Пробуждение

- Яков Платонович! Этого архивариуса под суд надо!! Коробейников был вне себя. В кабинет он ворвался взъерошенный как будто бежал сломя голову через весь город. Хотя архив находился совсем рядом с управлением. - Спокойно, Антон Андреевич. Сядьте, вот воды выпейте. И расскажите толком что такого с архивариусом. Штольман протянул Антону стакан воды. Тот с жадностью выпил и буквально упал на стул. - Вы понимаете, ему лет сто наверное... Этому Егору Терентьевичу, архивариусу. Николай Васильевич его из жалости на пенсию не отправляет. Одинокий старик. Он то хороший архивариус, но плохо видит. - И что? Как его зрение сочетается с подсудным делом? - Да он бумаги выдал непонятно кому! Пришёл говорит человек в форме, сказал, что я послал! Понимаете, я! Ну архивариус и выдал ему бумаги. Тот часа два сидел с ними, что-то выписывал в блокнот. И ушёл. Это месяц назад было. И не помнит ни черта этот архивариус... Как выглядел, какой из себя... Говорит как чёрное пятно вместо лица... Коробейников замолчал внезапно. А потом хлопнул себя по лбу. - Да как же я не понял! Яков Платонович... Это оно? Это гипноз? - По видимому да. Не расстраивайтесь, Антон Андреевич. По крайней мере мы теперь знаем, что наш преступник обладает не только гипнозом, но и наглостью. А скажите, сколько человек насчитывает наш личный состав? - Вы что же... Вы думаете, что это кто-то из наших?.. - Нет. Скорее всего нет. Совмещать службу и совершать многочисленные преступления было бы для него не очень удобно... Но не исключаю, что он может водить дружбу с кем-то из наших городовых. Люди склонны рассказывать о себе и своей работе, когда собеседник проявляет интерес. Такое бывает. К тому же этот человек в городе недавно. Максимум месяца полтора. У нас есть новенькие, кто поступил на службу в это время? - Нет. Все служат давно. Год назад последний раз новое поступление было. Так это просто перевелись двое из соседнего уезда. Один женился тут, другой родом отсюда. В дверь заглянул дежурный. - Яков Платонович, к Вам Мироновы. Анна Викторовна и Петр Иванович. - Проси. Штольман шагнул навстречу пришедшим. Петр Иванович поздоровался с Коробейниковым и, пожав плечами, кивнул на Анну. - День добрый, Яков Платонович. Вот, не смог удержать. Хочет сама Вам нечто важное рассказать. Антон Андреевич, а не выйти ли нам с Вами воздухом подышать? Миронов выразительно посмотрел на Антона. Тот понимающе закивал и пошёл к двери. Когда двери закрылись за Петром Ивановичем, Анна взволнованно обернулась к Штольману. - Яков! Он не за мной охотится! Он тебе смерти желает! Штольман взял обе её руки в свои и поцеловал по очереди каждую. Потом усадил на стул и сел напротив. - К тебе кто-то приходил? Дух? - Нет... Знаешь, дар как-то изменился... Мне было видение. Я видела как человек в чёрном пальто убил ту девушку... Которая раньше ко мне приходила... Невесту в белом платье... - Ты его видела? - Только со спины. Он высокий, выше тебя и такой... Крепкий... И он сказал... Он сказал... Губы её опять задрожали, глаза наполнились слезами. Штольман поднялся со своего стула и поднял её. Прижал к себе и тихо зашептал на ухо " Ш-ш-ш... Тихо, тихо... Я с тобой...." - Яша... Он сказал чтобы она в пекле ждала господина Штольмана... Анна уткнулась ему в плечо и заплакала. И Штольман сделал единственное, что ему пришло в голову и чего очень хотелось. Прижался губами к её губам. Поцелуй становился всё глубже, всё жарче. Руки скользили по её спине и прижимали всё крепче к колотящемуся оглушительно сердцу. Он чувствовал как она буквально плавится в его руках мягким воском. И внезапно тело её вздрогнуло и окаменело. Он с усилием оторвался от неё и посмотрел в лицо. Её глаза не отрывались от чего-то за его плечом. Штольман обернулся. Позади было окно. Напротив окон на улице стояли Миронов, Коробейников, доктор Милц и незнакомый высокий мужчина в чёрном пальто. - Кто это? Кто это с доктором? Он похож... Анна