Сквозь невидимые нити

Пока Ми мысленно подводила итоги активной недели, такси подъехало к зданию. Она неспешно направилась к входу, вытаскивая из сумки пропуск. В кабинете она взяла необходимые флешки и отправилась проверять объём проблем, заполняя бесшумные коридоры звуками своих каблуков. Работы было много, и напряжение, накопившееся после корпоративного квеста, не отпускало. Вспоминались все те моменты, когда она пряталась с Чонгуком в шкафу, стараясь скрыть свои чувства. Но чем больше она пыталась отгородиться от них, тем сложнее становилось. В это время в тренажерном зале Чонгук прилагал усилия, чтобы сосредоточиться на тренировке, но его отвлекал баннер с откровенным контентом на большом экране, который подкидывал ему совсем не спортивные мысли. Не выдержав, парень шумно вздохнул и выключил экран, начиная разминку. Он долго размышлял о Миён, ведь вначале казалось, что ему мерещится её интерес. Но потом он всё чаще ловил её взгляды, задумался, могла ли она быть сасэнкой, устроившейся в компанию, чтобы быть ближе к ним. Но девушка за время работы заслужила доверие: она всегда помогала советами, держала дистанцию, не пыталась найти их в соцсетях и не навязывала своё общество, в отличие от некоторых сотрудниц. Постоянно проходя проверки, она имела доступ ко всем устройствам ребят и не раз сдавала людей, пытавшихся подкупить её за конфиденциальные данные. Поэтому мысль, что она сасэнка, он сразу отбросил. Вскоре он просто привык к её взглядам и иногда специально дразнил её, заставляя задерживать дыхание и краснеть, когда на тренировке отрабатывал сексуальные движения из хореографий. Это вошло в привычку: стоит только ему чуть задрать футболку или встать недалеко от нее, как она терялась и пыталась аккуратно взглянуть на него, вот только не догадывалась, что он специально привлекал ее внимание к себе и пытался скрыть улыбку, зная о ее реакции. Всё это смешивалось с тем, что происходило на корпоративе — Миен, её взгляды, прикосновения в шкафу, которые он отчаянно пытался забыть, но не мог. Он вспомнил, как однажды, на съёмках очередной бомбочки, отвернулся от камер, чтобы незаметно поправить положение младшего Чона. Аккуратно поддерживая пах, он думал, что всё сделал быстро и незаметно. Но потом понял, что напротив него за ноутбуком сидела сама Ми, ставшая невольным свидетелем этой сцены. Не зная, куда деть взгляд, она посмотрела ему в глаза, как будто спрашивая: «Ты издеваешься?». Парень хмыкнул с улыбкой и, не придумав ничего лучше, провёл языком по нижней губе, нахально толкнув её в щеку, вызывая у Ми панику и попытку скрыть резко порозовевшие щеки. Дразнить её во время групповых интервью было отдельным развлечением для Чонгука. Девушка обычно стояла прямо позади всех устройств, проверяя запись. Поэтому он старался максимально взаимодействовать с камерой: приподнимал бровь, разминал шею, поправлял воротник рубашки и загадочно ухмылялся, заглядывая в объектив. Краем глаза он замечал, как Ми выравнивала дыхание, чертыхалась и закусывала губу, или старалась отвернуться от экрана, сдерживая смущение. Пару недель назад он не ожидал увидеть её в тренажерном зале во время кроссфита и прекрасно знал, что это дело рук Чимина. Об этом он, конечно, с ним потом поговорил. Чонгуку была интересна реакция девушки на его тело, но не в таких обстоятельствах и не в присутствии таких же полураздетых друзей. Последней каплей терпения Чонгука стало то, что благородный Чимин-хён решил помочь Ми с проводами, обнимая её со спины, и она даже не оттолкнула его. Было понятно, для чего он устроил весь этот спектакль. За столько лет участники группы уже могли без труда читать мысли друг друга. Но его бесил сам факт, что к девушке кто-то прижимался. Возможно, это была ревность или глупые мысли, что Чимин ей нравится больше и ей с ним комфортнее, ведь они общались чаще. Он боялся, что