Рыцарь падшей Империи

***

      Вернёмся, пожалуй, к всеми любимому Кварталу красных фонарей, о которых грезит наверное каждый прыщавый школьник, смотря очередной проходной иссекай в своей засранной газировкой и дешёвыми чипсами комнатушке. Ну а если точнее, то поговорим о тех представительницах из этого сословия, кого взаправду называют «жрицами». Да, понятие, жрица любви, можно было закрепить за любой проституткой, готовой хоть за кружку спиртного поделиться своей любовью с гостями, но Жрицы. Это уже нечто из разряда другой оперы.       Эти девушки были воистину роскошны и достойны того, чтобы какой-то граф просадил бы всё состояние за приятное времяпрепровождения. И если вы подумали, что всё дело в животном сексе с ними, то глубоко заблуждаетесь. Да, они были способны лишь простыми ласками подарить такие удовольствия, что после этого не будешь вечность смотреть на обычных девушек, но помимо этого обладали множеством других достоинств. Кто-то ангельски пел и играл на искусных музыкальных инструментах. С кем-то можно было провести за беседами и чаем сутки и недели, ну а кто-то был столь сведущ в медицине, что лекари самого императора казались вчерашними студентами. Поэтому идти к ним за потрахушками на одну ночь было последним, зачем к ним шли их посетители. Ну и, конечно же, эти дамы прекрасно знали себе цену, а потому не с каждым соглашались лечь в постель.       Наша знакомая, Линь, как раз была из этих особ, а от своих конкуренток переняла лишь самые лучшие качества, начиная от всё той же медицины и заканчивая навыками в управлении публичного дома. Последнее же сделало её предприятие самым именитым и богатым не то что в Столице, а даже во всей Империи, но не будем об этом. О ней многие мечтали из-за лисьих черт, но давалась она не каждому. Ночь с ней надо было заслужить и быть удостоенным её внимания, чтобы… А хотя был один человек, который ни в реале, ни в тайне не желал её, а вот она наоборот. И вот сейчас она была с ним, в своей обители, но занималась врачеванием. — Слушай, я конечно диву даюсь. Твоя броня выдерживает колющие и режущие атаки, блокирует пули, обладает технологиями для слежки за жертвой. А ты приходишь ко мне с жалобой ушиба спины и защемлённым нервом! — борясь с внутренним желанием затянуться из трубки, лисица нависла над оголённой спиной Джейсона, выискивая пальцами и вправляя ладонями вышедшие позвонки. — Не кажется бредом? — Когда тебя швыряют об статую и таранят твоим телом стены дома? Нет. — недовольное бухтение послышалось через подушку, а затем стихло, когда в районе груди раздался хруст. — И это тоже норма? Я как бы тебе ребро вправила, а ты молчком. Может действительно говорят, что ты не человек. — с чего бы девушка так внезапно зачахла? Да просто после этой манипуляции она оглядела спину лежащего перед ней парня и на мгновение почувствовала всю боль от имеющихся на ней шрамов. — Мне плевать, что они думают и говорят обо мне. Я лишь делаю, что должно. — ощущение боли пропало, а потому Джейсон встал с мата и стал одеваться обратно в верх брони. — Рыцарь Аркхема это не человек, а символ. Пока люди готовы за ним следовать, у них ещё есть возможность выйти из-под гнёта, в который они сами себя заточили. — Говоришь так, словно хочешь умереть этим символом! — чтобы Джейсон раньше срока не ушёл, она забрала шлем и спрятала за собой. Недовольство её было сильно заметно, ибо кончики ушей стали дыбом, а хвост нахохлился. — Ты думаешь отдохнуть на том свете? Расстрою, там ничто!       