Амнезия

Дорогая квартира.

      Мне пришлось пару дней проваляться в больничной палате, прежде, чем меня выписали и за мной приехал Антон. У меня была куча времени наедине с собой, сотни версий происходящего и тонны разных мыслей. Но стоило мне выйти из дверей больницы, как все развеялось. Воздух освежил голову, раскидав мысли по полочкам. Не стоит торопиться в своих решениях и выводах, нужно довериться течению и просто плыть вперед. Кроме этого сравнения ничего умнее придумать не вышло.       Антон подошел к дорогому черному мерседесу и закинул сумку с моими вещами на заднее сидение, сам молча сел за руль. Я около минуты смотрела на автомобиль, потом все же решилась и медленным шагом приблизилась к нему. Сев на пассажирское сидение рядом с водителем, я откинулась на спинку кресла. Определенно, я уже сидела в этой машине. И она мне нравилась раньше, нравилось тут сидеть, ездить, кажется, я даже была за рулем. Но сейчас… Сейчас она казалась мне чем-то нехорошим, не внушающим доверия. Хотя, если так и дальше мыслить, то любое новое событие кажется мне плохим и опасным. Не думаю, что стоит шугаться всего подряд. Да и, наверное, после аварии, сознание пытается отвергать от себя все машины.       — Помнишь, как мы катались по ночному городу? – Антон закрыл глаза и улыбнулся. – Или как я возил тебя на море?       Мне очень не хочется обижать его, не хочется видеть грустным или печальным. Но чем же я могу на это ответить? Только молчанием. Наверное, в те времена я была счастлива. Парень – настоящая мечта любой девчонки, умеет водить, имеет дорогую машину. Красивый, высокий. Кажется, мне раньше нравились его кудряшки. Да-а, он чем-то напоминает мне кудрявого котенка. А глаза… Не было времени их разглядывать, но кажется, они зеленые. И я помню, что смотрела в них, видела свое отражение. Но что еще? Лишь это. Арсений говорил, что мы вместе уже пару лет. И я не помню ни минуты, проведенной с кем-то из них, по-настоящему рядом, не в обрывках секундных мгновений, в которых даже нельзя понять, — что я чувствую? И к кому? Мне стало казаться, что я буду вспоминать вещи и места, но не буду помнить людей, находившихся в эти моменты рядом. И людям будет больно это принимать.       — Т/И, — прервал Антон тишину, — хочешь съездить в кафе? Ты, наверное, устала от больничной еды.       В этом он оказался прав, каши и супы за эти дни мне порядком надоели. Но куда-то ехать не хочется. Пока что мне страшно входить в этот большой мир и осознавать, что я не помню мест и вещей, которые наполняли мою жизнь раньше.       — Тош, — обратилась я к нему, отчего он как-то странно вздрогнул, — едем домой.       — Хорошо, солнце, — парень завел двигатель авто.       — Что-то не так?       — Все в порядке, — ответил он, и всю дорогу мы больше не обменялись ни словом.       Пейзаж в окне почти не менялся, лишь многоэтажки сменяли частные коттеджи и наоборот. Какие-то места казались знакомыми, другие я видела словно впервые, но точно сказать, где мы находимся – было невозможно. Я уже начала сбиваться с чувства времени – так долго мы ехали, как вдруг автомобиль остановился. Мы вышли из машины, и я посмотрела вверх, чтобы узнать, сколько этажей у серо-кремового здания, к которому мы приехали. Вероятно, больше 15-ти, настолько оно высокое.       Взяв сумку с вещами, Антон направился к подъезду.       — Идем, Т/И, — он открыл дверь, пропуская меня вперед. Внутри оказалось большое пространство, много дверей и… целых четыре лифта. Мы вошли в один из них, и Антон нажал на кнопку последнего этажа.       — Ого, семнадцатый этаж, — я была близка к количеству этажей, когда смотрела на здание с улицы.       — И медленные лифты, — усмехнулся парень и бросил сумку на пол. В следующую секунду он притянул меня к себе и крепко обнял.       Секунды, пока лифт добирался до нужного этажа, показались очень быстрыми, потому что мне не хотелось выбираться из этих объятий. В них было хорошо. Как дома. И хоть в этом меня не пробирает страх.       — Выходим, солнце, — Антон отстранил меня, когда двери открылись, — а то мы вечность тут просидим.       Чем дольше я находилась рядом с ним, тем спокойнее становилось и меня это устраивало. В квартиру я входила в сопровождении фразой «Добро пожаловать домой». До последнего во мне теплилась надежда все вспомнить, увидев знакомые предметы, какую-то свою одежду, а может и мебель из воспоминаний.       Но я вошла в абсолютно чужую квартиру. Гостиная-кухня и комната ни разу не всплывали в моей памяти и на секунду показалось, что меня в этом доме никогда не было. Дорогая мебель, красивая обстановка. На кухонной стене висит большой телевизор, на столике около дивана стоит ноутбук, немытая тарелка и чашка недопитого кофе. Но в глаза бросилась наша совместная с Антоном фотография, стоящая на полке около холодильника. А на фоне – кусочек именно этой кухни… Немного напугал факт того, что мне все вокруг кажется незнакомым. Но почему в моей голове есть кольцо, автомобиль, внешность людей?       