тот вытеснит его, займет его место. Но дело было не только в этом. Она ему нравилась, и он хотел бы узнать её поближе, но не знал, с чего начать. Закрыться с ней в одной из аудиторий, как пытался сделать недавно, конечно, было возможно, но напугать её он совсем не хотел. Поэтому просто ждал, дразня и выводя на эмоции. Ми поправила юбку и зашла в тренажерный зал, напевая под нос мелодию. Обнаружив, что здесь всё отключено, решила проверить, дошли ли обновления до устройств в этом зале, но в этот момент услышала, как кто-то в дальнем углу кладёт гантели на подставку. Сердце тут же забилось в бешеном ритме — она чувствовала, что в зале находился именно тот человек, от образа которого Ми пыталась избавиться этим вечером в баре, подыскивая себе случайного партнёра на ночь. Понимая, что бежать бессмысленно, ей ничего не оставалось, как просто продолжить свою работу, стиснув зубы. Запустив телевизор и ноутбук с колонками, она не подозревала, что уровень громкости уже был на максимуме. Весь зал мгновенно огласился резкими звуками и повторяющимися стонами. Почувствовав, как начали гореть щеки, Ми запаниковала и попыталась отключить колонки, но перепутала кабель и вместо этого выдернула шнур от телевизора, который тут же упал на пол. Выругавшись, она выключила все, а затем нагнулась через стол, чтобы достать упавший провод. Чонгук задумался о первом шаге после случившегося на корпоративе, но не ожидал, что это произойдет так скоро. Он сначала испугался, когда зал резко наполнился громкими звуками, хотя сам всё оборудование отключил. Затем осознал, что в зале был кто-то ещё. Парни в общежитии вряд ли пришли бы так поздно, значит, это кто-то из работников. В размышлениях он подошёл к источнику звука на достаточно близкое расстояние, чтобы понять, кто же нарушил тишину и покой в зале. Девушка в чёрной кожаной юбке и грубых ботинках практически лежала на столе, пытаясь что-то достать. Всё бы ничего, но черная юбка немного задралась, приоткрывая аппетитные бедра. Чонгук никак не ожидал увидеть её ночью в таком виде и позе, да ещё и в тренажерке. Она специально это делает? Изо всех сил, пытаясь контролировать движ в штанах и ухмыляясь своим мыслям, облокотился спиной к стойке, продолжая следить за действиями Ми. Девушка подключила обратно телевизор, вслух ругаясь на свою неосмотрительность. — Разбудила, наверное, весь район… — Насчёт района не знаю, но меня точно удивила… — Чонгук не удержался и всё же прервал её монолог, обозначая свое присутствие. — Прости, — быстро произнесла Ми, стараясь успокоиться. — Меня вызвали на работу, нужно всё устранить до утра. Запущу пакет и уйду, продолжай тренировку, я ненадолго. Ей не хотелось думать, что он уже успел увидеть. Поправив юбку, девушка быстро села за ноутбук, стараясь унять дрожь в руках. — Прекрати бегать от меня, — ухмыльнулся Чонгук, довольный тем, что застал её врасплох. — Я и не бегаю… Просто хочу побыстрее закончить, — попыталась уверенно ответить. Перестать бегать? Нет уж, сейчас главное — свалить отсюда, пока сама не накинулась на него. Мысль, что системный администратор может налететь на звезду мирового масштаба, была одновременно смешной и пугающей. Хотя после корпоратива казалось, что ее уже ничем не удивить. — Как скажешь, красотка, — парень выбрал тренажёры напротив девушки и, словно ничего не случилось, продолжил тренировку, начиная продумывать план действий. — То не замечает меня, то красоткой называет, что за человек, — пробормотала она себе под нос. В зале воцарилась напряженная тишина, прерываемая лишь щелчками мыши и тяжёлым дыханием парня. Ми не отводила взгляда от экрана, сосредоточившись на шкале загрузки файла. Она уже не знала, куда себя деть и как закрыться от этих звуков. Желая отвлечься, она даже подумала надеть наушники, но вспомнила, что они остались на ее рабочем столе. Внезапно стало