FORKS книга 1

Открыв глаза, я увидел голубоватый свет. Я лежал в незнакомой белой комнате с яркими лампами и вертикальными жалюзи на окнах. Кто догадался меня положить на кровать с перилами? Подушки маленькие и очень неудобные, и откуда-то доносится противный писк. Руки опутали прозрачные трубки, в носу – непонятная защелка. Я попытался вырваться. - Нет, осторожно! – остановили меня холодные пальцы. - Юнги! – Повернув голову, я увидел его необыкновенное лицо совсем близко от своего. – Прости меня! - Шшш, - зашипел он. – Все в порядке! - Что случилось? – Как ни странно, я почти ничего не помнил, будто мой мозг отказывался восстанавливать недавние события. - Я чуть тебя не погубил, - с обжигающей болью в голосе пробормотал он. - Какой же я дурак, поверил Джеймсу! Он сказал, что у него моя мама! - Он всех нас обманул. - Нужно позвонить маме и Чарли, - заявил я, борясь со слабостью. - Тэхён уже позвонил. Ёна здесь, я имею в виду в больнице. Отошла пообедать. - Мама здесь? – Я попытался сесть, но в глазах тут же потемнело, и Юнги заставил меня лечь. - Она скоро вернется. Тебе нужно отдыхать. - Что ты ей сказал? – запаниковал я. Нужно срочно придумать объяснение! Не говорить же Ёне, что на меня напали вампиры! – Что она знает? - Ты поскользнулся на лестнице, пролетел два пролета и упал на битое стекло, - зачастил Юнги. – По-моему, такое вполне могло бы случиться! – Он с трудом подавил улыбку. Глубоко вздохнув, я отважился взглянуть на огромную глыбу, в которую превратилась правая нога. - Все очень плохо? - Ну, сломаны правая нога и четыре ребра, плюс трещины в черепной коробке, синяки по всему телу и значительная кровопотеря. Тебе сделали несколько переливаний крови! Мне все это не понравилось, ведь чужая кровь на некоторое время испортила твой запах, - насмешливо заявил Юнги. - Да, для тебя это стало тяжелым испытанием! - Конечно, мне же нравится именно твой запах! - Как тебе удалось? – тихо спросил я, и Юнги тут же понял, о чем речь. - Сам не знаю. – Он отвернулся от моих любопытных глаз и тихонько пожал забинтованную руку. Я с нетерпением ждал объяснения. Юнги вздохнул и уставился в пол. - Остановиться было невозможно. Невозможно, понимаешь? Но я выстоял. – Наконец, он поднял на меня больные глаза и криво улыбнулся. – Выходит, я тебя люблю! - Ну и как я на вкус? - Даже лучше, чем на запах! - Бедный Юнги, - пожалел я. - Ты не за это должен извиняться, - покачал он головой. - А за что? - За то, что я чуть тебя не потерял. - Прости, - тихо сказал я. - Я все понимаю, - кивнул Юнги. – Но почему ты не дождался меня? - Ты бы меня никуда не пустил. - Конечно, нет. Ни за что. Меня снова начали мучить неприятные воспоминания. Я поморщился и задрожал. - Чимин, в чем дело? - Что случилось с Джеймсом? - Отодрав от тебя, я отдал его Намджуну и Чонгуку. – В голосе Юнги слышалось сожаление. - Почему-то я их не видел, - смущенно сказал я. - Пришлось удалить в другую комнату. В классе было слишком много крови… - А ты остался. - Да, остался. - А Тэхён и Гисо? – удивленно переспросил я. - Они тоже тебя любят, ты же знаешь. На задворках сознания замелькали образы, и я что-то вспомнил. - Тэхён видел кассету? - Да. – В его голосе горела лютая ненависть. Я попытался протянуть здоровую руку, но что-то меня остановило. Капельница! - Ой! – взвизгнул эя. - Что такое? – обеспокоенно спросил Юнги, и его лицо немного смягчилось, хотя глаза смотрели по-прежнему мрачно. - Иголка, - жалобно пояснил я и поспешно перевел взгляд на выложенный кафелем потолок. Сломанные ребра болели, так что дышать было трудно. - Надо же, иголки боится! – пробормотал Юнги, обращаясь к самому себе. – Не