в темноте.

***

В кабинете царит полумрак и тишина. Лишь изредка её нарушает шелест бумаг. Мужчина средних лет сидит за массивным столом и перебирает какие-то документы. Тонкие пальцы скользят по стакану с виски, иногда поднимая его к губам. Силко устало морщится, допивая жидкость залпом, и встаёт с места. Ребра нещадно болят: сказывается недавнее нападение. Какие-то недоделанные головорезы решили потыкать в него ножом и проверить прочность его шкуры. Силко случайно наткнулся на нож, уворачиваясь от другого. Что ж, теперь, в них вероятно тычутся носами рыбы у причала. Об этом давно позаботились Севика. Если Король Зауна спускал с поводка свою любимую собаку, весь нижний город знал, что тот, на кого спустили Севику — заведомо покойник. Она беспрекословно исполняла любой приказ хозяина, за что и получала свои деньги. Мужчина машинально накрыл ладонью поражённое место, проверяя, не испачкал ли он кровью дорогую рубашку, и, удостоверившись, что все в порядке, вышел из кабинета. В коридоре расползается темнота, скрывающая в себе все, что угодно или кого угодно. Может монстров, а может — ничего. Силко медленно поплелся к себе в спальню. Давненько он так не засиживался. Всему виною очередная поставка шиммера, в которой насчитывается явная недостача. Химбароны разводят бучу на этой почве. Силко дико устал. Дверь в его спальню оказалась открыта. Мужчина напрягся — снова названные гости? Толчок плечом — и резкий шаг в темноту.  — Выйди. — возмущенный девчачий голос заставил брюнета захлопнуть перед собой дверь. Осознание приходит моментально.  — Порву, щенок. — Силко хрустнул костяшками пальцев и снова шагнул в комнату. На его постели сидела Джинкс в компании двух парней. Она выглядела немного растерянно, прикрываясь подушкой. Молодые люди с опаской косятся на мужчину, не излучающего ничего хорошего.  — Если через секунду это, — Силко сдерживался, не переходя на крик. — Все ещё будет в моей постели, Джинкс, даю слово, я порву их собственными руками. Увиденное добавит мужчине пару седых волос на висках, которых к слову там немало. Силко презрительно глянул на испуганных парней и захлопнул за собой дверь. Девушка поспешила одеться и вышла вслед за опекуном.