жарко, и, стараясь быть максимально незаметной, она сняла косуху и расправила волосы, вновь погрузившись в монитор, будто испытывая свое любопытство на прочность. Чонгук, заметив, как девушка упорно игнорирует его присутствие, решил действовать решительнее. Он медленно снял футболку, обнажая крепкий торс, и безмолвно наслаждался моментом, подмечая, как Ми, едва заметив это, шумно выдохнула, чуть не заскулив. Мысленно она уже выругалась, осознавая, насколько глубоко влипла в ситуацию, и загадывала всем богам только одно желание — закончить свою работу без лишних происшествий. Но низ живота начал затягивать в узел, а желание пробуждалось вопреки её воле. Куда подевались силы сопротивляться, она не знала, и теперь оставалось только ждать, как дальше развернется эта борьба. Парень перешел к отжиманиям, прилагая к каждому движению максимум усилий. В конце серии повторений из него вырвался тяжелый рык, смешанный со стоном усталости, и Ми тут же крепко зажмурилась, чтобы не поддаваться опасному искушению. Да остановись ты уже, изверг… Пытаясь успокоиться, закинула ногу на ногу, надеясь, что сможет сдержать бурю эмоций, но это только усиливало напряжение. Наконец, загрузка завершилась, и она открыла глаза, но вместо того чтобы посмотреть на экран, наткнулась на мокрого Чонгука, стоящего всего в нескольких шагах от неё. Он спокойно пил воду, которую взял с ее стола, невзначай позволяя каплям стекать по разгоряченному телу, и слегка улыбался, словно празднуя маленькую победу. Парень направился в сторону душевой, оставляя Ми наедине с собственными мыслями, прекрасно понимая, что таким образом снова дал ей шанс уйти, пока ещё не поздно. А если она останется, он уже не поручится за себя. Стоило ему скрыться за дверью, Миён шумно выдохнула, чувствуя, как её пульс сходит с ума. И сейчас хорошо бы успеть закончить дела до его возвращения и уйти как можно быстрее. Заканчивая работу, она заметила на столе желтый листочек, на котором аккуратным почерком было выведено: «Если ты и сейчас упустишь свой шанс, то будешь долго жалеть. Не тупи.» — Лис облезлый… Откуда он вообще вытащил всю эту порнуху, чтобы заразить ею целый этаж? — прошептала Ми, не сдержав смешка. Чимин всё заранее подстроил, зная, что она окажется здесь одновременно с Чонгуком. Тихо рассмеявшись от абсурдности ситуации, она решила остаться — хотя бы для того, чтобы доказать другу, что его хитрости не приведут к успеху. Или, возможно, ей всё же хотелось чего-то другого. — И зачем я это делаю… Пока Ми стояла напротив зеркала и поправляла макияж, размышляя о том, как будет мстить другу, Чонгук вышел из душевой и задумчиво смотрел на девушку, что погрузилась в мысли, даже не заметив его присутствие. Я дал тебе сбежать, почему ты все еще здесь… Чон, словно зачарованный, медленно направился в сторону девушки, засунув руки в карманы спортивных штанов. Ми подняла на него свой взгляд через зеркало и почувствовала, как по телу пробежался электрический заряд, сердце тут же начало отбивать бешеный ритм. Всё вокруг словно замирало. Тусклый свет мягко ложился на её плечи, подчёркивая изгиб шеи, а напряжение между ними наполняло пространство. Она видела его отражение, его уверенность и хищный блеск в глазах, от которых у неё сжались пальцы на краю стола. Не разрывая зрительного контакта, Чонгук подошёл к девушке вплотную, пригнулся, проводя кончиком носа от виска до мочки ушка: — Я думал, ты уйдешь, — его губы невесомо скользнули по шее Ми, оставляя горячий след. В зеркале он наблюдал за её реакцией: Девушка прикрыла глаза, склонив голову в сторону, подставляя шею под его прикосновения. Она пыталась дышать ровно, но тело отдавалось дрожью. — Передумала, — её голос прозвучал неожиданно спокойно, но внутри всё будто плавилось. Мысли путались, туманя её сознание. Его прикосновения к плечам, ощущались обжигающе, и она еле стояла на ногах. Ми