Сапфировые маки шафранного озера

Тихое сопение доносилось со стороны дивана. «Кажется, этот чудик уже заснул. Соня». Мунн, который сидел в телефоне, приподнялся и медленно повернул свою голову, чтобы ненароком не разбудить спящее Солнце, в его сторону. Пшеничный повернулся на другой бок, и его ресницы чуть дрогнули. Мысли Мунрайза подтвердились. Санни мирно посапывал под одеялом, и, кажется, на его лице была......... улыбка? «Неужели ему снится что-то хорошее? В кои-то веке. Боже, надеюсь, он не подскочит и не будет кричать опять. Я чуть свой кирпичный завод не открыл, а ведь он мне уже снился» Мысленно оценив свое остроумие, Луна уткнулся в телефон, пытаясь отогнать абсурдные мысли и заменить их на белые страницы. Мунну очень нравились ужастики. Книги и фильмы в подобном жанре занимали отдельное место в его сердце. Вот и сейчас он искал книги такого жанра. Луна читал только электронные книги: проблема была в нехватке места, в комнате, да и электронный вариант всегда был под рукой. Вчера за окном была пасмурная, дождливая погода, а сегодня уже нежно-оранжевые лучи старались пробиться в комнатку за плотными шторами. Луна заметил зайчика, который тщетно пытался сесть прям на нос лунному другу. Как ни старался, беловолосый никак не мог закрыться от этого проказника телефоном. Мунн немного отклонился вбок и увидел причину этого безобразия. Небольшая щёлка, которая пропускала лучик, в немного освещённую комнату, давая дополнительный свет. Встав с кровати, он мягкой поступью подошёл к серым шторам и легкой рукой отодвинул их. Свет влился в комнату и пробежался по всем уголкам в досягаемости, наполняя светом комнату. Санни так же крепко спал, даже не шелохнулся мирно посапывая в одеяло. Рассвет был поистине прекрасен. Эти переливы цвета на голубоватом небе, переходящие от персикового и ближе к светилу, к цвету разбавленного апельсинового сока с молоком, завораживали, наполняя сердце теплом. Рука потянулась к ручке окна и открыла его на проветривание. Свежие ручейки воздуха потекли в комнату. Мунрайз стоял, облокотившись о подоконник, и вдыхал ранние нотки тепла и влаги. В комнате действительно было очень душно после ночи, и Луна с благоговением стоял и принимал на себя утренний ветерок. Лето уже заканчивалось и скоро наступит холодная пора с дождями, слякотью и осенней апатией. Мунна это раздражало каждый год. Он и так был мерзляком, беловолосый не горел желанием мёрзнуть ещё больше, да и эта слякоть нагоняла тоску. Как придёт зима, всё станет ещё хуже, ведь в их области хоть и шёл снег, но он быстро таял, образовывая гадкие лужи. А если ещё были заморозки после резкого таяния снега, то дороги превращались в настоящий каток. То ещё удовольствие — упасть на твёрдую поверхность и сломать себе конечность. Он искренне не понимал, почему люди так любят холод и мороз. Волосы немного трепались и лезли в глаза, которые Мунн закрыл. Челка неприятно щекотала нос, и поэтому парень завязал хвост как смог, резинкой, которую он всегда носил с собой на руке. Чёрная, лаконичная, она обрамляла бледное, худощавое запястье лёгкой хваткой. С заколотой чёлкой было легче смотреть на поднимающееся солнце. «Сегодня я точно прогуляюсь и его возьму с собой. Чудик. Как он так умудрился». — Луна до сих пор пребывал в небольшом удивлении с неуклюжести напарника. Последующее умиление в сторону Солнца немного насторожило Луноликого. Он немного не понимал, что сейчас чувствует внутри себя, или не хотел понимать. Буря эмоций снова волной нахлынули на парня. Прошла всего неделя, а Мунн уже привязался к этому человеку. По натуре являясь холодным снаружи, внутри всё же был огонёк, который мог растопить мёрзлую оболочку. Несмотря на не сильно тёплое приветствие Мунрайз не питал негативных чувств к нему, даже если он и выказывал это. Непонимание сводило Луноликого с ума, пронзая сердце. Нужно было посоветоваться со своим психологом, но как назло он сегодня занят. Оставив всё как есть, он снова лёг на кровать, чувствуя, как комната постепенно заполняется прохладой и лёгкий ветерок изредка щекочет пальцы ног, заставляя мурашки проходиться по всей поверхности ног и вставать дыбом волосы. Луна уже пожалел, что приоткрыл окно. Ему пришлось накрывать ноги одеялом, так