С досады она, можно сказать, даже всучила ему шлем и ушла на балкон. Хотела взять ещё трубку, но когда эта деревяшка оказалась у неё в руке, то была тут же брошена на пол. Линь понимала, что сейчас она подышит, успокоится, но когда вернётся, то будет уже в комнате одна. И каково было её удивление, когда он встал с ней рядом и облокотился на перила. Конечно ей хотелось, чтобы он её приобнял, но это как-нибудь в другой раз. Эту вершину она ещё покорит. — Пойми, меня не интересуют ценности простых людей, и я видел столько дерьма, что вся доброта этого мира не сможет его перекрыть. Поэтому буду делать то, что умею лучше всего, пока однажды не пойму, что пора где-нибудь закопать эту броню с пистолетами, а шлем разбить к чертям собачьим. — осматривая шнурующих туда сюда людей в толпе простых проходимцев и искателей любви, Джейсон не заметил, как девушка к нему притёрлась и заставила гладить себя по макушке. — Хотя знаешь, кажется будто этот день никогда не настанет. но, кажется ты права, в душе мне хочется мира и… Ты случайно не любишь любовных утех с женщинами? — Серьёзно? Такой момент, а ты сводишь к пошлятине? Нет, я конечно не против с тобой и ещё кем-то но… — договорить кицунэ не успела, ибо хват стальной перчатки за моську направляет её взгляд в толпу.       Казалось бы, что там могло быть, но вот четыре выбивающиеся из неё фигуры явно привлекали внимание. Да ещё к тому же перед ними расступался народ. Кто в благоговении, а кто в страхе. Не знать этих личностей мог только идиот, либо обитатель такой жопы мира, что там даже не светит солнце. Генерал Эсдес, собственной персоной. Девушка столь неписанной красоты, что даже Линь на её фоне могла казаться в глазах некоторых грязной полукровкой и зверолюдкой-потаскухой. Практически белая кожа, шелковистые голубые локоны ниже пояса и конечно же столь голубые глаза. И всё это в купе с изящной формой генерала Империи.       Только вот стоявшие на балконе Джейсон и Линь знали, кто кроется за этой ангельской красотой. Ледяная бестия, что могла щелчком пальцев похоронить город во льдах. Лисица чувствовала это по тянущейся за ней ауре смерти, а ему просто вспоминался Терминатор из старого фильма со Шварценеггером. Хотя живого доказательства её силе он ещё не видел.       Но как бы мы сейчас не распинались, ситуация складывалась весьма неприятно. Её визит мог носить только 2 цели. Первой Линь очень сильно хотела избежать, а относительно второй была даже не против. Только вот Джейсон. Когда лисица посмотрела в его сторону, то увидела лишь пустой балкон, а когда снова посмотрела вниз… Казалось прямо сейчас смерть дыхнула на неё своим холодным дыханием, как бы насмешливо предлагая сбежать, хотя это совершенно невозможно.       Минут через пять к ней пришёл один рабочих и сказал, что генерал Эсдес желает с ней поговорить, напрочь игнорируя все просьбы подождать. К тому же, только он договорил, как она вошла сюда. Они оба не знали что и говорить, ибо с такой наглостью сталкиваются впервые. Девушка, к счастью, успела быстро подготовиться к такому визиту и была при полном официозе в своём кимоно и раскуренной трубкой, что делало ей очков важности в переговорах, да только вот её гостья тот ещё человек.       Слуга попытался сразу перечить валькирии Севера с заявлением, что он просил подождать, но мгновенный удар в живот, вынуждающий тут же кашлять на пол кровью, быстро показал никчёмность преград перед ней. На секунду генерал остановилась и потребовала в грубой манере от «плебея» убраться вон. Лишь после этого соизволила подойти ближе и сесть напротив хозяйки борделя. — Не думала, что когда-нибудь Вы придёте в моё заведение, генерал. — пустив клуб дыма в сторону, Линь ехидно ухмыльнулась и блеснула глазами. — Могу ли я предложить Вам расслабиться в моём заведении? — Я наслышана об этом месте. Говорят, удовольствия здесь доставляют райские, но меня они не интересуют. — поведя плечами, Эсдес, казалось, расслабилась и сняла фуражку, кладя её на стол, что для лисицы послужило сигналом о том, что жертва попалась. — Может быть, ты просто ещё не познала их. Как насчёт этого утра и всего дня? Только ты и я. — внутренне ликуя тому, что визит смерти можно свести к простому сексу, а может и не простому, кицунэ набрала в рот чуть больше дыма и переместилась к Эсдес. — Поверь, я лучше любого мужчины.        