Мой мир на твоей фотопленке

      Смотреть на мир через объектив камеры для Пак Чимина – дело, наверное, всей его жизни. Всё вокруг будто преображается, стоит лишь одной рукой медленно обхватить объектив, а второй поддержать корпус. Поднести к глазу видоискатель, неспешно вдохнуть и позволить этому миру открыться для тебя. Камера для Чимина – портал в иную вселенную. В этой вселенной красив каждый человек, каждая веточка на дереве и даже мелкая букашка в траве. Чимин считает, что через камеру ты можешь видеть саму суть: то, что прячется за обложкой, так старательно вылизанной. Люди же считают, что у Пак Чимина талант, дарованный свыше. – Сегодня вновь фотографируешь в парке? – спрашивает высокий парень двадцати шести лет, легко перекидывая телефон от одного уха к другому, зажимая его плечом. – Пока погода солнечная, хочу поймать как можно больше ярких кадров, – улыбается Чимин, прочищая линзу специальной салфеткой. – Жаль, что ты не можешь сегодня сыграть роль модели. – Прости, друг, цветы сами себя не пересадят, – усмехаются в ответ на другом конце провода. – Ты такой огородник! Ким Тэхён не был огородником, конечно. Он был квалифицированным флористом, к тому же лучшим в городе. Спойлер: пока что так считал только он сам. Но, надо отдать ему должное, его небольшой цветочный магазин на углу действительно пользовался большой популярностью, а каждый букет был собран с огромной любовью. Этого у Тэхёна было не отнять – в своей работе он был перфекционистом до мозга костей. Но только в работе! Потому что в маленькой однокомнатной квартире над магазином шагу ступить было негде. Чимин как-то сравнил её с гнездом сороки. Только вот птица тащит туда блестящие вещи, а Тэхён просто тащит в свою квартиру всё. Помимо бесконечных горшков с цветами и без, здесь можно было найти колонны из старых, потрепанных книг, виниловые пластинки, разбросанные по всем поверхностям одноразовые курилки и рядом с ними пачки полупустых сигарет, пледы, разноцветные коробки и баночки, разобранная техника с торчащими проводами, даже качалка в форме лошади, на которой Тэхён провел все свое детство. Чимин считал, что его друг просто барахольщик, А Ким Тэхён называл себя гордо – увлекающаяся натура. – Хочу сегодня походить по закоулкам возле парка. Там обычно можно найти красивые балконы, украшенные цветами, – мечтательно делится Чимин. – А ещё там можно найти всяких извращенцев, мечтающих помахать своим членом перед порядочными гражданами, – фыркает Тэхён в ответ. – То, что когда-то тебе не повезло наткнуться на несчастного эксгибициониста, не означает, что они стоят на каждом шагу! Отпусти уже это происшествие, которое было 5 лет назад. – Ни-ког-да! Он мне до сих пор по ночам снится. – У тебя просто давно не было секса, – хихикает Чимин, поднимаясь с лавочки. – Всё, мне пора. Вечером заскочу к тебе в магазинчик, не уходи без меня. – Наснимай красоты, мой юный Ансель Адамс. – Ого, ты начал разбираться в фотографах! – Нет, записал себе пару имён на листок и повесил на стену перед собой. – Сбрасываю вызов, – смеётся Чимин и действительно отключается. Ему нужно работать. Парень делает глубокий вдох, на секунду мечтательно прикрывая глаза. Весенний воздух раскрывается в легких прорастающей свежей травой, молодыми листочками на деревьях и цветами, которые так старательно высаживают в парке. Тэхён бы оценил. Чимин вешает ремешок с фотоаппаратом на шею и бодрым шагом направляется в ближайший переулок. Хосок, его одногруппник, рассказал недавно ему о паре живописных мест, по которым сам любит прогуливаться вечерами. И посоветовал поснимать там, искренне вдохновляясь творчеством Чимина и надеясь помочь ему. По дороге парень делает несколько снимков играющих на площадке детей, молодой пары, которые улыбнулись ему для кадра, и воздушного пухового облака на небе. Чимин уже предвкушает, как вечером придет домой, выгрузит фотографии в ноутбук и засядет за их цветокоррекцию. В такие моменты молодому фотографу казалось, что он настоящий художник, который мазком кисти в фотошопе придает картине на экране