вспомнила, как они прикасались друг к другу на корпоративе, и как эти мимолетные моменты заставили её всю неделю тайно мечтать о встрече с ним наедине. — Расскажешь, куда собиралась такая нарядная? — Чонгук усмехнулся, и его глаза потемнели. Кончик его носа скользнул по коже, следуя вдоль линии плеча, а затем он слегка прикусил нежный участок. Ладонь, едва касаясь, прошлась по изгибам её тела, остановилась у шеи, аккуратно обвив её. — Ты выглядишь слишком соблазнительно, чтобы просто выйти из дома, — его шёпот был низким и хриплым, словно эхо внутренней борьбы. Он любовался отражением: рука, увитая татуировками, красиво выделялась на её шее, а взгляд Ми говорил всё — она была готова играть по его правилам. — Это уже не важно… — девушка задумалась и прикусила нижнюю губу, её взгляд был одновременно дерзким и притягательным. Она чувствовала, как его рука, тёплая и настойчивая, медленно двигалась вдоль её тела, оставляя за собой мурашки. В этом действии было что-то, необъяснимо сладкое, и её дыхание сбилось, из груди вырвался тихий, почти незаметный выдох. — Больше не сбежишь, — прошептал он, оставляя на её шее горячий поцелуй, что мгновенно окрасил её кожу в алый цвет — яркий, будто знак власти над ней. Чон вдруг резко выдохнул, словно утратил терпение. Он развернул Миён к себе, и его губы нашли её, впиваясь требовательно, с жадностью, словно всё, что копилось внутри, вырвалось наружу. Вкус был тёплым, с оттенком ягодного леденца, и от этого его голова пошла кругом. В этот поцелуй он вкладывал всё: желание, страсть, накопившуюся за все время тоску. Губы двигались плавно, но напористо, дразнили, исследовали, не давая Ми отстраниться даже на миг. Она почувствовала, как у неё подкашивались ноги. Его язык мягко скользнул внутрь, встречая её в танце, который был одновременно нежным и дерзким. Её пальцы, до этого вцепившиеся в край стола, теперь скользнули по его спине, цепляясь за ткань его футболки, словно это могло удержать её на земле. Чонгук чуть отстранился, чтобы вдохнуть воздух, и посмотрел на неё. В его глазах горела такая сила, что Ми почувствовала, как внутри всё ещё сильнее разгорелось пламя. Но этого было мало. Секунда — и её спина встретила холодную поверхность зеркала, от которого по телу пробежала дрожь. Девушка резко втянула воздух, но не успела даже понять, что происходит, как он снова накрыл её губы своими, ещё более горячо, ещё более жадно. Его ладони теперь держали её уверенно, крепко. Одна скользнула вниз по её талии, с силой притягивая ближе. Другой он поддерживал её затылок, защищая от жёсткости стекла. Не дождавшись нужных действий, он сам подхватил её под бёдра, с лёгкостью приподнимая вверх. Миён, едва сдерживая себя, обвила его ногами, чувствуя, как он крепко держит её в воздухе. Её пальцы запутались в его волосах, тянули, не позволяя отдалиться, будто она боялась, что он может уйти. — Ты даже не представляешь, как долго я этого ждал, — выдохнул он, губы вновь находили её, обжигали, заставляли забыть обо всём. Её спина ощущала холодное прикосновение зеркала, которое будто противопоставлялось огню, разгоравшемуся между ними. Девушка не видела ничего, кроме него — его глаз, полных уверенности и страсти. Она отчётливо ощущала его желание сквозь тонкую ткань спортивных штанов и, почти неосознанно, старалась чаще и ближе прижиматься к нему. Их поцелуй становился всё глубже, пробуждая в ней сбивчивые стоны и поскуливания. Чонгук, не выдержав её дерзкого напора, решительно опустил её на пол и мягким движением развернул спиной к себе. Мягко, но уверенно взял её за запястья, направляя ладони к холодной поверхности зеркала. Её пальцы слегка дрожали, когда коснулись стекла, но он крепко удерживал её, позволяя опереться и найти равновесие. Её тело отозвалось теплом, словно пламя коснулось кожи, когда его рука, изучающе и неспешно, начала двигаться