Спасибо что убили меня!

***

pov:???

      Я шёл по тёмным зимним улицам,проходя мимо школы, ведь мой маршрут проходил через неё. Правда, можно ли это уже назвать "зимним", ведь скоро конец зимы, и снега начинают таить. Солнце пробивалось сквозь тучи, создавая иллюзию розоватого неба. Облака красиво загораживали лучи древнего светила. На ветках деревьев только начинали расти почки, предупреждая о том, что скоро начало весны. Когда-то белый снег, теперь был истоптан и скорее был похож на грязь. Школа была закрыта, ведь сейчас был вечер. Как бы мне не хотелось оставаться дома, я не могу, как никак, я работник будущего заведения. В голове крутятся мысли о том, что буду делать, когда приду домой. Спать.        Наша компания решила создать заведение, что будет посвящено старым пиццериям Фредди Фазбера. И было бы более устрашающе и интересно, если бы мы нашли что нибудь в заброшенном последнем заведении. На самом деле это классно, да… но зачем так заморачиваться? Нам поставили задачу: обследовать заброшенную пиццерию. Я как раз таки направлялся туда. Но у меня не пропадало чувство слежки, так же как и беспокойства, что меня тревожило. Уже который раз оглядывался, но ничего не находил у себя за спиной, и шёл снова вперёд. Жутко.       Для чувства безопасности, я всё время проверял свой пояс, на котором находились следующие вещи: фонарик, электрошокер, рация и пистолет на самый пожарный. И когда убеждался, что всё на месте, успокаивался. Мой ход ускорялся, желая быстрее дойти до точки назначения. Иногда поглядывал в свой телефон, проверяя, правильно ли я иду? Через некоторое время, дошёл до заведения. От этого места веяло ужасающей атмосферой. — Бррр… и как что-то дружелюбное на первый взгляд, стало таким… страшным. — подходя к разрушенным дверям, понял кое что. Доски. Прогнившие, старые доски. Они закрывали проход к входу. Чёрт. Неужели так быстро пролетело время с тех пор, уже материал не пригоден. Неизвестно лишь то, почему это здание ещё не снесли? Столько проблем в прошлом было от него. Но только вот… Как мне туда забраться? Невольно заметил следы кроссовок, что проходили в сторону стены. Вели они к окну, и я могу сказать точно, что туда точно кто-то забирался.       Звук тяжёлых, будто металлических, ног по снегу, напугал до чертиков. Резко обернулся, но ничего сзади не увидел. Но стоило мне вернуть взгляд, мимо меня что-то пролетело. Разглядеть я этого не мог, но мог отчётливо увидеть новые следы около стены, там, где находится окно. Будто привидение пробежало… Мурашки давали о себе знать. Быстро достал фонарик и посветил в тёмное пространство. Темнота немного отступала в драке со светом, но не так сильно. Темный вечер добавлял в атмосферу страх и ужас. Волосы колыхались от каждого дуновения ветра. — к-кто здесь? — задал немножко глупый вопрос в данной ситуации. Левая рука, что была свободна, начала искать электрошокер на поясе. Нащупав его, сразу схватил направив в неизвестность.       В ответ послужила тишина. Неуверенным шагом направился к гигантской оконной раме. Мог разглядеть свежие следы, что оставили точно не кроссовки, не калоши, ничего вообще из этого. Столько страшных мыслей нагоняет это заведение. Для чего вообще нашей компании понадобились старые вещи из пиццерии? Почему послали именно одного человека? Или же почему в этот момент все спокойно спят, а возможно кому-то даже снится кошмар, я должен шляться по этому старому зданию? Что это было? Что проскочило мимо меня? Хочется скрыться от всех подобных мыслей. Когда залез в окно, фонарик стал освещать старые, местами разрушенные, стены. Все инстинкты кричали о том, чтобы я уходил отсюда, и желательно не возвращался. От глаз не утаились также следы чьих-то кроссовок, что были в снежной грязи. Ох… Так это был ребёнок… Но почему дети так яро хотят прогуляться по заведению, что аж двери дрожат. Но только вот мысль о ребёнке тут же улетучивается. Что здесь он может делать в такое позднее время?… Никто в здравом уме сюда не полезет по конкретной причине, например, как у меня… захожу вглубь помещения, пытаясь угомонить страх, что грузом лежит на душе.       Стоит только осветить фонариком дальнюю стенку, хочется кричать во все горло. Умолять высших о том, что тебе просто показалось, что просто мозг играет с тобой просто плохую шутку. Хоть фонарик и не самый лучший, ведь он бывает моргает, но осветить то, что стоит около стены, очень даже хорошо может. Это был потрёпанный временем кролик. Болотного, даже ближе к золотому, цвета. Дыры в костюме нельзя не заметить. Их хоть и не так много, но можно разглядеть части эндоскелета, и не только… что-то красное, будто обволакивает этот эндоскелет. Голова определённо кроличья, маска не сильно обнажает зубы костюма, их можно даже не заметить. Одно ухо почти целое, а вот другое… желает лучшего… часть его была неизвестно где поломана. Это был старый маскот… Неужели это нужно было найти? Маскот начал приближаться ко мне, и в этот момент, фонарик начал быстро мигать, что очень мешало лучше разглядеть следующее движение костюма. — Н…не подходи! — выставил руку с электрошокером, грозясь нажать на такую желанную кнопку. Но вот это что-то словно не слышало меня, и продолжило путь ко мне. Шаг ускорялся, заставляя уже меня желать шаги назад. — Ⲏⲉ дⲩⲘⲁй, чтⲟ я Ⲏⲉ ⲃ ⲕⲩⲣⲥⲉ ⲃⲁⲱиⲭ зⲁтⲉй, ⲁ пⲟдⲣⲁбⲁтыⲃⲁть ⲕлⲟⲩⲎⲟⲘ я Ⲏⲉ жⲉлⲁю… — как-то глючно произнёс робот, намекая на сбои в голосовом аппарате. Возможно, смотря на его вес, он мог упасть, что и вызвало сбои. Но меня это все ровно не радовало, даже если представить то, как он смешно уронил себя, по какой-то странной причине.       Когда я оказался чуть ли не прижат к стенке, а робот уже тянул свою лаптю ко мне, я резко нажал курок, и электрошокер выпустил снаряд. Электричество попало в маскота, от чего тот начал дергаться в агонии, с жутким криком. Он пытался противиться боли, опуская туловище то вниз, то вверх. Я уже хотел бежать, но тут мой ход отступления закрыли. Как и поток кислорода. Железная, шершавая рука схватила меня за горло, и без особого напряжения подняла в воздух, которого мне и не хватает. Берусь руками за лапы маскота, пытаясь отодрать их от горла, но ничего толкового не выходит. В глазах начинают появляться чёрные пятна, мешающие обзору, начинаю плохо видеть. Боже… пожалуйста, я не хочу погибать от рук робота! Но мои мольбы не были слышны… тело начинает обмякать. Ноги свисают, как и руки, не проявляя более сопротивления. Какого это умереть?