Одновременно и в страхе и в предвкушении, Линь шептала эти слова Эсдес на ухо, пуская дурманящий дым и не побоясь даже прикусить мочку уха. Её руки между тем стали смелее и стали нагло гулять по телу воительницы, начиная от бёдер и заканчивая грудью. Чтобы перейти к тому, в чём лисица была мастерица, ей требовалось лишь поцеловать сидящую перед ней, которая, как ей казалось, отдалась этим мелким ласкам. — Знаешь, может и дашь мне, что я хочу. — когда девушки коснулись лоб лбом друг друга, Эсдес на секунду открыла глаза, попутно беря левую руку Линь за кисть. — Я желаю… Узнать о твоих связях с Рыцарем Аркхема!       Погружённая в дальнейшие интимные подробности девушка не заметила резкой смены настроения их «свидания» ни в эмоциональном, ни в духовном плане. Но резкий хруст и боль в трёх пальцах резко вернули её назад. Она хотела закричать от боли, но внезапно её сваливает на спину и ломает локоть, от чего кимоно стало набухать от крови. Крики и слёзы тут же выразились на лице девушки, пока Эсдес просто встала над ней, маниакально улыбаясь. — Думаешь, меня интересует секс с тобой? Просто с животными иногда весело играть, но всегда нужно указывать им место. — в подтверждении её слов, носок сапога стал сильнее разминать сломанные пальцы, выдавливая новые стоны. — Говори, что ты знаешь о Рыцаре и как ему помогала? — Я ничего не знаю! Я собиралась развлечься с тем мальчишкой, а потом пришёл он и… А-ай! — кое-как собираясь с мыслями, Линь стала ползать по мату, но удар ногой откидывает её к стене. — Значит стольких ты отвергла, а тут внезапно захотелось именно его? Мой дракон, когда хочет сношаться, делает это с любой тварью, что подходит по его размерам. В чём между тобой и им разница. — смехом были встречены её слова, а сравнение с какой-то тварью лишь показали её отношение к полулюдям. — Ох, у каждой девушки должно быть хобби. Меня знают как элитную патаскуху, а тебя как жадную до кровавых зрелищ шалаву! — понимая, что она сейчас умрёт, кицунэ усмехнулась и плюнула в генеральскую рожу. — Делай, что хочешь. Я ничего не знаю!       Мысленно Линь уже прощалась со всеми своими подругами, кого знала в районе, а также мысленно извинилась перед своими девчонками, ибо после её смерти их судьба уже предрешена и в лучшем случае это будет лёгкая смерть. В худшем их ждёт всё та же работа по специальности, но без оплаты и на потеху солдатне. Кого-то заберут в пыточные, где последние дни станут Адом на земле. Также последние слова крутились в голове и для Джейсона, благодаря его за спасение. Однако стоило ей вспомнить о нём и снова посмотреть в глаза Эсдес, как она почувствовала её.       Аура смерти снова кружилась в помещение, выражаясь холодным потом, стекающим по лбу, от чего чёрные пряди слипались и становились похожи на тряпку. Мурашки устраивали парад по коже спины, а боль в руке и пальцах сменил холод, пронизывающий даже до костей. И нет, это не было предзнаменованием её смерти, ибо подобное было в день, когда умер этот мальчишка в форме министра. Он сзади! Стоит позади неё за тонкой стенкой и держит пистолет наготове, целясь сильнейшей Империи промеж глаз, а она… Просто не видела его. Невероятно и в то же время пугающе. Развязка всего этого действия могла наступить очень скоро. — Хм, ладно. Считай я сегодня в хорошем расположении духа, чтобы марать его о подобных тебе. — забрав фуражку со стола, Эсдес пошла на выход, однако в самих дверях остановилась и как бы с угрозой и с предвкушением заявила. — Но если выяснится, что ты меня обманула, то твоё драгоценное заведение послужит всем мятежникам уроком.       