яркость и будто вдыхает в нее жизнь. Чимин переходит дорогу, ныряет в переулок, прячась от шума машин и оживленных широких улиц. Сегодня солнечный выходной, поэтому людей на улице много. Они снуют из магазина в магазин, обедают на верандах, громко общаются и смеются, прогуливаются или читают книги в тени деревьев. Всё это, конечно, обязательно остается в памяти фотографий Пак Чимина, но лишь в них. Сам парень больше любит тишину и спокойствие, поэтому, когда очередной поворот встречает его пустым закоулком и гулким эхом, губы фотографа трогает легкая улыбка. Он поднимает глаза выше и вскидывает руку в победном жесте. Прямо над ним потрясающий балкон с резными окнами, деревянными ставнями и бронзовыми коваными перилами. А за эти самые перила прикреплены подставки с цветами, спускающиеся вниз своими длинными листьями. Чимин в искреннем восторге хватается за камеру и делает несколько снимков, настраивая контрастность и свет. – Великолепно! – не сдерживается парень, эхом разнося свой голос по стенам домов. Он делает еще десятки кадров и двигается дальше, находя взглядом еще несколько похожих по стилистике балконов. Сегодня судьба явно благоволит ему. Чимин проходит так несколько кварталов, иногда просто прогуливаясь и наслаждаясь прохладным ветерком, а иногда останавливаясь возле очередного дома. Красиво, спокойно и потрясающе умиротворенно. Все, что так любит юный фотограф. В какой-то момент, смотря через объектив камеры, Чимин замечает влюбленную молодую пару. Они оглядываются по сторонам, крепко держась за руки, и тихонько о чем-то разговаривают. Пак отходит в сторону, скрываясь от чужих глаз за колонной одного из домов. Ему так хочется поймать кадр настоящей искренней любви, когда одно дыхание на двоих, вдали от чужих взглядов. Он делает несколько снимков и застывает в моменте, когда губы пары сливаются воедино. Длинные светлые волосы девушки взлетают по дуновению ветра, и сердце Чимина пропускает несколько ударов. Он сделал это. Он поймал тот самый кадр. Чимин делает глубокий вдох, поднимает глаза к небу и выдыхает со счастливой улыбкой на губах. На сегодня его работа окончена, поэтому он бережно складывает фотоаппарат в чехол, вешает его на грудь и тихо скрывается в тени, в надежде, что не потревожил прекрасную пару, которая позволила ему втайне запечатлеть их красивую историю любви. Пак почти вприпрыжку несется к магазину Тэхёна, чтобы как можно скорее поделиться с другом невообразимым кадром. Ким мало смыслил в искусстве фотографии, но искренне поддерживал увлечение Чимина и восхищался его стремлением и талантом, а также частенько помогал ему, позируя на разных площадках. Они по праву считались образцовыми друзьями со своей давней историей, веселыми приключениями, передрягами и обязательной взаимовыручкой. Тэхён правда считал, что Чимин для него не просто друг, а настоящий брат и член его небольшой семьи. В момент, когда фотограф добрался до знакомого цветочного магазина на углу, небо уже окрасилось серыми красками и давило нависшей над головой грозовой тучей. Чимин как никогда обрадовался, что друг живет над своей работой, а в его квартире есть ноутбук с удаленным доступом к компьютеру Пака. Значит, он сможет отредактировать свои кадры уже совсем скоро! – Ты не поверишь, что я сделал! – во весь голос заявляет Чимин, едва открывая входную дверь, над которой звенит маленький колокольчик. Магазинчик встречает его причудливыми переплетающимися ароматами цветов и тишиной. Видимо, Тэхён в холодильной камере собирает очередной букет. Пак поворачивает за угол, зная этот магазин, как свои пять пальцев, и параллельно достает фотоаппарат, чтобы сразу похвастаться своей работой. Он уже слышит громкий смех друга, который о чем-то спорит сам с собой, как и всегда. – Тэхён, только глянь! – успевает произнести Чимин и ткнуть экраном камеры в лицо флориста. – Ой. Фотограф тушуется и пытается убрать фотоаппарат, потому что друг в холодильнике не один. С ним рядом стоит мужчина примерно одного роста с Чимином. На незнакомце несвойственный теплой погоде длинный серый плащ, черные