Наша комната оказалась таким же новым для меня местом. В шкафу женские вещи на полках и аккуратно висящие яркие платья. Какая-то косметика на косметическом столике. Фотографии, мебель, книги, - вся эта обстановка исчезла из моей головы, возможно безвозвратно. Антон, в котором я,возможно, когда-то души не чаяла – сейчас кажется мне обычным соседом по квартире.       До вечера у меня было время пообедать, рассмотреть свои вещи, обстановку и подумать. Мне нужно снять другую квартиру, на время, чтобы расставить все по полочкам в своей голове. Даже пришла странная идея начать свое расследование – цепляться за кусочки воспоминаний и расследовать, что, когда, где и как происходило. Я же вроде журналист? Значит, займусь отчасти своим делом на практике. Пожалуй, начну сразу после каникул. Сниму квартиру поближе к университету, чтобы не тратить время на поездки на пары. Хотя, может начать с того момента, когда Антона не будет дома? Затеять уборку и обыскать квартиру. Вдруг получится найти хоть какую-то зацепку к своим воспоминаниям?       — Я сплю сегодня в гостиной, — Антон вернул меня в реальность своим тихим голосом. – Думаю, тебе пока что нужно личное пространство.       Не стала спорить с ним и посмотрела на часы. Двенадцатый час. Как говорится в поговорке – утро вечера мудренее, поэтому, действительно, сейчас нужен сон. Антон оставил меня наедине с комнатой и ушел спать. А я, пока не уснула, продолжила размышлять.       Откуда такая дорогая машина? Мерседес-Бенз, черный, глянцевый, с кожаной обшивкой внутри, чистый и ухоженный. Кем работает мой парень? Зачем, с возможностью иметь дорогие вещи, автомобиль и квартиру на семнадцатом этаже, он учится со мной, на курсе журналистики? Хотя, высшее образование никогда не было лишним. При каких условиях мы стали встречаться? Допустим, обычная история – влюбились друг в друга, как и все нормальные люди. Ответит ли он на все мои вопросы, если я задам их прямо? Буду надеяться, что ответит.       Еще у нас есть Арсений Сергеевич. Куратор моего курса, значит и куратор Антона. Почему ко мне в больницу приехал именно этот преподаватель? Он мог помочь узнать, где я нахожусь и не приезжать. Ведь у него может быть куча других важных дел. И что значила его фраза «Ты можешь мне верить, я не посмею причинить тебе вред»? Арсений позволил мне спросить у него все, что мне понадобится, значит, еще будет время засыпать его вопросами. Одним из самых интересных будет тот, который объяснит мне, почему с преподавателем мы на «ты»? Да, определённо пока что для меня это будет очень интересной загадкой. Итак, что я знаю на данный момент? Да кажется, ничего. И ни о ком. Все эти обрывки информации – что они для меня?       Сон наступил незаметно, погрузив меня в цветные картинки. Приснился Арсений, садящийся за руль черного гелендвагена, Антон, надевающий бронежилет. А еще чьи-то руки, надевающие мне на руку колечко с буквой «А» – обрывок того самого воспоминания. Автомобиль Антона, дрифтящий по снегу. Пустая учебная аудитория, в которую я вхожу вслед за Арсением. Ночь, и снег, искрящийся от света фонарей, большими хлопьями падает на землю. Лес, листья на деревьях только распускаются, кажется, весна. Два белых автомобиля, обгоняющие друг друга. Круговорот снов настолько быстрый, что не все запоминаются, некоторые остаются пустой чернотой в голове.       Я проснулась рано утром. Что это было? Воспоминания? Но все слишком сложно, закручено как-то. Автомобили? Бронежилет? Кажется, у меня сильно разыгралась фантазия. Если и дальше накручивать себя вопросами, то начнут сниться перестрелки, взрывы и убийства. Пора начать во всем разбираться.       Обойдя всю квартиру и не обнаружив Антона, я сделала бутерброды себе на завтрак, поела и начала осматриваться. На тумбочке около кровати нашла записку и рядом – новенький телефон. Подняв листок, я удивилась аккуратному разборчивому почерку:       «Старый занесу в ремонт, а ты пока пользуйся этим. Я уехал на работу. Целую. Антон»       А вот и мой шанс устроить «уборку» в квартире. Решила начать с комнаты – так будет проще объяснить, чем я занимаюсь, если вдруг меня застукают. Прежде всего закрыла входную дверь на односторонний замок и придумала объяснение этому явлению. Так, с чего обычно начинают обыск квартир профессионалы? Ну, не важно, я не профессионал, поэтому начну искать в шкафчиках, под вещами. Может, где-то в глубине, под футболками, лежат какие-то подозрительные документы?       Начала с прикроватной тумбочки, выдвинула все ящики и стала тщательно просматривать содержимое. В верхних не обнаружила ничего интересного, кроме косметических мелочей, мужских вещей и огромного множества украшений, — колец, цепей и браслетов. В самом нижнем ящике, как и подозревала, нашла папку с документами.       