жуткого вампира, который превратит его жизнь в ад, а капельницы! Я закатил глаза. Да, без самобичевания никуда! Самое время сменить тему. - А почему ты здесь? Юнги обиженно насупил брови. Такого вопроса он совсем не ожидал! - Мне уйти? - Нет! – испуганно возраЮнг я. – Только как объяснить твое присутствие маме? Нужно что-то придумать, пока она не вернулась. - Ах, это! – воскликнул он. – Я прибыл в Финикс с благородной целью образумить тебя и уговорить вернуться в Форкс. – Юнги говорил так серьезно и искренне, что я почти поверил. – Ты согласился со мной встретиться и поехал в мотель, где остановился мы с Гисо и Тэхёном… Но, поднимаясь в наш номер, ты поскользнулся, и… остальное тебе известно. Вдаваться в детали совершенно необязательно, тем более что в таком состоянии небольшие провалы в памяти совершенно естественны. Я на секунду задумался. - В твоей истории не все гладко. Например, разве в мотеле есть разбитые окна? - Конечно, есть, - уверенно ответил он. – Тэхён постарался! Если хочешь, можешь подать на мотель в суд! Я закатил глаза. Хорошо хоть от этого не больно. - Тебе не о чем беспокоиться, - заявил Юнги, осторожно гладя меня по щеке. – Главное, выздоравливай! Несмотря на боль и действие медикаментов, мое тело моментально откликнулось на прикосновение. Прибор, выводивший на монитор данные о пульсе, запищал еще чаще. Наверное, о моих чувствах к Юнги услышала вся больница. - Черт побери эти приборы! – раздосадованно бормотал я. Он усмехнулся и задумчиво на меня посмотрел. - Хммм, интересно… - пробормотал Юнги и стал медленно наклоняться к моим губам. Приборчик запищал еще громче и чаще, а когда наши губы встретились, писк прекратился. Юнги тут же отпрянул и испуганно взглянул на монитор, где снова проползла кривая моего пульса. - Похоже, надо быть еще осторожнее, чем обычно, - нахмурился он. Забыв о боли и шлангах капельницы, я поднял руки и обнял его за шею. Не отпущу никогда! Но Юнги поджал губы и осторожно положил мои покрытые синяками и ссадинами руки на кровать. - Идет твоя мама! – хитро улыбнулся он. - Пожалуйста, не уходи, - поддавшись безотчетному страху, воскликнул я. А вдруг я больше его не увижу? Заглянув в мои глаза, Юнги увидел в них панику и довольно кивнул. - Никуда я не уйду, - пообещал он и улыбнулся. – Лучше немного посплю. Пересев в бирюзовое кресло из искусственной кожи, Юнги закрыл глаза и перестал шевелиться. - Не забывай дышать, - усмехнулся я. Юнги тут же сделал глубокий вдох, хотя глаза не открыл. В коридоре послышались мамины шаги. Она с кем-то разговаривала, скорее всего, с одной из медсестер и, судя по голосу, была расстроена. Осторожно приоткрыв дверь, Ёна заглянула в комнату. - Мама! – позвал я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. Взглянув на якобы заснувшего Юнги, мама на цыпочках подошла к моей кровати. - Он что, ни на шаг от тебя не отходит? – раздосадованно спросила она. - Мама, я так рад тебя видеть! Ёна обняла меня за плечи, и я увидел, что она плачет. - Чимка, какой кошмар! - Прости меня, мама! Со мной все будет в порядке, я поправлюсь. - Как здорово, что ты открыл глаза! – Мама присела на краешек кровати. - Как долго я был без сознания? – Внезапно я понял, что не знаю, какой сегодня день. - Сегодня пятница, милый, ты несколько дней пролежал в коме. - Пятница? – испуганно переспросил я и попытался вспомнить, когда Джеймс… Нет, не могу об этом думать, не желаю! - Врачи несколько дней кололи тебе обезболивающее… Конечно, столько переломов! - Знаю, - отозвался я. Голова до сих пор как в тумане! - Тебе повезло, что доктор Мин оказался рядом. Такой приятный человек… Такой молодой! Он больше похож