волосы слегка растрепаны, будто их постоянно взъерошивали рукой, а в левом ухе четыре прокола с аккуратными серебряными гвоздиками. Чимину этот мужчина, почему-то, заранее не нравится. – Простите! Я думал, что Тэхён здесь один, – Пак переминается с ноги на ногу и опускает руку с фотоаппаратом, но незнакомец перехватывает его за запястье. – Простите? Мужчина абсолютно бесцеремонно выхватывает чужую камеру и приближает экран очень близко к глазам, всматриваясь во что-то. – Да быть не может! – удивляется незнакомец, и Чимин, наконец, слышит низкий, пронзающий до мурашек, голос мужчины. – Извините! – с надрывом повторяет Пак, нервничая, что его фотоаппарат находится в чужих руках. Он внезапно слышит смех Тэхёна и переводит взгляд на него, спрашивая лишь глазами, что за чертовщина тут происходит. Ким улыбается и кладет руку на плечо друга, похлопывая, мол, все в порядке, не надо нервничать. – Юнги, ну ты бы вспомнил о манерах! Понимаю конечно, что твоя профессия о них даже не знает, но веди себя прилично в присутствии моего лучшего друга. Что такого ты там увидал, что мгновенно позабыл о существовании воспитания в этом мире? Мужчина по имени Юнги дергается, будто просыпаясь ото сна, и переводит взгляд с экрана камеры на лицо Чимина, искаженное злостью и непониманием. Незнакомец мгновенно преображается, натягивая на лицо дежурную, абсолютно неискреннюю улыбку. Чимин всегда нутром чувствует фальшь. Мужчина протягивает камеру обратно, на секунду все же возвращая взгляд на экран с фотографией. – Красивый кадр, вы знаете, кто на нем? Давно занимаетесь подобной деятельностью? Чимин хмурит брови, хватаясь за фотоаппарат и притягивая его к груди. – Он уже давно овладел искусством фотографии, – с гордостью заявляет Тэхён, понимая, что друг в смятении. – Ты мог видеть его работы у меня в инстаграме, я частенько ему позирую. – О, нет. Я не об этом. Я о слежке за знаменитостями, – ехидно улыбается мужчина по имени Юнги. Гнев заполняет всё нутро Пак Чимина с такой скоростью, что метро на его фоне выглядело бы улиткой. Фотограф осторожно откладывает камеру в сторону и встает к мужчине лицом к лицу, распрямляя грудную клетку и сжимая руки в кулаки. Тэхён же напротив съеживается и проводит пальцем по горлу, сигнализируя Юнги об опасности. – Я бы извинился еще раз и переспросил, но вы перешли уже все границы, знаете ли. Вы, часом, не прихуели ли? – выпаливает Чимин. – Какая слежка за знаменитостями? Я, по-вашему, похож на какого-то грязного паршивого фотографа, который будет гоняться за скандальными кадрами и продавать их потом вшивым желтым газетенкам, чтобы они печатали свои мерзкие статьи? Будьте уверены, я далек от этого так же, как вы далеки от банальной вежливости! – Ого! Одновременно унизить меня и мою профессию! Весьма мощный двойной удар, уважаемый, не знаю, как вас по имени. – Пак Чимин, – цедит фотограф сквозь зубы, краем глаза замечая, как Тэхён указывает мужчине на дверь выхода. – Мин Юнги, – кивает уже не незнакомец и протягивает руку. Чимин презрительно фыркает на этот жест. – Не имею удовольствия от нашего знакомства, извините. Мужчина по имени Мин Юнги хмыкает и ядовитая ухмылка застывает в правом углу его губ. – Сочту за комплимент! Тэхён, я приду за букетом завтра в девять утра, как и договорились. Пак Чимин, я как раз очень рад нашему знакомству, – кивает мужчина и спешно отходит к выходу, внезапно оборачиваясь. – Да, кстати, я являюсь журналистом в одной, как вы выразились, «вшивой, желтой газетенке» и не всегда мы пишем только скандальные грязные статьи. А человек с длинными волосами на вашей фотографии Пак Дэхви, популярный в узких кругах актер, который буквально на днях обручился со своей девушкой, с которой уже много лет, якобы, находится в отношениях. Не все так просто, как кажется на первый взгляд. Мое почтение! И мужчина скрывается за углом, оставляя за собой лишь тишину и шлейф тяжелого табачного одеколона. Чимин прислоняется к столу за своей спиной, пораженный произошедшим и своей внезапной дерзостью. – А-ху-еть! Я сейчас будто в адском пекле