После этого створчатые двери были с грохотом закрыты, оставляя владелицу помещения наедине с самой собой. Она где-то минут пять просидела, дрожа от страха, понимая, что в этот день могла легко умереть, хотя до этого шло всё весьма и весьма неплохо. Правда теперь она вспомнила о сломанном локте и заметила солидные следы крови на матах. Её голова стала кружиться, а в голове мутнеть, ибо рана была серьёзная, но благо появившийся рядом Джейсон не дал свалиться в беспамятстве, и сейчас закованные в холодную броню руки держали её. — Она и её люди ушли. Никто не пострадал, но будь впредь осторожна. Я теперь больше сюда не приду, чтобы не подвергать… — лезвием ножа он тут же принялся резать дорогущий шёлк, чтобы сильнее не повредить руку, а после приготовил аптечку, как в помещение вошла группа из служанок и охранников. Естественно он встретил их наставленным по привычке пистолетом. — Госпожа, всё в порядке? — от вида крови и её измученного вида мужчины вышли вперёд. Они знали, что Рыцарь Аркхема им не враг, но перестраховаться стоило. — Да, всё в порядке. Оставьте меня и скажите никому боле не заходить, пока я не попрошу. — через силу вернув себе на лицо официозный вид, Линь махнула здоровой рукой и попросила всех удалиться. — Нормальные у тебя охраннички. Эта тварь тебя чуть не убила и мучила, а они были этажом ниже и не пришли на помощь. — на беглый осмотр рука девушки была в говно, но вылечить можно. Только он собирался наложить повязку, как вторая рука легла ему прямо на визор. — Не нужно… Сними шлем. Доверься мне. — пока сознание не исчезло в конец, она решила воспользоваться одной вещью своего народа, за которую она и прослыла негласной мастерицей в медицине. — Знаешь о тейгу Леонель? Так вот предки из моего народа создали его с помощью магии… И я кое-что умею       После писка и щелчка, шлем снова оказался на полу, а пальцы девушки аккуратно выискивали нужную точку на шее, перебирая между собой пряди волос. Когда же место было найдено, то чуть надавив меж позвонками, казалось жизненная энергия, как вода через соломинку, стала утекать в лисицу. Джейсон мог спокойно назвать это бредом, но глаза, видящие регенерацию перелома явно говорили об обратном. Он ничего не говорил и смотрел на её лицо, на котором малость засветились родовые отметины. Мешать тоже не было смысла, да и не мог он, ибо всё тело словно проваливалось в сон.       Проснулся же он где-то через три часа, но на удивление, этот сон был ему приятен. не было ни кошмаров, ни фирменного безумства связанного с посттравматическим синдромом от купания в Яме Лазаря. Было только тепло и умиротворение, но открывшиеся глаза указали на их источник. Его голова сейчас покоилась на коленях у кицунэ, пока она гладила его волосы и напевала себе под нос какую-то песню на своём родном языке. — Как долго я проспал? — единственный вопрос его сейчас тревожил, от чего казалось, что всё до этого было ничто. — Уже закат. Не волнуйся, никто больше не заходил, как я и просила. — когда Джейсон встал с её колен, Линь немного потянулась, а после ушла на кухню за чаем. — Как так получилось? Я не мог не спать и не видеть… — Кошмаров. Они у тебя начинались, но когда я положила твою голову себе на колени, то ты мигом успокоился. — чуть усмехнувшись, она поставила на столик чайник и два стакана, после приглашая присесть рядом. — Я больше удивлена тому, что ты дивишься своим снам, а не моей магии. — Для меня это явление обычное. Ничего необычного, да и… Опыт имеется. — первой на ум ему полезла Затана, с которой Брюс часто работал, покидая Готэм, а потом и Рейвен из Титанов, но только он вспомнил Рас Аль Гула, как вспомнилась и яма. — Понимаю. Не будем более об этом говорить, если не захочешь. Чаю? — с понурым лицом и опустившимися ушками, Линь сама вспомнила свой печальный опыт, но потом чуть мотнула головой в сторону, аки забывая всё это, а после налила стакан и протянула его Джейсону. — Спасибо, но мне надо идти. Думаю провести ещё три ночи, а потом за припасами. Патроны почти на нуле, а если повторится забег, как с министром, то на следующее дело придётся идти с ножом. — чай был что надо, бодрил