V.Дитя Улиц

После того, что было в башне Арасака я слабо помню, как доползла до улиц Хейвуда. В голове больше не было Джонни и от этого появилась какая-то пустота. В самом начале мне казалось, что я буду чувствовать облегчение когда он исчезнет. Но сейчас я чувствую одиночество. Я уже привыкла, к тому что он всплывает откуда- то из глубины меня. С язвительными шутками и колкими комментариями. Еще немного, обойти пару домов. И я увижу баскетбольную площадку. На которой по утрам мы играли в детстве. А по вечерам, сидели на скамейках для зрителей и смотрели кулачные бои. Тяжело дышу. Шаг за шагом. Ноги болят. Импланты периодически искрятся. Я опираюсь о стену дома. У меня почти нет сил. Но вот, наконец слышу дикий ор, вперемешку со свистами, раздаваемые зрителями. Двое огромных, накаченных мужиков месят друг друга на ринге. Падре сидит на скамейке, внимательно наблюдая за процессом. Столько лет прошло, а ему все еще это не надоело. Хотя, бизнес ничего личного. Рядом с ним возвышается высокая фигура Маркуса, его личный водителей и по совместительству телохранитель. Падре замечает меня в конце улицы. Без слов он делает знак подбородком двоим ребятам из Валентино. Они быстро направляются ко мне. Слава Богу! У меня уже больше нет сил. Я падаю на колени, опираясь о стену. Они хватают меня под руки, поднимают и куда- то тащат. Я закрываю глаза, полностью отрубаюсь. Не знаю сколько прошло времени прежде чем я смогла прийти в себя. Все тело болит, а голова пульсирует словно там то надувают, то сдувают мяч. Даже поворот головы дается мне не легко. Первое, что я замечаю тусклую лампочку на обшарпанном бетоном потолке. - Где я? - В безопасном месте, дочь моя – медленно в своей манере отвечает Отец Себастьян. - Позовите Виктора, пожалуйста – мои губы пересохли. Я чувствую, что начинаю опять терять сознание. - Как пожелаешь – слышу я где-то далеко. - Ви, ты слышишь меня? Ви? – обеспокоенный и такой родной голос моего рипера. Выводит меня из-за забытья. - Вик – улыбаюсь – Вик у меня получилось. - Да малыш, получилось. Слышу, как он с чем-то там возится, колдуя надо мной. - Не теряй сознание. Очень тебя прошу. Сейчас я попытаюсь сбросить настройки. Вот так. Меня пронизывает волна, сердце начинает бешено стучать. Я делаю глубокий вдох. Перед глазами бегут загрузки программных данных. - Так то лучше. Вижу лицо Вика, который смотрит на меня сверху вниз. - Покромсали же тебя, малыш. - Это не беда, не привыкать. Ты лучше скажи жить я буду? - Ну пока думаю будешь. Процесс распада твоего мозга по крайней мере остановился. А там видно будет. Я вспоминаю слова Альт о том, что все равно умру. И мысленно показываю ей средний палец, как делал Джонни. Ну уж нет! Если я пережила такую бойню как в Арасака-тауэр. То я что-нибудь обязательно придумаю. Хрен я сдамся. Улыбаюсь. - Чему ты улыбаешься? – спрашивает Вик. - Да так. Что в новостях говорят? - А, так ты об этом. Я бы на твоем месте так широко не улыбался. Тебя ищут по всему городу и не только полиция с Арасакой – последнее он выделяет. - Да пошли они. Сколько я уже здесь? - Пару дней это точно. - Видишь и еще не нашли. Значит все хорошо Вик. Он задумчиво на меня смотрит. Затем отворачивается и продолжает возится с настройками на мониторе. - Слушай, я ввел тебе лошадиные дозы лекарственных препаратов из золотого списка. Скоро тебе станет значительно лучше. - Я заплачу за них. Сколько бы они не стоили. Ты же знаешь. - Дело не в эдди, Ви- серьезно говорит он. Понимаю, что я его обижаю всякий раз, когда говорю о деньгах. Обесценивая тем самым его помощь. - Прости. - Дело в том, что тебе понабиться как минимум еще таких два курса приема. А у меня увы только на один еле нашлось. Я выпотрошил всю заначку. Достать такое сейчас сложно. Весь город на ушах стоит. Сейчас отслеживается практически все поставки. Корпы жестят по полной. - Я догадываюсь к чему ты клонишь. Джуди, детка, надеюсь сейчас ты далеко в безопасном месте. И Панам вместе с Альдекальдо о тебе заботится. Потерпи еще немного и мы скоро встретимся. Я отвезу тебя к океану – вспоминаю я наше утро. - Ви ты тут? – выдергивает меня Вик. - Да. Он наклоняется ко мне и тихо еле слышно произносит. -Ты уверена, что можешь доверять – недоговорив, он неожиданно замолкает. - Падре? Вик качает головой. - Я за тебя боюсь– он еле заметно достает свой пистолет. Засовывает мне его под одеяло. - Пускай он будет у тебя. Я киваю. -Все я свою работу сделал. Дальше ты сама. Я пересылаю тебе список лекарств, которые тебе надо будет достать. Придется постараться. - Спасибо Вик. Ты настоящий друг. - Береги себя, малыш. И удачи тебе! - Вздыхает он. Затем, он встает и уходит, а я проваливаюсь в глубокий сон.