на голливудского актера, чем на доктора. - Ты видела Гисо? - Да, и Тэхёна тоже. Очень славный парень! - Очень! – искренне согласился я. - А ты не говорил, что завел таких хороших друзей! – Рене взглянула на Юнги, с закрытыми глазами полулежавшего в кресле. Я усмехнулся, но тут же застонал от боли. - Плохо? – забеспокоилась Ёна и повернулась ко мне. Юнги на секунду приоткрыл глаза. - Все в порядке, - прошептал я, обращаясь к обоим. – Просто нужно поменьше двигаться. Юнги снова «заснул». Воспользовавшись тем, что Ёна отвлекся, я поспешил сменить тему, чтобы разговор не коснулся моего непредсказуемого побега из Форкса. - Где Фил? – быстро спросил я. - Во Флориде! Чимка, ты не поверишь, у нас такие новости! - Филу предложили контракт? - Да! Как ты догадалась? С командой «Красные дьяволы»! - Здорово! – восторженно воскликнул я, совершенно не подозревая, что за команда эти «Красные дьяволы». - Уверен, в Тампе тебе понравится гораздо больше, чем в Милуоки! – захлебывалась в восторгах Рене. – В Висконсине мне было не по себе от снега и сырости, а теперь Тампа! Море солнца, и не так влажно. Мы присмотрели чудесный домик: желтоватый с белой отделкой, а крылечко как в старых французских фильмах. Перед домом огромный дуб, до океана всего несколько минут. У тебя будет отдельная ванная… - Мама, подожди! – перебил я. Юнги лежал c зарытыми глазами, однако его лицо было слишком напряженным для спящего. – О чем ты говоришь? Ни в какую Флориду я не поеду, останусь в Форксе. - Тебе не обязательно возвращаться в Форкс, глупыш! Фил теперь будет в разъездах гораздо реже. Мы с ним решили, что нам только полезно пожить втроем. - Мама, - снова начал я, призвав на помощь все свое красноречие, - мне нравится в Форксе, К школе я уже привык, у меня есть друзья… - Ёна подозрительно взглянула на Юнги, и я поспешно перевел разговор в более безопасное русло. – Я нужен Чарли. Он ведь совсем один и не умеет готовить. - Хочешь остаться в Форксе? – не верила своим ушам мама. Ее настороженные глаза метнулись к Юнги. – Почему? - Мама, ты что, не слышала? Из-за школы и Чарли. – Я пожал плечами – и тут же взвизгнул от боли. Ёна всплеснула руками и, вероятно, хотела потрепать меня по щеке, но не решилась. Единственным незабинтованным местом на лице был лоб, его-то она и погладила. - Чимка, детка, ты ведь ненавидишь Форкс! - Там не так уж и плохо. Мама нахмурилась, ее взгляд метался от меня к Юнги. - Все из-за этого мальчика? – прошептала она. Я уже открыл рот, чтобы соврать, однако Ёга смотрела на меня слишком внимательно и наверняка заметила бы подвох. - Ну, отчасти из-за него, - признал я. Надеюсь, мама довольна, а подробности ей ни к чему. – Ты с Юнги уже поговорила? - Да, - неуверенно ответила Ёна. – И нам с тобой есть, что обсудить. Так! Вот это уже интересно! - Что такое? - Кажется, парень в тебя влюблен! – негромко заявила она, будто в этом было что-то постыдное. - По-моему, тоже, - будто по секрету признался я. - А ты как к нему относишься? – Мама и не старалась скрыть свое любопытство. Тяжело вздохнув, я отвел глаза. Как бы близки мы ни были с мамой, откровенничать не хотелось. - Он сводит меня с ума! – Наверное, именно так говорят семнадцатилетние девушки о своих парнях. - Кем он хочет стать, когда вырастет? – поинтересовалась Ёна. Я с трудом подавил улыбку. - Юнги так умен, что сможет поступить в любой колледж! А больше всего он любит музыку. - Он музыкант? – с неподдельным ужасом переспросила мама. - Не бойся, все не так страшно! Он играет на рояле и сам сочиняет этюды. - Правда? – изумленно переспросила Ёна. - Да, видела бы ты его рояль! - Все это здорово, и он такой