и помогал собраться с мыслями, чтобы обдумать планы на неделю, только вот всё испортил смех девушки. — Хах, прости, я не могу. — прикрывая моську рукавом нового кимоно, Линь держалась, чтобы не заржать и не пролить чай. — Ты так это говоришь, да ещё с такой миной, что словно в кругосветку собираешься, а меня с детьми на годы оставляешь. Хотя, на счёт детей я не против… Ух. — Напомни-ка, кому только что руку сломали и пальцы? Кто тут чуть копыта не откинул, а?! — смотря за тем, как Линь потирала место щелбана на лбу, он в очередной раз давался диву, как она могла всё опошлить или свести в шутку ежесекундно.        В общем после короткой чайной церемонии он поблагодарил её за чай и спустился вниз в излюбленной манере. Напялил на себя свою маску и сиганул с балкона, попутно портя карабином перила из красного дерева. Конечно же ей это не нравилось, но что поделать. Через улицу по предварительной записи ему нельзя, фанатки проходу не дадут. Одна даже сегодня вломилась.       Что же до него? После Квартала красных фонарей он двинулся в пожалуй самый криминальный район Столицы, в котором частота преступлений просто зашкаливала до такой степени, что выходить на улицу было рискованно даже при свете дня. В нём тебя могли обшмонать карманники ещё на центральной улице на глазах у стражи, а в подворотне кто-то да пырнёт ножом, чтобы разжиться деньгами на дозу. Бедность и буржуазия здесь знатно отличались. Пока нищие голодали, растягивая батон хлеба на месяц и спя в обмотанных тряпками ящиками, богатые же ходили чуть ли не в сопровождении роты охраны, раздумывая над шёлковыми платьицами для своих собачек. Да, всё это были западные районы с его бутиками, ресторанами и прочими социально-эстетическими вещами.       Именно поэтому право первая кровь была пролита именно здесь, а городская стража могла наблюдать его появление из горящего здания, где обитал наркокартель. Так чаще и чаще, совершенно внезапно по городу расползлась легенда о длани возмездия, Рыцаре Аркхема. Те же, кто в этом районе не жил, изначально думали, что появился какой-то мстюн или желающий править там балом, но как же они ошибались. За год пролилось столько их нечестивой крови, что хватило бы заполнить ею все городские каналы.        И вот теперь снова. Он опять на крышах перебирается между зданиями, стараясь лишний раз не отсвечивать перед людьми. Обычно он сам находил неприятности для преступной погани, но в этот раз они сами себя нашли, когда в поле зрения ему попалась вполне себе приятная наружностью девушка в платье и чепчике, которая шла со стопкой учебников. Было видно, что она погружена в какие-то мечты, от чего не раз сталкивалась с людьми, но вот помимо неё было ещё два человека. Они, как акулы в море, медленно приближались к жертве, с целью зажать и увести в подворотню, где ожидали остальные. Можно было сразу пустить им по залпу в голову, но тогда в таком потоке могли пострадать другие, да и будет это той ещё дискредитацией. Единственное что, ему надо было перебраться на другую сторону улицы, а по ней, как на зло, шёл патруль. — Здрасьте, давайте проводим! — один из злоумышленников подошёл к жертве сбоку и взял под руку. — Да, мы хорошо знаем твой адрес. — второй тоже появился рядом и приставил нож ниже живота.       Так эти двое завели её в тёмную и безлюдную подворотню, а затем толкнули в сторону ещё троих своих побратимов, которые толкали её по кругу, не брезгая полапать за грудь или попу. На крики им было плевать, ибо в таких местах чудом бомж или алкаш попадётся, да и тем будет пофиг. В общем намечалось веселье с каруселью «удовольствия» для этой пятёрки, но кое-кому в этой компании было не по себе. — Заткнись, сука! Будешь орать, вырежу твой поганый язык! Ты нас по быстренькому нас ублажишь и пойдёшь дальше. — самый матёрый подошёл к своим корешам и ударил её в живот, выбивая крики, а затем, недовольный ударил ещё