как вставать с кровати было лень. Пробыв долгое время в поиске хорошей книги, Мунн, так и не найдя ничего себе по душе, почувствовал тихое шевеление справа от себя. «Да ты прям как мышка. Если бы не прислушивался, то и не услышал бы». Луна повернулся в сторону дивана и заметил уже стоящего напарника, который крался, словно преступник, в сторону выхода. — Опа, попался! — на лице беловолосого засияла улыбка. Санни подскочил на месте и, держась за грудь в области сердца, глубоко задышал. Широко распахнутые глаза смотрели прямо в красный омут. Мунн с интересом вглядывался в напарника. — Как ты меня напугал! Хочешь, чтобы у меня сердце остановилось? — грудь резко поднималась, то вверх, то вниз. — Ну вот, я опять во всём виноват, — с наигранной обидой проговорил Мунрайз и опустил глаза. — кстати, как твоя нога? Санни немного привёл в норму своё волнующееся сердце. — Всё в порядке, я же говорил, что быстро восстанавливаюсь. Луна немного приподнял бровь. Гримаса на лице выражала огромные вопросы, но скорее они были риторическими. — Да ты прям терминатор, я смотрю. Тогда мы сегодня же пойдём гулять! — В голосе чувствовались нотки сдержанного предвкушения. — Но ты уверен, что сегодня хочешь погулять? — С дрожью в голосе произнёс пшеничный. — Конечно, я же обещал тебе, а я держу свои слова. А что-то не так? — хитрая ухмылка появилась в уголке губ Мунрайза. — Нет, всё нормально, просто… — Санни замялся — Просто я не сильно люблю людные места, а тем более выходить на улицу. — Я так смотрю, тебе ничего не нравится. Темнота — не нравится. Людные места — тоже, и как ты вообще находишься со столькими детьми в замкнутом помещении, да ещё и каждый день с разными. И что тебя устроит? — Луноликий, бормоча себе под нос в пол голоса, поднялся с кровати и сел на край. Размышлять над этим Солнцу долго не пришлось. — Я люблю тёплые заснеженные вечера в своей комнате. Люблю читать детям книги собравшись в кругу у летнего костра. — Санни говорил это с сильным вдохновением. Мунн свёл брови к переносице. — Странный ты. Зачем сидеть дома — это же скучно. Лучше прогуляться по парку, или… или тот же костёр на свежем воздухе. — Луноликий закатил глаза. — И всё же, сегодня мы пойдём на улицу. Считай, твоё счастье, что мы идём в лесопарк. Солнечный ничего не ответил, а лишь печально вздохнул. Мунн задорно скрылся за дверью, предварительно взяв с собой необходимую одежду. Солнце же с поникшим взглядом стал убирать спальное место. Аккуратно убрав постельное бельё на верхний ярус, он задумчиво встал около окна. Солнце уже высоко висело над городом. Из полуоткрытого окна в комнату вплывали ручейки тёплого воздуха. Санни вдохнул потоки ветерка. Настроение немного поднялось, и парень стал потихоньку собираться. Его стиль в одежде был на грани спокойствия с яркими искорками. Чёрный джинсовый комбинезон, который свободно сидел по силуэту. Оверсайз белая футболка в одуванчиках, которая визуально делала руки в полтора раза тоньше, чем они есть, и огненные кеды. Образ завершался белой сумкой через плечо. После завершения образа Солнце поправил волосы и сел на диван, закинув ногу на ногу, и облокотившись о спинку, с шумом выдохнул. Уши наполнились шумом, который стеклянной нитью пронизал разум. Чувства щекотали горло от чего хотелось откашлять их, но никак не получалось. Те чувства не были обидой или злостью. В уголках уж было накатывались слёзы, но пшеничный во время сдержал себя. «Может и вправду стоит во всём разобраться. Всё-таки я не зря согласился на поход к психологу.» В комнату вошёл парень. Синие штаны в крупную клетку с красными полосами держались на чёрном ремне. Чёрная, как смоль, футболка была заправлена в них, а подвороты открывали щиколотки и чёрные кроссовки с красными вставками. Пройдя чуть дальше, Мунн оглядел напарника с головы до ног. — Ты опять весь светишься, аж в глазах рябит, — с нарочитым преувеличением произнёс Мунрайз и прикрыл глаза. — А ты наоборот. Как ты пойдёшь на улицу? Ты же спаришься в этой футболке, — Санни указал ладонью на предмет одежды. — Сам бы молчал со своими штанами, — Луна перекрестил руки на груди. — Ладно, идём. С этими словами Луноликий чуть отошёл назад, пропуская Лучика. Они вышли из комнаты и направились к выходу.