красавчик! Но, Чимин, ты еще слишком молод… - не смогла договорить мама. Если не ошибаюсь, в последний раз она давила на меня родительским авторитетом, когда мне было лет восемь. С тех пор мы стали подружками и общались на равных. - Знаю, мама. Не беспокойся, это всего лишь роман! - Тогда все в порядке, - обрадовалась она. Ёна вздохнула и украдкой взглянула на большие круглые часы на стене. - Тебе пора? – Она закусила губу. - Фил должен скоро позвонить… Я же не знала, что ты придешь в себя. - Все в порядке, мама. – Я постарался скрыть облегчение. – Обо мне есть кому позаботиться. - Скоро вернусь! – пообещала она и гордо добавила: - Знаешь, я ведь здесь ночевала! - Мама, ну зачем?! Можешь спокойно спать дома, я все равно не замечу разницы! – От большого количества болеутоляющих мне было трудно говорить. Я чувствовал себя усталой и измотанной, хотя проспал несколько суток подряд. - Мне было страшно, - нехотя призналась Ёна. – В нашем районе совершено преступление, я боюсь оставаться один. - Что случилось? - Кто-то ворвался в балетную студию и спалил ее дотла! А перед обгоревшим зданием бросили угнанную машину. Милый, помнишь свой танцкласс? Именно там все и случилось… - Помню, - ответил я, задрожав. - Если хочешь, я останусь с тобой! – великодушно предложил мама. - Нет, лучше иди, отдохни. Со мной ведь Юнги! – Именно поэтому она хотела остаться. - Вечером вернусь, - угрожающе заявила Ёна, взглянув на Юнги. - Я люблю тебя, мама. - Я тоже люблю тебя, Чимка! Пожалуйста, впредь смотри под ноги, а то я чуть с ума не сошла от беспокойства. Юнги ухмыльнулся, продолжая симулировать сон. Через секунду в палату вошла медсестра и поправила капельницу. Мама поцеловала меня в лоб, погладила забинтованную руку и вышла. Медсестра измерила пульс и давление. - Чимин, тебя что-то беспокоит? Пульс слишком высокий! - Да нет, все в порядке, - улыбнулся я. - Пойду скажу старшей медсестре, что ты проснулся. Она придет через минуту! Не успела дверь закрыться, как Юнги уже сидел у моей кровати. - Это ты украл машину? - Отличная тачка, очень быстрая! – отозвался он. Причем без малейших сожалений. - Как выспался? – поддел я. Мой вопрос Юнги пропустил мимо ушей. - Интересно… - Что именно? - Даже удивительно. – Его тигриные глаза сузились. – Флорида, солнце, тепло, мама рядом… Я думал, именно об этом ты и мечтаешь! Интересно, к чему это он? - Во Флориде тебе придется сидеть целыми днями взаперти… Ммн ухмыльнулся, а потом внезапно помрачнел. - Чимин, я бы остался в Форксе или любом другом городе, лишь бы не причинять тебе неприятности. Сначала я ничего не понял и тупо смотрел на его прекрасное лицо. Однако постепенно слова одно за другим сложились в страшный узор. Я едва слышал участившийся писк прибора, стало невозможно дышать, и страшно заболели ребра. Юнги подавленно молчал, наверняка понимая, что меня мучает боль, не имеющая никакого отношения к переломам. В этот момент в палату вошла старшая медсестра. Юнги замер у монитора, делая вид, что следит за кривой пульса. - Думаю, обезболивающие тебе не помешают, - проговорила женщина, приготовив новую порцию лекарства. - Нет, пожалуйста! – заволновался. – Давайте попробуем без них! Пока не объяснюсь с Юнги о сне не может быть и речи. - миленький, не стоит геройствовать. Лишние нагрузки твоему организму ни к чему. Я упрямо покачал головой, и медсестра нахмурилась. - Ладно, - вздохнула она. – Если передумаешь, нажми на кнопку вызова. Строго посмотрев на Юнги, женщина вышла из палаты. Прохладные ладони коснулись моего лица, словно пытаясь укротить бешеный пульс. - Шшш, Чимин, успокойся. - Не бросай меня, - обреченно взмолился я. - Не брошу, - пообещал