раз, но в лицо. — Хорош, бро! Харю расквасишь, ей работать будет нечем. Нас тут как бы пятеро. — самый дрыщеватый их группы усмехнулся, а после обратился к новообращённому в банду студентику. — Ну что, начнём посвящение? Выбирай, вареник или очко? -Я скорее пас… Хех, развлекайтесь! — поправив запотевшие очки, парень чуть замялся, но после взятия был толкнут в сторону девушки, на которой уже стали рвать платье. — Прошу… Отпустите! Будьте вы людьми… — мольбы были встречены лишь смехом и новым ударом, от чего матёрый не выдержал и и ещё два раза ударил её, а после растолкал побратимов и повалил наземь, начиная своё чёрное деяние. — Эге, да у нас тут девственница! — кто-то радостно вскрикнул, когда заметил вытекающую из промежности кровь, после чего радостный смех троих перекрыл женский плач, ибо рот жертвы тут же оказался занят. — Нет, не этого я хотел! Вы…вы говорили, что мы заработаем денег. — от увиденного студенту поплохело и захотелось пойти на попятную, но товарищ, отвлёкшийся от шоу, лишь подбодрил его, намекая на скорую очередь, а после присвистнул, когда насильников стало трое, а девушку перевернули на спину. Только вот именно сейчас, этому четырёхглазому вспомнился линчеватель. — Он убьёт нас! Рыцарь Аркхема вскроет нас, а головы наденет на пики башен! Мы покойники! Мы точно покойники! — Да что ты заладил про этого рыцаря-хуицыря? Он на нас хер клал, как мы на эту девку. Он теперь режет чинуш, так что ему на нас… Погодь, это чё? Реально о..... — дрыщеватый с неохотой оторвался от онанизма, которым подготавливал себя, чтобы даже дать новичку подзатыльник, но в какой-то момент остановился и посмотрел на крышу. Договорить он не успел, ибо нож по рукоять вошёл ему глазницу.       От увиденного студент закричал, вынуждая всех прервать процессию со спущенными штанами, но даже их остановка не позволит им пережить нападение. Внутри Рыцарь корил себя за то, что обходил этот сраный патруль или не пристрелил этих двух уродов в толпе, когда позиция была идеальной. Поэтому щадить этих собак не собирался. Тот, кто ещё секунду назад наслаждался отсосом сейчас мог насладиться железным кулаком, а после ударом ноги, выбивающим подошвой все нижние зубы и челюсть, оставляя её болтаться на сухожилиях.       Другой, успев вытащить свой аппарат из промежности жертвы, тут же лишился заветных шаров, ибо нож из глазницы дрыщеватого тут переместился ему в пах. Ну а чтобы не было времени горевать, его прижало к стене и последовало ещё ударов так двадцать в живот и грудь. Последним же отошёл инициатор изнасилования, но если он думал сначала помочь товарищам с вражиной при помощи ножа, то увидев залитую кровью фигуру Рыцаря тут же испугался и побежал прочь. Он чуть было не споткнулся об тело пребывающей в шоке девушки, но потом окончательно свалился, когда в пятку ему влетел гарпун и потащил обратно.       В дело шли различные мольбы о пощаде и клятвы покойной мамы, что он больше так не будет, но Рыцарь, планировавший его пристрелить, всё-таки решил взглянуть на жертву и замер. Это было Аня, дочь Хаттаба. Видимо шла после института домой. И тут раздался крик. Нет, не студента или насильника. Это кричал он сам, но из-за аппарата голоса он был больше похож на рёв какой-нибудь дикой твари. После этого он не желал так легко отпускать эту мразь и стал ногой забивать его. Под железным ботинком ломались кости, уродовалось лицо, а органы превращались в кашу. Не осталось без внимания и нога, за которую его держал в подвешенном состоянии, из-за чего колено было с хрустом выбито. — Молись! Молись всем, кому можешь, чтобы ты сдох! Ибо если выживешь, то твоя жизнь станет похожа на АД! — склонившись над скулящей собакой, Рыцарь смотрел в его глаза, а после достал нож и добавил последний штрих, вырезав на лбу надпись «Насильник». — Теперь ты… — Я… — студент, стоявший до этого всё время в ступоре, отлип от стены, но тут же получил в челюсть. — Запомни навсегда этот день. и причину, по который ты не сдох как они. — хватая его за волосы, Рыцарь показал ему тела насильников. — Запомни это и вспоминай, когда тебе захочется лёгкой жизни. Пшёл вон!       