***

— Теши, давай быстрее! — Габриэль произнёс это, чуть ли не пиная меня. Да ты там не офигел? Встреча со Спрингтрапом была недели две, а то и три назад.       Ситуация была такова: я буквально сидела в прихожей на полу, собирая жопой грязь, пытаюсь напялить ботинок. ЫХХ… он никак не поддавался. — Ну я виновата что-ли, что у меня стопа быстро растёт! — хотелось что нибудь кинуть в Габри… стоп… На моём лице появилась дьявольская улыбочка. — Даже не думай. — строго произнёс Габри, но поздно. Я уже подумала.       Та самая обувь, что не хотела одеваться на мои пяточки, мигом полетела в лицо Габриэля. Он не смог уклониться. МУХАХАХА! Кхм… я в мыслях угарала с того, как он сейчас выглядит. Его лицо — просто что-то. Показывает сразу и то, что в ближайшую ночь он насрёт мне под дверь, и конечно, что он хочет меня прирезать, и то, что он испытал небольшую боль от пинка. — ТЕШИ! Твоя обувь воняет! —а всмысле… а почему… а как… а зачем… а ебало не набить?… а за что… — Дорогой дневник, мне не описать ту боль и сожаление, что я испытал сегодня… — показательно повернулась к нему спиной, делая вид что что-то пишу в воображаемую книгу. Не ну рил. О таком не говорят. А ему похуй!… *молчание*… так же как и мне. — Я тебя сейчас… — Габриэль угрожающе повис надо мной. Точно, забыла сказать, он был в синих джинсах и чёрной курточке, также как шапка. На мне была зелёная куртка, черные штаны. О чем это я? Ах да, быстро легла на спину, исключая все его будущие попытки нападения. — лежачего не бьют! — скрестила я руки на груди. Габри лишь устало вздохнул. — Ты сейчас исключением станешь. — он потёр переносицу, думая, что мы скоро опоздаем. И то, что отчитываться буду я. — Ладно, ладно, всё, не буду так больше. — сказала я, беря другие ботинки из той самой хрени, куда обычно обувь ставят. Не помню название, но что-то на подобии имеется в школах в раздевалках, там где куртки и масса обуви лежат.       Спустя некоторое время мы вышли из моего дома, да, именно дома, и побежали трусцой к школе. Моя жёлтая шапка даже чуть не свалилась с моей головы в грязную кучу снега.       Зайдя в школьное помещение, мы, переодевшись, побежали на третий этаж… истрия. Как же. Я. Ненавижу. Историю. Проклинаю также и учителя. Она меня просто напрягает! Училка постоянно смотрит на меня, я даже не могу нормально поговорить с Габри, под её присмотром. Бррр. Что ей, блядь, от меня нужно? Кхем. Извините, хотела высказаться.       Вот сидим мы значит за партами, начинается урок. Правда, он должен был начаться ещё десять минут назад, но благодаря нам, вот такие вот мы офигенные, урок начался только сейчас. — Итак. Навярняка каждый из вас знает, что наш район не самый безопасный, но то, что произошло сегодня ночью, было слишком странно. И ещё страннее было бы то, если бы я вас не предупредила. — Шо? Кто-то здох чтоли? — сегодня, в старом заведении, если не ошибаюсь, пиццерии, был найден труп. Информация показала, что он был задушен, но отпечатков пальцев на шее, у пострадавшего не нашли. — ебать! Угадала! Тогда тут уже не пострадавший, а умерший. Хмм. А кто убил… а стоп. Отпечатков говорите не было? Кажись я знаю кто это, и этот кто-то заигрался. — Никаких следов убийцы не было найдено, скорей всего, это был какой-то профессионал, — даа, я бы его так и назвала, на счету убийств, у него как минимум уже семёрка. — и я вам рекомендую, не выходите на улицу, оставайтесь дома, полиция в деле, так что если что вы знаете куда нужно звонить. —       Все дети, то есть подростки, переваривали только что полученную информацию. — Да, мы знаем куда позвонить. Воосемь восемьсот! Пять пять пять три пять пять пять, лучше позвонить, чем у кого-то занимать! — обратилась я к Габриэлю, но только когда заметила взгляды на себе и смешки, поняла, что сказала это слишком громко. — ой… —