он. – А теперь постарайся расслабиться, не то я позову сестру и скажу, что ты буйствуешь. Увы, пульс не восстанавливался. - Чимин, я никуда не уезжаю! – В его голосе зазвучала паника. – Останусь с тобой, пока ты не выздоровеешь! - Поклянись! – шепотом потребовал я, пытаясь контролировать дыхание. Сердце так колотилось, что ребра вибрировали. Заключив мое лицо в ладони, Юнги заглянул в глаза. - Клянусь, - серьезно проговорил он. Он впился в меня взглядом, и постепенно дыхание пришло в норму, тело расслабилось, прибор запищал в нормальном ритме. Сегодня волшебные глаза были темными, ближе к черному, чем к золотому. - Уже лучше? - Да, - осторожно ответил я. Юнги покачал головой и пробормотал что-то неразборчивое. Кажется, я расслышал слово «гиперчувствительность» - Зачем ты так сказал? – спросил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Устал меня спасать? Хочешь, чтобы я уехал? - Нет, что ты, не хочу! Чимин, опомнись! Как я могу тебя не спасать, если все твои проблемы из-за меня? Ты и в больницу попал по моей милости! - Да, именно так, - нахмурился я. – Я жив только благодаря тебе. - Жив! – чуть слышно усмехнулся Мин. – Если забыть про гипс, бинты и искореженное тело… - Я имел в виду более ранние события. Хочешь, напомню? Если бы не ты, я давно бы покоился на форкском кладбище! Юнги поморщился, в его глазах появилось затравленное выражение. - А знаешь, когда я сильнее всего испугался? – шепотом спросил он, будто не слыша моих слов. – Не когда увидел тебя на полу среди битого стекла… Не когда решил, что уже поздно. Даже не когда услышал, как ты кричишь от боли… Все эти воспоминания я унесу с собой в вечность. Страшнее всего мне было, когда я понял, что не могу остановиться… что убью тебя сам. - Но ведь ты сдержался. - С огромным трудом. Я знал, что волноваться нельзя. Но как реагировать, если Юнги убеждает себя, что от меня нужно держаться подальше? - Обещай мне! - Что? - Сам знаешь, что! – разозлился я. Похоже, он уже все решил! Услышав в моем голосе металл, Юнги нахмурился. - У меня может не хватить сил держаться от тебя подальше, а ты будешь гнуть свое… даже ценой собственной жизни, - резко добавил он. - Ну ладно… - протянул я. Обещания Юнги так и не дал… Паника и страх в любой момент грозили вырваться из-под контроля. – Как ты это сделал, я знаю, теперь хочу понять, почему. - Что почему? - Почему ты так поступил? Почему не дал яду подействовать? Сейчас бы я уже была одной из вас… Его глаза стали совсем темными, выдавая ярость и изумление. Значит, Тэхён слишком занят собственными переживаниями или в присутствии брата старается быть особенно осторожноым . Тонкие ноздри трепетали, рот превратился в жесткую полоску. Отвечать он не собирался. - У меня никогда раньше не было парня, но почему-то кажется, что в любых взаимоотношениях должно быть равенство… Альфа не следует постоянно доминировать! Мы с тобой можем в равной мере направлять и защищать друг друга. Юнги задумчиво скрестил руки на груди. Судя по выражению лица, ему удалось совладать с яростью. По крайней мере, он злился не на меня. Надеюсь, мне удастся предупредить Тэхёна… - Ты тоже меня спас, - тихо промолвил он. - Мне же не хочется постоянно быть жертвой. Омегам тоже нравится спасать мир! - Ты не понимаешь, о чем просишь, - уныло проговорил Юнги, внимательно разглядывая мою наволочку. - Еще как понимаю. - Нет, даже не спорь! Я стал другим девяносто лет назад и до сих пор не знаю, как к этому относиться. - Неужели ты жалеешь, что Гисо тебя спас? - Конечно, нет! – после некоторой паузы ответил Юнги. – Я же умирал, никакого будущего не было. - Ты – смысл моей жизни. Если не будет