по тонкой ткани её одежды. Касания становились всё увереннее, пока его пальцы не замерли на бедре, крепко сжав его. От этого властного жеста её дыхание перехватило, и она вздрогнула. Этот немой язык был понятен без слов. С томительным стоном она сама повторила это движение, плотно прижимаясь к нему. Чон закрыл глаза. Мысли на мгновение рассеялись, уступая место простому ощущению её близости. Ему так манило поддаться желанию, но ещё сильнее он хотел растянуть этот миг — слышать её, видеть её реакцию на него. Её нежные вздохи и тихие стоны были как музыка, которую он жадно впитывал, желая растянуть наслаждение. Шелест её дыхания заполнил пространство, пока он оставлял на её шее лёгкие, почти дразнящие поцелуи. Пальцы неспешно коснулись застёжки топа, и тонкая ткань скользнула вниз, открывая вид на её грудь, подчеркнутую изящным кружевным бельем. Открывающийся вид заставил его задержать взгляд. Лёгкое кружево на её груди подчёркивало её хрупкость и соблазнительность, и он судорожно вдохнул глубже. Пауза была краткой, но насыщенной. Рука Чона медленно скользнула вниз, и с едва слышным щелчком юбка опустилась к её ногам. Это движение было спокойным, позволяя ему вдоволь насладиться каждой деталью её облика. Он провёл пальцем по границе белья, легко нажимая. Словно изучая её реакцию, Чон позволил себе чуть больше, когда его ладонь, едва касаясь, скользнула по её бедру. Девушка сдавленно выдохнула и смущённо сдвинула ноги, будто пытаясь скрыть себя, но её лёгкое дрожание выдавало то, как сильно она сейчас реагировала на его прикосновения. Тело отозвалось лёгкой дрожью, когда он провёл пальцем вдоль резинки трусиков, задерживаясь там, где ткань смыкалась с кожей. Нежное прикосновение сменилось более смелым действием — пальцы Чона проникли под кружево, исследуя её горячую, трепетную плоть. Ми прикрыла глаза, но Чон, не отводя взгляда, произнёс: — Посмотри на меня... — в его голосе звучала твёрдость, смешанная с лёгкой требовательностью, которую невозможно было игнорировать. Он будто видел её насквозь, как если бы все скрытые желания и страхи Ми стали явными. Её тело послушно отозвалось на его слова, и, открыв глаза, она встретила его взгляд. Чон внимательно следил за её реакцией, чувствуя, как внутри него разгорается страсть с каждым её движением. Он был полностью сосредоточен на теле Ми, её дыхание и напряжение, заставляли его сердце колотиться быстрее. Даже не мог оторвать взгляда от её глаз, в которых метались смешанные чувства: страх, влечение, смущение. Всё это возбуждало его ещё сильнее. Одной рукой он, не спеша, проник под ткань скользил по её нежной промежности, не проникая внутрь, но при этом касаясь так, чтобы она ощутила каждое его прикосновение. Он поднес руку ко рту и медленно облизал пальцы, наслаждаясь её реакцией, после чего вернул на клитор, стараясь оставить этот момент в её памяти. Ми почувствовала, как её дыхание стало сбивчивым, как внутри что-то сжалось, когда его пальцы старательнее ласкали ее. Но в его прикосновениях было нечто такое, что заставляло её чувствовать себя уязвимой и одновременно желанной. Она пыталась скрыть свою реакцию, но её тело не могло остаться равнодушным к нему, и мысль о сопротивлении больше не возникала. Второй рукой Чон неторопливо провёл по её коже, массируя грудь и перекатывая сосок, наблюдая, как девушка напрягается, как она теряется в этих прикосновениях, как её взгляд становится всё более беспомощным. Это возбуждало, но он не мог позволить Ми получить то, чего она хотела. Парень видел, как её губы сжимаются, глаза наполняются мольбой, а стоны становятся более громкими. Но сдерживал её, играясь с ней, и убирая руку, будто не позволял получить больше, чем она хотела. Его взгляд не покидал её, и его пальцы не спешили, каждый жест был исполнен намерения: оставить её в этом моменте, заставить её думать о нём, помнить