***

 — В какой момент времени я допустил чёртову ошибку? — Силко закипает моментально. То сжимая, то разжимая кулаки он ходит по кабинету, сметая все на своём пути. Бумаги, лежащие на столе разлетаются листами по комнате. Джинкс виновато сидит на диване, не осмеливаясь посмотреть попечителю в глаза.  — Скажи мне, Джинкс, каким образом эти двое оказались в моей спальне с тобой? — холодные змеиные глаза, будто способны испепелить девушку.  — Я, — тихо начала Джинкс, перебирая синие волосы. — Мы ничего не успели. Прости. — она оправдывается, как ребёнок. Мужчина остановился напротив неё и зачесал растрепавшиеся волосы назад.  — В моей чёртовой спальне. У тебя разве нет своей? — янтарь левого глаза опасно щурится.  — Скажи мне, где я допустил ошибку в твоём воспитании? За те 13 лет, что Джинкс жила с ним, Силко старался воспитать её холодной, опасной, как он сам. Мужчина хотел, чтобы девушка была уверена и непоколебима в своих решениях. Но, вероятно те 7 лет жизни до пожара, оказали на ребёнка иное влияния, и девушка приобрела совершенно другие качества. Теперь они постоянно смешиваются с тем холодом, который привил в ней Силко, заставляя голубоглазую сомневаться. Джинкс поджала ноги и спряталась за острыми коленями. Мужчина продолжил исследовать углы кабинета.  — Тебе мало того, что у тебя есть? — Силко свёл тёмные брови к переносице. Его изуродованная щека дергалась от раздражения. — Я ведь забочусь о тебе. Девушка мотнула головой, отчего её голубые косички стукнулись о пол.  — Я уже взрослая. Мне не нужна твоя забота. Мне нужно. — она осеклась.  — Мне не 5 лет. Да, она совершенно права, ей не 5 лет, а 20 — она совсем уже не маленькая девочка. Но вот чего она хочет? Что скрывается в её голове? Силко фыркнул и подошёл к столу, на котором стояла бутылка с виски.  — Тогда что тебе нужно? — его тон стал спокойней. Он устал. Устал злиться. Силко физически не может долго злиться на Джинкс. Она не позволяет, вернее, его чувства к ней. Мужчина боится напугать голубоглазую, боится стать в её глазах тем, кто излучает опасность, кто может предать. Девушка задумчиво пожала плечами, вставая с места. Мужчина устало опустился на красное кресло, наливая в стакан янтарную жидкость. Девушка встала рядом, переминаясь с ноги на ногу. Она знает, что он сдерживается, чтобы не начать крушить все вокруг. Контроль — его главное достоинство. Контроль и подчинение.  — Чего ты хочешь? — повторил свой вопрос мужчина, делая обжигающий глоток. Вместо ответа Джинкс опустилась к нему на колени, утыкаясь лбом в мужскую грудь.  — Я не знаю. — тихо выдохнула девушка. — Вернее, не хочу знать. — сердце Силко размеренно стучит. Ровно, без заминок, как часы. Мужчина прикрыл глаза и прижал голову девушки ближе.  — Ладно. — также тихо ответил он, зарываясь руками в голубые волны. Джинкс пахнет порохом и дождём. Мужчина медленно водит тонкими пальцами по волосам, стараясь не спутать их ещё сильнее. Девушка вдруг выпрямилась и заглянула брюнету в глаза. Они такие красивые, такие усталые. Они видели так много, что кажется, знают кто ты на самом деле. Знают, чего ты хочешь, но не хотят признаться в этом. Любимая игра папочки — знать все, и ждать, пока человек сам скажет, сам попросит.  — Тебе пора спать, Джинкс. — Силко сказал точно так же, как в детстве, когда Джинкс засыпала у него в кабинете. Мужчине приходилось брать её на руки и переносить в её комнату. Девочку успокаивал тихий шепот мужчины, который рассказывал сказки или старые легенды. Девушка отрицательно закивала.  — Я не хочу спать. — Джинкс снова уткнулась носом в теплую шею.  — И все равно пора. — чуть строже сказал Силко поднимаясь с места. Ему пришлось перехватить девушку поудобнее, чтобы та не упала.  — Сама ведь не пойдёшь. — выдохнул он и пошёл к двери. Несмотря на то, что Джинкс давно выросла и стала тяжелей, Силко без особых трудностей нёс её, как и раньше. В коридоре все так же темно. Проходя мимо своей спальни, мужчина закрыл глаза, сжимая девушку крепче. От одной мысли о том, что с его девочкой могли сделать там, мужчина закипал. Она — его цветочек. Его сокровище, его творение. Толкнув разрисованную дверь ногой, брюнет шагнул в комнату. Девушка встала на ноги и прошлась по комнате. Стены были расписаны яркими граффити. Краска чуть светилась в темноте, создавая странное ощущение внутри.  — Спокойной ночи, Джинкс. — кивнул мужчина, устало улыбаясь.  — А ты где будешь спать? — глупый вопрос. Джинкс прекрасно знает, что Силко ни ногой в свою оскверненную спальню. Уж слишком он не любит, когда кто-то вторгается на его территорию, да ещё и вот так бесцеремонно. Секундное колебание — и незамедлительный сухой ответ.  — В кабинете. Джинкс забавно нахмурилась.  — Там неудобно, плюс ко всему твоя больная спина. — девушка жестом попросила мужчину отвернуться. Силко устало зажмурил глаза. Соблазн открыть их велик, но все же не настолько, чтобы перебороть усталость.  — Оставайся сегодня тут. — Джинкс прижалась к мужчине. Силко разлепил глаза. Девушка была абсолютно голой. В темноте её фигурка казалась невообразимо маленькой.  — Оденься. — спокойно произнёс брюнет, снимая со своих плеч пиджак. Девушка кивнула и укуталась в большую ей вещь.  — Ты останешься? — немного грустно спросила голубоглазая, присаживаясь на край постели.  — Да. — голос Силко стал гораздо ниже, чем обычно. Мужчина подошёл к окну. Прохладный воздух приятно покалывает лёгкие. Мужчина стал расстегивать пуговицы лацкана. Джинкс поспешила скрыться под одеялом.  — Где твоя пижама? — поинтересовался мужчина. Девушка высунула голубую макушку на поверхность. Янтарь напротив неё излучает усталость.  — Она осталась в той спальне. — виновато бормочет девушка, зарываясь обратно в одеяло. Силко лишь судорожно вздохнул, укладывая золотые запонки на тумбу. Резкая боль в боку заставила его слегка согнуться.  — Ты в порядке? — голубые глаза настороженно косятся на мужчину. Тот коротко кивает и снимает тёмную рубашку, обнажая худое, красивое тело, усыпанное шрамами. Под тонкой кожей скрываются еле заметные железные мышцы, которые создавали слабый рельеф. Силко осторожно поставил одно колено на постель, стараясь не напугать девушку. Та повернулась к нему спиной. Брюнет опустился на прохладную постель. В нос ударяет аромат кофе и все того же дождя. Где девчонка умудрилась достать дождь? Он уже привык к ее запаху. Девушка буквально живёт в мастерской, придумывая разные модернизации для оружия, бомб. Она насквозь пропахла взрывами и порохом. Она пахнет всем на свете, но не им. Они лежат спиной друг к другу. Усталость постепенно закрадывается в их головы, постепенно склоняя на сторону сна.  — Откуда у тебя это? — голос девушки разрушил тонкую тишину. Торс обожгли холодные девичьи руки, ощупывающие недавнюю рану. Силко пришлось повернуться к девушке лицом.  — Разногласия в политике. — его волосы растрепались и теперь ниспадали на худое лицо. Девушка задумчиво смотрит на него.  — Тебе больно? — прохладные руки гладят ребра, осторожно, с заботой.  — Да. — мужчина не солгал. Ему чертовски больно, хоть рана не смертельная и уже заживает. Джинкс скрылась под одеялом. Мужчина немного напрягся, но расслабился, когда почувствовал лёгкий поцелуй на травмированной коже.  — Теперь болеть не будет? — девушка замолчала, глядя на Силко.  — Боюсь, это так не работает, девочка моя. — брюнет выдавил слабую улыбку.  — Жаль. — немного расстроенно шепнула девушка и развернулась к мужчине спиной.