побывал. Никогда не видел столь горячей и агрессивной сцены знакомства. Ах, какой интересный вышел бы из этого сериал! – восклицает Тэхён, хлопая друга по спине. – Ну ты выдал, конечно! Понятно, что Юнги на фоне профессии за словом в карман не полезет, но от тебя я совсем не ожидал этого. Все еще злишься на всех журналистов мира и всю эту индустрию за ту скандальную статью в старших классах школы? – Даже не напоминай мне об этом! – вскрикивает Чимин, взмахивая рукой. – Мерзкий ублюдок сразу мне не понравился. Почему в кругах твоих знакомых вообще есть это? Тэхён ерошит волосы друга, оставляя его без ответа. Вместо этого он осторожно поднимает камеру, отдает её Чимину и головой показывает подниматься в квартиру. Сам же выходит в магазин, переворачивает табличку на двери с надписью «закрыто», замечая краем глаза, как машина Юнги скрывается за поворотом. Тэхён почему-то улыбается, будто предчувствует, что это знакомство приведет к весьма интересным событиям. Парень любовным взглядом окидывает свой магазинчик и выключает свет. – Успокоился? – спрашивает Ким, улыбаясь. Он находит Чимина на кухне своей небольшой квартиры. Тот стыдливо опускает глаза в пол и носком очерчивает плитку на нем же. – Не знаю, что на меня нашло. Я будто… – Бешеный бультерьер, который сорвался с цепи и обосрал любимые матушкины клумбы? – Всё было так плохо? – в ужасе распахивает глаза Пак. В школьные времена у парня были некие проблемы с управлением гнева. Нет, он не был забиякой, который дрался на каждой перемене за лестницами. Он не грубил учителям, старательно посещал все уроки и выполнял домашние задания. Но… одна маленькая школьная статья, в которой говорилось, что Пак Чимин является геем, привела к тому, что кабинет школьного информационного центра был разрушен, а у школьного журналиста были выбиты два передних зуба и сломана рука. Чимин ненавидел, когда нарушали его личное пространство и затрагивали тему его ориентации. А стать изгоем лишь из-за того, что кому-то очень хотелось написать классную статью? Пак Чимин не мог простить такого. Школу он сменил уже в следующем месяце, как и город, в котором они жили вместе с мамой и бабушкой. А вот всплески агрессии от любого не так сказанного парню слова пришлось прорабатывать с психологом целых два года. К первому курсу университета Чимин стал гораздо мягче, выучил различные техники дыхания и смог влиться в студенческую жизнь абсолютно другим человеком. А всю свою энергию и эмоции направил на фотосъемки, что в последствии стало его вдохновением и смыслом жизни. – Ты умница, и я горжусь тобой. Ты даже не дал ему по яйцам! А это большой прогресс, – вырывает Тэхён друга из воспоминаний. Чимин грустно улыбается и переводит взгляд с пола на окно. – Я правда думал, что эти вспышки прекратились. Я никогда не хотел становиться агрессивным животным. – Ты им и не стал. Поверь, со стороны всё было совсем не так страшно. Юнги тоже знатно перегнул палку. Он со школы острый на язык, вечно язвит и вообще ведет себя, как последний свин. Но он верный друг и интересный собеседник. Он недавно вернулся в Корею из своего трехгодового путешествия по миру и вот зашел повидаться и заказать букет для бабушки. Он неплохой, честно. Просто профессия у него гнилая и защитная реакция хорошая. – Он мерзкий, – фыркает Чимин, вспоминая чужое лицо и ухмылку. – Ну… Ты тоже не сахар, знаешь ли! – Эй, я твой лучший друг. – А он был им когда-то. И что, теперь будете письками мериться? – Мы не в детском саду, – показывает язык Чимин, – но уверен, что у меня больше. Тэхён хихикает в ответ и ставит чайник. А Пак уходит в комнату, чтобы взять ноутбук и открыть ту злосчастную фотографию на большом экране. Неужели…он действительно запечатлел кадр с такой огромной тайной историей? В памяти вновь всплывает лицо Мин Юнги, и Чимин ежится. В груди почему-то становится тревожно и немножко, совсем чуть-чуть любопытно. А на другом конце города один журналист уже продумывает план того, как заполучить скандальную фотографию в свою статью и возможно одного горячего фотографа в свою постель.