустить весомые страницы из рук, холодное осознание ударило по ней невероятно быстро — отскочив от книги, случайно обронив свои вещи, Марси стала судорожно оглядываться на вмиг помрачневший дворец.
— Где я, чёрт возьми?! — по непонятной для Марси причины, нервная система била тревогу из каждого уголка — тело кричало, вздыбливая волоски на загривке, что удар будет оттуда, откуда она не ожидает. Всполохи странных видений вспышками били глаза. Сердце колотилось барабанной дробью.
Кровь в висках стучала громче всего. Мышцы напряглись в готовности защищаться. Но от кого? Чего она ожидает? Или кого? Грудь снова заныла, выбивая кислород из лёгких слишком неожиданно.
Упав на колени, Марси ногтями вцепилась в будто онемевшие рёбра. Слишком быстро. Она не успевает думать. Всё горело. Марси была уверена, что именно это и чувствовали люди, сгоревшие заживо. В попытке закричать, она лишь харкнула слюной на мраморный пол вместо привычного шипения — крик задержался в горле буквально на секунду будто шипами роз удерживая себя, после вырываясь вместе с каплями крови наружу в общую массу стекающей из полости рта. Тело била мелкая дрожь. Марси надрывно хрипела срывающимся голосом, даже не зная о чём просить — пощада или смерть. Всё, что имело значение — разрывающее чувство из груди. Руками она сорвала с себя металлический нагрудник в попытке добраться до источника боли, тем самым сдирая кожу вокруг ногтей до вытянутых заусенцев. Им оказался неизвестного происхождения продольный, такой же розовый и неровный, как надрез на глазу Саши, шрам. Не в силах придумать что-то более гуманное, Марси насильно решила выкорчевать источник адской боли. Сил кричать не было, но это не мешало слезам градом оседать на влажных щеках. Ногтями впиваясь в обезображенный выпуклый рубец, Марси, не думая о последствиях, стала выцарапывать инородный объект, пульсирующий внутри неё будто паразит. Было больно —
очень больно — но гадкий шёпот продолжал чеканить «продолжай», подкрепляя слова новой порцией боли изнутри. Выгнув спину из-за хаотичного сокращения мышц, — как бы сильно Марси не теряла связь с внешним миром, физическое тело всё ещё реагировало на грубое вторжение — Марси смогла повредить верхний слой кожи, лоскутами срывая его до оголенных мышц, она стала выковыривать мясистые куски плоти, чувствуя, как горячая влага впитывалась в одежду, оседала на пальцах, всплывала перед глазами. Вокруг
только красное. Голова не соображает, будто инстинкт, вынуждающий волка отгрызть застрявшую в капкане лапу, так и она продолжала глубже зарываться в мягких прослойках мышечной ткани под хлюпающие причмокивания внутренностей. Под пальцами ощущается что-то твёрдое — и это кажется неправильным. Она не должна этого делать. Это
не правильно.
В голове что-то будто щёлкнуло, неожиданно подавляющим и таким оглушительным зовом приказав прекратить самоистязание, насильно придавив невидимой силой руки к багровой луже, источавшей удушающий металлический запах. Или это она сама их прижала? Где она вообще? Перед глазами — тысяча мерцающих пятен в бреду у вмиг надломившегося рассудка, напоминающих оживших теней. Люди
очень хрупкие. Дрожь пробила вялое, почти истощившееся тело, ударяя голову о мрамор, тем самым заставляя плескаться в собственной крови.
Вокруг красное. Самое большое пятно несло нечто
красное, пульсирующее с той же частотой, что и нечто в груди Марси. О
но шептало. Оно манило. Оно звало.
Поддайся. Прими. Мы утешим.
Мысли растворяются под гвалтом из нескончаемого шёпота. Иное сейчас не имеет значение. Только голос, что блаженным спокойствием тянет в пучину своей обители — грязной каморки, что подзывает своим тщедушным видом отчаянных путешественников в грязные когтистые лапы. Тёплого.
Безопасного. Марси хочет это. Марси примет это. Место она уже нашла. Красные прорези появляются вокруг на стенах, на картинах, на потолке. Ей хочется потянуться к свету.
Прими-прими-прими-прими-прими-прими-прими-прими-прими-прими — вторит ей собственный голос.
Красное око погружается в подготовленную выемку в теле Марси. Взбухшие венки тянуться к свету.
Подчинись.
Нет.
Вокруг всё мерцает зелёным светом.