только о нём. Чонгук добивался того, чтобы девушка зависела от него, чтобы в её мыслях не было места никому, кроме него. Но он всё ещё сдерживал себя, понимая, что лучший способ — растягивать этот момент. Хитрая ухмылка мелькнула на его лице. — Я знаю, что ты думала обо мне, — голос звучал глухо, с нотками непоколебимой уверенности. Он снова коснулся её подбородка, мягко, но настойчиво, направляя её взгляд на зеркало. Миён ощущала, как её лицо пылает. Она видела себя: разморённую, с алыми щеками, спущенной лямкой бюстгальтера, из которого едва не выскальзывала грудь. Между ног её кожа была влажной от его прикосновений, и этот факт не давал ей вырваться из ощущения полного подчинения. — Я не… — она попыталась возразить, но резко вдохнула, когда он внезапно вошёл в неё пальцами. Её тело рефлекторно выгнулось, а дыхание стало прерывистым. — Не расслышал, — тон его голоса звучал твёрдо, как окончательный ответ на её внутренние вопросы. Его взгляд был пристальным и почти гипнотическим. В этот момент Ми поняла, что ей не остаётся ничего другого, кроме как подчиниться. — Да… — жалобный стон эхом отразился в её собственных ушах. Она знала, как будет потом стыдиться сказанного, как будет жалеть, но в эту секунду не могла лгать. Видела, что Чонгук и так знает правду. Ему просто нравилось играть с ней, выводить её из равновесия. — Почему не призналась сразу? — он по-прежнему мягко поглаживал её клитор, но движения были достаточно уверенными, чтобы заставить её тело отозваться. Его голос был одновременно строгим и насмешливым, словно Чон ждал её ответа, но уже знал, что она скажет. Ми пыталась что-то произнести, но из её губ вырывались лишь тяжёлые вздохи. Её мысли смешались в хаосе — Миён чувствовала смущение, но одновременно ей было приятно видеть его уверенность, его желание. — Чонгук… пожалуйста… — её умоляющие слова были еле слышны. Он на мгновение закрыл глаза, пытаясь удержаться. Этот её тихий, дрожащий шепот, наполненный мольбой, сводил его с ума. Она была такой покорной и искренней в своих желаниях, что ему хотелось растянуть этот момент как можно дольше. — Я тоже уже давно думаю о тебе, — сказал, глядя ей в глаза через зеркало. Его слова прозвучали неожиданно мягко, и он на мгновение замер, позволяя им зависнуть в воздухе. Ми не отрывала глаз от их отражения, её взгляд был затуманен, а дыхание становилось всё прерывистее. Она знала, что потеряла контроль над ситуацией, но возвращать его не было ни сил, ни желания. Его прикосновения, его голос — всё это заставляло её забыть обо всём на свете. Чонгук ощутил волну желания, которая ударила его, когда его взгляд упал на неё в отражении. Давно забытое чувство ворвалось в его грудь — первобытное, всепоглощающее, когда перед ним такая картина: её стройное тело, готовность, дрожащие губы. Тело откликнулось мгновенно. Он прижался к её спине так, что его пах плотно прилегал к ее ягодицам, и это было невыносимо сладко. Посмотрев в зеркало, заметил, как Ми затаила дыхание, как её взгляд метался между его отражением и собственными мыслями. Чон прикусил губу, словно смакуя этот момент, наслаждаясь властью над ней. Осознание того, что сейчас она полностью принадлежит ему, разжигало его ещё больше. Когда Чонгук начал снимать с себя одежду, она не могла отвести глаз. Немного дрожа от прохладного воздуха в зале и ощущений, девушка продолжала наблюдать за его плавными жестами. Её тело уже само откликалось, подаваясь назад, а дыхание стало почти неслышным, как будто затаила его в предвкушении. Сейчас была готова отдаться ему полностью, забыть обо всём, лишь бы ощутить его внутри. Парень вновь поймал её взгляд, и в его глазах загорелась тьма. Он наклонился, прикоснувшись губами к её мочке уха, и её тело отозвалось мгновенно — дрожь пробежала по позвоночнику, а с губ вырвался едва уловимый стон. Его рука скользнула вниз, и, почувствовав