***

- Как ты? – заходя ко мне вместе с Маркусом, спрашивает Падре. -Вроде легче - отвечаю я ему. Он садится на стул на против меня в центре комнаты, если ее можно так назвать. И внимательно смотрит, размышляя о чем-то. Маркус стоит рядом справа от него. Его лицо как всегда ничего не выражает. - Где я нахожусь? - На окраине города. Это подвал старого заброшенного завода. Ты же понимаешь мы не могли тебя оставить в самом Хейвуде. Понимающе киваю. Падре замолкает и продолжает о чем-то думать. Повисает напряженная тишина. - Мне больше некуда было идти - прикусываю губу. Неужели, - думаю я. -Мы ведь семья? Правда Отец Себастьян? Он подымает на меня свои темные глаза. Взгляд его тяжел, суров и холоден. Впрочем, как и всегда. - Валери, блудная дочь Господа нашего сколько еще грехов ты собираешься совершить? -вздыхает он. - Пожалуйста – слезы подкатывают к моему горлу - Пожалуйста, прекрати. Падре качает головой. - У нас нет выбора – жестко говорит он. - Ты нам его не оставила. Ты же знаешь, если на чаше весов будет стоять благополучие всей семьи или чья-то жизнь. Неважно твоя или моя. То весы качнутся всегда в сторону семьи. Такого правило! Я не могу сдержать слез они катятся по моим щекам. Не делай этого! – молю, я про себя. -Я верю, что твои слезы. Это слезы радости перед будущем очищением. Я пришел сюда, прежде, что бы ты исповедовалась. Что бы я смог отпустить твои грехи. Что бы твоя душа предстала перед Господам нашим в чистом виде. - Тогда мне нечего тебе сказать – стискиваю зубы. – Мне не в чем исповедоваться перед тобой. Падре опять качает головой. - Гордыня – смертный грех, ведущий к полному духовному забвению, Валери. В этом ты похожа на своего отца. - Что? Ты мне никогда не рассказывал, что знал моего отца? Отец Себастьян на какое-то время замолкает, поджимая губы. Словно не зная как сказать. Затем, продолжает: - Я очень хорошо знал твоих родителей. И ты очень похожа на них. Ты так же красива как твоя мать Алена, но характером копия своего отца Сильвио. Гордыня ослепила его в свое время и он поставил под удар не только свою семью. Но и клан Валентино. За, что и поплатился жизнь. - Что? - не веря его словам – Все, что говорили мне о их смерти было ложью? Падре какое-то время молчит. - Я рад что мы можем излить души сейчас. Хватит лживых тайн. Конечно, тебе не рассказывалась правда о их смерть. Тогда как бы ты стала членом Валентино, если бы знала, что растёшь среди убийц своих родителей. Я честно не хотел, чтобы так было. Но твоя мать Алена слезно меня просила за тобой присмотреть. Она знала какую участь ждет девочек попадавших в приюты города. Чаще ведь они оказываются на улицах в борделях. Я не хочу верить его словам. Это не правда. Это какой-то жуткий ночной кошмар. Кусаю губу до крови. - И? И что ты собираешься со мной сделать? Падре опять замолкает и долго думает прежде чем ответить. - Это решение далось мне не легко. Но Валери, если в тебе есть преданность семье. Ты должна понять меня. Понять, что благополучие клана Валентино всегда на первом месте! -Мне это прекрасно известно! -выпаливаю я. – Скажи это Энтони, Кристиану, Ричи, Кармели - перечисляю я своих товарищей, которые умерли. - Ты убил их! Ради чего? Ради своей выгоды! - Это не моя личная выгода. -Ах, да семьи! Они все мертвы! Черт! У них не было шанса! - Закрываю глаза, чувствую, как от моих слез уже намокла подушка под моей головой. - Но ты выжила. Ты всегда была моей любимицей. В тебе был дух. Я видел его в твоих глазах когда ты была ребенком. У тебя были все шансы стать главой Валентино. И тогда, ты могла бы перестать быть наемницей. Выйти замуж. Но вместо этого почему-то всегда выбирала другой лживый путь. Я множество раз закрывал глаза на твои выходки. На твои связи с девушками. Любовь может быть только между мужчиной и женщиной. Остальное грех. -Заткнись! Не тебе меня осуждать! Он как будто меня не слышит. -Даже тогда, когда ты убежала из города, а потом вернулась. Я принял тебя с распростертыми объятьями. Но сейчас Валери, ты перешла все мыслимые границы – замолкает он прежде чем продолжить. Но не успевает. - Ты продал меня! – кричу- Лживый ублюдок. Ты продал меня? Я нащупываю рукой пистолет, который заботливо оставил мне Виктор. Падре пронизывает меня своим взглядом. Темные глаза его становятся практически черными. Губы сжимаются в тонкую нить. Он не успевает подать знак Маркусу, как я быстро выстреливаю от пояса. Огромная фигура Маркуса качнулась и на миг замерла, оставшись стоять где стоит. Потом с грохотом упала навзничь. Головы на плечах у него не было.