***
Дрогнув, Марси вскидывает руки в попытки защититься. Только от чего? Осмотрев комнату влажными глазами, Марси пугливо выискивает хоть один намёк на
красное, но замечает только в порыве скинутый плед и опрокинутый табурет. Лишь сейчас она улавливает болезненные ощущения в ноге от задетого в порыве предмета. В голове всплывают отвратительные воспоминания, тошнота подступает к горлу. Марси не хочет думать об этом, но на всякий случай подбегает к раковине на кухне — и не зря. Перед глазами собственные разорванные куски кожи, Марси не может игнорировать это и её тошнит.
Пустив струю холодной воды, она попыталась привести себя в порядок, но пальцы всё ещё дрожали, а дыхание не приходило в норму. Ей плохо. Очень плохо. Присев на корточки, она попыталась отвлечься от удушающих ощущений начав считать книги в дальнем шкафу, но сжатые до следов ногтей руки не слушались, тем самым приковывая к себе внимание, провоцируя новые воспоминания.
— Это сон…это сон… — она хрипло повторяла это себе под нос, чувствуя, как колени всё ещё подрагивают под собственным весом.
Футболка неприятно липла к телу, даже когда Марси с силой оттягивала ворот так, будто ей не хватает воздуха. Сердце всё также грохотало, болезненно упираясь в
рёбра…
Марси снова тошнит.
Ослабленное тело неспешно двинулось к куллеру с прохладной водой. Мигом опрокинув кружку воды, ощущая как сухость пропадает под влагой, Марси ещё пару секунд наслаждалась ощущением прохлады, пока во рту не появился противный гнилостный вкус желчи.
С отсутствующим видом она направилась к себе в комнату, удостоверившись в том, что родителей всё ещё нет дома. Думать о том, что ей приснилось, она не хотела.
Проверив уведомления телефона, первым делом она заметила сообщения от контакта «Лейтенант неловкость», а именно «Всё идёт на удивление неплохо!». Уголок её губ дёрнулся вверх. Следующее сообщение быстро расставило всё по полочкам: контакт «Анна-Банана» крупным шрифтом сообщала «ВСЁ ОЧЕНЬ ПЛОХО». Марси со смешком продолжила листать уведомления, уже представляя насколько разные версии произошедшего расскажут ей девочки.
Продолжая листать уведомления, она наткнулась на сообщение от отца. Оно гласило: «Извини дорогая, но мы немного задержимся». Марси на это лишь удовлетворённо выдохнула — раньше её родители не могли позволить друг другу даже крупицу того, что есть сейчас. Отцу нужна была работа, они чуть было не переехали в другой штат из-за этого! Марси чертовски рада тому, как бы эгоистично это не звучало, что одного бедолагу выперли чуть-ли не за шкирку за то, что тот перепутал все архивы в день сдачи. Марси наконец-то успокоилась; осознание того, что самое худшее прошло мимо неё — грело.
Крупица сомнения пробилась как подснежники — почему ей кажется это не правильным? Тот сон был словно забытое воспоминание… Бред. Марси встряхнула головой.
Откинувшись на кровать, она продолжила бездумно листать новостную ленту, пытаясь выкинуть навязчивые мысли — она
счастлива, какие-то сны не могут этого у неё отнять.
И всё-таки пока девочек нет, ей стоит прогуляться — свежий воздух ей не повредит, а ещё ей как раз нужно было приобрести новый картридж для приставки. Накинув то же пальто с всё ещё не обсохшими рукавами — нотации от Энн она прослушает ещё не один раз, так какая тогда разница — и встретив лицом холодный осенний воздух, она вдохнула полной грудью запах мокрой земли и асфальта. Так пахнет свобода для бесполезных романтиков?
Отточенным движением руки она всунула оба наушника и поставила свой любимый альбом, ногами подстраиваясь под ритм музыки.
Казалось, магазин с видео-играми должен был быть куда внушительнее, но это была всего-лишь небольшая лачуга, ещё с детства за кассой которой привычно сидела дряхлая старушка, чьё время угасало также неумолимо, как и карманные деньги Ву.
Привычный звон колокольчиков всё ещё не мог разбудить сон старухи — как её всё ещё не обокрали? Осмотрев магазин, глаза уцепились за коллекционное издание «Mortal Combat», заставив взгляд Марси засиять — откуда эта старуха берёт всё это?! В принципе это не так важно, главное товар на прилавке ждёт её — Марси схватила новенький картридж, быстро направляясь к кассе. Стукнув костяшками пальцев о прилавок, она привела в сознание приветливую пожилую даму, та же, не задумываясь даже на секунду, привычно пробивает товар, на глаз определяя хватает ли суммы. Кивнув, она позволила себе продолжить сон, пока Марси озираясь по сторонам направлялась к выходу. Практически всё в этом магазине казалось серым, поэтому сверкнувшая в свете золотая шкатулка сразу врезалась в память. Чуть запнувшись, Марси всё-таки смогла задержать взгляд на ней: странные лягушки и три на вид драгоценных камня отсвечивали под еле работающей лампой. Вылупленные глаза лягушки заставили Марси усмехнуться и потянуться к телефону — Саша и Энн оценят.