тебя, то жить мне незачем, - признался я и тут же почувствовал облегчение. Пусть лучше знает правду. Юнги молчал. Значит, он настроен весьма и весьма решительно. - Я не могу так поступить, Чимин. Не могу и не хочу. - Почему не хочешь? – истерически закричал я, хотя обещал себе быть спокойным. – Не говори, что это трудно! После того, что случилось, я готов ко всему! Юнги окинул меня гневным взглядом. - Даже к боли? – саркастически усмехнулся он. Против собственной воли я побледнел. Наверное, этот ужас будет преследовать меня до самой смерти: огонь, растекающийся по венам. - Ничего, - надменно заявил я, - как-нибудь справлюсь. - Оказывается, храбрость может дойти до абсурда! - Дело не в этом, - настаивал я. – Потерпеть три дня для меня не проблема. Юнги недовольно поморщился, сообразив, что о процессе перерождения я осведомлен гораздо лучше, чем ему хотелось бы. С трудом подавив раздражение, он задумчиво посмотрел мне в глаза. - А как же Чарли и Ёна? – Вопрос застал меня врасплох. - Естественно, всех правил я не знаю, но, если понадобится, я готов оставить родителей. В любом случае, через год мне пришлось бы уехать в колледж, и мы встречались бы только на каникулах. Чарли и Ёна понимают, что я взрослый и вот-вот начну самостоятельную жизнь. Они справятся. – Я храбрился, как мог, про себя решив, что время от времени буду навещать отца. – Я взрослый и сам распоряжаюсь собственной жизнью. Юнги мой ответ не понравился. - Вот именно, - вспылил он, - а со мной ты ничем распоряжаться не сможешь! - Если не терпится увидеть меня на смертном одре, то поспешу тебя обрадовать: я только что там был и, возможно, не в последний раз! - Ты поправишься, - пообещал Юнги. Чтобы успокоиться, я глубоко вдохнул, не обращая внимания на резкую боль в подреберье. Мы молча буравили друг друга взглядами. Похоже, он не собирается идти на компромисс. - Хочу кое в чем признаться… Я умираю. Об этом стало известно задолго до моего приезда в Форкс. Юнги явно ждал продолжения, а на его лице поочередно отражались недоверие, смущение и… ужас. Он открыл рот, но произнести так ничего и не решился. - Болезнь неизлечима, - ответил на немой вопрос я. Потемневшие глаза изучали мое лицо, отчаянно стараясь найти хоть что-то, указывающее на то, что я лгу или неудачно шучу. - А Чарли знает? - Конечно. Просто мы стараемся об этом не думать… Рот Юнги снова безвольно приоткрылся, но он тут же взял себя в руки. Его лицо превратилось в маску. - И что это за болезнь? Я наблюдал за ним с благоговейным страхом. Если сказать, что это рак, он не остановится, пока не найдет лекарство. И найдет наверняка. - Она называется… смертность, - наконец ответил я. - Ах! – разъяренно воскликнул Юнги и выскочил из кресла с такой силой, что моя кровать заходила ходуном. Он гневно мерил комнату шагами и старался на меня не смотреть. Из его горла доносилось утробное рычание; похоже, сейчас с ним лучше не разговаривать. - Успокойся, - все-таки выдавил я. Мертвенно-бледное лицо повернулось ко мне. - Если еще раз попробуешь… - угрожающе начал он. - Но это правда! Я умираю, а прежде состарюсь! - Чимин, - уже спокойнее начал Юнги, усаживаясь в кресло. Длинные тонкие пальцы прижались к вискам. – Чимин, все именно так и должно произойти. Так и случилось бы, если бы не я, а мое вмешательство противоестественно! Я презрительно фыркнул. - Глупость какая-то. Все равно что если человек, выигравший в лотерею, скажет: «Противоестественно! Такие деньги мне не нужны!» - Жизнь – не призовые деньги! - Конечно, она намного дороже. – Юнги закатил глаза и поджал губы. - Чимин, тут и спорить не о чем! Я не намерен обрекать тебя на такое