***

Тихий вскрик заставляет мужчину беспокойно повернуть голову. Джинкс сидит на постели, сжимая подушку.  — В чем дело? — хриплый голос возвращает её к реальности.  — Ты не видишь? — неподдельное удивление и ужас легко читаются в голубых глазах. Силко отрицательно покачал головой.  — В углу. — девушка кивнула в темноту. Разумеется, там никого не было. Ночной кошмар, призрак, галлюцинация — все, что угодно, но сейчас, там действительно никого не было.  — Эй, все в порядке. — шепчет мужчина, поднимаясь. Боль в боку снова старается сломать его, но он не обращает на неё внимание. Для Силко перестаёт существовать абсолютно всё, когда его девочке что-то угрожает. Мужчина осторожно обнимает девушку со спины, зарываясь носом в голубые волосы.  — Все хорошо. — тихий шепот закрадывается в голову девушки. — Все в порядке.  — Что ты увидела? — бирюзовые, некогда, глаза напряжённо вглядываются в темноту. Джинкс всхлипнула, сжимаясь, становясь ещё меньше. Её плечи неумолимо дрожат, отчего сердце Силко сжимается.  — Там стояла Вай. — имя её чёртовой сестры мужчина ненавидел больше всего.— Она там была, честно. Девушка развернулась к мужчине лицом и заглянула в его глаза.  — Ты мне веришь? — Джинкс испуганно поджимает губы, ожидая ответа.  — Верю. — выдыхает мужчина снова прижимая девчонку к себе. Та дрожит, возможно от страха или холода. Второй вариант более логичен — открытое окно запускало в комнату холодный ветер. Белоснежная кожа девушки покрыта мурашками. Мужчина боится пошевелиться, чтобы не спугнуть вздрагивающую фигурку. Он осторожно проводит пальцами по волосам, голой спине, успокаивая воспаленный рассудок.  — Это был сон. — тихо бормочет мужчина куда-то в голубизну волос. — Плохой сон, только и всего. Девушка давно успокоилась, но все ещё продолжала жаться к горячему телу рядом. Мужчина успокаивал её, особенно когда она видела их. Они приходят обычно ночью, но иногда и днем, стоят над ней и молчат, убивают одним лишь взглядом. Девушке хочется выть от этого. Жить в страхе, что увидишь их снова. Это так ужасно. Голова раскалывается на двое, когда внезапный хор голосов начинает твердить о том, что ты — неправильная.. О том, что ты виновата.  — Прости меня, — внезапно тихо протянула Джинкс, поднимая голубые заплаканные глаза.  — За что? — мужчина все также гладит девушку по спине, иногда цепляя худые белые плечи, усыпанные веснушками.  — Не знаю. — Джинкс опустошена. Внутри так пусто, так страшно. Тоска. Несоизмеримая тоска медленно сводит ее с ума. Минута тишины — и снова тихий шепот:  — Просто прости меня, ладно? Не знаю за что, просто мне так плохо. — горячие слезы оставляют влажные дорожки на гладких щеках. Силко наклонил голову набок, напряженно вглядываясь в бледное лицо девчонки. Он осторожно накрыл ладонями её щеки.  — Я тоже должен извиниться. — мужчина нежно поцеловал девушку в скулу. На тонких губах осталась солёная слезинка.  — Я не уследил, не спас, не смог помочь тебе во время. — тёплые пальцы стирают свежие слезы с миловидного лица. Джинкс устало закрывает глаза. В её голове впервые за долгое время тихо.  — Мне страшно. — голубые глаза по-детски смотрят на брюнета, выискивая помошь.  — Я знаю, знаю — мужчина прислоняется лбом ко лбу девушки, стараясь забрать все те беспокойства, которые таятся в её маленькой голове.  — Я больше не отпущу тебя ни на шаг. — худые пальцы девушки зарываются в темные короткие волосы на загривке. Силко только кивает, утыкаясь острым носом в теплую шею Джинкс. Он слегка касается сухими губами кожи, ощущая ток крови под ней. Джинкс целует мужчину в изуродованную часть лица, стараясь скрыть под поцелуями все его шрамы, а он, в свою очередь, старается заглушить все её мысли своими. Они неправильные, не такие как все. Они кардинально отличаются от обычных людей. Они оба совершали громадные ошибки, но они живые. Живее всех живых. И они такие только рядом друг с другом.

***