её готовность, он медленно провёл кончиком пальца по её половым губам, ощущая, как все там было наполнено жаром. Влага, растекающаяся по её коже так манила его прикоснуться к ней языком, но он решил, что обязательно попробует ее на вкус в следующий раз. Чон остановился, осторожно размазывая её выделения, словно пытаясь запомнить каждый её отклик на эти действия. Ми казалось, что её тело сейчас взорвётся от всех прикосновений. Чувствовала его тепло, его силу, и её мысли путались. Смотрела на его отражение, сосредоточенный взгляд, накаченное тело, и знала, что больше не сможет от него сбежать. Её губы дрожали, дыхание срывалось, но она могла думать только о том, как сильно хотела его. Девушка отчаянно пыталась удержать хоть толику трезвого рассудка, но всё обрушилось в тот момент, когда Чон приставил головку члена к ее лону и аккуратно вошёл в неё, заставляя её тело дрожать от переполняющих эмоций. Он на миг остановился, давая ей время привыкнуть к нему, чувствуя тепло и тесноту, которая заставляла его дышать глубже и чаще, пытался сдерживать желание действовать резко и грубо. Его пальцы снова поднялись к ее талии, вызывая дрожь в её теле, и на этот раз он вошёл полностью, сжимая ее ребра и выбивая из её уст очередной, приглушённый стон. — Ты сводишь меня с ума… — его бархатный хриплый голос был пропитан эмоциями, которые невозможно было скрыть. Его движения становились всё жёстче и увереннее, рука обвила её шею, чуть приподнимая её подбородок. Ми отозвалась сдавленным вздохом, её уста приоткрылись, и она инстинктивно обхватила его пальцы, что скользнули к её губам. Девушка нежно проводила языком по ним, впитывая его ритм, глядя на их отражение с едва заметной тенью смущения, но и с необузданным желанием. Её взгляд в зеркале был томным, почти умоляющим. Им было мало. Хотелось большего — громче, глубже, сильнее. Чон сжал её бёдра, притягивая её к себе с такой силой, что её тело подчинилось ему полностью. Толчки стали резкими, интенсивными, а его низкий, прерывистый рык смешивался с её стонами, создавая мелодию, которая заполнила всё вокруг. С каждым движением их тела находили ритм, и она ощущала, как горячая волна желания поднимается всё выше, затмевая всё остальное. Чон чувствовал, как её тело откликается на его действия, как её стоны становятся громче, а дыхание тяжелее. И он не мог остановиться. — Чон… — её голос дрожал, дыхание стало прерывистым, а разум, казалось, полностью сосредоточился на ощущениях, на той точке, где всё сходилось. Он сделал резкий рывок. И в этот момент Миён почувствовала, как волны удовольствия захватывают её целиком. Это было похоже на электрический заряд, что прошелся по всему ее телу, не оставляя возможности отдышаться. Её мышцы напряглись, сжимая его настолько сильно, что он не смог больше сдерживаться. Глубокий, низкий стон вырвался из его груди и он впился руками в ее бедра насаживая ее сильнее по самое основание члена. Чон последовал за ней, кончая следом, а его тело растворялось в её, поглощая её тепло и отдавая всё в ответ. Несколько минут они просто стояли рядом, не в силах оторваться друг от друга. Рука Чона плавно скользнула вниз по её спине, и она, ответно прижавшись, почувствовала, как её дыхание стало всё более прерывистым. Губы его мягко коснулись её, едва ли касаясь, как лёгкий ветерок, ласкающий кожу. Поцелуй был нежным и неторопливым, каждое его движение — мягкое, как обещание, что этот момент не закончится. — Ты незабываема, — прошептал Чонгук, нежно проводя пальцем по её щеке. Голос звучал хрипло, будто он всё ещё не мог прийти в себя после всего произошедшего. — Нам лучше идти. Кто-то может войти… — её голос прозвучал почти шёпотом, но от этого стал лишь более неуверенным. — Охрана знает, что мы тут. Не думаю, что кто-то решится нарушить наш… разговор. — Чонгук, чуть улыбнувшись краем губ, выпрямился