существование. - Ты ошибаешься, если думаешь, что я сдамся. В конце концов, ты не единственный вампир на свете. Его глаза потемнели еще сильнее. - Тэхён не посмеет! В тот момент вид у Юнги был просто свирепый. Неужели на свете найдется существо, способное противиться его воле? - У Тэхёна было видение? – догадался я. – Вот почему он боялся, что ты расстроишься! Он знает, что однажды я стану таким, как вы. - Брат ошибается. Он видел тебя погибшим, а ты выжил! - Ну, ставить против Тэхёна я не решусь! В палате повисла мертвая тишина, которую нарушали только писк приборов, звук падающих капель и тиканье часов. Наконец его лицо смягчилось. - Итак, на чем мы остановились? - Кажется, это называется тупик, - усмехнулся Юнги. - Черт побери! – пробормотал я. - Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался он, разглядывая кнопку вызова медсестры. - Все в порядке, - соврал я. - Не верю. - Спать мне больше не хочется. - Тебе нужен отдых, а не глупые споры. - Тогда сдавайся, - коварно предложил я. - Хорошая попытка! – Юнги потянулся к кнопке. - Не смей! Но он меня не слышал. - Да? – проскрипел громкоговоритель на стене. - Можно попросить болеутоляющие? – мягко произнес Юнги, не обращая внимания на мое разъяренное лицо. - Я пришлю сестру, - недовольно проговорил голос. - Ничего принимать не буду, - пообещал я. Юнги взглянул на гибкий шланг у кровати. - Не думаю, что тебя попросят что-то проглотить. – Пульс снова подскочил. Заметив в моих глазах страх, Юнги разочарованно вздохнул. - Чимин, тебе больно! Чтобы поправиться, необходим покой. Зачем создавать лишние проблемы? Вторую капельницу вряд ли поставят. - Я не капельниц боюсь, - пробормотал я. – Страшно закрыть глаза. Он осторожно коснулся моего лица. - Я никуда не уезжаю. Ничего не бойся; пока мое присутствие тебе не в тягость, я буду с тобой. Собравшись с силами, я заставил себя улыбнуться. - Знаешь, тебе ведь долго придется ждать. - Ну, зачем так пессимистично! Это всего лишь роман! Я покачал головой, и она тут же заболела. - Удивительно, что Ёна мне поверила, но тебя-то не проведешь! - Быть человеком – в этом есть свои преимущества, - заявил Юнги. – Жизнь редко бывает однообразной. - Не задерживай дыхание! – насмешливо сказал я. Он все еще смеялся, когда вошла размахивающая шприцем медсестра. - Молодой человек, вы позволите? – церемонно проговорила она. Юнги поднялся и отошел в противоположный конец палаты, где застыл, сложив руки на груди. - Ну, все, милый, - улыбнулась сестра, впрыскивая лекарство, - тебе станет лучше. - Спасибо, - апатично сказал я. Лекарство подействовало довольно быстро, и я тут же почувствовал сонливость. - Вот, уже легче! – радовалась медсестра, наблюдая, как закрываются мои глаза. Прохладные ладони коснулись моего лица… Значит, мы остались вдвоем. - Не уходи… - сквозь сон пробормотал я. - Не уйду, - пообещал он. Какой приятный у него голос! Лучше всякой колыбельной. – Я же обещал, что никуда не денусь, пока мое присутствие тебе не в тягость… Пока это тебе полезно… Я попытался покачать головой, но она казалась чугунной. - Это не одно и то же, - пробормотал я. - Чимин, - засмеялся Юнги – когда проснешься, сможешь продолжить спор с новыми силами. - Ладно… - выдохнул я. Его губы коснулись моего уха. - Я тебя люблю. - Я тоже. - Знаю-знаю, - засмеялся Юнги. Я повернул голову и многозначительно на него посмотрел. Он тут же понял, чего я хочу, и осторожно прильнул к моим губам. - Спасибо, - прошелестел я. - Не за что. Я потихоньку уплывал в другие края. Сил бороться со ступором не было. Только бы успеть сказать самое важное. - Юнги? - Что? - Я ставлю на Тэхёна… И тут меня накрыла ночь.