от тебя останется лишь шарф.

твой милый шарфик мне всегда нравился. ты такой милый в нём, пусть он и не твой. ты получил его от ещё одного ублюдка, что даже умереть спокойно не может. мидори с тобой определенно не сравниться. ты такой милый, особенно когда улыбаешься. я провожу ножом по твоей щеке. неаккуратно, специально поранив. ты чуть ли не кричишь от боли. что то шипишь. тебе не приятно? ох, не могу помочь. это то, чего я добивался, дорогой. шепчу на ухо, какой то красивый, и как люблю. ты дёрнул меня за волосы. неприятно, даже выдернул небольшой клочок. не равняйся на соу, шини. ты лучше него, да? да. играюсь ножом с твоими запястьями. опять что-то шипишь, уже сквозь слезы. я слизываю их, улыбаясь. фартук обмочен в солёной воде. кусаю тебя за место раны. ты истошно кричишь. тебе не приятно? странно, со мной так делали. слизываю кровь с проколотой щеки. ты плачешь, хныкая, всхлипывая. понимаешь, меня это заводит лишь больше. я бросаю твою шапку в сторону, пытаясь сорвать ошейник с шеи. этим наношу лишь больше боли. с чего бы это? я думал, что боли почти никто не чувствует. новое открытие. не понимаю я основ жизни, милый мой тсукими...так и не понимаю, почему плачешь. мне даже стало немного стыдно. хаха, нет, вру. подтягиваю за подборок, не жалея силы целуя прямо в губы. в это время прямо в голову, сверху вставляю нож. ты кричишь прямо в поцелуй, а после падаешь, как я тебя отпускаю. ты истекаешь кровью, но наверное умер от болевого шока. я психически смеюсь, облизывая пальцы, и даже слизывая с руки. так много крови, что меня, казалось, бросило в убийственный оргазм. не поверишь, мне так хорошо и приятно видеть тебя мёртвого.