После этого он отпустил его, добавив под конец пинок под зад, чтобы придать ему ускорение. Затем он переключился на девушку. Ему хотелось снять шлем и успокоить её, но в то же время понимал, что это запрещено. Если он это сделает, то вся гильдия повторит случившееся утром с Линь, но с наиболее печальным исходом. Надо было укрыть её чем-то, но, как назло, ничего рядом не было. Даже одежды этих ублюдков не годились. Оставалось только проверить её состояние, ибо Аня не двигалась и ничего не говорила, безжизненным и пустым взглядом смотря вверх и плача. — Нет! Убери руки! Не трогай меня! — когда перчатка коснулась руки, то она резко завопила и отползла к стене, прикрываясь обрывками своего платья. — Всё хорошо. Всё закончилось. — чтобы не спровоцировать ещё большую панику или даже попытку к суициду, Рыцарь встал перед ней на колено, ожидая пока она успокоится. — Это… Это вы? Взаправду? А я и не верила. — её глаза в неверии осматривали броню перед ней и шлем, периодически пытаясь вглядеться в голубые огни. После беглый взгляд зацепился за трупы. — Значит всё взаправду… Что теперь будет? Что отец скажет? Ребята из гильдии? Какой позор! — Всё будет нормально. Зная репутацию гильдии твоего отца, они помогут тебе пережить это и забыть обо всём, как о страшном сне. — успокаивая её слёзы, он взял её за плечи, заставляя смотреть прямо в визор. — Эти твари получили по заслугам. В Ад им всем дорога, но не тебе. Тебе ещё жить и жить.        Утерев слёзы краем уцелевшего рукава, Аня улыбнулась и согласилась с его словами, чем вызвала пусть и жуткий, но смешок в ответ. Она даже стала перечислять своих друзей, предполагая кто и как поможет ей или утешит. Сказала даже, что наверное впервые заставит сердце вечно чёрствого и угрюмого Джейсона ёкнуть, от чего Рыцарь на время замер. Благо всё это прервала появившаяся полиция, которая сначала, как и подобает стражам порядка, со свистком в зубах явилась на место, а после в ступоре стала смотреть на место убийства и самого Рыцаря.       Они не могли вымолвить и слова, не веря своим глазам. Правда во что они не верили? В то, что кто-то способен учинить такую расправу, или что, прямо сейчас перед ними был Рыцарь Аркхема и девушка, которую убитые видимо насиловали. В принципе эта четвёрка могла бы хоть до полуночи так простоять, если бы он их не растормошил. Дрожащему командиру, который только недавно сменил курсантскую форму на полевую, была объяснена вся ситуация, а также рекомендации по дальнейшим действиям. Один описывал место убийства, словно это его не первый подобный случай, а двое других помогали девушке.       После очередного осмотра всей картины, Рыцарь ушёл в сторону теней в подворотне, пока курсантик, чуть заикаясь от страха своих следующих слов, пытался устно арестовать его по указу Императора, на что в шуточной манере было предложено подойти и самому одеть наручники. За Аню он не беспокоился, ибо все четверо носили нашивки личного батальона Огра, а значит люди надёжные. Теперь ему необходимо было дуть в катакомбы и переодеваться, а после возвращаться в гильдию, ибо с этим Хатабу точно потребуется помощь. Ну а задание? Похер на него! Год безупречной службы давал ему полный карт-бланш на один проёб.        С этими мыслями он взобрался на карабине к крышам и рванул под зажигающиеся на небосводе первые звёзды. Ох и хреново у него пошли теперь дела! Видимо придётся играть в высшей лиге, коли за ним послали такую личность. Его знакомая под угрозой опять же из-за него, а какие-то ублюдки практически у него на глазах надругались над Аней. Одним словом: Пиздец! И ещё не покидало странное ощущение слежки и чьих-то глаз у себя на затылке.