отвела наконец взгляд от окна и посмотрела на Якова. - Он похож на того, что я видела в своем видении... Только пальто другое... У того был атласный кант на воротнике... Господи, я же теперь в каждом прохожем буду видеть убийцу... Штольман ласково отвёл непослушный локон от её щеки. - Успокойся. Мы справимся. Всё будет хорошо. Я же обещал тебе... Анна грустно улыбнулась. - Обещал .. И пропал потом на четыре с лишним года... Я не могу, не могу... Я не позволю какому-то сумасшедшему снова забрать тебя у меня! И не смотри так. Я не стану ничего делать без тебя. Но я не могу просто сидеть и ждать неизвестно чего. Завтра я выйду на работу. Придется Михаилу Ивановичу и его помощнику дежурить в больнице. Штольман откровенно любовался её разрумянившимся личиком и сверкающими глазами. Недаром Виктор Иванович называл свою жену амазонкой. Дочь явно кое что взяла от матери. - Прошу тебя, будь осторожна. Мне важно знать, что ты в безопасности. А преступника мы поймаем. Обещаю. Анна отвела взгляд от окна и вдруг ахнула. - Я же забыла! Только что, по дороге сюда я видела эту девушку, Полину. И она разговаривала с кем-то в полицейской форме. Меня увидела и ушла... Штольман стал очень сосредоточенным. Как будто внутри переключатель щёлкнул. - Ты разглядела кто это был? В форме? - Нет...- Анна огорчённо смотрела на него. - Он стоял вполоборота и сразу в подворотню шагнул. - Жаль... Но не расстраивайся. Надо будет поговорить с этой барышней ещё раз. - Яша... Береги себя... Без тебя у меня пропадёт весь смысл... Зачем мне без тебя... Его буквально бросило обратно к ней. Не имело смысла ничего кроме этой хрупкой девочки, непонятно за что любившей его так, как никто и никогда не любил до этого. Только мама... Её руки взлетели вверх и пальцы погрузились в короткие завитки на его затылке. Губы лёгкими, как крылья бабочки касаниями, покрывали лицо поцелуями. Сознание пискнуло и уступило тёмному и страстному потоку. И в этот момент в дверь постучали. Они отскочили друг от друга. Анна отвернулась снова к окну, а Штольман подошёл к своему столу и хрипло каркнул "Входите!". В дверях возник дежурный и сообщил, что "Николай Васильевич отбыл к губернатору и за себя оставил господина Штольмана". Яков кивнул. Голосом ответить не рискнул. Дежурный, почувствовав напряжение, быстро закрыл дверь. От окна раздался тихий смех. Яков посмотрел на Анну. Она подошла к нему, нежно провела ладонью по его щеке и шепнула "Придумай уже что нибудь... Чтобы никто не стучал..." И залилась краской от собственной смелости. Штольман благоразумно поцеловал лишь кончики её пальцев и предложил проводить к дяде. На улице они застали лишь Миронова и Коробейникова. Анна спросила с кем это был Александр Францевич. Петр Иванович задумчиво ответил, что это новый доктор, которого прислали в помощь больнице. - Может теперь тебе полегче будет, Аннет. А то ты больше времени в больнице проводишь, чем дома. Яков Платонович, Вы бы ей внушили, что ли, что женщине вредно столько работать. Анна возмущённо хлопнула дядюшку ладошкой в плечо. - Да ты ретроград! Ну как можно? Женщина же не домашняя утварь! Петр Иванович махнул рукой. - Замуж тебе пора. Детишки пойдут и забудешь про свою работу. На удивление, никто не стал возражать. Петр Иванович посмотрел на племянницу. Щеки её пылали. Он перевёл взгляд на Штольмана. Тот что-то внимательно рассматривал на крыше дома напротив. Миронов улыбнулся и перевёл разговор на то, что пора домой. ***** По тёмной вечерней улице торопливо шла девочка подросток. Прохожих на улице не было. Но девочка испуганно оглядывалась и ускоряла шаг. Маменьке совсем худо. Нужно было дойти до домика знахарки и попросить у неё отвара. Того, что хоть немного облегчал матушке дыхание. Из за ближайшего дома вынырнула высокая черная фигура и направилась навстречу девочке. Она испуганно замерла, а потом резко повернула назад. Но не успела пройти и двух шагов. Удар сзади. Темнота.