Ночной разговор

-Оль, ты как? Трогая ее лоб, мне захотелось тут же отдёрнуть руку. У нее был сильный жар, а я даже не знал, что в этом случае делать. Родители уехали пару дней назад, обещая поскорее вернуться. Я просил их не уезжать, ведь сам ходил в школу, а Олю не хотелось одну оставлять, но отец был непреклонен. Быстро взял маму за руку, да уехал, не желая меня дальше слушать. -Всё хорошо. Хрипловатым голоском ответив, она вновь начала кашлять так сильно, что мне казалось, что ее лёгкие скоро вылезут наружу. Я старался делать все, что было в моих силах. Менять компресс каждый час, мерить температуру, отпаивать чуть теплым чаем и быть рядом все время, пока она не уснет. У меня была надежда только на Рому, но и тот не отвечал мне на сообщения, занимаясь видимо чем-то. Может гулял с Бяшей, выпивая пару бутылок «Гаража», а может просто не хотел отвечать. Как никак мы недавно только познакомились, да и я его еще не очень хорошо знаю. Меняя компресс, я старался придумать что нибудь, дабы Оле стало легче. Хоть одевайся да беги в лес, где свое время проводила Алиса. Если она могла помочь, то я бы согласился на все, что она бы хотела, но главное, чтобы Оле стало лучше. -А Сова не прилетит? Я удивился, сразу смотря на окно, которое скрывали плотные шторы с узорами. Сглотнув, в голове пронеслись кадры встречи с компанией, где была Алиса и эта чертова сова, не дающая Оле нормально спать. -Нет, конечно нет! Не бойся, я ведь буду рядом. -Честно? -Честное пионерское. Она слабо улыбнулась, начиная ко мне тянуться. Обнимая сестру, я носом уткнулся в ее светлую макушку. Сейчас она мне казалась меньше и такой беззащитной, что мне хотелось уберечь ее от всего, что происходило. От родителей, которые все время только и делали, что ругались на кухне, будто не замечая ее. От этой совы, от которой она не могла спать, а только плакала. И от всех тех людей, которые могли причинить ей боль, как причиняли мне. Я представил, как Катя могла превратить ее жизнь в ад, распуская нелепые сплетни по школе, которые бы сильно задели малышку. Или та свинья, любящая издеваться над слабыми, дёргал бы ее за косы, в затем вообще ударил, желая показать превосходство. Прижав ее к себе посильнее, я злился от своей беспомощности. Нет, конечно я понимал, что не могу от всего защитить свою сестру, да от тех же родителей. Как бы я не пытался, но я не могу повлиять на маму с папой, влияющих на сестру больше всех. Иногда я уже замечал, что Оля становится маленькой версией мамы. Меня это очень пугало, ведь такими темпами лучик в ней погаснет, а вместо него будет дохлый сорняк, как и в матери. Я всеми силами делал то, чтобы этот светлый луч жил, одаряя нас теплом. Но только ничего не бывает вечно. Слушая мирное сопение Оли, я осторожно уложил её в кровать, накрывая одеялом. В такие моменты, я окончательно успокаивался, проникаясь умиротворенной атмосферой. Всё же, я был рад тому, что родителей не было. Наконец-то можно было отдохнуть от криков и колких взглядов матери, которой все было не так. -Сладких снов Целуя её в лоб, я на носочках вышел из комнаты, бесшумно закрывая дверь, спускаясь на кухню. Тут был настоящий бардак, который мне уже не хотелось убирать. Да и зачем? Родители приедут только завтра вечером, а я точно успею к этому времени убраться. Начиная искать крупы, чтобы приготовить на завтра кашу для Оли, я думал про школу. Не хотелось туда идти совершенно. На меня смотрели так, будто я действительно маньяк, убивающий одноклассников, которые мне докучают. Почему же они понять не могут, что мне нет до них никакого дела? К тому же, я не стал так жестоко с ними поступать, не смотря на то, что они делали все, чтобы ухудшить мою жизнь. А особенно Катя, любящая распускать про меня сплетни. Ведь это из-за неё все стали думать, что я психованный пацан, который кровожадно расправился с Семеном и Вовой. Ладно ещё Семен, но Вову я даже в жизни не видел! Только на фотографии с подписью «Пропал мальчик». Осторожно насыпая крупу в кипящую воду, мой желудок стал жалобно издавать звуки, напомнив мне о том, что я сегодня ничего не съел. Так увлекся сестрой, что забыл про еду, приготовленную мамой перед отъездом. Сейчас тарелка каши одиноко стояла на столе, на которую мне хотелось наброситься, не смотря на то, что она уже ледяная и невкусная. Главное, чтобы каша была съедобной, а остальное уже не важно. Закончив с готовкой, я сел за стол, начиная ужинать в одиночестве. Только метель за окном давала понять, что мы сегодня в безопасности. Никто не рискнет в такую погоду явится к нам, да и никому это не нужно даже. Только сумашедший решит сюда прийти… Резкий стук в дверь заставил меня вздрогнуть, а сердце биться чаще. Застыв, я надеялся на то, что мне показалось, но в дверь опять постучали, давая понять, что это не галлюцинации. Впервые жизни, меня бы порадовало то, что мне кажется, ведь у меня не было никого желания открывать эту дверь. А вдруг это родители? Они же могли вернуться раньше, а если я не открою, то тогда они наорут на меня и разбудят Олю, которая и так очень долго не могла уснуть. Но, если это не родители? Хотя, кто может прийти ещё сюда в такую погоду? Собравшись, я медленно шагал в сторону двери, стараясь надеяться на то, что это просто родители. Лучше уж послушать о том, что я нехрена не сделал, чем получить нож в печень. Мне все ещё хотелось жить, ведь Оля без меня не сможет, да и я мечтал о том, чтоб признаться этому придурку в чувствах. -Ну что-же… С богом!