Огорчило меня то, что бумаги оказались самыми простыми. Документы на квартиру, на имя Шастуна Антона Андреевича. Но также это меня и обрадовало – ничего странного и криминального. Рассматривать их подробно и подетально я не стала, потратила бы лишнее время. Следующей целью стал косметический столик, имеющий в себе два небольших ящика. Прошлым вечером я открывала их, но ничего не доставала. Хотя, что тут может быть интересного? Какие-то одеколоны, духи, куча разной косметики, баночки, скляночки, паспорт, лаки… Паспорт!       Да, это документ, подтверждающий мою личность. Моя фотография. Мои данные. Хоть где-то я продвинулась на шаг ближе к ответам. Т/И – действительно мое настоящее имя, я прописана в Москве, мне 22 года, мужа и детей нет. Какое счастье, что я не оставила себе сюрпризов из прошлого.       Далее нужно бы обыскать шкаф, но что такого можно там спрятать? Когда я рассматривала свои вещи, не заметила ничего странного. Стоит ли пересматривать всё еще раз? Хотя, мало-ли что может быть спрятано между полками, под вещами. И начала я с самого верха, запихав руку под слой вещей. Ничего. Тоже самое произошло и остальными полками. Только вещи, никаких скелетов в шкафу и сюрпризов.       Вообще, по соображениям совести, пора бы закончить так называемую «уборку», потому что если ничего найти в этой комнате не удалось, это не значит, что найдется где-то еще. Но, а вдруг как раз именно «где-то еще» и спрятано все самое интересное? И вообще, с чего я вдруг взяла, что в квартире что-то спрятано? Может, все скелеты в шкафу Антон прячет у себя на работе?       А есть ли скелеты в шкафу у меня? Что, если мои находки что-то расскажут не о моем парне, а обо мне? Есть ли в этой квартире тайники, принадлежащие мне? С появлением этих вопросов, появилась и причина продолжать обыск квартиры. Если поиски улик против Антона начали казаться мне глупыми, значит улики против самой себя – лучше, чем ничего.       Амнезия, оказывается очень веселая штука, когда открываешь расследование против себя. А может и вовсе, где-то за горизонтом прячется третье лицо? Так, ну все, из крайности в крайность. Начала обыскивать квартиру, чтобы найти ответы на свои вопросы, а закончу умозаключениями душевнобольного человека. Так не пойдет.       Нужно посмотреть в шкафу под висящими вещами. Идея бредовая, но я же решила осмотреть все, ничего не упустив. И вот, на удивление, за подолами очень длинных платьев, оказались какие-то пакеты. На ощупь – внутри какие-то коробки. Любопытство берет верх. Долой секреты в этом доме. Если что, задам вопросы Антону, когда он вернется с работы. В первую очередь узнаю, где он работает.       Первая коробка была открыта. Внутри оказались копии наших с Антоном паспортов, аттестатов об окончании школы, да и множество копий других документов, которые мне ни на секунду не показались странными. Хранить документы – нормально. Правильно? Правильно.       Вторая коробка оказалась намного тяжелее предыдущей. Внутри оказалось очень много разных мелочей. Какие-то черные перчатки без пальцев, кажется, спортивные. Кастеты. Немного неожиданная находка. Две рации, на вид очень старые, потертые. Ключи от машины, Ауди.       Если все это лежит вот так, в коробках, да еще и в пакетах, значит, этими вещами пользуются не часто. А может, перестали пользоваться и хранят, только потому, что жалко выбросить? Допустим, к перчаткам у меня нет никаких вопросов. Но как объяснить хранение остальных вещей в нашей квартире? Ладно, кастеты принадлежат Антону, как вариант, мало ли, что может случиться. Ключи от Ауди? Ну, старая машина Антона. Еще одна? Нет, для логического объяснения, это должны быть ключи от старой машины чьих-то родителей. Так мой вариант имеет более логическое объяснение. А вот рации логического объяснения не имеют.       Возможно, чтобы еще сильнее себя запутать, стоит открыть третью коробку? Надеюсь, там не лежит чей-то череп, а иначе адекватные версии происходящего у меня закончатся.       Внутри третьей коробки оказался ящичек на защелках. Ну, раз затеяли это дело, значит доведем его до конца. Открываю ящик. А внутри… Да быть такого не может. Пистолет! И не ящик это вовсе, а футляр для этого пистолета, со всеми его составляющими. И у меня очень много вопросов к Антону. Или…       А точно ли его это вещи? Спрятаны под моими платьями… Быть может, это всё моё, а парень вообще не знает о существовании этого тайника? А я возьму – и скажу прямо. Напугаю его. Он и так боится делать резкие движения в мою сторону. Но что мне тогда делать? Строить невинные глазки и притворяться, что я белая и пушистая, все также ничего не знаю? Вот бы сейчас хоть что-нибудь еще вспомнить, поближе придвинуться к ответам.       Мои мысли прервал щелчок замка. Антон вернулся с работы…