Щёлкнув «затвором», Марси продолжила путь домой.
***
Заперев дверь изнутри, Марси не сразу заметила возню на кухне и лишь сняв наушники услышала:
— Марси, дорогая, где ты была? — чуть громче обычного поинтересовалась мать.
— Я ходила за новой видео-игрой! — в тон ей ответила Марси, входя на кухню: первое, что она увидела — это отца, пытающегося не поджарить ужин.
— Ой! Хэй, милая, привет! — дёрнувшись от попавшей на руку капли масла, сказал отец.
— Привет, пап! — по привычке расставляя столовые приборы, Марси не сразу заметила немного взволнованные взгляд обоих родителей.
— Марси, нам надо поговорить, — поставив на стол сложенные в тарелку жаренные овощи, отец отодвинул свой и стул жены, галантно пропустив ту вперёд. Та же со смешком закатила глаза, приняв жест и присев за стол.
— Так… и о чём же? — слишком нервно уточнила Марси. Почему она так нервничает? В горле встал ком.
— Нам позвонил учитель и сообщил о том, что ты играешь прямо на уроках, — немного укоризненно взглянул на неё отец. Этот взгляд ей не нравится.
Грудь сдавило от непонятного ей предчувствия, будто те, кто сейчас сидят перед ней — не её родители. Марси сходит с ума, кто же это ещё может быть?
— Эм…я… — Марси забарабанила пальцами по столу пальцами, — я…
— Да не нервничай ты так, милая, — мягко улыбнувшись, уже менее серьёзно проговорил отец, поглаживая дочь по спине. В глубине чёрных глаз таился хищник, готовый напасть в любой момент. Мурашки заставили её напрячь все мышцы спины, вытягивая по струнке.
Марси хочет уйти отсюда, чувство чего-то «неправильного» её не покидает, лишь сильнее вгрызается глубоко острыми зубами в горло.
— Мы не злимся, — Марси не чувствует искренности, — так как учёба от этого не страдает, на самом деле ты молодец! — решила подбодрить её мать, — просто мы бы хотели, чтобы ты была более почтительной к учителям. Или быть более незаметной, — со смешком добавила она, подмигивая ей.
Искусственно и наигранно. В желудке у неё что-то сдавило, вызывая тошноту.
— Именно, — отец неловко кашлянул в кулак, — на самом деле я хотел похвалить тебя за твои успехи. Кхм, вот, — он неловко завёл руку к затылку, опуская взгляд. Он не был мастером вести искренние разговоры. Так вот в кого это у Марси.
— А…ясно. Спасибо? — напряжение в комнате можно было резать ножом.
Неловкая тишина затягивалась, поэтому Марси решила прервать её, отодвигая стул.
— Я думаю, что поужинаю позже. Спасибо за еду. — Марси стремительно покинула застолье, не услышав тихое взволнованное перешёптывание родителей.
Краем глаза она заметила, как что-то сверкнуло зелёным. Она вздрогнула. Проморгавшись, Марси решила продолжить побег к себе в комнату. Мало-ли на нервах и почудиться может… Только вот картина того, как её родители раздражённо сверлят точку, где до этого сидела она, слишком хорошо отпечаталась в памяти.
Заперевшись, она не сразу смогла спокойно выдохнуть.
— Почему я.? — Марси вымученно простонала, проведя ладонями по лицу; сегодня день какой-то не-такой, как обычно.
— Я думаю мне стоит написать об этом Саше и Энн, — только Марси схватила свой телефон, в голову закрались сомнения: а вдруг они заняты? Или им будет всё равно так как на самом деле Марси просто преувеличивает? Нет, быть не может, девочки никогда не давали ей повода им не доверять.
Между рёбрами зашипела змея.
— Ну почему так много лишних мыслей! — схватившись за голову, Марси скатилась на пол — сегодня точно не её день, — Думаю, стоит рассказать им позже, — звучало это так неуверенно, что Марси даже сама не поверила своим словам и наверняка вовсе не попытается поднять эту тему, но какая разница? На следующий день всё будет хорошо. Точно. Как всегда. С этим определённо не возникнет проблем. Марси была полностью уверена в своих мыслях.
Нет.
Зная, что сделает домашнее задание прямо на перемене, Марси с чистой душой принялась распаковывать покупку, надеясь отвлечься на некоторое время, что и произошло.
К счастью, этой ночью кошмаров у неё не было.