и, глядя на неё, покачал головой. — Я подвезу тебя. Она молча одевалась, старательно поправляя одежду, хотя руки предательски дрожали. Взгляд Ми скользнул по нему, и она заметила, что Чон спокойно наблюдает за ней, словно улавливая каждую её неловкость. — На мотоцикле? — она подняла бровь и хмыкнула, пытаясь скрыть смущение за показной насмешкой. — Это плохая идея. Твои фанаты не будут в восторге. — Думаешь, я не предусмотрел бы это? — Чонгук не смог сдержать смешок, словно намекая, что его план идеален. — У меня есть машина, если так спокойнее. Ми остановилась, взглянув на него со смесью удивления и лёгкого вызова. — А самолет есть? — она слегка склонила голову, изображая серьёзность, но глаза выдавали её намерение поддразнить. — Был бы самолёт, я бы уже доставил тебя первым классом. — уголки губ дрогнули, будто он боролся с искушением поддразнить её ещё сильнее. Девушка чуть фыркнула, сделав вид, что не замечает его взгляда, полного скрытого удовольствия. Она подошла к двери, но внутри всё ещё боролась с волнением. — Хорошо, но если нас кто-то заметит, я тебя предупреждала. — Пусть только попробуют. — открыл перед ней дверь, сделав приглашающий жест. В подземной парковке Ми почувствовала себя немного легче — тишина вокруг, холодный воздух, запах бензина. Но Чонгук будто притягивал её к себе одним своим присутствием. Остановившись у машины, он молча открыл пассажирскую дверь, а затем, повернув голову, чуть прищурился. — Спасибо, — ответила она тихо, стараясь избегать прямого взгляда. Когда они выехали на дорогу, неловкость, которая витала между ними в тренажёрке, немного ослабла, но совсем исчезнуть не могла. Ми сидела, играя с ремнём безопасности, и делала вид, что полностью сосредоточена на сменяющихся за окном огнях. Чонгук тоже не торопился нарушить тишину, лишь изредка бросая на неё короткие взгляды. Ему хотелось что-то сказать, но слова не находились, и он снова сосредотачивался на дороге. Когда они остановились у её дома, Ми быстро отстегнула ремень безопасности и, уже взявшись за дверную ручку, вдруг задержалась. — Спасибо за то, что подвёз, — наконец произнесла она, повернувшись. Он слегка кивнул, но вместо ответа склонил голову чуть вбок, его голос прозвучал тихо, но твёрдо: — А поцелуй на прощание? Она обернулась, её брови удивлённо поднялись. — Ты всегда так своих пассажиров провожаешь? — Ми улыбнулась, но внутри почувствовала, как что-то сжалось. — Только тех, кто сводит меня с ума, — его взгляд был полон искренности, а в уголках губ снова играла лёгкая улыбка. На долю секунды она колебалась, а затем, медленно придвинувшись ближе, аккуратно коснулась его губ лёгким поцелуем. — Спокойной ночи, — она почти прошептала, быстро вышла из машины и направилась к двери, стараясь не оборачиваться. Чонгук проводил её взглядом, пока она не скрылась за дверью, затем глубоко выдохнул, опираясь на руль. Его губы слегка тронула слабая, но настоящая улыбка. Он понимал, всё это было спонтанным, но не мог избавиться от ощущения, будто что-то в ней затягивает его глубже. Каждый её взгляд, каждое прикосновение, даже смущённые попытки отвести глаза… Всё это было как наркотик. — Почему она так запала мне в голову? — пробормотал он, чувствуя, как внутри разгорается желание снова увидеть её — не для очередного порыва, а чтобы понять, кем она для него стала. Ми вошла в квартиру, опираясь на дверь. Её сердце всё ещё билось слишком громко, а в голове звучали обрывки его слов. В памяти вспыхивали их взгляды, поцелуи, его руки на её теле. Это было слишком импульсивно, почти безумно, но в этом было что-то невероятно притягательное. — Мы просто потеряли голову, — прошептала она, проводя ладонями по горячим щекам. — Это ничего не значит... наверное. Она встала, прошла в ванную и включила воду. Холодные брызги смыли с её лица следы смущения, но мысли всё равно возвращались к нему.